Когда лучший друг слишком… лучший

Когда он после работы в очередной раз завалился на обед к своему лучшему другу, всё казалось банальным, почти до боли привычным. Сонный Алем, который выглядел так, будто только что вышел из сна, а не из душного склада. Заветный запах лапши, которую он, Маха, сам сварганил — и, надо признать, она сегодня вышла на удивление божественной. И бесконечные, абсолютно бессмысленные темы для разговора, брошенные в воздух просто чтобы не дать тишине сожрать остатки их нервных клеток. Обычный день. Но что-то в нём было… неправильным. Настолько неправильным, что даже Маха — человек, который мог три часа спорить о задротских темах и не заметить пожар у соседей, — не мог понять, что именно. Это был абсолютно обычный день, но было в нем что-то настолько странное, что Маха (не самый умный) не мог понять что. Алем то ли смотрел тиктоки, то ли листал ютуб шортс, временами он тянулся к тарелке, втягивал лапшу и жевал так лениво, будто был котом, а не человеком. И почему-то его губы… казались розовее, чем обычно. Или это свет так падал? Или лапша была слишком горячей? Или… Маха, не заметив, как застрял взглядом, машинально прикусил нижнюю губу. И тут же внутренне подпрыгнул. «Какое гейство!» — возмутился его внутренний голос, натянул одеяло самоиронии и попытался прикрыться рукой, будто это могло скрыть бегущие глаза. Когда Алем быстро закончил свою порцию еды богов, он пошел мыть посуду, приметив у себя в мыслях, что Маха как-то необычайно молчалив и даже не пошел за второй порцией лапши. О чем речь, если он даже первую еще не закончил! Странно. Очень странно. Наконец тугодум повернулся к Алему, убиравшего за собой посуду, чтобы что-то выпалить в своем репертуаре. Нужно было сказать хоть что-то. — «А какой стенд у тебя был бы, будь мы в JoJo?» — «А ведь Дьяволо умирает всё время?» — «Ты новый скин видел?» Но все эти гениальные мысли вылетели из головы, как только взгляд Махи наткнулся на… трико. Не просто трико. Какое-то воплощение несправедливости мирового масштаба. Оно сидело на Алеме плотнее-не-куда. Слишком плотнее-не-куда. Настолько плотнее-не-куда, что отчётливо подчёркивало каждую округлость, которой в идеале у мужиков-геймеров вообще не должно было быть. Мозг Махи сломался. На секунду. На бесконечность. — Nice ass, bro! — в своей типичной манере выпалил он, не разобрав, это шутка, комплимент, инсульт или всё сразу. Тишина. Вода тихо стекала по тарелке. Алем замер на полсекунды, как будто его вырубили из розетки. «В каждой шутке доля правды… но не в гейских же!» — отчаянно попытался спорить сам с собой Маха, но прозвучало это внутри так же убого, как попытка оправдать факт, что он три минуты пялился на чужие губы. — Чувак, отличная задница! — шлепнув борца, сказал Маха, взглотнув слюну то ли от того, что нервничал, то ли от того, что одного шлепка мало. Тугодум знал одно – он голоден, но засматриваться на лучшего друга как на кусок мяса — это как минимум неправильно. Однако он был Маха. Тот самый. Главный тугодум на районе, чемпион города по социальным неловкостям и нежданным репликам, Мистер Я-есть-непредсказуемый-поворот-не-туда. И если кто-то мог разрушить естественный ход событий одной фразой — это был именно он. А что сделал Алем? Он только обернулся, приподнял бровь и с абсолютно спокойной, ленивой, убийственно красивой усмешкой ответил: — Спасибо. Хоть кто-то это замечает. И вот это уже было по-настоящему странным.