Связь должника

Медленно, но верно наступала пора ритуала. Чем ближе подходил тот день, тем напряженнее и раздражительнее становился Гарри. Это заметили не только его друзья, но и остальные. Малфои лишь недоуменно переглядывались, не понимая почему обычно довольно спокойный и позитивный Поттер так себя ведет. Снейп, даже хотел поговорить с ним о его поведении, но Драко отговорил его. — Крестный. Не стоит. Поттер бы рассказал, если бы это касалась нас, или могло принести большие неприятности, — спокойно сказал младший Малфой, как тот, кто довольно неплохо узнал Гарри не только за все годы их соперничества, но и за непродолжительное время их только зарождающейся дружбы. — К тому же, если Грейнджер не паникует и не высматривает в книгах что-то — то все в порядке и это личное дело Гарри. — Я понимаю… — Снейп вздохнул, но внимательно посмотрел крестнику в глаза. — Вот только привычки так просто не искоренить. Слишком привык я следить за этим грифиндорским львенком, чтобы стараться оберегать его. — Крестный, Поттер уже довольно большой для опеки, да и нет больше никого, от кого его можно было оберегать. — Драко усмехнулся, чуть толкая Северуса плечом в знак поддержки. Снейп хмыкнул, приобнимая Малфоя за плечи и тут же выпуская из объятий. Он понимал, что мелкий, постоянно доставляющий неприятности и волнения мальчишка вырос… В большую неприятность, но Северус еще не знал какую именно. Вот только ощущал это. За годы наблюдений за мальчишкой он мог точно сказать — была ли его проблема мелкой или же это катастрофа. И тут явно было ближе ко второму. Но все же он послушался Драко и не стал допытываться, надеясь лишь, что если станет совсем плохо — Поттер обратится за помощью. Гарри же в это время изводился от волнения. «Как это будет происходить? Что я буду чувствовать? Что будет чувствовать Том? Сколько это будет длиться? А как он отреагирует?» — Все эти мысли носились у него в голове роем испуганных пчел. Гарри чтобы отвлечься от всего этого стал зарываться в книги похуже Гермионы, впитывая знания, вытесняя переживания и панику. Хватало этого не слишком на долго, как только Гарри оставлял очередную книгу, он вновь начинал думать о Томе и будущем ритуале. — Гарри. Прекрати. Все равно ты ничем не поможешь, если будешь носиться, как в задницу укушенный оборотнем. — Сказала однажды Гермиона. — Даже профессор Снейп заметил твое состояние, а он, на минуточку, не только помогает восстановить Хогвартс, но и работает в Мунго, варя сложные составы для пострадавших. Ну и с тобой занимается. — Мио! Ты не понимаешь… Я же… Он же… — Гарри сел на кресло и сжал свою голову руками, зарывшись пальцами в волосы и заскулил. — Как я это сделаю? Я же не смогу! — Гарольд Джеймс Поттер! — Фыркнула Миона. — Ты победитель Темного Лорда! Ты все сможешь. К тому же. Я прочитала про данный ритуал. По большей части все сделает Магия. Так что не стоит волноваться. Лучше покушай и выпей зелья. Иначе на осмотре тебя вновь запрут в Мунго и ты будешь лежать в больничной палате. А там до тебя доберется профессор Снейп. Гарри чуть улыбнулся подбадриванию от подруги и кивнул, слегка расслабляясь, но все равно взволнованно размышляя о ближайшем будущем. Рон лишь сочувственно качал головой. Он вообще бы посоветовал не проводить ритуал, если бы не была угроза его другу. Поэтому он оставил умные речи Гермионе, а сам лишь был молчаливой поддержкой и крепким плечом рядом.

