Современный мир

Современный мир весьма жестокая штука. Мир, где приходится в одиночку перебираться изо дня в день, стараться найти свое место, добиться успеха или просто не сойти с ума от несправедливости и жестокости. Серый мир с серыми людьми, что сами уже забыли, когда в последний раз были искренними. Фальшь дома, на улице, на работе. Кто-то из них хоть когда-нибудь был честным? Неважно, с собой ли или с семьей. Каждое утро все вокруг надевают маски доброжелательности, успешности, компетентности. А к вечеру лицо начинает болеть от нескончаемых лицемерных улыбок, но маску уже не получается снять — она навечно приросла к коже, вцепилась в лицо длинными черными щупальцами. Но самое страшное, что через лицо эти щупальца проникают все глубже и глубже, туда — в самое сокровенное — в сердце. Они обвиваются вокруг него, постепенно сдавливая, и лишая человека последних эмоций и чувств. И тогда появляется она — проказа этого мира. Равнодушие. Пустые глаза, холодный тон, леность в движениях. Равнодушие — добровольный паралич души, что атакует с твоего разрешения. Люди мастерски научились не замечать. Отводить глаза от нуждающихся, не смотреть на насилие в отношении слабых, заглушать внутренний голос, что из последних сил пытается докричаться. «Сам виноват», «не мое дело», «ничем не могу помочь», «это не мои проблемы» — человечество создало для себя удобную философию, которая полностью устраивает их. Тоска и грубость окружает со всех сторон. Она никогда не пропадала ни на секунду из жизни любого человека. Все утратило свои краски, стало мертвым и пустым. Вот они — все те же улицы, те же лица, тот же солнечный свет, пробивающийся сквозь листву. Но будто кто-то взял и приглушил все цвета, выкрутил регулятор насыщенности мира до минимума. Не сепия, нет — скорее акварель, которую смыло дождем, оставив лишь бледные намеки на былую яркость.

