Остров под одинокой звездой

У Шадоу Милка было любимое место во всем хлебоземье. Вы можете предположить, что это Шпиль обмана. Но я вам отвечу, что вы не угадали! Пик был бы слишком очевиден, ведь это его фактический дом. Нет, его любимая точка на всём Хлебе была скромной, довольно тихой, совсем не сочетающаяся с образом величайшего страха человечества и огромной беды для любого существа. Оно было отдаленным от всех, о котором знали единицы. Это место приглянулось давным-давно ещё Источнику Знаний. Да, настолько оно древнее. Он полюбил этот клочок своих владений за его неописуемую красоту, уединение, за открывающийся вид на огромную луну. Там его никто не мог найти и начать что-то вновь спрашивать. Там Всезнающий мог быть собой. Там Источник мог быть неидеальным, кататься по траве, словно дитя малое, рассматривать яркие цветы, вести себя более раскрыто, чем с народом. В городе была серьёзная маска, идеализированный образ всемогущего Божества, перед людьми ему нужно было быть мудрым. А здесь же... Здесь ему не перед кем было держать себя. Здесь, наедине со стрекотанием сверчков и своими мыслями, Фаунт любил смотреть на звёзды. Он чувствовал к ним особую привязанность. Мысленно соединял их в созвездия, говорил в пустоту воздуха, представляя, что его слова доходят до далёких искорок в небе. Эта любовь и привязанность к этой полянке с серебристой травой и прекрасным видом на луну и звёзды шла теперь и с Шадоу Милком. Спустя множество веков заточения в Древе, он все ещё любил это место. Даже боялся, что пока он был взаперти, поляну заселили, или теперь про нее знают и он там не будет один, или её вообще больше нет в мире. Он порой приходил сюда тогда, когда Шпиль погружался в сонную дрёму. Когда кролики разбегались по норам, а слуги видели десятый сон. Сидел и часами смотрел в далёкую пустоту, на луну и на летающих вокруг светлячков. Теперь он снимал здесь не маску Божества, а маску уверенности, сарказма и постоянной насмешки. Здесь он мог побыть спокойным, не через чур громким для окружающих, что могло быть удивительным для тех, кто его знает. Ещё в небе он давно заприметил одну звезду. Она будто была дальше от других, но это не мешало ей гореть так же ярко. Милку нравилось ассоциировать её с собой. Одинокая(хоть ему и не хотелось признавать это), далёкая от других, но тем не менее яркая и заметная. Прямо как он. Блистает на сцене и его трудно не заметить, но в изнанке театра он один. В тени закулисья нет никого, кроме него. Так и с той звездой. Среди других она сияет ярче всех, но стоит её убрать, как всё внимание уйдёт на остальные искры в небе. Про эту поляну не знали даже его, казалось бы, самые верные подчинённые, те, кто с ним шли всегда бок о бок - Кенди Эпл и Блэк Сапфир. Да, он никогда с ними не делился этим. Он желал, чтобы этот уголок хлебоземья остался лишь его тайником. Но это было ещё очень давно. Тогда ещё в помине не было их вражды с Пьюр Ваниллой, они даже не были знакомы. А что же теперь? Позорное поражение, предложение стать друзьями от злейшего врага и... Его, хоть и с огромной неохотой, согласие. Дорога до Ванильного королевства, непринятие народом и не только, но это не важно. По началу он хотел разработать коварный план, забрать свой Соул Джем у Ваниллы и сбежать со своими миньонами. Однако это было раньше. Потом он отказался от своих планов, поняв, что Соул Джем теперь по праву принадлежит Пьюру и даже забери он его, ничего бы не поменялось. Дальше он стал более менее привыкать к жизни у Святейшего. Потом они стали друзьями. Теперь они вместе гуляли по саду, пили чай, ну и, разумеется, играли в игры, это никуда не делось. Шадоу Милк привык и ему даже начало нравиться присутствие Ваниллы. Он больше не чувствовал отторжения и презрения по отношению к нему. Даже показалось, что он... Привязался к Чистейшему? Нет, ну это уже перегиб палки. Однако, стало ли ему лучше? Определенно. Затем долгое противостояние своим чувствам, отрицание какой либо симпатии и так далее. Но всё же Шадоу Милк признался себе, что Ванилла ему симпатизирует. Сказать ему это в лицо, естественно, ему не позволяла гордость, поэтому он топил свою влюбленность где то глубоко в мысленной бочке с нефтью.

