Эхо забытого мира

Небольшой деревянный домик, приятно пахнущий древесиной, в забытом Богом лесу стал ненавистным. Он его не помнил, но эта сторожка все равно преследовала последний месяц во снах. Солдат нарушал приказ Главного, но ему почему-то все равно хотелось умолчать об этих сновидениях. Ведь там был он, только без униформы его отряда, подобной нерушимому монолиту, - глухой серый шлем, плотно прилегающий к голове, из-под которого не торчали пряди волос, не виднелись глаза в темном визоре; непробиваемый панцирь от шеи до пят с торчащими красными проводами в одних и тех же местах, одинаковыми усиленными пластинами брони в одинаковых местах. Даже часы были на одной руке и абсолютно копировали друг друга, будто здесь не знали слова «уникальность». И только на левой груди имелось небольшое отличительное пятно - металлическая нашивка с именем и званием солдата на неизвестном на планете Земля языке. Он был чем-то похож на древние письмена первых цивилизаций мира, совмещенный воедино, но чтение от этого только усложнялось. Ближе всего, можно было предположить, что этот язык к древнеиндийскому. После ежевечернего построения все воинство разошлось по своим каютам безграничного корабля, бороздящего просторы необъятного космоса. Все как один, как одна волна, знающая движение только в одном направлении - заданном Главным. Как один механизм они подняли руки, подкрутили одни и те же механизмы на циферблате часов и ушли в небольшую ванную комнату. Напротив входа небольшое прямоугольное зеркало. Под ним раковина, рядом с которой стояли средства гигиены. Слева небольшая ванная, похожая на полую капсулу таблетки. Справа, за дверью, притаился сортир, чтобы не портить антураж. И все в сине-белых тонах. Умывшись перед сном, механизм двинулся спать. Кровать напротив двери, как сказали бы на Земле, на подоконнике иллюминатора с видами на черный в белую точку космос. Справа небольшой пустой письменный столик. Рядом изогнутый стул. В кровать солдаты ложились уже без своего панциря. Он снялся сразу после поворота стрелок на часах. А под броней скрывались молодые люди в хорошей физической форме. И снова все как один атлетического телосложения. И как только им позволили оставить их натуральный цвет волос, который был у каждого свой? У него была густая темно-русая короткая челка, которой едва разрешали залезать на лицо. Холодные уставшие хмурые серо-зеленые глаза. Прямые черты лица, от которых в дрожь бросало. Он опустил голову на подушку, и совсем скоро сновидения поглотили его. И снова тот же домик в лесу. И он в центре, связанный тугими ремнями к столу. Не приподняться, не сбежать. В поле зрения попал размытый силуэт молодого человека. Ни возраста не понять, ни внешности не разглядеть. Он не пожалел воды на лицо связанного, который уже обессилел от попыток освободиться. Солдат проснулся на том же самом месте, что и всегда. Он нервно сглотнул и тяжело вздохнул. В иллюминаторе виднелась Планета. Под дымкой, именуемой атмосферой, скрывалась зелено-голубая оболочка с белыми вкраплениями на осях. Кажется, кого-то из отряда сегодня спустят на планету с крайне важным заданием. Иначе бы так близко они не стали бы приближаться. По коридору понеслись глухие шаги, эхом разносящиеся, казалось, по всему кораблю. Пора вставать. Запускать единый механизм. Сначала умыться, потом покрутить стрелки на циферблате в обратном порядке, чтобы надеть панцирь, и в коридор на завтрак. Затем снова построение, распределение ролей на сегодняшний день. А его вызвали лично к Главному. - Адмирал Виа Ласте. - заговорил зычным голосом молодой человек в черном панцире. - у Вас особое задание. Думаю, Вы уже видели в иллюминаторах нашего корабля планету. Это планета Земля. Я отправляю Вас с важным заданием по изучению местности и людей. Подробности Вы увидите на своем пейнпаде. У меня к Вам только одна просьба - постарайтесь не ввязываться в неприятности. У нас в базе данных нет их языка. Его сначала надо записать, а после структурировать, чтобы перевести. Названный кивнул, стоя ровно, как струна. - Разрешите задать один вопрос? - Разрешаю. - Когда вылет? - Через пятнадцать минут. Вы свободны. Адмирал кивнул повторно и ушел. Ровно через пятнадцать минут от огромного корабля, служившего домом тысячи солдат, отлетел плоский вытянутый космолет с крыльями, служившими продолжением для его основания. Весь перед и нос состоял из стекла. А еще через сорок минут в атмосферу планеты Земля вошел неизвестный объект, движущийся по определенной заданной траектории. Но ни одной из машин Земли не под силу ни обнаружить его, ни сбить. Космолет приземлился в живописных горах на заливных лугах. Адмирал осмотрелся и решился открыть люк. Внутрь заглянул легкий ветерок. Пилот поднял руку и настроил опции на часах. Открылась панель, которая приподнялась над циферблатом синей полупрозрачной голограммой. Подсветились шкалы с подписями на том же языке, что и звание на металлической табличке. Адмирал