renegade

Уиллу было некомфортно. Он чувствовал, как от чужого тела, которое к нему плотно прижималось, шло тепло, и это было немного приятно, но больше странно и некомфортно. Он постарался опустить плечи и даже улыбнуться, но еще больше ощутил себя глупым школьником, сидящим перед строгой учительницей. Учителей в этом доме не было — и близко ими не пахло. Здесь находились только подростки, потные, пьяные, веселые и разгоряченные. Уилл попал на вечеринку, потому что Мэнди пригласила Лукаса, а тот пригласил и их. Уиллу изначально было некомфортно. Он чувствовал себя не на своем месте. Друзья разбежались, и он уныло сел на диван, откуда за всеми и наблюдал. Он мог пойти с ними, но сегодня у него было то дурацкое настроение, когда не совсем хотелось общаться с людьми. Но он пришел сюда, потому что должен был. Еще он немного боялся пропустить что-нибудь крутое. Он думал посидеть так немного, а потом найти кого-нибудь из своих. С этого места он хорошо видел Майка, Эл и Макс. Сегодня пришло много человек, и некоторых из них знал. Люди удивлялись, видя его, но здоровались. Уилл был, как и всегда, приветливым хорошим мальчиком. Но он был один недолго, потому что рядом сел Билли — прямо-таки прижался. Уиллу стало еще более странно. — Расслабься, Байерс, — вздохнул Билли. — Я тебя не съем. Наверное, — хохотнул он и закинул руку ему на плечо. Билли буквально свалился, усаживаясь рядом и вжимая его собой в подлокотник. Уилл словно застрял, попал в ловушку. Тело Билли, горячее, пахнущее чем-то терпким, было крепким и сильным — Уилл не смог бы побороть его, да и как будто бы не особо хотел. Билли ничего ему не сделал бы — он никогда не обижал его. Билли только посмеивался над ним, над его безнадежной влюбленностью в друга, которому в последнее время было на него немножко плевать. — Я не могу расслабиться, когда ты давишь на меня, — ответил Уилл. — Я? — невинно спросил Билли. — Где? — удивился он и прижался еще ближе. Он обнимал Уилла, дышал ему в макушку — Уилл подрос, вытянулся, но все равно был ниже и мельче. Билли было плевать, кто что о нем думал. Он ебал все, что двигалось: девчонок, парней, их матерей. Ему угрожали, его хотели убить, но ему было так похуй — он был отмороженным, конченым, и Уилл всегда тайно завидовал его силе, смелости — его свободе. Уилл не был свободным никогда. Он чаще чувствовал себя мелким и никчемным. Он бы так никогда не смог — он не мог признаться лучшему другу в чувствах. Он не мог просто рассказать друзьям о себе. — Байерс, он с девочкой, — напомнил Билли. Уилл вздохнул. — Я без тебя знаю. — Ну и похуй, нет? Уилл не ответил. Он опустил голову, чтобы не смотреть на то, как Майк и Эл смеются. Они были счастливы, он — нет. Но Уиллу было безумно жарко. Билли сжал его плечо, покачал ногой, свободной рукой что-то быстро набирая в телефоне. Они тусили у бассейна, когда Билли, проходя мимо, посмотрел на него с насмешкой. Он сделал жест бровями, кивая на Майка, а потом просто ушел, качая головой. Уилл тогда нихрена не понял. Но они пересекались и после этого, и Билли продолжал смеяться над ними. Уилл решил, что Билли с высоты своего опыта понял все. Как-то Уилл набрал смелости, подошел спросил, не надоело ли ему ржать, на что Билли рассмеялся еще больше. А сейчас он удивил. Уилл думал, что просидит тут один, но к нему сперва подсела девчонка, с которой он нелепо пообщался, пытаясь намекнуть, что ему неинтересно, потом сел Билли. Харгроув был тем, кого Уилл уж никак не ожидал видеть. И он сидел очень близко — со стороны это выглядело очень недвусмысленно. Воздух быстро нагрелся и зарядился напряжением. Уилл на секунду заглянул Билли в телефон — тот листал Твиттер, но, видимо, заметив его внимание, Билли поднял свои светлые глаза на Уилла и пристально заглянул ему в лицо. — Чего ты хочешь? — поинтересовался Уилл. Билли пожал плечами. — Мне скучно, — он говорил ниже. Уилл ощущал, как окаменели его собственные плечи. — Я могу тебя как-то развеселить? — тихонько спросил Уилл. И Билли ему улыбнулся — плотоядно и, Уилл мог себе признаться, очень горячо. — Можешь. Но вот как? Рука Билли спустилась с плеча на локоть Уилла, пальцы мягко погладили — почти с нежностью. Уилл едва слышно пискнул, и Билли снова принялся хихикать. — Нет, я, наверное, пойду, — решил Уилл. Он попытался