Любовь с первой реформы

**** В кабинете Министра царил полумрак. За большим дубовым столом сидел сам Министр — Том Марволо Реддл — и, казалось, смотрел в пустоту. Все неотложные дела он передал своему заместителю Барти, поскольку из головы у него никак не мог выйти образ нахального мальчишки и в памяти звучала его фраза: "Мне сейчас не до вас, Министр." Реддл уже собрал всю информацию о Гарри Поттере, ведь за последние шестьдесят лет никто не осмеливался говорить ему подобное. Но сын отпетых Грифиндорцев явно не имел инстинкта самосохранения, несмотря на то что поступил на Слизерин. Интересно, как так вышло? Джеймс и Лили Поттер, а также Сириус Блэк не могли воспитать настолько элегантного и сильного юношу. Том ни на секунду не поверил в то, что мистер Поттер не умеет контролировать свою магию: судя по отчетам о его достижениях в школе, он был самым выдающимся учеником за последние годы. Напрашивался очевидный вывод — Поттер намеренно дал волю своей магии, потому что когда его остановили, тот тут же вернул магию под контроль. Интереснейший экземпляр. Том попытался проникнуть в мысли мальчишки, но его окклюменционные щиты оказались достаточно прочными, чтобы не пустить сильного легимента в свою голову. Это было невероятно, хотя, вспомнив свои годы, Том поумерил свой шок. В юности он тоже был умен и развит не по годам, и ему не стоило удивляться таким достижениям. Кроме того, ребенок Поттеров очень красив. Четкие черты лица, яркие зеленые глаза, длинные ресницы и светлая кожа, на которую спадали черные, как смоль, волосы. Реддл еще никогда не встречал за свою долгую и разнообразную жизнь никого красивее. Взгляд Министра томно перекатился на настенные часы: часовая стрелка уже перевалила за двенадцать часов дня. Пора собираться. Реддл накинул поверх дорогого классического костюма черное пальто и тихо вышел из кабинета. Теперь целью Марволо Реддла стал Гарри Поттер, а Том привык добиваться своего. **** Горячий напиток приятно ощущался на языке, а аромат чая с мелиссой мягко разлетелся по всему кабинету. Взгляд неспешно пробегался по стеллажам с книгами и время от времени останавливался на каких-нибудь старинных фолиантах. Кабинет Главы финансового отдела больше походил на библиотеку, с большим столом в центре и парой ящиков, полных документов, у стены. Темно-зеленые и черные оттенки создавали в помещении мрачную атмосферу. Гарри лениво проследил взглядом по ковру и вернулся к изучению резного массивного стола из темного дерева рядом с диваном (его трансфигурировали из стула), на котором сейчас сидел Драко. Вокруг него суетился врач, тщательно осматривая порез на плече. Вскоре тот достал из своей сумки пару зелий и аккуратно поднес их к губам Малфоя. Драко, недовольно закатив глаза, вырвал пузырёк из рук врача и за два глотка осушил его. — Драко! — строго, но с явным беспокойством прикрикнул Люциус Малфой, чуть ли не подпрыгивая в огромном кресле. Судя по всему, оно было дорогим и безумно роскошным, как и все вещи в кабинете. — Отец, я не умираю. Это всего лишь царапина, — с нотками раздражения в голосе ответил Драко, подхватывая следующее зелье. Малфой-старший лишь поджал губы, что не предвещало ничего хорошего, и продолжил наблюдать за действиями врача. Люциус никогда не разбрасывался доверием к незнакомым людям, предпочитая сохранять крепость невозмутимости и осторожности. У доктора под пристальным взглядом одного из самых влиятельных людей Магической Британии еле заметно дрожали руки, а глаза постоянно косились в сторону кресла. Гарри усмехнулся. «Как же все пытаются угодить высокопоставленным личностям», — подумал Поттер, пряча улыбку за чашкой чая. Закончив, врач перекинулся парой дежурных фраз Люциусом Малфоем и, дернув ручку двери, вылетел с бешеной силой в коридор, впечатавшись в стену. В кабинет, словно фурия, вбежала Лили. Ее глаза пылали, как адские огни, обещая мучения всем, кто оказался у нее на пути. Она прошла к столу в конце комнаты и с ужасающей силой хлопнула по нему рукой. — Люциус! — сквозь зубы прошипела Лили. — Почему я не знаю о том, что случилось с моим сыном?! Почему ты не сообщил мне об этом раньше?! — Стол тревожно затрясло, а чернильница опасно поднялась в воздух. Кажется, Лили уже собиралась отправить её в сторону спокойного сидящего Малфоя, но Гарри оказался быстрее. Поттер хорошо знал поведение родителей и заранее понял, что