100/100

Арми почувствовал, как ладони стали липкими от пота. Смерть Ли висела в воздухе, смешиваясь с запахом соленой воды и страха. Тимоти Арми перехватил за руку, пряча себе за спину. — Робинзон! Камни. Сейчас, — голос Джексона не терпел возражений. Арми медленно потянулся за пазуху. Его пальцы нащупали жесткий сверток, сделанный из ткани его ободранных брюк. - Алмазы тут. - Тут. Все три. - Гони сюда, - протянув ладонь, потребовал Джексон. В этот момент напряжение между ними можно было ощутить физически и разрезать ножом как масло. - Ну… - утробно прорычал Джексон, становясь похожим на разъяренного медведя. — Держи, — спокойно ответил Арми, делая шаг к борту катера, протягивая руку. И вот оно. Решающее мгновение. Почти что сотворение Адама. Арми неосознанно, все больше от нервозности и ужаса неминуемой гибели, чуть расслабил кулак. Потная ладонь скользнула. Сверток, замотанный в лоскут от его старых брюк, дрогнул и чуть скользнул по его пальцам вниз. Реакция была мгновенной и животной. Джексон и оба его головореза, как один человек, инстинктивно рванулись вперед, их руки потянулись к свертку, глаза расширились от паники. Стволы ружей на секунду опустились, забыв про цель. Их мозг кричал только об одном: «НЕ УРОНИ!» Арми моментально сжал ладонь, не позволяя свертку упасть в воду. В этот миг, растянувшийся в вечность, мозаика сложилась. Мысль, острая и ясная, как удар молнии, пронзила сознание и Арми, и Тимоти одновременно: «Пока алмазы у нас в руках — мы живы. Пока мы в лодке — они не станут стрелять, боясь потерять сокровища в пучине». Ни слова не было сказано, но решение было принято. Мгновенно. — МОТОР! — рык Арми был сброшенным с цепи инстинктом. Тимоти, ведомый не мыслью, а тем самым животным доверием, что они выстрадали на острове, рванул за шнур стартера. Мотор, старый и капризный, на этот раз отозвался с первого раза, взревев истерией бензинового сердца. В тот же миг Арми, не выпуская сверток из руки, плюхнулся в лодку, едва не перевернув ее. — Держись крепче! — взмолился Тимоти, помогая ему подтянуться. Арми пихнул сверток ему в ладонь и выхватил штурвал, его пальцы сомкнулись на рукоятках. Они не отдавали алмазы. Они взяли их в заложники. Лодка рванула с места. Пули со свистом пронеслись мимо, но это была беспорядочная стрельба — бандиты боялись попасть в Арми и прошибить дно лодки, отправив сокровища на дно. Джексон орал что-то нечленораздельное, его катер развернулся, набирая скорость. Арми стремительно описал дугу, поворачивая в обратном направлении. — Куда? — крикнул Тимоти, когда его в очередной раз швырнуло, он вцепился в сиденье, боясь вылететь в воду. — Домой! — сквозь стиснутые зубы рявкнул Арми и крутанул штурвал, направляя хлипкое суденышко не в открытый океан, а к зловещему изгибу подводного течения. Катер был мощнее, быстрее. Он настигал их. Арми видел, как на носу катера один из бандитов встал в стойку, но не решался стрелять наверняка. — Держись за небеса! — предупредил Арми и резко, почти на 90 градусов, повернул штурвал. Лодка, визжа, заложила вираж, уходя в зону маслянисто-пенистой воды. Катер Джексона, слепо следуя за ними, врезался в невидимую стену течения. Его могучий корпус резко качнуло. На палубе попадали люди. — Они тормозят! — восторженно выкрикнул Тимоти. — Это только начало! — не отрывая взгляда от воды, предупредил Арми. Он вел их по краю пропасти, огибая каждую впадину, каждый опасный выступ рифа. Катер, восстанавливая маршрут, снова пошел в атаку. Но Джексон был ослеплен яростью и жадностью. — Арми, прямо по курсу! Риф! — закричал Тимоти, увидев впереди темные, предательские очертания под водой. — То, что надо! — крикнул в ответ Арми. — Для нашего большого друга! Он прибавил газу, направляя лодку прямо на кажущуюся стену из кораллов. В последний момент, когда столкновение казалось неминуемым, Арми рванул штурвал на себя. Резиновый борт лодки со скрежетом чиркнул по вершине рифа, но они проскочили! Их маленький размер и плоское днище были спасением. Раздался оглушительный, сухой удар, больше похожий на хруст гигантской кости. Катер Джексона, не успев сбросить скорость, на полном ходу врезался в тот самый риф. Металл заскрежетал, содрогнувшись. Гулкий треск, крики, шипение пара... Арми сбросил газ и обернулся. Катер, накренившись набок, медленно и неумолимо погружался в бирюзовую пучину. Тимоти, наполовину свесившись с моторки, смотрел на это с открытым ртом, его лицо было белым. Потом его взгляд медленно перешел на Арми. В его зеленых глазах был шок, облегчение и что-то еще, бесконечно более глубокое. Арми улыбнулся и выключил мотор. Воцарилась тишина. Дрожь, которую он не позволял себе чувствовать, наконец, пробежала по его рукам. Он разжал пальцы. — Ты... — начал Тимоти, и его голос сорвался. Он не закончил. Вместо слов он сделал два шага по шатающейся лодке, схватил Арми за лицо и притянул к себе. Их губы встретились в поцелуе, который был не страстным, а отчаянным, благодарным и живым. - Сумасшедший! Арми обнял его, прижал к себе так крепко, что тому перехватило дыхание. Они соприкоснулись носами, потеревшись друг о друга. Будто не веря в свою удачу. Их сердца отбивали бешеный ритм. Они живы. Они вместе. Все закончилось. Когда они, наконец, разомкнули объятия, Арми снова завел мотор. Он развернул лодку и направил ее в открытый океан. И тогда они увидели его. Сперва это была лишь тонкая, дымчатая полоска на горизонте. Земля. Архипелаг. Тимоти прижался к Арми сзади. Они молча смотрели на приближающийся берег, на их новое, неизвестное будущее. Теперь — вместе. - Что дальше? - негромко спросил Тимоти, прищурившись и вопросительно-лукаво посмотрев на своего альфу снизу вверх. - Оставим камни себе? Арми скосил на него взгляд и, не сдержав виноватой улыбки, отрицательно качнул головой и говоря: - Нет. - Нет? - ласково переспросил Тимоти. - Точно? Нет? - Нет, точно, - не сдерживая уже не смущенной, а гордой улыбки совершенно уверенно сказал Арми. В ответ Тимоти лишь крепче обнял его шепча: - Обожаю!