встать, но его затянули обратно. — Куда? Зачем? Билли не удерживал его силой. Он не задавал вопросы с давлением или угрозой. Но его реакция застала Уилла врасплох. Действительно, куда он хотел убежать? — От тебя подальше. Ты странный, — заключил Уилл. Билли наклонил голову набок и посмотрел, невинно хлопая ресницами. Глаза у него были очень красивые — как и он сам. Билли в целом был слишком хорош для того, кто подсаживается к кому-то вроде него, тихому унылому гею. Уилл обернулся. Его друзья классно проводили время, а он… Чем он был хуже? В итоге он сел обратно, и Билли, довольно посмеиваясь, теперь повернулся к нему всем корпусом. — Расскажи-ка мне вот что, — начал Билли, — почему ты сидишь тут один? К тебе подходила хорошенькая девочка. — А теперь ко мне подошел ты, — заметил Уилл. — Зачем? Билли закатил глаза. Он выглядел расслабленным и полностью уверенным в себе. Уилл потихоньку опустил плечи, но не стал откидываться назад полностью. С одной стороны, такое внимание Билли сыграло ему на руку — он почти перестал думать о том, что там делают его друзья. Теперь он гадал, что в голове у Билли. — Сперва мне показалось, что будет забавно, знаешь, начать задирать смешного маленького друга Макс, — начал Билли. С его лица не сходила легкая улыбка, и Уилл не понимал, хороший ли это знак. — Потом я начал замечать, как на меня начали смотреть после того, как я оказался здесь, — он рассмеялся. Уилл проследил за его взглядом, понимая, что они становятся еще ближе — физически. Билли переместил горячую ладонь на его шею, удерживая сзади, поглаживая короткие колючие волоски на затылке большим пальцем. — Тебе это смешно? — Это весело, — согласился Билли. — Они не понимают, что происходит. Этот малыш сидит в его объятиях, не убегает. Собираются ли они дальше проводить так время? Собираются ли они… поцеловаться? — Билли похлопал указательным пальцем по своим губам. — Этому мальчику нравятся другие парни? Что? — Блять! А теперь Уилл по-настоящему вскочил, но и Билли удержал его, немного применяя силу. Уилл не стал дергаться и кричать, но с ужасом посмотрел на Билли. Да, ему нравились парни, но об этом буквально никто не знал. Возможно, никто не знал до этого момента. — Байерс, всем похрен, слышишь? Сейчас не восьмидесятые. Ты можешь трахаться, с кем угодно, знаешь? — Мне не похрен. Он правда не знал, чего именно боялся. Ребята не осудили бы его. Но почему-то признаться было невозможно, как будто тогда все поймут вообще все — в смысле, прямо все. За одной его тайной могла потянуть другая. У него частенько в голове рождался план, в котором он постепенно раскрывался, и каждый раз он думал о том, что пойдет и признается Майку в первую очередь. Но именно ему он боялся признаться больше всего, хотя всегда считал, что Майк был и ближе всех. Но вот Билли раскусил его. Он издевался, но в целом он же был и прав. Уилл подозревал, что сегодняшний вечер не станет для него сколько-нибудь веселым, как будто он разучился веселиться, прячась во всем этом дерьме. Он не любил алкоголь, ему не хотелось кидаться на незнакомцев с целью познакомиться, чтобы после классно провести время в хозяйской спальне. Он быстро осмотрел комнату, и именно в этот момент заметил, как в их направлении идет очень злая Макс. Ладонь на его плече сжалась сильнее. — Билли! — крикнула она. Уилл невольно вздрогнул. — Макс? — с мягкой усмешкой позвал Билли. — Что тебе надо от Уилла? — А это не вашего ума дело, детишки. Уилл был готов поклясться, что у Макс покраснели глаза от злости. Она могла ударить Билли — они уже видели, как она делала это раньше, а тот только прикрывал голову руками и убегал от нее, словно это была какая-то шутка. — Съеби, — коротко сказала Макс. Билли покачал головой. — Не-а. — Съеби, — повторила она. — Макс, все в порядке, — вмешался Уилл. — Мы обсуждаем… кое-что. «То, какой я унылый гей», — добавил он про себя. — Он угрожает тебе? — спросила Макс. — Ты чего? Мы лучшие подружки, — Билли больно схватил Уилла за щеки, надавливая пальцами, и повернул лицом к своему лицу, приближаясь ровно настолько, чтобы Уилл мог почувствовать его дыхание. От Билли не пахло алкоголем или травой — только сигареты и что-то еще, что Уилл не мог определить. Возможно, это был пунш. Возможно, какой-нибудь сложный коктейль — Уилл вообще в