что-то подобное может произойдет. Он крепко обнял мать со спины, и все ее внимание моментально переключилось на него. Это даже пугает. — Милый, — Гарри чуть не закатил глаза, но вовремя одернул себя, состроив милое личико, — С тобой все в порядке? Ты не пострадал? Не ранен? Что случилось? Ты расскажешь? Нигде не болит? — Мам, — Поттер прервал поток ненужных вопросов, стойко терпя проверку на предмет травм, — Малфои тут вовсе ни при чем, наоборот, они помогли. Нет, послушай. Неадекватный сотрудник Министерства устроил потасовку, а Драко вступился за меня, ещё и пострадал! — Гарри бросил прискорбный извиняющийся взгляд на Малфоя-младшего, который уже усердно размышлял, где Поттер успел шибануться головой и как сильно это на него повлияло. Уголки губ предательски дернулись у обоих актёров, и они тут же отвернулись друг от друга. — А Лорд Малфой дал мне успокоительного чая с мелиссой, — Гарри смущенно улыбнулся отцу Драко. Поттер часто так поступал, и уже кажется, что это вошло в привычку. Он обожал строить невинные мордашки, предназначенные только для родственников и знакомых родителей, чтобы добиться разрешений или уступок в каких-либо вопросах. В противном случае упрямые Грифиндорцы не желали слышать никаких доводов от "ребёнка". Именно поэтому уже несколько лет никто из взрослых (кроме Регулуса) не подозревал, в какие авантюры вляпывается их "золотой" мальчик, и как умело он ими манипулирует. Слегка сжав плечи матери и стараясь обратить на себя её внимание, Гарри заметил, что, не найдя у сына никаких повреждений, Лили немного успокоилась, вздохнув с облегчением. Но теперь её взгляд нервно скакал с одного Малфоя на другого. Гарри с удовольствием наблюдал, как к родительнице приходит осознание того, где и кому она угрожала чернильницей. Едва ли Люциус Малфой воспринял этот выброс магии как опасность или, упаси Мерлин, угрозу жизни, но все же... — Кхм, — дернувшись, Лили схватила руку Гарри и потащила его к двери, — Простите, мистер Малфой, я повела себя крайне некультурно. Простите. Мы пойдём. — Миссис Поттер, я пообещал мистеру Поттеру помочь добраться до вокзала. Впрочем, он тоже помог моему сыну, — с усмешкой произнес Люциус, снисходительно посмотрев на двух мальчишек, и встал с кресла, — Вы не против? Лили с недоверием посмотрела на Главу финансового отдела, а потом перевела недовольный взгляд на Гарри, мол, "Ты опять меня ослушался!". Она выглядела очень растерянной. Гарри еле сдержал смех. — Отказать будет неэтично по правилам чистокровных семей, и это могут посчитать оскорблением. Нам ведь не нужны проблемы? — прошептал Гарри на ухо матери, предвкушая, как последние часы перед отъездом проведёт в более приятной компании, нежели с родителями. Лили скривилась, словно ее ударили по лицу, и, собравшись с духом, сказала: — Конечно, почту за честь, — она с трудом выдавила хилую улыбку и, развернувшись на каблуках, вышла прочь. Довольный исходом конфликта, Гарри присел рядом с Драко и притянул к себе чашку, отхлебнув вкуснейший напиток. Люциус Малфой ценил вкусный чай и считал его приготовление искусством. В его поместье даже был человек, который заботился о поставке и готовке чая только для его семьи. Поразительная любовь к чаю! Драко, с абсолютно невозмутимым видом, разместился на диване, закинув ноги прямо на колени Гарри. Поттер уже ничему не удивлялся с этим человеком. Несмотря на своё знатное происхождение, с близкими Драко вел себя очень развязно. В такие моменты и не скажешь, что он воспитывался в семье, которая чтит традиции. Когда Гарри привёл Драко к отцу, он чуть не врезался в мистера Малфоя, куда-то спешащего, на выходе из кабинета. Поэтому сейчас он вовсе не удивился, когда тот почти убежал с кипой бумаг, сначала убедившись, что с сыном всё в порядке, а на прощание кинул недовольный взгляд на Драко, обещая долгую и нудную лекцию о поведении. Дверь с тихим стуком закрылась, и Гарри накинул пару защитных и заглушающих чар. Весь кабинет наверняка был уже защищен от нежелательных ушей и лиц, но… осторожность никогда не помешает. — Тебе стоит подумать о профессии актёра, мне кажется, ты добьёшься небывалых высот, — насмешливо произнёс Малфой, с приподнятой бровью глядя на Гарри, — А поклонников и поклонниц станет в разы больше. Поттер страдальчески вздохнул: — Когда-нибудь я подрежу твой острый язык, — он полностью развернулся к Драко и изобразил пальцами