***

В один вечер Шадоу вновь захотелось прийти на поляну. Изначально он планировал идти туда один, но позже Милк решил, что хочет поделиться этим клочком земли кое с кем. Сегодня как раз отлично виднелось звёздное небо и полная луна. Поэтому он, выйдя из своих покоев в замке, направился в комнату Чистейшего. Быстро преодолев целый этаж, Шадоу уже стоял напротив светлой двери. Точно ли стоит сейчас постучать, спросить, есть ли там кто-то, или лучше прямо сейчас пойти на поляну одному? Нет, Милк уже твердо решил, что сегодня он отбросит, хоть и не полностью, а лишь часть, свою гордость и признается Ванилле. Да! Так что, выдохнув, Шадоу три раза постучался. Из-за двери послышалось приглушённое "входите" и арлекин тихонько прошёл за порог. Ванилла же сидел за столом и что-то писал. -Я немного занят, прошу про..-Ванилла развернулся и прервался, увидев Шадоу, стоящего у него в комнате. - А, Шадоу Милк, это ты. Проходи, чего стоишь у порога? Ванилла встал со своего рабочего места и пододвинул ближайший стул к столику. После того, как он сел обратно, Шадоу с несвойственной для него робостью тоже присел. -И так, друг мой, почему же ты не спишь в столь поздний час? Извини, но проспать завтра до обеда я тебе не смогу позволить, - целитель хихикнул, не отрываясь от листка. -Нилли, я вот хотел позвать тебя.. прогуляться, - Шадоу смотрел в пол и говорил через чур тихо, будто кто-то мог их подслушать. -Прогулка... Хм, ладно, я не против!-Ваниль поднялся из-за стола и взял Шадоу за руку. Затем они вместе вышли из комнаты и направились к выходу из замка. За замком же они прошли и сад, и ворота города. Выйдя к лесу, они молча шли по тропинке. Шадоу не говорил, куда он ведёт Пьюра, а он же ему доверял. Шут больше не тот коварный Зверь и подлой шутки ждать теперь от него не стоит. Значит и беспокоиться не о чем. Пьюр вообще не помнит, когда в последний раз Шадоу замышлял что-то очень опасное. Конечно, шутки над горожанами, слугами в замке и над самим Ванильным королём никуда не делись, но Зверь явно прислушался к нему и исправился, хоть и не полностью. Ванилла одновременно был рад этому изменению и в какой-то степени гордился собой за проделанную работу в "перевоспитании" бывшего Благодетеля. Он помнит, как стал Бесчестным отшельником, слова Шадоу о том, что истина и ложь неразделимы. Он действительно чувствовал, насколько Милку было одиноко. Пьюр сейчас не мог поверить, что после всего произошедшего, он спокойно идёт со своей половиной по лесу и тот ведёт его куда-то. Ванилле это нравилось. Нравился Шадоу, то, что он смог измениться. Он больше не был колючим и неприступным, он был близким, почти тёплым и родным. Ванилла настолько привык к нему, что каждый раз осекался на мысли, что Шадоу живёт во дворце не так давно. Ему было уютно от такого вывода. Шадоу и вправду был второй частью него самого. -Мы почти пришли, - с лёгкой, едва заметной улыбкой сказал Шадоу. Затем он отпустил руку блондина только для того, чтобы накрыть глаза Ваниллы ладонями. Он продолжил его вести. Тем временем лес заканчивался и сквозь просветы между деревьями виднелась поляна, залитая серебристым светом трава, белоснежные цветы и голубые васильки. Лужайку с трёх сторон окружал лес, с другой же был обрыв и красивейший вид на луну и ночное небо. Выйдя на неё и проведя Ваниллу примерно на центр луга, Шадоу спросил у древнего: -Готов?- он подлетел спереди. -Да, можешь отпускать. Шадоу опустил руки, позволив Ванилле открыть глаза. Он вздохнул с восторгом. Он никогда не видел чего-то подобного! -Шадоу, это место прекрасно! Ты давно про него знаешь?-его искрящиеся глаза обратились к шуту. -Да, ещё со времён благодетелей. Вообще.. о нём никто не знает. Ну, кроме меня, - он опустился на траву. - И теперь тебя. Кроме нас двоих, - он похлопал рядом с собой, приглашая Ваниллу сесть. Пьюр так и сделал. -Тут очень красиво. Мне нравится. И цветы, и звёзды, и... -он перевел взгляд на луну.