***

Наступило раннее утро, и всё вокруг окутано мягким, приглушённым светом. Над Гриммо висит низкая облачность — серые тучи словно покрыла тонкая вуаль, создавая ощущение, что мир находится в плену тумана. Лёгкий дождь, если он идёт, тихо стучит по крышам и окнам, придавая сцене немного меланхолии. На улицах почти нет людей — только редкие прохожие в тёплой одежде. В воздухе свежесть, чуть влажная и прохладная, характерная для осеннего утра. Листья уже начали менять цвет, но ещё держатся на ветках, создавая лёгкий шум при ветре. В парке недалеко от площади Гриммо уже ходит дворник и подметает опавшие пожелтевшие листья. Все вокруг кажется спокойным и немного задумчивым, словно вся цепь городских дел только начинается, а день обещает быть обычным, тихим и размеренным. Вот только у одного из жителей Лондона утро не было похожим на эту атмосферу. Гарри с самого момента, как проснулся метался по Блэк Хаусу, провожаемый сочувственными взглядами с портретов. — Гарри, успокойся. — Мягко сказал Минкар Блэк. — Ты не поможешь себе, если будешь так нервничать. — Да, но это уже сегодня! Сегодня, понимаете? Я должен буду… Ох… — Гарри запнулся и покраснел, но тут же тряхнул головой. — Я не знаю как себя вести с ним. Да и… Что вообще делать… — тихо добавил Поттер. — Милый, тебе уже говорили, что Магия все сделает за тебя. Но если уж ты хочешь точно знать, как и что будет происходить, то можешь зайти в библиотеку и взять седьмую книгу, с пятого ряда и открыть на двадцать седьмой странице. Там описано в парочке глав, что тебе нужно делать и как. — Сказала леди Нихаль, незаметно прикрывая хитро улыбающийся рот, ладонью. Гарри кивнул и отправился в библиотеку, занять себя до момента, как нужно будет выходить из дома. «Разве в библиотеке есть описание ритуала?» — мелькнула мысль в его голове, но тут же пропала под натиском волнений. Гарри так и не заметил, как картины стали тихо хихикать. лишь когда он нашел нужную книгу, открыв ту самую страницу и сфокусировавшись… Поттер увидел волшебную иллюстрацию, как один маг широко разводит ноги другого и входит в него. Гарри тут же захлопнул книгу, сидя как громом пораженный и стремительно покраснев. «Ну… Родственнички! Я совсем не это имел в виду! Нет… Конечно и это, но…» — Гарри посмотрел на книгу, перевел взгляд на дверь в библиотеку и вновь открыл страницу. Сперва жутко смущаясь, а потом и весьма заинтересованно, Гарри стал изучать эту книгу, что оказалась вовсе не фолиантом о ритуалах а магической камасутрой. Лично себе он не мог не признаться что все, что описывалось в разделе с однополыми отношениями было для него довольно… горячим. Гарри давно подозревал, что был не по «девочкам». Особенно когда засматривался на представителей Дурмстранга на турнире. Да и некоторые свои однокурсники привлекали его. Время за прочтением книги пролетело незаметно, поэтому когда появился Критчер, Гарри вздрогнул от неожиданности, но с готовностью встал. Книга действительно помогала и Поттер уже более спокойно пошел к выходу из дома. Проходя мимо картин, он шепнул нежно улыбнувшейся ему Нихаль: — Спасибо.