тяжело вздохнул и закрыл люк обратно. Панель управления манила количеством кнопок и возможностей полета. О, как же ему хотелось бы сейчас взлететь в открытый космос и сделать несколько виражей над какой-нибудь забытой Богом планете. Но есть задание, и его надо выполнить. Адмирал нажал на три зеленые подсвеченные кнопки, выбрал маскировку (к счастью, местный транспорт на глаза попался быстро) для своего космолета и направился в сторону ближайшего города. Его машина преобразовалась в невысокий старый ржавый и скрипучий Жигуль темно-серого цвета. И как только земляне ездят на таком? Неудобно же. Вот-вот развалится. Но маскировка необходима была, а потому ему пришлось ехать на этом... подобии транспорта. Ближайший город был скуден и тих. Он не мог ничего сказать, обновить данные. Пришлось ехать дальше. Искать место, которое сможет рассказать больше об этих людях. Так он доехал до указателя по зеленым полям и небольшим городам, мелькавших в окнах так стремительно, что сливались в одно единое полотно. Жигули хоть и был старым и скрипящим, но двигатель оставался от космолета - надежным и стремительным. Неточный перевод показал, что он въезжает в город Москва. А другая панель показала, что это столица страны Россия и еще целую характеристику и на город, и на цивилизацию. И население было немаленьким для планеты. Хотя адмирал знал города, где мог поместиться народ всей страны. Но решил промолчать. Не самая густо населенная планета всего лишь. Быстрее справится. Хотя бы известны координаты, откуда его забирать. В город он въезжал уже на спорткаре, который встретился ему по пути. Этот автомобиль был хотя бы внешне более красивым, чем предыдущее ведро с гайками. И кто придумал эти Жигули? Радар противно запищал, давя на уши, и пилоту пришлось сбавить скорость. Но на лобовом стекле все равно показалась отметка о штрафе, наложенном на транспорт. Он усмехнулся и просто смахнул уведомление. Какая разница, сколько надо будет заплатить? Потом Главный все окупит. Короткостриженный остановился на какой-то площади, где мирно и свободно ходили люди. Кто-то разговаривал друг с другом; кто-то одиноко гулял и наслаждался видами; кто-то ссорился; кто-то работал; кто-то передавал друг другу черные папки, будто шифровался. К нему подошел молодой человек в черной форме с одной надписью слева на груди: «ФЭС». Он вежливо постучался в боковое стекло водителя и наклонился, чтобы видеть человека внутри. Но седой мужчина растерялся, увидев там вместо лица глухой шлем. Николай Петрович поднял голову и подозвал к себе женщину с приятными чертами лица и короткой стрижкой светлых волос. - У нас тут... Смотри, в общем. Юлия наклонилась, чтобы увидеть человека. А пилот спокойно опустил стекло и уставился на них, пытаясь понять, о чем они говорят. Под шлемом все равно ничего не разглядеть. Вдруг они поверят в то, что он немой? - Эй!? Вы слышите? - повысила голос женщина, но при этом тон не перестал быть мягким. Но вот сильные руки потянулись в сторону оружия. Однако, адмирал и бровью не повел. Он верил в прочность своего панциря, которая спасала не раз. Металлические пластины из неизвестного (вероятно) на этой планете сплава наглухо покрыли грудь и шею. Пилот был недосягаем. А вот разозлить его можно было. - Он глухонемой что ли? - поинтересовалась Соколова у своего напарника, косясь на него. Но седовласый озадаченно пожал плечами и тяжело вздохнул. - Или шлем глушит нас. - А, может, он иностранец? - предположила светловолосая, сама до конца не веря в то, что говорит. Как он может быть иностранцем? А Виа Ласте продолжал спокойно наблюдать за местным населением. Часы с необычайно большим функционалом записывали все то, что могло пригодиться для дальнейшего анализа. - Выйдите из машины! - пыталась приказать женщина, но не добилась никакого успеха. На нее продолжили непонимающе таращиться. Адмирал что-то ответил на своем далеком языке, пытаясь донести до них, что между ними языковой барьер. Но в ответ получил тот же немой вопрос, что таился и в его сокрытых от людей глаз. - Это какой язык? - Шумерский...? - предположил Круглов, недоуменно разведя руками. Ему бы самому понять, о чем вещает этот бронетранспортер. - Вы бы, Николай Петрович, сказали бы еще язык майя. - скептически возразила Юлия и с тяжелым вздохом полезла в карман за светящимся сенсорным прямоугольником. Вероятно, у людей это звалось телефоном. Но пилот не видел таких лет пять или около того. Ему довелось всего лишь раз лицезреть подобное чудо, которое повергло его в шок своим архаизмом и неудобствами. Небольшой экран, малый функционал (хотя, если судить по лицу звонившего, он был доволен своим агрегатом и пользовался с удовольствием) и, если это точно такая же модель, что и на далекой планете, вращающейся вокруг своей оси на просторах бесконечного космоса, то еще и без опции «голограмма». В общем, жуть полная для тех, кто хоть немного, но идет в ногу со временем. Адмирал присмотрелся к гуляющим