ножницы, — Возможно, если бы не это, я мог бы попробовать стать актёром. Чисто из интереса, но сумасшедшие фанаты… — Гарри скривился, словно выпил что-то кислое и одновременно горькое. Малфой рассмеялся, наблюдая за Поттером, который нарочно показывал яркую антипатию к людям. — Ну, не плачь, — сквозь смех произнёс Драко, — это последний год. Чуть-чуть осталось потерпеть, — его глаза хитро блеснули, — И ты пойдёшь покорять женщин и мужчин седьмидесяти лет и старше в Министерство. — Иди к черту, Малфой! — О, фамилия как обращение к другу использовалась только когда Гарри хотел показать, что обиделся. В шутку, конечно, потому что его настоящую обиду не сдержит никакой специально подготовленный дуэльный зал. Поттер театрально вздохнул и вернул пустую кружку на стол. — Нет, ну ты представь, — говорил Драко, — высокий брюнет с изумрудными глазами, подтянутым телом, и весь такой правильный, любезный, неприступный, статный и! — самое главное — умный. Не только у молодых слюни потекут. — он игриво приподнял брови, наблюдая за Гарри. — Кстати о старых, — Малфой резко поднялся, внимательно вглядываясь в лицо Гарри, — Ты встретился с Реддлом! И просто молча сидишь!? А где восхищение, где овации? Гарри смутился и отвернулся, снова утыкаясь взглядом в стеллажи книг. — Тогда ты сначала объясни, почему, когда я разговаривал с мамой, ты кривлялся? Малфой удивлённо уставился на Поттера. — Признавайся! — грозно воскликнул Драко, схватив Гарри за ворот мантии. Поттер в шоке попытался отшатнуться, но у него не получилось, Малфой силен, — Где настоящий Гарри? Мой Гарри не настолько туп! — и этот идиот опять рассмеялся. — Твои родители считают, что ты неладишь со мной, и думают, что мы враждуем. Ты хочешь сказать, что я должен был принять как должное похвалу от своего неприятеля? — показав кавычки, Драко откинулся обратно на диван. Гарри облегчённо выдохнул; он уже было подумал, что это он не заметил, что Малфой получил по голове. Ну ничего, месть — блюдо, которое подают холодным. — Твоя очередь. — Ну... — страдальчески вздохнул Гарри, — Мистер Реддл такой... такой... классный и... красивый...? — Ты меня спрашиваешь? Между прочим, ты являешься главным его фанатом, — зевнул Малфой, — И мне кажется, ты в него влюбился. Теперь Гарри посмотрел на Драко, как на умалишённого. Нет, ну как можно такое ляпнуть? Он и влюбится? Несовместимые вещи. — Тебя никакое проклятье по бошке не ударило? — Поттер оглядел белобрысую голову с идеальной укладкой и, к сожалению, ничего не обнаружил. Никаких признаков повреждения. — Могу задать тот же вопрос, - невозмутимо произнёс Драко. Гарри скептически глянул на него, — Когда ты видишь Реддла, твоя способность думать теряется на какое-то время. Могу деньги поставить, что если ты будешь видеть его постоянно, то твой IQ снизится в несколько раз. Малфой немного сонно, но уверенно кивнул в подтверждение своих слов. Отвернувшись от самодовольного лица Малфоя, Гарри стал оправдываться: — Ты преувеличиваешь. Я просто считаю его идеи правильными и нужными нашему обществу. Это совершенно не связано с тем, кто он такой, как выглядит и чем занимается вне работы. Главное, что мистер Реддл заботится о будущем страны. Ведь... — когда Поттер, наконец, закончил свой увлекательный рассказ-оправдание, он заметил, что Драко уже сладко спит. Вздохнув, он трансфигурировал чашку в плед, укрывая им друга, и, подумав, превратил свою мантию в маленькую, но мягкую подушку, подложив под голову Малфоя. *** Гарри внимательно всматривался в толпу на вокзале, надеясь как можно скорее найти рыжую макушку Рона. А рядом с ней — еще восемь точно таких же голов. В результате получилось целое рыжее пятно. Рядом стоял растрепанный и не до конца проснувшийся Драко, который ни капли не интересовался спасением Рона от его семейки. В этом году должны были собраться все Уизли, чтобы проводить младшего на его последний седьмой курс. Хорошо, что Люциус Малфой только доставил их на вокзал и не остался до отбытия поезда; его старческое сердце, вероятно, не выдержало бы столько рыжих на один квадратный метр. Все же поиски увенчались успехом и Гарри, схватив под руку Драко, поспешил в сторону Рона, накинув на чемодан и остальные вещи пару заклинаний. На Уизли была черная водолазка и такие же черные брюки, а поверх накинута мантия с эмблемой факультета Слизерин. Когда Рон заметил их приближение, лишь