***

В Отделе Тайн царила тишина. Не та спокойная и умиротворенная, а сухая и будто стерильная. Коридоры безликие и однообразные, словно старые пазлы, собирающиеся в бесконечную линию серых стен. Каждая стена — мертвая плоскость, поблескивающая под тусклым освещением. Волшебные огоньки, в потолке, излучают холодный, стерильный свет, который не создает ни тепла, ни уюта, а лишь усиливает ощущение безличности. Пол — гладкий и чуть скользкий, будто давно не видел чистоты, с едва заметными трещинами и царапинами, оставшимися после тысячногο прохождения. Кажется, что коридоры будто построены без всякой индивидуальности — одинаковые дверные прорезы и ничем не отличающиеся указатели, указывающие на разные отделы, но мало что говорящие о людях за ними. Лишь белая сверкающая нить выделяется. Именно по ней Поттер и находит нужный путь в лабиринте одинаковых стен и поворотов. Гарри идёт в этом монохромном коридоре, чувствуя себя немного потерянным в тенях безликого мира. Тишина нарушается лишь легким шумом шагов и тихим шорохом его одежды. Каждая дверь кажется неподвижной, запертой в собственную безмолвную тайну. А в этом бессмысленном потоке серых стен всё кажется лишённым жизни, кроме цели — добраться до кабинета Мистера Смита. Вот и последний поворот. Нить кончается у такой же двери, как и многие до нее. Ничем не выделяющийся. Гарри вздохнул и постучал. — Входите, мистер Поттер. — Раздался в ответ на стук спокойный голос. — Откуда вы узнали, что это я, а не один из ваших работников? — Спросил Гарри, чтобы как-то завязать разговор. — Мои подчиненные не стучат. К тому же мне уже доложили, что вы идете. Решили пройтись по нити Ариадны, нежели попросить проводить одного из сотрудников? — Спросил Смит, не ожидая впрочем ответа и встал из-за стола, подходя к двери. — Идемте за мной. К ритуалу уже все готово. Сперва заберем вашу будущую собственность. Гарри поежился от безразличия, с которым Смит говори о Томе. Все же он столько занимал в его жизни, что Поттер мог ненавидеть его, в тайне уважать и восхищаться, но никак не относиться к нему с таким безразличием. Особенно Гарри передернуло от назывании Тома его «собственностью». — А мне не нужно пить никакие, ну… вспомогательные зелья? — Спросил Гарри, вдруг подумав, что а вдруг его не привлечет Риддл в этом плане или у него вообще ничего не получится. — Мистер Поттер, все будет в порядке. В таких ритуалах сама Магия обычно воздействует на обе стороны. Поэтому как вы сможете ощутить эрекцию, так и он не будет вам препятствовать что бы вы ни делали с ним. — Будто говоря о погоде, ответил мистер Смит. Мистер Смит идет впереди, неспешно и уверенно, словно знает каждую скрытую трещину и каждую таинственную тень этого длинного коридора. Его шаги мягко эхом отдаётся в стенах, и голос его тихий, уверенный и совершенно без эмоций. Будто он не человек, а голем. Коридор уходит все глубже под землей, стены становятся чуть более темными, потускневшими от времени. Гарри идет за ним, ощущая на себе неприязнь или же черты чего-то неизведанного, особенно когда взгляд его переходит на запертые или таинственные двери, которые проходят мимо. Воздух становится всё тяжелее — влажный, насыщенный запахом старых книг, пылью и чем-то словно забытым. На этом пути их сопровождает тишина, только иногда слышится тихий шорох или скрип двери и Гарри чувствует, как внутри все его охватывает смесь тревоги и любопытства. И если первое можно было ожидать, то второе застало Поттера врасплох, но он тряхнул головой и вошел в комнату, куда его пригласил мистер Смит. Гарри вошел и перед его глазами предстала ужасная картина. На полу, полуобнаженный и покрытый следами от плети, сидит молодой мужчина, с чуть длинными вьющимися черными волосами, что были сейчас натянуты и зажаты в кулак второго мужчины, более мощного. Темные глаза смотрят вверх на своего мучителя, влажно поблескивая от