вокруг людям и с ужасом заметил, что у каждого из них в руках лежит точно такой же телефон. Только у всех были разные размеры. У кого-то он даже заметил жуткое подобие пика эволюции, имеющее кнопки. В какую грязь Главный затащил его? Почему нельзя было вызвать кого-то еще? Он даже готов мириться с пустынной планетой, где на ближайшую сотню километров стоит всего лишь один источник живой пригодной для питья воды. Пилоту на миг захотелось туда. Лишь бы не видеть это подобие цивилизации. Там хотя бы нет того, кто позорит великую нацию межпланетных людей. Пока под шлемом всеми красками играло отвращение к существам, брезгующими нанотехнологиями, коллеги объясняли своему начальнику сложившуюся ситуацию. И на том конце провода явно не могли поверить в то, что говорили, так как на лицо Николая легла озадаченность. Он пытался придумать более реальные эпитеты, чтобы описать солдата перед собой. Даже знание местного языка не требовалось, чтобы все понять. Значит, они еще не разу не видели могущественное космическое воинство, которое бороздит просторы мироздания в поисках врагов, которые хотят нарушить покой Вселенной. Адмиралу перехотелось узнавать, что они знают о других планетах и с какими поддерживается связь. Очевидно, что на него будут смотреть, как на сумасшедшего. Или пьяного марсианина, танцующего на зеленом шесте на планете Мусора. Там, в целом, не до радостей и роскоши в роде алкоголя, который могут позволить лишь единицы. А потому пилот видел подобное зрелище лишь однажды. Но забыть такое он уже не сможет. Жуткое подобие прекрасного языка танца, извращенное парами алкоголя, играющего в голове прилетевшего, который хотел забыться под старыми газетами и обломками металлолома, но привлек к себе лишнее внимание. Когда-то эту планету пытались спасти. Но горы мусора слетались на этот уголок Вселенной, как мухи на мед. Ничто не могло остановить этот поток. Никакие очистные сооружения. И власти постепенно начали забывать об угрозе, решив спрятаться на другой планете от ответственности. Ведь так гораздо проще - винить кого-то, чем признать свои ошибки и пытаться их исправить. А людям и созданиям, называвшие это место домом, оставалось принять свою участь, ведь далеко не всем удалось последовать за богатыми, которые бросили свой народ задыхаться от пыли в грязи и сточных водах. Поняв, что такое лучше не вспоминать нигде и сожалеть о случившемся бесполезно, пилот вернулся к рассматриванию людей вокруг. Может, получится их хоть чему-то научить и повести за собой служить на благо всей Вселенной? Может, среди этих людей будут те, кто удостоится великой чести стать техноарийцем? Великой расой, к которой Виа Ласте относится и сам. Он знал - процесс небыстрый и трудный. Но кто не мечтает стать великим воином Вселенной, стоящим на страже всего мира? Техноарийцы - единственные, кто могут защитить мир от гибели. О металл их панцирей крошится даже самое закаленное оружие. Они и есть металл. Вечный, тягучий, но нерушимый. Они подарили ему дом, подобрали одинокого и раненного и дали ему свой кров и еду, попросив лишь о верности. Ему выпала великая честь спасти мир от великой войны, стоявшей на пороге до прибытия первых воинов, назвавших себя впоследствии техноарийцами - совершенные машины, готовые встать выше других, лишь бы сохранить жизнь во Вселенной. - Да он как робот, Галина Николаевна! - светловолосая продолжала пытаться объяснить, что у них происходит. - не отвечает, на жесты и движения не реагирует. Сказал только одну фразу на непонятном языке. Пытались из машины вытащить, двери заблокировал, в окно не поместится... На том конце провода тяжело вздохнули. С таким они еще не сталкивались. Вряд ли каждый день можно увидеть бронированное создание больше похожее вовсе на робота, а не на человека. Адмирал связался со штабом, объяснив ситуацию. Может, им достаточного данного количества слов, чтобы перевести эту тарабарщину на нормальный язык. Немного надоело хлопать глазами и бесцельно  таращится на местный народ, который, может, помидоры предлагает, а, может, убить желает. Но шлем глушил все его слова от внешнего мира, если иное не стояло в настройках, которые (опять же) менялись на часах. А потому для этих двух людей пилот продолжал молчать. Но, может, следовало им дать еще несколько слов на его языке? Вдруг эта планета не потеряна, и здесь есть быстрые технологии. Приказа не поступало об этом, а потому адмирал не стал спорить с Главным. Если отправили именно его, а не какого-то рядового, значит, задание требовало особой подготовки, которой можно было достичь только с годами. И не ему оспаривать приказы сверху. Он должен понимать всю важность миссии без лишних глупых вопросов. - Галина Николаевна сказала подождать. - убирая телефон, только и проговорила Юлия. - будет искать говорящего на языке немых. Может, он понимает его. Хотя неохотно верится в это. - Хотелось бы верить... А то так и не узнаем, кто он такой. - вздохнул майор Круглов