этом не разбирался. Он не мог точно определить состояние Билли, но выражался тот достаточно ясно. Они привлекали внимание криками. Теперь рядом оказались не только Макс, Лукас и Дастин, но и Майк, Эл, какие-то пацаны из баскетбольной команды. На них смотрели все, словно это какое-то представление. Уиллу захотелось спрятаться, но он решил идти до конца, куда бы он не пришел. На них смотрели, перешептывались, но говорила с ними только Макс. Все-таки не все были готовы иметь дело с Билли. — Уилл, он же пристает к тебе! Почему терпишь? И Уилл впервые осознал, что сидеть вот так рядом с Билли не было неприятно. Ему было некомфортно только потому, что ситуация казалось странной. То, с кем он был, кто и что ему говорил. В целом он мог расслабиться с Билли. Только с ним, наверное, и мог. — Я ничего не терплю. Все нормально, — продолжал защищать его Уилл — зачем-то. — Видишь? Мы друзья. — Я не верю. Это странно, — вдруг нарисовался Майк. Он потянулся к руке Уилла, и Билли сделал то, чего никто никак не ожидал — шлепнул Майка по руке, как ребенка, который без спроса тянется за конфетами. — Охуел? — завизжал Майк. В этот момент Уилл не понимал, смеяться ему или плакать. Он хотел тишины и покоя, но в итоге оказался в самом центре шоу, которое еще долго могут обсуждать. Его лицо горело, голова гудела из-за криков и давления. Билли сидел, как ни в чем не бывало. Он по-прежнему улыбался. Макс жаждала крови. Майк был зол и обижен. Уилл хотел домой. — Так, прекратите! Вы все! — не выдержал Уилл. Он поднялся места, но не последовал за друзьями, а сделал то, что считал верным в данной ситуации — он обернулся к Билли. — Давай выйдем. Мы привлекли слишком много внимания. Билли не стал с ним спорить, а молча встал, мерзко улыбаясь сестре и Майку. Уилл не заметил, но тот сделал какой-то жест рукой, от чего Майк громко недовольно вздохнул. И Уилл думал, что они тихо уйдут, что они могут избежать еще большего скандала, но Билли решил иначе. Его рука снова оказалась у Уилла на плече. Но, когда они уходили, весь дом молчал. Никто больше не сказал ни слова.

***

Это случилось снова — рука Билли плече Уилла на очередной вечеринке дома у какого-то старшеклассника. В этот раз Уилл болтал с Эл, когда на него сзади навалилось чье-то тяжелое тело. — Байерс! Ты тогда так внезапно ушел и не перезвонил! — взвыл Билли прямо ему в ухо. Эл подавилась газировкой. Или что она там пила? Сегодня был день рождения знакомого из знакомых, и вот они снова среди безумия. Уиллу часто становилось неловко находиться рядом с Эл один на один, но они нашли тему для обсуждения — их шизанутая одноклассница. В этот раз у Уилла было прекрасное настроение: он выспался, наконец-то сдал сложный проект. Сегодня он решил немного повеселиться, отдохнуть и отвлечься от всех своих проблем. Билли не был его проблемой — никогда и не становился ею. Билли создавал проблемы, да, но Уиллу с ним почему-то было достаточно легко. После того вечера они не общались, но один раз пересеклись, и Билли тогда подмигнул ему, а Уилл вдруг ощутил, как горит его бедное лицо. Он правда быстро ушел тем вечером. Как только они вышли, Уилл свалил домой. Билли не предложил его довезти, а Уилл и не стал просить — ему нужно было побыть одному. Ему как минимум нужно было придумать, что утром говорить ребятам. Добравшись до дома, он написал в чат, что с ним все хорошо. Никто не задавал ему лишних вопросов в переписке, но Майк спросил, один ли он, и Уилл ответил, что да. Он не стал врать, не стал делать вид, что у них с Билли что-то было. Уилл долго думал, какой легенды придерживаться. Он не мог сказать правду, но и врать ему было не о чем. Поэтому, когда ребята спросили, какие дела у него с Билли, Уилл ответил, как есть — он не будет обсуждать это. Он не хотел об этом говорить и сразу выстроил границы, и если они были ему настоящими друзьями, то отстали бы от него. Он верил в ребят, но, конечно, просто так они его не оставили. Это было неприятно. Он понимал, что так они проявляли заботу, но ему не нравилось, что никто не доверился ему, еще и не прислушался к его просьбе. Дело было в Билли — Уилл это понимал. Будь на его месте кто-то другой, столько вопросов не последовало бы, но Уилл был рад, что это был Билли, потому что, несмотря на свою репутацию, тот был честным