сдерживаемых слез боли и страха. Стивен стоит на ладонях Тома, прижимая их к каменному полу и тянет его за волосы, причиняя боль в нескольких местах. — Сейчас ты, тварь, встретишься со своим врагом. Как думаешь, что он может с тобой сделать? — Шипит в лицо Риддла Норт. — Может он переломает свои руки и ноги, а потом заставит ползти до самого места проведения ритуала? А потом войдет в тебя, разрывая на части? Хорошо, что я дал тебе то зелье, не правда ли? Мальчик Который Выжил сможет ощутить все прелести твоей узкой, как у девственника, задницы. Вот только ты уже довольно попользованный товар, но хоть сможешь ублажить парня. Гарри замер на секунду, а потом его магия неконтролируемо вырвалась наружу, сметая Стивена в каменную стену и подскакивает к Тому, который дергается от неожиданности и испуга, смотря исподлобья на Поттера, который встает между ним и Стивеном. — Это бесчеловечно! Как ты можешь творить такое? — взрыкивает Гарри, полностью отринув всю свою тревогу и неуверенность. — Ах-ха-ха-ха! — Смеется Норт, поднимаясь с пола и покачиваясь, от силы удара. — Мистер Поттер. Наш Спаситель. Неужели вы готовы защищать и эту тварь? Это ведь он убил столько людей, убил ваших родителей и не раз пытался убить вас! — Верно, но даже с таким как он нельзя так обращаться, — говорил Гарри, цепко следя за Стивеном. Том за его спиной вздрогнул, услышав кто перед ним. Воспоминания его были мутными на внешность парня, поэтому он его и не узнал, но сейчас чуть сжался, переводя взгляд с Гарри на Стива и обратно, решая кто же для него опаснее и страшнее. Знания, после слияния разных временных промежутков хоть и дали что-то, но все же полной картины так и не оставили. Том знал, что Поттер был довольно добрым и справедливым парнем, но воспоминания последних лет были практически не читаемыми, поэтому как изменился парень, Том не знал. — Нельзя? Почему же? Именно так и нужно, — тихим, нежным голосом сказал Норт. Будто объясняя что-то малышу. — Думаете он и его последователи были добры? Может вам лучше пообщаться с теми немногими, кто выжил после из рейдов? Они то вам расскажут ЧТО творили Пожиратели Смерти! — Стивен, — монотонно и безразлично вклинивается в диалог мистер Смит. — Тебе пора. Ритуал должен начаться в ближайший час. Мне нужно чтобы ты передал мастерам, готовящим комнату, что можно начинать. — Ха… Хах. Мистер Смит. Вы оберегаете неокрепший ум мистера Поттера от ужасной правды? — начал было Норт, но тут же замолчал, смотря в холодные глаза Смита и кивнул, будто ему нажали на какую-то кнопку и молча вышел из комнаты. Смит кивнул Гарри, что стоял в оцепенении и тоже выходит. — Через некоторое время я вернусь и покажу комнату для ритуала. Там никого не будет, — на прощании говорит Смит и закрывает дверь. Повисает напряженная тишина. Гарри вздрагивает всем телом, смотря на закрывшуюся дверь и медленно переводит свой взгляд на Тома, все еще сидящего на полу с опущенной головой. Вот только Гарри успел заметить, как у того колыхнулись волосы, говоря о том, что он опустил ее лишь за мгновение, до того как Поттер посмотрел на него. Риддл был еще более худ, нежели помнил Гарри. Его тело покрывали полосы от плети, а ладони, что бывший Темный Лорд прятал, были опухшими и явно с вывихнутыми суставами, что причиняло огромную боль, но тот не издал ни звука. Ни сейчас, ни когда Стивен стоял на его руках, давя своим весом на них. Гарри повернулся, отмечая как замер мужчина перед ним и медленно опускается, пытаясь заглянуть тому в глаза. — А точно ли ты Волдеморт? — тихо сказал Гарри, не обращаясь ни к кому, лишь высказывая свои мысли вслух. Уж очень этот мужчина отличался по поведению и ощущению от безумного Темного Лорда. — Точно, Господин, — хрипло говорит Том, сорванным голосом. — Во всяком случае, если мои воспоминания меня не обманывают, — закончил он еле различимым шепотом. Гарри вздрагивает от обращения