Между двумя рассветами

      Сонхуну нужен был чёткий план того, как он будет расшевеливать своего отца. Можно было бы спросить всё у папы, Джисона, но у того пока тоже плохо получалось пробить эти лединые стены, состоящие из одних формул. Сонхуну было жизненно необходимо познакомиться с дядей Чаном и притереться к дяде Сынмину. Эти двое и правда могли помочь ему с планом. Сонхун уверен, что его родители и так начали бы встречаться, но в будущем должно что-то случится, что-то из-за чего они расстанутся. Да так, что отец оборвёт все воспоминания и связи с папой.       Поэтому процесс стоило ускорить, чтобы они сильнее привязались друг к другу, сильнее полюбили и не смогли отпустить своего любимого уже никогда.

Шаг 1

      Сонхун мог лишь слегка приоткрыть дверь и одним глазком наблюдать за тем, как его отец готовил кофе. Только вот он уже давно выпил свою порцию. У младшего прям щёки заболели от широкой улыбки. Потому что это давало понять, что Минхо знал, что Джисон уже проснулся, знал, что тот пьёт по утрам кофе, знал, какой кофе любит папа.       Сонхун понимал, что сейчас Минхо доготовит и тут же смоется с места преступления. Этого нельзя было допустить. Хоть младший и понимал, что Джисон ему поверит, если скажет, что кофе для него сварил Минхо, но вот так просто отца отпускать не хотелось. Они довольно сильно повздорили в тот раз, а Ли-старший так и не извинился. Нужно было прямо сейчас натолкнуть их на разговор.       Поэтому Сонхун аккуратно вышел из своей комнаты, пытаясь не издавать звуков. Ему сразу на глаза попался поднос, что невинно лежал на столе, так и ожидая своего звёздного часа. И младший, не дожидаясь, пока отец повернётся, просто столкнул металлический поднос на пол, что был застелен ламинатом. Грохот раздался такой, что Сонхун сам испугался.       — Ёб твою! — Прокричал Минхо, с тем же грохотом роняя от испуга банку с кофе. Всё, что было внутри, рассыпалось. Минхо ещё секунду стоял, как приклеенный, и глазел на бардак под ногами. Потом резко развернулся и столкнулся с виноватым взглядом Сонхуна. Младший откровенно испугался, но до последнего строил невинное лицо, надеясь на то, что ему не прилетит в это же лицо от отца. Сонхун гулко сглотнул, когда услышал продолжительный и явно раздражённый вздох.       — Ответь, какого чёрта, Сонхун? — Минхо упёр руки в бока, до жути напоминая отца в его настоящем. Страх окутал с головой.       — Я, это… Прости, хён. По утрам я ужасно неуклюжий, — Неловко почесал затылок Сонхун, отводя взгляд, чувствуя ужасное давление и жуткое чувство дежавю.       — Убери тут всё, мне уже нужно…       Что нужно было Минхо можно было лишь догадаться, потому что именно в этот момент из комнаты вышел Джисон. В серых спортивках и растянутой белой майке. На голове была повязка, а на кистях напульсники. Взгляд был растерянным, он так пристально разглядывал сначала Сонхуна, затем переключился на Минхо. А уже после и на кружку горячего кофе на столе. Кажется, Хан даже не особо обратил внимание на бардак. Волновало его совсем другое.       — Это для меня? — Решил уточнить Джисон, указывая пальцем на кружку свежесваренного кофе. Минхо скрипнул зубами, стараясь не обращать внимания на то, как его уши не просто горели, они пылали от смущения и от того, что его взяли с поличным. А всё было из-за этого несносного и неуклюжего Сонхуна. Минхо тут же метнул гневный взгляд на своего однофамильца, прожигая того взглядом. Но тот состроил слишком невинное лицо, будто действительно был не при делах.       — Нет, — резко ответил Минхо, хватая со стула свою сумку. — Это для Сонхуна! — Ли даже не обернулся, выходя из блока и вновь хлопая дверью. Кажется, ещё несколько таких драматичных уходов и стены точно обвалятся.       — Что с ним? — Джисон выглядел не менее растерянно, чем сам Сонхун. Но младший лишь пожал плечами, принимаясь наводить порядок за свою шалость. Которая, кстати, очень даже удалась.       Стоило только Сонхуну сказать, что кофе Минхо сделал для него, как Джисон тут же расплылся в широкой улыбке и с удовольствием выпил его, только после этого отправляясь в душ после своей утренней тренировки.       Сонхун всё время ходил хвостиком за Джисоном и Сынмином, пытаясь поймать момент, когда он останется только с дядей. И ему явно улыбается удача и сама Судьба на его стороне.       Только они зашли в столовую, как к Джисону подбежал его одногруппник, говоря о том, что куратор ждёт. Это было связано с фестивалем. После этого Хана, как ветром сдуло. Сынмин и Сонхун сели за стол в полной тишине. Они вдвоём ещё не оставались, а Ли не может подавать вида, что знал дядю. В его настоящем с Сынмином всегда было о чём поговорить. А когда дядя оставался у них дома на ночь, то они могли до утра болтать ни о чём.       Сонхун с такой грустью сейчас вспомнил дядю Сынмина в своём настоящем. Захотелось обнять его и поблагодарить за всё, что он сделал. Видимо, по лицу Сонхуна можно было прочитать, потому что Сынмин молчать не стал. В прочем, как обычно.       — Сонхун-а, что такое?       — Да вот я… — Сонхун прервался, совершенно не зная, что сказать. Но знал, что врать не получится. Дядя всегда видел, когда кто-то из Ли не договаривал. — Дяд… Хён, — У младшего практически сердце остановилось, когда он по привычке чуть не назвал Сынмина «дядей». — Мне срочно нужна твоя помощь.       Сынмин выгнул бровь.       — Выкладывай, что случилось?       — Ты ведь знаешь о том, что Джисон-сонбэ не ровно дышит к Минхо-хёну, тогда почему не сделаешь что-нибудь, чтобы Минхо начал действовать?       Сынмин закашлялся, подавившись рисом. Сонхун поспешил протянуть стакан воды, который Ким тут же принял.       — Прости, я говорил слишком прямо?       — Мало того, что это было прямо, так ещё и очень верно. — Усмехнулся Сынмин, вытирая губы салфеткой. — Хочешь вмешаться, да, малой?       У Сонхуна пробежали мурашки по спине, потому что обращение было точно такое же, как и в его настоящем. Улыбка сама полезла на лицо.       — Почему же вмешаться? Просто слегка подтолкнуть их друг к другу. — Пожал плечами Сонхун, возвращаясь к еде, но внимательно следя за реакцией дяди. Тот не выглядел так, будто Сонхун действительно вмешивался не в своё дело, слава богу. Иначе голова с плеч отлетела бы в эту же секунду. — Просто пойми меня, сонбэ. Я устал от их летящих во все стороны искр, почти ослеп.       Сынмин тихо рассмеялся, прикрывая рот рукой. Сонхун тоже улыбнулся, с теплотой наблюдая за таким живым дядей. Возможно, именно из-за его серьёзной работы в будущем, Сынмин таким сдержанным и стал. Но это всё равно не умаляло его доброты и действительно отличного характера.       — Слушай, тебе нужно познакомиться с Чаном. Он как-то уже предлагал мне подобную идею, но на тот кон всё было более менее нормально. А вот сейчас… — Сынмин постучал указательным пальцем по подбородку, делая задумчивый вид. — Несмотря на то, что я в тот раз был против, сейчас я хотел бы того же.       Глаза Сонхуна тут же загорелись азартом и предвкушением.       — У меня уже есть кое-какой план. Послушаешь, хён?       Чан не понимал, что он делал в старом крыле их учебного корпуса. Старший так обрадовался, когда Сынмин написал ему, думал, что они время вместе проведут, а тут ещё кто-то третий нарисовался. Вообще, кстати, незнакомый. За весь сентябрь Чан ни разу не видел этого первокурсника, но как выяснилось, он был соседом Джисона и Минхо и учился на факультете искусств.       — Так и, кто-нибудь скажет, чего мы тут собрались? — Чан сжал переносицу указательным и большим пальцами, чувствуя вселенскую усталость.       — Чан, помнишь ты говорил о том, чтобы свести Минхо и Джисона? — Сынмин приблизился к старшему, беря его руку в свою, чтобы видеть всё лицо. Тот неуверенно кивнул. — Я нашёл тебе единомышленника. Это Сонхун.       Сынмин кивнул на Сонхуна, который неловко улыбнулся, чувствуя себя до ужаса странно. А дядя Чан выглядел достаточно сурово для своих двадцати шести, ну или просто хотел казаться таким. Сонхун видел лишь те фотографии, на которых Чан улыбался и был расслаблен.       — Что?       Сынмин кратко объяснил старшему, а Сонхун рассказал свой план. Он был довольно прост, но это позволило бы двоим неугомонным привязаться друг к другу и, наконец, разобраться в своих чувствах.       — Хм, а звучит довольно классно. Сам придумал, малец? — Чан за всё время улыбнулся первый раз, что позволило Сонхуну спокойно выдохнуть и улыбнуться на обращение к себе. Практически и из дома не исчезал.       — Сам. Так вы сможете помочь? Я без вас, как без рук.       — План, конечно, хорош. Вот только Минхо слишком рьяно отрицает свои чувства, хотя об этом уже все знают, кроме него. — Усмехнулся Чан, закидывая руку на плечи Сынмину.       — Да, знаю. Поэтому нам и нужно расшатать по большей части отца. — Сонхун сделал задумчивое лицо, совершенно не слыша своей оговорки. Сынмин и Чан переглянулись. Первый лишь пожал плечами, давая знак, что не понимал ничего. Они решили ничего и не спрашивать. — Может, это и будет выглядеть, как сценарий к какой-нибудь дешёвой дораме… Но я всё равно хочу сделать это.

Шаг 2

      Сынмин не мог не удивиться, как всё было просчитано у Сонхуна, чуть ли не до мелочей. Сонхун свинтил уже после второй пары, хотя у него в расписании стояло четыре. Поэтому сейчас Джисон и Сынмин были только вдвоём. И, когда закончилась последняя пара, парни отправились домой. Вот только…       — Дождь? — Джисон неверяще пялился в окно, где шёл чуть ли не ливень. — Но я даже не получил предупреждения сегодня.       — Это плохо. — Раздосадованно проговорил Сынмин, — Мне ещё на встречу к Чану бежать, а в своей тонкой я промокну тут же, эх. — Вздохнул Ким, косо глядя на друга. Тот будто о чём-то размышлял. Пауза затянулась настолько, что Сынмин уже начал чувствовать себя неловко.       — Ну, возьми мою. Она плотнее, ты успеешь добежать?       — Правда, Хан-а? Спасибо большое! — Сынмин бессовестно выхватил куртку Джисона из его рук, быстро обняв того на прощание. — На моей хотя бы капюшон есть, до остановки добежишь! — Последнее крикнул Сынмин убегая так, что пятки сверкали.       — М-да, — щёлкнул недовольно языком Джисон, смотря на супер тонкую ветровку своего друга. Уже конец сентября, о чём только тот думал?       Хан накинул ветровку, выходя на крыльцо универа. Дождь лил так, будто обещал идти до самой ночи. Если Джисон пойдёт сейчас, то сильно промокнет и вероятнее всего простудится. А пары и подготовку к фестивалю пропускать никак нельзя. Если будет ждать окончания дождя, то даже неизвестно, через сколько он пройдёт. А ещё нужно было подготовиться к парам на завтра, дорисовать коллажи и вообще много всего сделать. Джисон устало провёл рукой по лицу, понимая, что придётся идти под такой ливень.       Плотно укутавшись в ветровку и накинув капюшон Джисон собирался бежать так быстро как только сможет, начиная спускаться по лестнице с крыльца. Но не успел он шагу нормального сделать, как Хана за этот же капюшон дёрнули назад.       — Задушишь! — Крикнул младший, даже не зная, кто посмел его так бессовестно трогать. Он тут же обернулся, как его отпустили. И гневный взгляд Джисона столкнулся с осуждающим Минхо. Весь пыл в эту же секунду погас, стоило только увидеть Ли. — Зачем так тянуть? — Голос так же изменился, а нижняя губа выпятилась в обиженной манере.       — Ты чем думал в такую погоду идти без зонта? — Проигнорировал вопрос младшего, — Разве Сонхун тебя не предупреждал, что будет ливень?       — А при чём здесь Сонхун?       — Ну как, — недоумевающе смотрел на Джисона Минхо, — он мне всё утро говорил про дождь и пихал зонт.       — Вот жук, — себе под нос прошипел Хан, делая пометку о том, чтобы потом надавать своему любимому хубэ. Минхо лишь пожал плечами и раскрыл зонт, собираясь уходить.       Только Джисон открыл рот, чтобы напроситься к нему, как Ли сам остановился и протянул руку, стоя уже на одной ступеньке крыльца. Дождь начинал барабанить по выглядывающему из-под козырька краю зонта. Но никто из парней не обращал на это внимание, Минхо смотрел на Хана в ожидании, а последний только на протянутую руку. И без слов всё было понятно. Немое приглашение слишком взволновало бедное сердце Джисона, которое уже третий год жило, мучаясь от безответной любви.       Молчание слишком затянулось. Минхо неловко отвёл взгляд, уже собираясь спрятать руку в карман. Но Джисон успел за неё схватиться, да так резво, будто это касание могло спасти ему жизнь. А может и могло. Они всё также молча смотрели на их крепко сцепленные руки. Хан почувствовал жар, который с огромной скоростью разливался по всему телу. Касание было таким аккуратным, таким нежным, а ладонь Минхо тёплой и мягкой. Улыбка сама поползла по лицу, когда Ли потянул его на себя, прикрывая от дождя зонтом.       Джисону так сильно хотелось обнять Минхо за руку, прижаться ближе, представить хоть на миг, что они вместе. Но его уже устраивало то, как Минхо продолжал сжимать его ладонь, тянул на себя, когда тому казалось, что на Хана попадали капли. Джисону уже хватало такой заботы со стороны Ли.       Сонхун наворачивал круги в своей комнате, ожидая, когда же родители вернутся. Он до ужаса боялся, что плохо всё просчитал. Ведь отец мог остаться в вузе по своим делам, а Джисон вовсе уйти куда-нибудь. Но нервничал он не только по этому поводу. Если эти двое всё-таки пересеклись, то инициативу снова мог проявить Джисон, а должно быть наоборот! Сонхун никогда ещё так не переживал, даже на первой в своей жизни сессии.       Но вот дверь в блок открылась, и послышался громкий смех Джисона. Ли-младший тут же вышел из комнаты, сталкиваясь с довольно интересной картиной.       Джисон заливался от смеха потому что… Минхо был с ног до головы мокрым. Сонхун в удивлении поднял брови, пока отец раздевался прямо на пороге, а Хан всё ещё смеялся.       — А что случилось? — Решил спросить Сонхун, принимая из рук Джисона пакеты и стаканчики кофе.       — Буквально в нескольких метрах от общаги его обрызгала машина, — Джисон снова не сдержал смеха, но честно пытался успокоиться, когда на него строго посмотрел Минхо, — Прости, прости, но это действительно смешно. Как можно было идти всю дорогу от вуза до дома спокойно не промокнув под таким ливнем, но оказаться мокрым перед заходом в общагу?       Только Джисон договорил, как ему в лицо прилетела мокрая толстовка. Но Хана это только сильнее рассмешило.       — Минхо-я, не при детях же мне стриптиз устраивать! — Джисон усмехнулся, но уже намного спокойнее. Сонхун даже думать не хотел, почему он так быстро успокоился. На последок Минхо что-то неразборчиво крикнул из своей комнаты и удалился в душ.       — А ты, мелкий, чего лыбишься? — Тут же переключился Джисон, всё продолжая сжимать мокрую кофту Минхо и вставая в позу злой мамочки. Он упёр руки в бока и прищурился. — Давно люлей получал?       — А я-то чего? Не я ведь обрызгал хёна.       — Ах ты! — Джисон тут же кинулся на Сонхуна, который с громким смехом начал убегать от Хана. — Минхо он, значит, предупредил, что будет ливень, а мне и слова не сказал!       Сонхун рассмеялся ещё сильнее, бегая вокруг стола, чтобы Джисон не смог его достать. Было забавно играть в догонялки со своим папой, который где нужно было, вставлял маты, от чего становилось ещё забавнее.

