Часть 1
«В немом вопросе она вскинула голову, открытой злобой искажая лик свой.
- Почему ты такой.. особенный? - рождались мысли, умерщвляя покой.
Ненавязчиво, трепетно располагаясь над большой стопкой чистых и белых листов,
Испещрит неживую белоснежную кожу парой чëрных, неправильных, притягательных строк.
Любым скоротечным болезненным скрипом поддержать - иль оспорить? - стремилась постель
Её невинное, тайное, непростое решение нечто новое, значимое, необычное спеть.
Когда пред глазами всплывали очевидные образы, имела честь созерцать неизбежную суть:
Его улыбку, глаза, ладони, смольные волосы. Беспечно вздрагивающую - человеческую - крепкую грудь.
Он такой, как они, несказанно похожий: не казался отличным от остальных.
Лишь очей золотой дымкой завлекал он прохожих, искусно прял из них кукол неживых и пустых.
Был не прав, ошибался. Со всяким бывало? Когда путь решил выбрать неказистый, скупой.
Однако каждому право дано думать дважды, быть героем иль змеем скудны́м. Быть собой?
Думала, размышляла. Сложив накрест ноги, не желала вновь душу свою осквернять:
Она такая, как он, они оба похожи. Тело изящное скромно даст это понять:
Расплостались небрежной полосою узоры, точно, как у него, они, словно шипы
Оседали старательно на стебле юной розы, создавая преграды, выдвигая столпы
Заблужденья, сомнения, непониманий, что зажимали меж стен своих, будто в тиски
Загнать стремительно девушку намеревались, на корню убивая все надежды ростки.
Тихий выдох сорвался с уст алых, горящих, как поймать удалось ей единственный стук:
Зазывал за пределы не голос звенящий - показался в тени пелены давний друг.
Подошла осторожно, стремительно, сложно неприглядную тайну оказалось сберечь,
Рядом с ним все наружу выплывали секреты: ничем не сокрыть было сильную течь.
Зацепились глаза мимолëтно, тревожно за неприглядное поросшее шестью письмо:
Пушистый товарищ, на неё глядя косо, послание вверил невесомо, легко.
Он желал с нею встречи: так слагать горделиво вынуждала бумага небольшие столбцы,
Что, сберясь воедино, на обложке нарядной представали пред ней. Завиты их концы:
Цветастые буквы заприметили очи,
Вздыматься резко посмела неспокойная грудь:
Так неожиданно, резво, бескрайне порочно.
С пути - предначертан он был - не свернуть.
Однако будет смелее, даже если не хочет. Посмеет черту эту переступить.
Он другой. Не такой. Не похож он на прочих: тот заботливый взгляд не посмел отвести,
Когда смыкались на тонких запястьях узоры, что вывела бережно алая нить,
Когда оказалась она в ситуации сложной:
Её бросив, себя не сумел бы простить
За то, что сжиматься оставил, как зайца, от страха пред парами судящих глаз.
О секрете большом не гадали товарищи: в столь невыгодном свете не заставали ни раз.
Тронули нежно бумагу белоснежные пальцы, вспорхнули ресницы, пропустило удар
В восторжении тихом беспокойное сердце: крайне сильно пленил его репертуар.
Они будут вместе: выкорчевать изволять из сознания множеств неприглядный недуг,
Сумеют высвободить родной сердцу большой милый город:
Клинков остриë его избавит от пут,
Какие повелитель намотать соизволил, как на катушку безвольную - пурпурную нить.
Подносил вровень людям своих нежных созданий, вынуждая без устали существ смертных гнить.
Безоговорочно принято стало приглашение - она готова была свою душу вверить,
Чтоб совместными силами достичь результата. Переписать чтоб итог. К лучшему изменить».
🝮︎