и голоса, лишенного змеиного шипения. Он осторожно касается его впалой щеки кончиками пальцев и приподнимает его голову за подбородок. Только прикоснувшись, Гарри ощутил мелкую дрожь, что волнами проходится по телу Тома, то ли от страха, то ли от ожидании боли. Риддл послушно приподнимает голову, на миг встречаясь взглядами. Поттер моргает, видя в коричневых, с вишневым оттенком, глазах страх, перед тем как Том опускает взгляд. Гарри только хотел что-то сказать, как дверь отворилась и появился один из сотрудников Отдела Тайн. — Ритуальный зал готов. Вам пора. Идите за мной. — Так же баз эмоций, как и глава, сказал работник. Он повернулся и стал ждать Поттера и Риддла. Гарри отвлекается и поднимается на ноги, протягивает руку, дабы помочь Тому подняться, но тот отшатывается и на секунду замерев, сам поднимается на ноги. Он чуть сутулится, поэтому кажется, что его рост чуть ниже, нежели у самого Гарри, видимо это для того, чтобы не смотреть ему в глаза. Сотрудник поторапливает их и они наконец идут по коридорам в направлении ритуального зала. Они спускаются еще глубже, Том начинает непроизвольно дрожать, вспоминая прошлые ритуальные комнаты, где над ним ставили эксперименты. И вот, когда они наконец вошли в помещение, за ними закрылась дверь. Гарри оглянулся, осматриваясь вокруг. Этот зал — словно часть древнего мира, наполненная шепотом тайн и магии. В центре, словно сердце, — алтарь, сотканный из темного дерева и мерцающего камня. Его поверхность гладкая и холодная, покрытая тонкими линиями рунических символов, которыми словно пронзена сама ткань времени. Свет, исходящий от неясных огоньков, касаясь его, создает тень и свет, которые пульсируют в такт каким-то древним силам. Вокруг алтаря тянутся мраморные колонны, их узоры — застывшие истории и запечатленные заклятия, обрамляющие пространство магического святилища. Высокие, изогнутые, с прорезями, как вырезанные из ночи, они придают залу ощущение времени, остановленного между мирами. На каждом шагу ощущается покой и напряжение — и всё внутри кажется будто пронзено невидимыми нитями чар, наполняющих воздух особым значением. Пол — мраморный, идеально гладкий, словно зеркало, отражающее мерцание огней и мерцание теней. Каждая трещинка и царапина напоминает о давно минувших обрядах, а слабое отражение создаёт иллюзию, что даже пол знает о тайнах, скрытых в этом месте. Но он темный, неожиданно для каменного пола, но это так. Гарри вздрагивает, когда касается уже босыми ногами этого пола. Он и не заметил, как его одежда исчезла — она осталась за пределами круга, повинуясь древней магии. Так же как и остатки тряпья Тома. Того будто невидимой рукой потянуло к центру. К алтарю, на который Риддл лег, раздвигая ноги и замирая. Гарри смотрит на него и у него внутри появляется жар, что растекается по всему телу, наполняя каждую клеточку теплом и неясным чувством нетерпения и жажды. «Так вот что имели в виду все, когда говорили, что Магия сама все сделает» — Подумал Поттер, замечая как его член дрогнул и стал наливаться кровью. Он медленно стал подходить к алтарю и распростертому на нем Тому. Гарри склонился над ним, проводя кончиками пальцев по шрамам и следам от плети. Том вздрагивает и тихо скулит. Он тоже возбужден. Взгляд его скрыт завесой волос из-под которых блестят влажные глаза с расширенными зрачками. Он не осознавал, что происходит. Магия приглушила боль и сознание, выпустив лишь голодное к прикосновениям хозяина животное. Гарри завороженно смотрел, как Том изгибается, просительно скуля. Поттер тяжело дышал, приоткрыв рот, выпуская горячий воздух из себя. В помещении враз стало теплее и кое-где стали сверкать небольшие молнии от большого количества магии. Гарри провел рукой выше, обводя худое тело Тома, взгляд его наткнулся на витиеватую фразу, выжженную на тонкой бледной коже. «Лорд Волдеморт — Раб Гарри Поттера.» Гласила