Шаг 3

      — А что если их наоборот, разделить? — Начал вслух размышлять Чан. Сомнительная компания находилась в мастерской, где сейчас, во время большого перерыва, было абсолютно пусто, если не считать этих троих.       Сонхун нахмурился, а Сынмин выгнул бровь, требуя объяснений от старшего. Кажется, тот совсем забыл, что они пытались их как раз-таки свести!       — Сами посудите. Они вместе двадцать четыре на семь, абсолютно точно привыкли к каким-либо внешним раздражителям друг от друга. Не знаю на счёт Джисона, но Минхо точно не сможет сосредоточиться не в привычной для себя обстановке. А это значит…       — Что он тут же прибежит туда, где будет Хан! — Закончил за него Сынмин, чуть ли не подпрыгивая на месте. — Ты гений, Чан-и! — Ким порывисто обнял своего парня и тут же отпустил, потому что не привык делать этого при посторонних.       Что-что, а вот эта черта осталась у дяди неизменной. Он редко так открыто показывал свои чувства. Делал это только тогда, когда был пьян или слишком грустил. Что дядя Чан тут же замечал. Сонхун сдержал улыбку, когда увидел недовольное лицо Чана. Впервые Ли-младший почувствовал себя не в своей тарелке рядом с ними.       — Хорошо, сонбэ. Каков план?       Как выразился Чан, всё было довольно «просто». Основным займётся он, а младшим нужно будет только в случае чего подстраховать.       Как же Сонхун офигел, когда неожиданно у него пропал интернет. Потом он посмотрел на время и понял, что уже пора. Только Сонхун собрался выйти из комнаты, как услышал отборный мат. Младший вздрогнул от неожиданности и расширил глаза, когда понял, что это кричал его отец.       — Ого, никогда не слышал, чтобы он так ругался. — Усмехнулся Сонхун, всё-таки открывая дверь и выглядывая в общую комнату. Было пусто, но что из комнаты Джисона, что из комнаты Минхо издавались громкие звуки. Это был либо мат, либо… Да нет, в общем-то, были только матерные слова.       Первым из комнаты показался Минхо, был он, если мягко сказать, зол.       — Какого чёрта? Что я теперь должен делать, когда у меня куча незаконченной работы?! — Гневно проговаривал Ли-старший, выходя из блока. Он даже не обратил внимания на Сонхуна, что успел поднять руку и приветливо помахать. Следом за ним вышел Джисон.       — Куда он ушёл?       Младший только и мог, что помотать головой и пожать плечами в якобы огромной растерянности. Джисон тоже что-то бубнил себе под нос, явно негодуя от ситуации. Хан развалился на диване, закидывая голову на его спинку, начиная барабанить по своему животу пальцами.       К этому моменту уже вернулся Минхо, и он был, мягко говоря, не в настроении. Сонхун скромно сидел рядом с Джисоном, незаметно для самого себя прижимаясь к тому ближе. Так, казалось, было безопаснее.       — Я позвонил в сервис по поводу интернета, но они сказали, что в пятницу у них короткий день! Нам придётся ждать до понедельника, чтобы провели нормальную сеть, — Минхо провёл ладонью по лицу, пытаясь успокоиться. Старший расхаживал из стороны в сторону напротив дивана, а Хан и Ли только и могли наблюдать за ним. До тех пор, пока Джисон не поднялся с места.       — Ладно, у меня ещё куча работы. Я пойду в мастерскую к Сынмину, он как раз писал, что будет там до ночи. Мне в самый раз, — Джисон вошёл в комнату, забрал всё необходимое и направился к выходу из блока. — Не скучайте, — Хан отправил воздушный поцелуй… куда-то (хотя догадаться было не сложно) и вышел, оставляя после себя тишину.       — Мой мобильный интернет вряд ли потянет, — начал рассуждать Минхо, — я пойду к Чану.       Минхо также быстро собрался, дверь в комнату после себя он тихо прикрыл, а когда начал обуваться, то остановился. Минхо развернулся и посмотрел на одиноко сидящего Сонхуна, который для вида скорчил слишком грустную мордашку.       — Пойдёшь со мной? — Недолго думая предложил Минхо, закидывая сумку на плечо. Сонхун приободрился и подскочил на месте, радостно кивая головой. Младший собрался со скоростью света, выходя из блока вместе с отцом.       Пока всё шло именно так, как должно.       Джисон со скукой перекатывал карандаш по столу, без интереса наблюдая за ним. От этого хотелось плакать, а прошло всего сорок минут, как он ушёл из блока. Было так непривычно работать не в компании Минхо, хоть всё уже по факту давно обсудили, но составлять компанию стало некой привычкой, которую Джисон очень сильно не хотел отпускать.       — Ну и чего ты мне тут сопли на кулак наматываешь? — Недовольно пробубнил Сынмин, поправляя очки испачканной в глине рукой. Уже было всё равно, он и так почти с ног до головы грязный. — Если так скучаешь по нему, то иди. Он сидит у Чана.       Джисон вздохнул настолько обнадёживающе, что Сынмин всё-таки оторвался от своей работы, чтобы посмотреть на друга, выгибая скептически бровь.       — Ты не понимаешь, Сынмин-а, — Хан развёл руками и сделал такое лицо, что Киму так и хотелось кинуть в него какой-нибудь ошмёток глины. А ведь он сейчас сидел и делал эту дурацкую работу, как раз-таки для этого ещё более дурацкого фестиваля! — Минхо должен соскучиться по мне, должен сам прибежать.       — Ага, только шнурки завяжет. — Сынмин закатил глаза, возвращаясь к работе. Но у него не получилось скрыть улыбку.       — Хватит издеваться над моим бедным сердцем! — Возмущённо сказал Хан, задыхаясь от такой наглости друга.       — Тебе ли не знать Минхо?       — Да, но у нас уже был прогресс четыре дня назад! Я уверен, что мы бы поцеловались, если бы не эта дурацкая машина, что обрызгала!       — Избавь меня от своего нытья! — Простонал недовольно Ким, опуская руки в воду.       — Конечно, у тебя-то с Чаном всё отлично. И что-то я не помню, чтобы я затыкал тебя, когда ты говоришь о нём!       — Может, потому что я о нём не говорю, не? — Сынмин, кажется, уже даже успел выработать иммунитет к таким истерикам со стороны Джисона.       Хан только и мог резко выдохнуть через рот и обратно упасть на стул, а после и головой на свою руку. Он продолжил катать карандаш. Джисон делал всё, что угодно, вот только его ноутбук и блокнот так и остались закрытыми. Сынмин вздохнул, но помочь ничем не мог.       В очередной раз стирая непонятно откуда взявшееся слово Минхо раздражённо щёлкнул языком. Ли снял очки, откладывая их в сторону, и провёл ладонями по уставшему лицу. Он посмотрел на часы, которые говорили ему, что прошёл только час. Минхо ещё никогда так не уставал, хотя обычно он работал на много больше и дольше. А сейчас будто время тянулось, как резина. Поясница затекла, и глаза покраснели. Минхо поднялся со стула, чтобы немного потянуться и размяться.       — Чё это ты? — Чан оторвался от книги, принимая сидячее положение на кровати. Он занимался своими домашними заданиями, лишь иногда помогая Минхо с его работой. И всё это время Ли сидел, как на иголках. Весь нервничал и вздыхал.       — Я не могу сосредоточиться. Ничего не понимаю. Устал так, будто двенадцать часов без продыху работал. — Минхо отодвинул ворот белой футболки, — И как-то душно здесь и… тихо.       Сонхун закашлялся, маскируя свой смех, Чан прикрыл книгой нижнюю часть лица, но когда он начал говорить, его улыбка была слышна отчётливо.       — Но у нас на фоне стоит радио, и кондиционер работает на полную.       Минхо неловко отвёл взгляд, возвращаясь к работе. Ему было некомфортно от обстановки, что было очень странно. Ли даже не напялил очки обратно, продолжая бездумно смотреть в экран ноутбука, где его цифры и буквы просто расплывались. Так, ему это уже надоело. Абсолютно безрезультатная трата времени.       — Мне это надоело. — Минхо резко поднялся, хлопая по столу. Сонхун, что сидел у кровати Чана, дёрнулся от испуга. Чан еле сдержал смех от этой картины, но сделал максимально серьёзное лицо, тоже поднимаясь с кровати и подтягивая вместе с собой растерянного Сонхуна. Минхо не обратил на них никакого внимания, собирая свои вещи.       — Ты уже в комнату? — Чан поинтересовался будто невзначай.       — Нет, — мотнул головой Ли, собрав вещи. Он открыл рот, чтобы сказать снова, но закрыл его, неловко отворачивая голову в сторону. — Ты… — Минхо нервно потёр заднюю часть шеи, — Где у художественного мастерская?       Если бы Чан и Сонхун могли, то они бы хитро улыбнулись, переглядываясь друг с другом. Но они не могли, поэтому Чан сохранил бесстрастное выражение лица, а Сонхун притворялся дурачком. Единственный, кому было некомфортно, так это Минхо.       — Рядом с нашим корпусом есть одноэтажное здание. Так как наши факультеты совмещены, для мастерской у них есть дополнительное помещение. Не ошибёшься. — Не стал юлить Чан, отвечая тут же, будто текст был заучен.       — Спасибо, — Кивнул Минхо, выходя из блока. Сонхун тут же спохватился, забирая свои вещи.       — Хён, меня подожди! — Крикнул Сонхун, вылетая за дверь, успевая напоследок показать два больших пальца Чану. Тот широко улыбнулся и кивнул.       Сонхун быстро написал Сынмину, предупреждая о том, что Минхо направляется прямо к Джисону. Старший ответил незамедлительно, будто не сидел сейчас и не работал с глиной. Сонхун чуть не вприпрыжку шёл за Минхо, который передвигался слишком быстрым шагом. План работал просто блестяще.       Джисон уже начал собирать вещи, совершенно растроенный и вымотанный за эти полтора часа. Но Сынмин неожиданно поднялся со стула с телефоном в руках. Хан нахмурился.       — Что такое?       — Я сейчас, буквально на минутку выйду. Ты пока не уходи, кое-что рассказать тебе нужно будет. — Сынмин вылетел из мастерской, отмахиваясь от Джисона рукой, когда тот сказал, чтобы Ким хотя бы руки вымыл. — Некогда! — Только и крикнул Сынмин, скрываясь за дверным проёмом.       Джисон недовольно запыхтел, но послушно упал на своё прежнее место. Ничего непонятно, от этого и безумно любопытно. Хан уже успел заварить себе чай, когда в дверь постучали.       — Сынмин, какого чёрта, ты стучишься? — Джисон был совсем немного раздражён, ведь Ким сказал, что уйдёт лишь на минутку, но его не было уже десять минут. Когда парень резко открыл дверь, он ожидал увидеть своего друга, но никак не Минхо, а за ним и Сонхуна. — Что вы тут делаете? — Вся спесь Джисона испарилась волшебным образом, уступая его привычной мягкости. Ну, как минимум, к ней Сонхун точно успел привыкнуть, поэтому и замечал такие детали. Минхо, возможно, тоже.       Джисон открыл дверь шире, пропуская парней. Минхо лишь кивнул и вошёл, а Сонхун пожал плечами, когда папа вопросительно выгнул бровь. Ли разложил папки на стол, чтобы не держать их в руках. Он только, сейчас ощутил насколько они были тяжёлыми.       — Как ты… Как ты здесь работал? — Минхо нервно дёрнул рукой, вызывая неподдельное удивление со стороны Джисона. Таким взволнованным Минхо он видел только тогда, когда Джисон откровенно с ним заигрывал. Но этого давно уже не было. — В том смысле, хорошо ли идёт… шла твоя работа? — Исправил себя Минхо, когда увидел, что сумка Джисона была собрана.       — Да вот, как-то не очень, — Улыбнулся Хан, протягивая свою кружку чая Минхо. — Я ещё не пил из неё, а себе и Сонхуну сейчас сделаю. Угощайся.       Минхо ещё с секунду подумал, но после с явной охотой принял кружку. Сонхун очень жалел, что не мог так в открытую улыбаться, как придурок, ведь это вызвало бы лишние вопросы. Когда новый чай был заварен, то все трое уселись за стол, а рядом с ними стояла незаконченная работа Сынмина. Который, к слову, так и не вернулся. Нужно ли говорить, что он и не придёт? Поэтому настала очередь и Сонхуна. Он незаметно отправил сообщение Чану и тот через минуту перезвонил. Младшему явно нужно дать Оскара, который по нему так и плачет.       — Мне нужно бежать. Оказывается, у меня сейчас групповое собрание по поводу проекта. Я побегу! — Сонхун махнул рукой на прощание и выбежал из мастерской.       Парни остались в неловкой тишине.       — Так, — начал аккуратно Джисон, — почему ты пришёл? У Чана тоже интернет вырубили?       — Нет, — мотнул головой Минхо, утыкаясь взглядом в кружку, где чай уже начал потихоньку остывать. И он замолчал. Джисон открыл рот, чтобы подвести старшего к ответу, но передумал, закрывая рот, при этом щёлкая зубами. В этот раз он не будет его допрашивать и намеренно выводить. Но Ли так и молчал, а Хан уже успел расстроиться, что у них вновь вернулось всё на круги своя. Если вообще двигалось с мёртвой точки.       — Просто я понял, что работать в непривычной обстановке не выходит.       Джисон замер, впитывая каждое слово. Он боялся нарушить этот момент откровений со стороны Минхо. Хан кивнул, когда старший посмотрел на него.       — Оказывается, мне было даже очень комфортно, когда за стенкой раздавался громкий смех. Или шатался стол, за которым мы сидели, когда ты увлеченно что-то рисовал в блокноте. — Минхо усмехнулся, а Джисон почувствовал, как его щёки начали заливаться краской. — Я не смог сегодня поработать от слова совсем, потому что не было привычного раздражителя.       — Я… Я раздражитель? — Возмущённо пробормотал Хан, но улыбку скрыть не смог.       — Ты тот раздражитель, без которого я не могу нормально работать, Джисон, — Минхо протянул руку и щёлкнул пальцами по кончику носа Хана, который так сильно удивился, что резко отодвинулся от контакта. Но улыбка сама полезла на его лицо, а щёки и уши покраснели сильнее от смущения.       — Ты аккуратнее со словами, могу подумать об этом, как о признании. — Усмехнулся Джисон, не обращая внимания на то, как неловко отвёл взгляд Минхо, пряча уже свою улыбку.       Они медленно пили чай, уже находясь в комфортной тишине. Она между ними была не пустой, а наполненной тёплым, едва уловимым пониманием. Минхо, всё ещё чувствуя жар на щеках, украдкой наблюдал за Джисоном через край чашки. Тот, откинувшись на спинку стула, смотрел в окно, где медленно садилось солнце, растягивая по стенам комнаты длинные золотые тени. Его губы всё ещё хранили след той самой усмешки — мягкой и довольной.       В воздухе витал сладкий пар от чая и лёгкий, знакомый запах старой бумаги из разбросанных на столе папок, до которых они так и не дотронулись. Не было нужды заполнять тишину словами. Она была удобной, как этот мягкий свитер Минхо или привычный жест Джисона — покрутить чашку в руках, прежде чем сделать маленький глоток.       Время будто растянулось, став вязким и медленным, как мёд. Оно текло не по часам, а по смене выражения лиц, по тихому звяканью ложек и по тому, как свет за окном постепенно из золотого превращался в медово-янтарный, а затем в глубокий синий сумеречный. Они могли бы встретиться час назад или три — разницы не было. Мир за пределами этой комнаты, с его дедлайнами и обязательствами, на это время перестал существовать.       Минхо поймал себя на мысли, что его плечи, обычно напряжённые к концу дня, сейчас полностью расслаблены. А Джисон, всегда такой хаотичный и энергичный, сейчас излучал спокойную, почти ленивую удовлетворённость. Он вдруг потянулся, как кот, и его нога под столом случайно коснулась ноги Минхо. Никто не отодвинулся. Это просто был ещё один пунктир в их общей тишине, ещё один штрих комфорта.       Когда Джисон наконец перевёл взгляд с окна обратно на Минхо, его глаза отражали тот же самый мягкий, сумеречный свет. Он не сказал ни слова, просто немного улыбнулся — и этого было достаточно. Они оба поняли, что работа подождёт. Потому что это — вот эти тихие часы, этот немой разговор, это пространство абсолютного покоя рядом друг с другом — было куда важнее. И куда продуктивнее для чего-то иного, не измеримого отчётами, но чувствующегося каждым нервом: для простого, безмятежного счастья быть рядом.