ухмыльнулся, предвкушая шоу. Драко, завидев всех Уизли разом, тут же пришел в себя, приосанившись. Гарри сдержал улыбку, заметив это. Все давно знали, что между их семьями идет холодная война, а иногда искрят вспышки магии. — Здравствуйте, — в один голос произнесли Драко и Гарри, синхронно кланяясь в знак почтения. — Рад видеть вас и вашу семью здесь сегодня, Мистер Уизли, — сказал Драко, протянув Артуру руку для рукопожатия, но в ответ был проигнорирован. — Миссис Уизли, вы сегодня прекрасно выглядите, — Гарри взял ладонь женщины и легонько коснулся её губами. Отойдя от шока, она тут же вырвала свою руку, прижав к себе, словно обожглась, — Как и ваша дочь, — словно ничего не случилось, продолжил он, улыбнувшись Джини. Все Уизли, кроме Рона и Джини, смотрели на них либо с подозрением, либо с неприязнью. Взрослые свято верили , что Рон попал на Слизерин чисто случайно, а друзья с этого факультета только плохо влияют на их любимого сыночку. — Мам, пап, это очень невежливо. — встрял в разговор Рон. — Привет, Гарри, привет, Драко! — они по очереди обнялись с Роном, тоже поприветствовав его. После этого последовала неловкая тишина, но Малфой и Поттер выглядели очень любезно. Зато Уизли в напряжении замерли, разглядывая подростков. Близнецов, как ни странно, поблизости не наблюдалось, хотя они, безусловно, были где-то рядом. Через пару секунд остальные Уизли выдохнули и заговорили наперебой: — Простите за это, приятно познакомиться, — начал Билл, отвечая на рукопожатие Драко вместо своего отца. — Да, кхм... Здравствуйте, — сказал Артур Уизли. — Привет, Гарри... — смущенно прошептала Джини. — Приятно познакомиться! Вы друзья Рона, верно? — это, кажется, Чарли. — Здравствуйте, мальчики, — это была Молли. Гарри мило улыбнулся, переглянувшись с Малфоем. И вдруг: — Гарри!! — с криком сзади на него налетел кто-то из близнецов, кажется, желая задушить. Радовало одно — Драко постигла та же участь. Гарри с удивлением почувствовал, как его подхватили под руки и приподняли над полом, закружив по кругу. Когда у близнецов закончился прилив энергии (ура), они, слава Мерлину, опустили их. — Как дела, Гарри? — это, вроде, был Фред. — Как провел лето в своем шикарном особняке? — Да, Гарри, чем занимался? Как твои дела с литомагией? — понизив тон спросил Джордж, задорно улыбаясь. — Все отлично, спасибо, — Гарри улыбнулся в ответ. — А что ты дела... — начал Фред. — Простите, что прерываю ваше воссоединение, но нам пора, — сказал Рон, указывая на пустое запястье, на котором никогда часов не носил. — Конечно, — с серьёзным лицом подтвердил Драко, — Мы были рады видеть всех вас. До свидания. — Он развернулся и пошел в сторону оставленных вещей, за ним следом, пытаясь скрыть радость, побрёл Рон. Поттер немного задержался, притягивая близнецов к себе поближе. — Жду первую поставку через неделю, — шепнул Гарри Фреду и Джорджу и, кивнув на прощание семье Уизли, пошел за друзьями. Рон и Малфой, сцепившись языками, оживленно обсуждали последние события. Особенно, то, что произошло в Министерстве. — ... ты не представляешь! Прям так и было. А потом он третий раз за всю жизнь назвал кого-либо красивым! — чуть ли не прокричал Драко. — А первые двое кто? — заинтересованно спросил Рон. — Мы, конечно, — самодовольно ответил Малфой. К ним со спины подошел Гарри и с напускной строгостью спросил: — И что это мы так яро обсуждаем? — Поттер был не против рассказать все случившееся своему другу, но хотел бы сделать это не на вокзале, где много народа, который будет рад услышать что-нибудь новенькое. — То, как ты оплошал перед своим кумиром. — заговорщически прошептал Рон. — Ну реально, Гарри, надо же так проеба... — Тихо! — Драко приложил палец к его губам, чтобы заткнуть. Он действительно не любил нецензурную лексику и жестко обрывал все попытки друзей говорить, как сапожники. Сам тоже использовал крайне редко. В критических ситуациях. — Ладно-ладно, — поднял руки в знак капитуляции Рон. — Пойдем, поезд отъезжает через десять минут, нужно успеть занять свободное купе. — Гарри забрал свою тележку, оставил её на специальной платформе, откуда её потом заберут, и отправился на поиски купе. Драко с Роном нагнали его уже там. Все расселись на свои места: Малфой сел рядом с Поттером, а Уизли расположился напротив них и возобновил диалог. Вскоре поезд тронулся, и Гарри мечтал поскорее попасть в Хогвартс.