парнем. Уиллу очень повезло, что его тайну разгадал именно он. После этого они не общались. Прошел месяц, но Уилл до сих пор прокручивал в голове тот вечер. Он думал о том, что тогда был излишне эмоционален. Билли не приставал к нему по-настоящему и со стороны, вероятно, это выглядело лишь как будто взрослый парень издевается над слабым парнем помладше — неудивительно, что Макс разозлилась. Также Уилл подумал о том, какая бы у всех была реакция, если бы они на самом деле начали целоваться прямо там, у всех на глазах. Билли, наверное, нашел себе кого-нибудь после того, как они разошлись. Билли посадил парня или девушку к себе в тачку, и потом они поехали к кому-нибудь или, возможно, решили закончить в машине. Уилл же мог быть с ним, так? Билли мог целовать его, трогать по-настоящему. Стал бы он? Билли прицепился к Уиллу, к его влюбленности и к тому, что он до сих пор был в шкафу, как будто это был удобный повод поиздеваться. Но Билли говорил про поцелуи, и Уилл подумал о них — просто позже. Тогда, в тот вечер, Уилл зациклился на том, что о нем подумают, решив, что быть скрытным — значит, быть в безопасности. Но буквально сегодня помощник капитана их команды по баскетболу прижимал к стене тощего твинка в коротком топе, а позже, когда они с Эл зашли на кухню, Уилл увидел, как целуются две девушки, а третья, стоя рядом, обнимает одну из них. Это было нормально. Это никого не пугало. Сейчас, стоя с Билли за спиной, Уилл почему-то широко улыбнулся. Он думал о поцелуях с Билли, о его руках и приятном запахе кожаной куртки и сигарет. Тогда Уилл был полностью сосредоточен на себе, он был напуган, но, долго вспоминая тот вечер, рассматривая все вокруг, Уилл потихоньку отпускал себя. Ему было безумно страшно, но, когда Уилл прокручивал в голове то, как Билли удерживал его, как притворялся последним мудаком, каким и был в глазах окружающих, сердце Уилла растаяло. Возможно, он слишком много думал о руках Билли. В основном, он прокручивал в голове его слова, но, несомненно, руки, глаза и губы Билли тоже всплывали в его мыслях, как достаточно яркие образы того вечера. Уилл не был суперзвездой школы или города. Всем было плевать на него, так почему он думал, что что-то изменится, если он станет немного честнее с собой и своими близкими? Билли жался к его спине. Уилл медленно вздохнул и задержал воздух в легких как перед опасным прыжком. Он обернулся и сделал то, чего все это время желал — схватил Билли за затылок, притянул к себе и поцеловал. Билли был удивлен. Он опешил на мгновение, но быстро пришел в себя и прижал его к себе ближе, довольно мыча. Уилл горел. Он задыхался, пока широкие ладони удерживали его вертикально. Билли был сильным и, что самое главное, достаточно стабильным. Уиллу это нравилось. Он не ждал, что свершится какое-то чудо, но этот способ показался ему наиболее подходящим для того, чтобы немного приблизиться к той свободе, которую он желал. Еще целоваться с Билли оказалось очень приятно. Уилл впервые кого-то целовал, и это был горячий парень, брат его хорошей подруги. Просто пиздец. Они целовались, стоя так, какое-то время. Уилл оторвался от Билли первым. Его трясло. Его очень сильно трясло, но это не помешало ему действовать дальше. Он взял Билли за руку и кивнул к выходу из кухни. Его по-прежнему трясло. Ему нужно было бежать, но рука Билли заземляла его. Уилл не хотел оставаться один теперь, как и не хотел разбираться со всем этим прямо сейчас. Ему нужен был импульс, толчок — что-то, что положило бы начало Всему. Билли мог стать неплохим компаньоном. Если ему наскучит и он, Уилл пережил бы это в разы проще, чем если бы его отшил кто-то по-настоящему значимый для него. — Пойдем растолкаем всех на каком-нибудь диванчики и поболтаем, — сказал Уилл. Билли взвизгнул и без вопросов зашагал за ним. Это оказалось так просто. Удивительно просто. Уходя, Уилл обернулся на Эл. Та стояла с открытым ртом, но, придя в себя, подняла большой палец в воздух. Уилл в жизни не подумала бы, что она станет первой, кто узнает его самый большой в жизни секрет. Но он не чувствовал, что сделал что-то неправильно. Возможно, было подло подставлять Билли таким образом — кто-то легко мог подумать, что Харгроув соблазнил парня или заставил его быть с ним угрозами. Но они оба знали, что это было не так.