изъяновый отбор

Расплывчатые лучи рассеяны по Ёшке когда тот просыпается, лапы поднимаются дабы защитить личико от ярких, тёплых потоков. Простыни с одеялами отодвинуты в стороны, укутывая симболара, но сторона Краткого лежит пустой. Ёшка немного приподнимается, чтобы осмотреть пустое место, гадая, происходило ли вчерашнее на самом деле. Затяжный аромат секса и Краткого это всё, что ему нужно для подтверждения. Ёшка плюхается обратно, моргая и тревожно вздыхая. Будет ли жизнь с Кратким… хорошей…? Горячее жжение вырывает Ёшку из любого потенциального потока мыслей. Смотрит вниз: воспалённые, раздражённые ранки на его руке яростно распухают. Раны покрыты корками и Ёшка хмурится, глядя на них. Они всегда быстро заживали, но за последними всегда появлялись новые. А теперь, с Кратким… Ёшка был уверен, что их количество только увеличится. Дрожь пробегает по спине Ё при этой мысли и он качает головой, поднимаясь. Где Краткий? Ёшка сразу же чувствует себя не в своей тарелке, будучи неуверенным: стоит ли ему остаться здесь или пойти искать своего нового партнёра? Тошнота — его единственный ответ. Глаза Ёшки расширяются когда приступ дурноты охватывает настолько, что заставляет быстро подняться в шатке, приземляясь лапами на пол. Оглянувшись, Ёшка замечает дверь и он молится, что она ведёт в ванную. Он, спотыкаясь, плетётся к ней, хватаясь за ручку и распахивает ту. Вскоре он судорожно блеёт над унитазом, скопившаяся в его горле слюна капает в неглубокую воду. — Хрк—Гхк—! Слышны приглушённые, задыхающиеся звуки перед тем, как Ёшка начинает рвать. Желчь вырывается изо рта и льётся водопадом в чашу. Ёшка чувствует наворачивающееся слёзы в глазах перед тем, как рвёт один, второй, пять раз. И всё это до тех пор, пока не чувствует чью-то лапу на своём плече, что заставляет его остановиться и моргнуть покрасневшими, влажными глазами на симболара, нависшего над его плечом. Конечно же это Краткий, который, вероятно, подслушал весь этот кипиш. — Ох, милый, — цокает Краткий языком. — Уже, да? Ёшка раскрывает рот чтобы ответить, но быстро закрывает обратно, раздувая щёки прежде чем пригнуться и изрыгнуть очередную волну блевоты. Она медленно капает изо рта, оставляя его дрожащим и всхлипывающим. Краткий, круговыми движениями, успокаивающе поглаживает ему спинку пока Ёшка скулит. — Они упоминали, что ты фертильный, но, видимо, я не учитывал насколько… — задумался Краткий. И вот тогда до Ёшки доходит, что именно тут происходит. Волна самых разных эмоций борющихся за верховенство лишь заставляют его задыхаться и рвать. Всё это время Ёшка чувствует то, как Краткий наблюдает за ним, чувствует, как тот рисует круги по его спине. Это странно успокаювающе, чуть ли не интимно. Наконец, желудок Ёшки опустел. Он откидывается назад, ткнувшись о грудь Краткого, чьи руки обнимают его. — Шшш, всё хорошо… Всё это естественно, мой дорогой, — мурчит Краткий, притягивая Ёшку ближе. — Лишь часть процесса… Ёшка стонет, не в силах произнести ни слова. Краткий ухмыляется и его лапа опускается на Ёшкин живот. Она начинает поглаживать поверх матки Ё, заставляя её обладателя широко раскрыть глаза от такого вида. В одно мгновенье высовываются когти, опасно скользя по мягкому животику. Ёшка прерывисто вдыхает. — Мы создаём чудо, Ёшка… — бормочет Краткий. — И ты его доведёшь до конца. Ёшка тяжело сглатывает, потом тихо кивает. Краткий издаёт низкий, удовлетворённый смешок. — Отлично! Теперь давай тебя освежим. Я же не могу допустить, чтобы моя миленькая невеста-в-будущем была осквернена своими собственными жидкостями… — говорит Краткий, похлопывая спинку Ёши. Большие лапы ведут Ё, удерживая того за руки, помогая встать. Лапы Ёшки обхватывают руки Краткого, стоя к нему лицом, не в силах