this is my escape

Дождь барабанил в окно, стекал ручьями по стеклу, превращая самый злачный район Пентаграмм-сити в одно расплывчатое, мерцающее пятно. Энджел сидел на подоконнике, закутавшись в нихера не греющий, лишь пародирующий одежду халат, и бездумно болтал бутылкой в одной из рук... Виски. Такое очень любил Хаск, и паук не мог не думать про усатика, посасывая крепкий напиток прямо из горла. Здесь он был сам себе барменом - никто не скажет, что ему уже хватит! Не засмеётся над очередной остротой ниже пояса, не выслушает жалобы на жизнь, и хмельной мудростью не поделится... Сколько бы ни выпил Энджел, ему явно было мало. Ему нужно было забыться, а не мотать сопли на кулак, снова думая о Хаске! О Черри, об отеле и собственных провалившихся попытках стать лучше... Если Пентиус вознёсся на небеса, то Даст уверенно маршировал по дороге анти-искупления. И теперь чувствовал себя хуже, чем когда-либо... Ну, хотя бы Наггетс будет под присмотром в отеле. Он всегда был таким боязливым и нервным, когда жил в этой студии! А вот его хозяину тут было самое место. Нет больше смысла притворяться, что он - личность. Что он может измениться... Если уж быть куклой, которую дёргают за ниточки три психа из "Ви", так подальше от людей, которые ему небезразличны. И так уже чуть не придушил Черри под гипнозом! - Кексик? - дверь распахнулась без стука. Покачивая бедрами, Валентино плавно прокрался в его новую спальню - роскошную. Вычурную. Как новая клетка для улетевшей птички, которую смогли вернуть... - Смотри, что Вельветт приготовила, в этом ты будешь выступать завтра! Здорово, правда? Костюм? Энджел еле сдержал горькую усмешку. Он бы и паутину сплел толще, чем эти верёвочки с присоединенным чехлом на член и двумя бархатными сердечками на сиськи! - Да, Валентино, - ответил он нейтрально, снова приложившись к бутылке, и обернулся на улицу. После заварушки с Раем до сих пор разгребли не все завалы. Башню "Ви" только-только отстроили до конца... Мотыльку, видно, не сильно понравился его безучастный вид. Поджав губы, он бросил сценический наряд на кровать и подошёл к подоконнику. Его широкая ладонь опустилась на плечо Даста... - О чем-то задумался? С Валом, как в суде - любое твое слово может быть использовано против тебя, поэтому Энджел беззаботно ответил: - Да так, о глупостях всяких... Возвращайся - до сих пор звенело у него в ушах. У него не было никаких шансов спастись. Единственный способ убежать хоть куда-то скрывался в бутылке, в шприце и пакетике с порошком, но даже после этого легче не становилось. Голос Хаска в голове затихал, но никогда не уходил... - Мне тебя не хватало, знаешь? - Валентино вдруг поцеловал его в макушку. - Без тебя, аморсито, эта башня уже не та... Прости меня за Вокса. Он меня заставил одолжить тебя ради своих идиотских планов! Думаешь, по своей воле я бы согласился на это дерьмо с гипнозом?.. Семьдесят лет вместе - а песня все одна и та же. Знакомая до оскомины, родная, как окрестности солнечной Италии... Энджел отставил от себя бутылку. Слишком этот виски напоминал по цвету кошачьи глаза... - Конечно, Вал, - он протянул все руки мотыльку навстречу. - Я тебя прощаю! А имело ли оно смысл, его прощение? Валентино и так знал, что он уже никуда не денется, и все равно зачем-то исполнял этот ритуал... Энджел открыл рот с готовностью, позволяя горячему яду залиться в себя. Крепкие руки подхватили его, снимая с подоконника. Лёгкий халатик слетел на пол от одного движения. Вот теперь стало легче. Погрузившись в сладкий дурман, выкрикивая бессвязные слова любви под нарастающий скрип кровати, Энджел наконец-то смог забыться...