-Луна. Она сегодня особенно красива. Шадоу притих. Когда ему стоит признаться? Прямо сейчас? Ответить "Да, она и вправду сегодня прекрасна"? Тьфу, слишком, слишком слащаво и клишированно! Милк улёгся на траву, слегка придавив её своим весом. Ванилла сделал тоже самое. -Я вижу, что ты хочешь что-то сказать. Пташка, ты можешь не стесняться, ты же знаешь, я тебя выслушаю, - Пьюр нежно улыбнулся и смахнул прядь с лица Шадоу. -Вообще, я здесь часто бываю, - он выдохнул, начав монолог. -Всегда один. Никогда никого сюда не приводил. Я здесь.. Прятался от внешнего мира. Это место дорого мне, - слова давались ему тяжело, впервые он не знал, что говорить. -И вон та звезда, - Милк поднял руку и указал на сияющую точку в небосводе. -Я ассоциировал её с собой. Она там одна, яркая, но... -Одинокая?-Ванилла закончил фразу за него, на что Шадоу кротко кивнул. -Да. Но теперь, мне кажется, что я не похож на неё, - Арлекин закрыл глаза. -И почему же? -Я больше не одинок. По крайней мере, не ощущаю себя таковым. У меня появился... -Он легонько улыбнулся, надеясь, что Ванилла сам всё поймёт и ему не придется говорить эти сложные для себя слова. -Друг?-Ванилла повернул голову в сторону Шадоу. -Нет. Кое-кто больше, чем просто друг, - он рукой нащупал Молочную корону и сорвал его, а затем повернулся к Чистейшему. Глаза Ваниллы стали чуть больше. Неужели Шадоу всё это время был.. неравнодушен к нему? Милк же аккуратно вставил цветок Ванилле за ухо, в прядь светлых волос. -Пьюр Ванилла, ты помнишь нашу первую встречу? Тогда я презирал тебя, считал мягкотелым, слабым и слишком светлым и глупым. Очень глупым. Ведь ты думал, что я способен измениться. Давал шанс Зверю. И я... Признателен тебе, - Шадоу опустил взгляд.- Правда, ты смог мне показать, что не везде меня будут гнать и ненавидеть... Я долго подавлял в себе это, но я больше не могу, - Милк остановил свою речь, собираясь с мыслями, и морально готовился перед тем, чтобы произнести те три тяжёлых слова.-Я тебя люблю, Пьюр Ванилла. Всем своим прогнившим насквозь сердцем, Ведьмы меня побери. За эти несколько месяцев ты стал мне дорог. Ох, ты не представляешь насколько я тобой дорожу. Он выдохнул, закрыв глаза. Он ожидал чего угодно. Истерики, гнева или Ванилла сейчас просто встанет и уйдёт?! Вдруг Шадоу ему и вовсе противен, а Зверь тут нюни распустил? Нет, это была с самого начала глупая затея! Нужно было оставить эту злосчастную светлую дверь, оставить её хозяина и уйти! Ах, была бы у Шадоу машина времени... Но вместо всех вариантов развития событий, произошел самый неожиданный для Милка. Ванилла просто придвинулся ближе и обнял его. Да так крепко, как никто ещё не обнимал. Шадоу сначала напрягся, не понимая такой реакции. А потом обмяк в руках Пьюра. -Птенчик, ты не представляешь, как я рад. Я счастлив от начала и конца моей души. Я могу назвать себя сейчас самым счастливым человеком во всем мире!- Ванилла продолжал стискивать хрупкое тело в своих объятиях. В его сердце сейчас был такой трепет, который он не испытывал всю свою жизнь. Мало того, что Шадоу исправился, так он ещё и смог полюбить! Да и не абы кого, а его самого!-Шадоу Милк, я тоже тебя люблю! Ванилла радостно рассмеялся и принялся кататься с Шадоу по траве. Самого Зверя обмана тоже прорвало на смех. Сердце Милка сделало сальто-мортале в грудной клетке. Его чувства взаимны. О звёзды, взаимны! Он не был так счастлив с того момента, как Ванилла стал Бесчестным отшельником. Теперь он счастливее в два раза, чем тогда. Теперь он обнял Ваниллу в ответ и стал хохотать так громко, что возможно было услышать в Ванильном королевстве. Они остановились, и Ванилла выпустил Шадоу из своей цепкой хватки. Они лежали на лужайке и смотрели друг на друга самым нежным взглядом, который только можно представить. Шедоу протянул руку, чтобы положить её на щёку Пьюра. Он задержался на секунду, чтобы проследить за эмоциями блондина. Тот же всё так же смотрел на него с обожанием, а затем, будто поняв, что Арлекин хотел сделать, легонько кивнул. Шадоу понял, что Ванилла не против и приблизился к нему. Их губы встретились - нежно, трепетно, с нескрываемой страстью, но не давлением. Это был лёгкий поцелуй, но оба были довольны. Шадоу перебрался повыше и лёг на грудь Пьюра. Они оторвались, пытаясь перевести дыхание, всё ещё с огромной любовью смотря друг другу в глаза. Теперь уже Шадоу обхватил своими руками тело Ваниллы, Пьюр же стал гладить шута по спине. Так они и лежали всю ночь на этой поляне, глядя на луну, далёкие искры и на яркую точку, которая больше не была одинокой.

***

В ту ночь звезда и вправду не была одна. Около неё зажглась ещё одна, такая же яркая и видная из далека, с той самой поляны под одинокой звездой.