смотреть ему в глаза. — Эм, ам… — бубнит Ёшка. — С-спасибо, госпо- — Краткий, — поправляет он. — Можешь называть меня Кратким. — С-спасибо, Краткий… — Уже лучше! На это Ёшка выдавливает из себя нервную улыбку. Взгляд Краткого, которого Ёшка не может вынести, темнеет в ответ, ухмылка становится только шире. — Теперь… — продолжает Краткий. — Не стоило бы нам принять душ? — О-оу… — Ёшка моргает, а затем умудряется ответить. — … Д-да, Краткий… Ёшка бы не поверил, если ему каким-то образом сказали, что это будет его будущее. Горячая вода стекает по его телу, пока Краткий перед ним наклоняется ближе, прижимая когтями запястья Ёшки над его головой. Ё, как всегда, выглядит смущённым, и Краткий отвечает волчьим оскалом. Они едва успели войти, а Краткий уже поставил Ё в такое положение. Ёшка дрожит вопреки теплу душа. — Ёшка, — рычит Краткий. — Ты же знаешь, что нравишься мне, да? Ёшка, не колебаясь, быстро кивает. — Хорошо, хорошо… Взгляд Ёшки скользит вниз, замечая извивающееся щупальце между ног Краткого. Оно отчаянно выгибается и скручивается, стремясь попасть между ног Ёшки, где медленно образуется припухшая щёлочка. Чем дольше смотрит Ёшка, тем быстрее поднимается и опускается его грудь. — А я, Ёшка… — продолжает Краткий. — Я очень нравлюсь тебе. Ёшка подтверждает очередным кивком. Краткий рычит и набрасывается на симболара. Ёшка вскрикивает, когда зубы впиваются в его плечо, а ствол члена скользит по щели. Он морщится и издаёт какое-то жалкое, тихое подобие стона. Краткий смеётся, разжимая зубы и высовывая язык, чтобы облизать оставленные следы. — Ты же мне позволишь сделать что угодно, да? — шепчет Краткий. Ёшка колеблется. — … Да? — огрызается Краткий, а затем снова впивается в то чувствительное место. — К–к— Конечно—! — выкрикивает Ёшка. Краткий снова отступает, тяжело дыша. — В этот раз я хочу тебя пометить, — объявляет он. Ёшка пищит, заставляя Краткого хохотать. — Ну же, дорогой. Я же знаю, что ты упиваешься от такого… удовольствия, каким бы извращённым оно ни было, — лепетает Краткий, почти касаясь Ёшки губами. — Иначе почему бы ты это позволял? Краткий хватает запястье Ё, скручивая его руку чтобы показать свежие шрамы. Ёшка смотрит на них, изрядно румянясь, зная, что он прав. — М-меть меня сколько х-хочешь, Краткий… — тихо говорит Ёшка. — Вот так вот. Это то, что мне нравится слышать… Когти внезапно впиваются в бедро Ё, заставляя симболара взвизгнуть от боли. Краткий вырезает глубокие выемки в мягкой плоти, кровь начинает стекать вниз и скапливаться вокруг слива. Грудь Ёшки быстро поднимается и опускается, глаза зажмурены. Одно дело, когда этим занимался он сам, но теперь, будучи во власти Краткого… всё теперь было по-другому. Ещё один резкий разрыв и Ёшка опять вскрикивает, в этот раз жмурясь от раны на бедре. В слив стекает всё больше крови, и Краткий начинает мурлыкать. — Какой же ты милый, жалкий мазохист, — дразнит Краткий, осыпая поцелуями след от укуса, который он оставил раннее. Ёшка мурчит в ответ, смешивая попытку справиться с болью с искренней привязанностью к своему партнёру. Он прижимается к Краткому, трётся щекой о щёку, прежде чем поцеловать её. — … Е-ещё~ — шепчет ему Ёшка. — Заставь кровоточить до отключки, Краткий…~ Теперь была очередь Краткого пару раз поморгать чтобы потом схватить Ёшку за лицо одной из своих когтистых лап. Он заставляет его смотреть в глаза, где собственный взгляд омрачён невыразимой, ехидной похотью. Ёшка мгновенно попадает под чары, тотчас поддаваясь садисткой ауре Краткого. — Ох, Ёшка, я сделаю похуже… — фыркает Краткий, а затем захватывает его рот грубым поцелуем. Ёшка стонет в поцелуй, их языки сливаются воедино. Они извиваются, сжимая губы, а Краткий начинает лапать Ёшку и впиваться в него