надпись. Парень моргнул, очертя ее, от чего Риддл попытался уйти от прикосновения и всхлипнул, но тут же подчиняясь магии — прильнул обратно. Мысли в голове у Гарри стали исчезать, оставляя лишь одну цель — сделать так, чтобы надпись стала правдой. Он взобрался на алтарь к Тому, поглаживая его бока, медленно пробираясь к бедрам и раздвигая их, как на одном из изображений, в недавно прочитанной книге. Гарри облизнулся, когда ощутил, что анус Тома влажный и подрагивающий. Магия позаботилась, чтобы вход был легким. По крайней мере для Гарри. Но Поттер заставил себя прийти немного в сознание и ввел один палец, сгибая его и потирая бархатные стеночки внутри Тома, который захлебнулся воплем смешанным с удивлением и удовольствием. Палец вошел довольно легко, поэтому через минуту Гарри добавил и второй, разводя их, растягивая дырочку Тома, что жалобно хныкал и подрагивал. Его темные глаза с поволокой страсти рассеяно смотрели на Поттера. Гарри сглотнул, вынимая блестящие от смазки пальцы и приставляя крупную багровую головку члена к анусу Риддла. Глубоко вздохнув, Гарри стал медленно входить в горячую глубину. Его тут же пронзило удовольствие, подгоняющее войти быстрее, резче, глубже, но он отодвинул это желание на задний план, медленно погружаясь в анус Тома. Риддл выгнулся, пытаясь насадиться, но был прижат к алтарю ладонью Гарри и взвыл, слезы, впервые за долгое время покатились по его щекам, теряясь в волосах. Том закусил губу, чтобы не умолять, но он бы и не смог сказать что-то членораздельное, лишь жалобно и просяще стонать, пытаясь насадиться, но послушно замирая под руками Гарри. Поттер же наконец вошел полностью, пытаясь отдышаться. Том сжимал его так сильно, что наслаждение могло бы перейти в боль. Магия вокруг них накалилась. Завихрение древней силы было практически видимым и ощутимым, особенно когда она наконец накрыла их. Гарри больше не мог держать свое сознание под контролем, и, выйдя практически полностью, под звук жалобного стона Тома, вошел вновь, резким движением, от которого Том закричал, выгибаясь и всхлипывая. Гарри правда старался сдерживаться, но жаркая глубина тела Тома, напряжение магии и его возбуждение, не оставило ему ничего другого, как прижать худое тело Риддла своим и вбиваться в него, прикусывая того за шею, и слушая стоны, переходящие в хрипы от переполняемых эмоций. Магия плотным облаком легла на них, окутывая плотным туманом, из-за которого становилось тяжело дышать, но Гарри не сбавлял темп, прихватив Тома под ногу, приподнимая ее, открывая для себя большее пространство для действий, от чего получалось входить глубже и сильнее. Том стонал не переставая, с его рта стекала ниточка слюны, которая тянулась вниз по его шее. Гарри прикусил нижнюю губу Тома и впился в его рот поцелуем, заглушая очередной стон-скулеж Риддла. Магия вдруг взмыла в воздух, наполняя все пространства ритуального зала собой, по стенам и полу прошлись молнии, идущие к алтарю, на котором проводился ритуал. Тома выгнуло, он всхлипнул и сжал Гарри внутри себя, кончая. Гарри рыкнул, прикусывая шею Тома и тоже последовал за ним наполняя его своим семенем. На спине Риддла, ближе к шее расцветала татуировка созданная из мелких рун. Небольшой росточек, на листиках которых было выведено имя Гарри. Том потерял сознание, а Гарри тяжело дыша вышел из него, несколько минут бездумно смотря на своего раба. Да. Теперь, после закрепления связи Том действительно стал рабом Поттера. Гарри поднимается на ноги, не ощущая никакой усталости или неудобства. Он смотрит на бесчувственного Тома, на его израненное тело, к шрамам на котором прибавились и укусы-засосы, что оставил сам Поттер. «Не оставлю» — единственное, что появилось в пустой, после ритуала, голове Гарри. Он подхватил легкое тело Риддла и сделал первые пару шагов. Он сейчас унесет его обратно на Гриммо, а потом уже будет разбираться со всем остальным.