когтями. Ёшка напрягается и расслабляется с каждым новым шрамом, который Краткий вырисовывает на его теле, и вскоре по туше Ёшки стекает поток крови, словно разорванное, алое платье. Каждая рана жжёт и кровоточит, и вскоре Ё плачет вместе с ними, беззвучные слёзы текут по его лицу. Он тает в объятиях Краткого, глаза закатываются от потери крови, а язык становится слабым и вялым. Краткий целует Ёшку всё страстнее, легко доминируя над его ртом. Его язык проникает глубоко между острыми зубами, жадно требуя всего, что может. У Ёшки в глазах начинает темнеть, тонкие красные линии теперь были рассеяны где-либо, где когти Краткого изволяли приземлиться и оставить свои следы, разрезая и терзая нежную плоть словно мокрую газету. Ёшка ёрзает бёдрами и терётся киской в член Краткого, истекая слюной от возбуждения. Краткий толкается в ответ, позволяя горячему трению нарастать между ними. Ёшка едва может видеть, и вскоре он вцепляется в Краткого, обильно кровоточа на него. Краткий задыхается, его когти кончают с резнёй Ёшкиного тела. Оглядывая плоды своего труда, он издаёт звук между рычанием и стоном. — Посмотри на себя. Какая же неурядица… — мурчит Краткий, отстраняясь от поцелуя. — Красивая, жалкая неурядица… Ёшка вздрагивает от жжения свежих порезов, но превозмогает ей, чтобы прижаться к Краткому ближе. Краткий крепко обнимает Ёшку, его член пульсирует от желания. Он начинает оттягивать бёдра назад, выравнивая кончик с горячим, скользким входом Ёшки. Дыхание Ёшки учащается от предвкушения, бёдра раздвигаются ещё шире, чтобы дать Краткому больше пространства. — Можно? — спрашивает Краткий. Ёшка рычит и отвечает резким опущением своих бёдер, мгновенно поглощая член Краткого своей пиздой. Краткий шипит от удовольствия, его член пульсирует, начиная двигаться с бешеной скоростью внутрь и наружу Ёшки. Ёшка разрывается на куски рычания и стонов, его собственные когти выдавливаются чтобы приласкать спину Краткого. Краткий ухмыляется от ощущения, только ускоряя свой темп. Ёшка задыхается, когда его швыряют на стену душа, плотно прижимая к ней, пока Краткий безжалостно его оплодотворяет. — Ахххгх— Ах— Ахгх— Хааах— Рассеянный взгляд Ёшки смотрит в потолок, бессмысленно стона для Краткого, пальцы на ногах сжимаются, а бёдра подёргиваются вперёд с каждым толчком Краткого. Член Краткого напрягается внутри Ё, ударяя шейку матки мощным толчком. У основания формируется узел, толстый и настройчиво давящий чтобы запереть Ёшку в ещё одном оргазме. Ноги Ёшки дёргаются в судорогах, когда узел наконец проталкивается внутрь с громким лопаньем, оставляя Краткого дёргаться, пока его член изгибается у входа в матку Ёшки. — Гррргхгхк—! Зубы Краткого стискиваются в свирепом рычании и его член содрогается, выпуская горячую жидкость глубоко внутрь Ёшки. Ёшка вскрикнул, впиваясь когтями в спину Краткого, заставляя того зарычать и и снова укусить за это нежное плечико. Через несколько неглубоких толчков, Краткий кончает, и Ёшка опять чувствует то тёплое ощущение в его матке. Они сползают вниз в одну кучу, душ теперь был едва тёплым, остужая их страсти. Ёшка крепко прижимается к Краткому, начиная пассивно вылизывать его. Краткий фыркнул от смеха, поглаживая щеку Ёшки. — Значит, теперь ты вынесешь мне потомство побольше, хммм? — смеётся Й. — … Не думаю, что это так работает, Краткий, — хихикая говорит Ёшка. — Могу лишь надеяться! Краткий высовывает язык и лижет несколько маленьких кровавых ранок на теле Ёшки, заставляя того вздрагивать и скулить. Вычёсывания становятся всё более интенсивнее и вскоре Краткий слизывает кровь, что прилипла к шерсти Ёшки. Ё прижимается к ласкам языка, громко мурлыча. Может вчера и была похоть, но… сегодня Ёшка узнал, что любит Краткого по-настоящему.