***

День не задался с самого утра. Десятилетнего Сашу разбудил громкий крик матери и удары в дверь. Хотя так начиналось, буквально, каждое утро в этом доме, не считая субботы и воскресенья. В эти дни она с отчимом отсыпались после пьяных дебошей предыдущего вечера. — Вставай уже, — не просьба — приказ. Мать никогда не была с ним ласкова. Говорила, что он полная копия отца, умершего несколько лет назад. Все вокруг всегда говорили, что мальчик полная копия своего отца, а она сначала мило улыбалась, а дома, отлупив его ремнем или чем-то другим, что попалось под руку, уходила к Кириллу — отчиму маленького мальчика, в поисках утешения. Быстро поднявшись с кровати, мальчик поспешил сразу ее заправить. Он всегда старался быть правильным и послушным. Может тогда мама бы заметила и полюбила его. Надев старенькие тапочки на ноги, Саша аккуратно приоткрыл дверь в коридор и, осмотревшись вокруг, быстро прошмыгнул в ванную комнату. Прикрыв дверь, мальчик подошел к раковине и посмотрелся в зеркало. Оттуда на него смотрел маленький Саша. Светлые волосы рассыпались прядями по лицу, закрывая нос с пятнами веснушек. Большие зеленые глаза в обрамлении пушистых длинных ресниц и большие ярко-красные пухлые губы. Отчим всегда с неприязнью отзывался о его внешности. Ему никогда не нравилось, что Саша больше похож на омегу. Мама всегда говорила, что он должен стать альфой. Говорила, что не переживет, если он будет таким же бесполезным как его отец когда-то. Резко хлопнув себя по щекам, Саша открыл кран и принялся умываться перед школой. Сегодня он должен быть в хорошем настроении — ведь это день, когда им сделают тесты, которые определят их вторичный пол. Саша очень хотел быть альфой. Ведь тогда мама обязательно его полюбит. Она погладит его по голове и по-доброму улыбнется. Скажет может что-то хорошее или, если он будет сегодня самым послушным, похвалит его. Скажет, что он молодец. — Выходи давай, — громкий крик Кирилла из-за двери заставил Сашу вздрогнуть. — Мне тоже надо собираться! Мальчик только взялся за ручку двери, как ее с силой дернули, отчего он полетел вперед, падая на жесткий деревянный пол. Боль пронзила его колени и ладони, а на глаза навернулись слезы. Сверху раздался презрительный смешок, когда он шмыгнул носом. Кирилл был высоким темноволосым мужчиной средних лет с короткой стрижкой под ежика. У него были всегда злые или насмешливые темно-карие глаза. Под их взором Саша часто ощущал себя ничтожеством. Тонкие губы и маленький нос делали его больше похожим на модель, чем на механика. Он был большим и сильным. Его руки были размером с Сашино бедро. Резко поднявшись на ноги, Саша пулей побежал назад в комнату. Бегло осмотрев свои колени и ладони, мальчик заметил только небольшие покраснения. Хоть крови нет. Подойдя к шкафу, Саша рассматривал немногочисленный выбор одежды. Решив, что сегодня нужно быть во всем парадном, мальчик оделся в обычные черные брюки и белую рубашку. — Сегодня без завтрака — опаздываю! — крикнула мама от входной двери. — Я ушла! Без завтрака. Мама редко готовила его на троих. Обычно Саша перекусывал булочки в школе, которые родители должны были оплачивать. Карманных денег ему не давали — рано еще для него. А после школы мальчик мог свободно поесть, ведь ни мамы, ни Кирилла не было до вечера. Собрав все необходимые вещи в портфель, Саша выбежал в коридор и, надев кроссовки, вышел в подъезд. На улице было немного прохладно для первых чисел сентября, но вполне терпимо. До школы было идти двадцать минут прогулочным шагом, но Саша сегодня был на взводе и умудрился дойти всего за десять. Не смотря на ранний час, во дворе школы уже собирались кучки учеников, чтобы поделиться прошедшими выходными. Кто-то только вернулся с моря, кто-то все лето провел на даче, кто-то вчера ездил за город на шашлыки. А Саша вчера весь вечер просидел в комнате, где его не могли достать пьяные друзья Кирилла. Они всегда к нему лезли со словами, что слишком нежный и хрупкий. Мальчик и вправду был мельче, чем другие дети его возраста. Тонкие талия и хрупкие руки делали его больше похожим на девушку, чем на парня. За своими размышлениями мальчик и не заметил, как прошел через двор и уже успел войти в школу и подойти к классу. Там стояло несколько его друзей: Илья и Саня. Они подружились еще в первом классе и с тех пор были не разлей вода. Илья был выше его на полголовы. Брови, тонкие и аккуратные, подчеркивали его выразительный взгляд. Нос был прямым, с легким изгибом у кончика, что добавляло ему аристократичности. Губы, полные и мягкие, казались созданными для улыбки. Одет он был также, как и Саша, только рубашка была не белая, а голубая. Саня же наоборот. Казался строгим и несколько злым. Глаза, сейчас слегка прищуренные и особенно внимательные, всегда словно смотрят прямо в душу, создавая ощущение, что он готов к любому вызову. Кожа светлая, с легким морским загаром. Одет он в черную куртку с ярким принтом и обычные темные брюки с кроссовками. — Всем привет, — тихо подошел Саша, здороваясь с друзьями. — Готовы к тесту? Друзья мягко похлопали его по плечу в знак приветствия. Илья после вопроса Саши весь разом загорелся, когда как Саня, наоборот, лишь насупился и отвернулся. — Ну, конечно. Не то, что некоторые, — подкалывает Ермолаева Илья. — Что-то не так? — несколько занервничал Саша, поворачиваясь на свою тезку. Ермолаев редко, когда был чем-то сильно недоволен. Обычно он ходит со скучающей улыбкой, а сейчас прям весь насупился и откровенно злиться. — Этот тест пустая трата времени. Мы все равно не сможем найти свою пару до шестнадцати. Так зачем сейчас узнавать? Резко зазвонивший звонок, прервал беседу. Другие ученики зашевелились и начали медленно подходить к кабинету, который открывала запыхавшаяся учительница. Разговор пришлось оборвать, но слова Саши глубоко засели в голове мальчика. Это ведь и вправду бессмысленно на данный момент. Но правила есть правила. Саша пошел за свою парту в конце первого ряда около окна. Мало кто хотел сидеть так далеко от доски, поэтому соседа у него не было. Даже Илья с Саней сидели на второй парте. — Доброе утро, дети! — мягко поздоровалась со всеми в классе учительница. — Присаживайтесь. Как вы знаете сегодня после занятий вас ждет тест на определение вторичного пола. На последнем уроке я вам расскажу более подробно, а сейчас открываем тетради и пишем дату и «Классная работа.». В этот день у них было всего четыре урока, на которых Саша крутился из стороны в сторону и никак не мог сосредоточиться. Хотя не один он отвлекался от доски. Пару раз мальчик замечал, как Саня и Илья тихонько переговариваются. На последнем же уроке учительница кратко рассказала им о вторичных полах. Вкратце, все люди, помимо мужчин и женщин, делятся на три пола: альфа, бета и омега. Альфами, зачастую, становятся мужчины. Женщины-альфы тоже бывают, но очень редко. Можно сказать, что только одна из тысячи — женщина-альфа. Его же мама была омегой, а отчим — альфой. Все как у всех, среднестатистическая семья. Бетой может стать кто угодно хоть мужчина, хоть женщина. А омегами становятся женщины. Мужчина-омега еще большая редкость, чем женщина-альфа. Но если ты родился омегой, то тебя ждет трудная жизнь. Самый лучший вариант — выйти замуж и рожать детей. Омег редко берут на работу из-за декрета и течек, они быстрее устают и, вообще, сами по себе весьма слабые. А если и берут, то платят сущие копейки. Также большая особенность омег и альф — природные запахи, которые помогают найти свою пару. Они у каждого человека разные. В целом учительница не рассказала им ничего, что они бы и так не знали. Ну, да ладно.

***

Сам же тест проходил в небольшом школьном медицинском кабинете. Он был маленький и душный. Стены серо-зеленого цвета и старые стулья около небольшого письменного стола, стоящего рядом с окном. Небольшая кушетка, измеритель роста, весы и два шкафа — один с одеждой, а второй — с медикаментами. Вот и все, что там было. Места для трех человек уже было мало. Илья и Саня уже прошли свои тесты. Оба, как и ожидалось, были альфами. Они вышли с небольшими карточками, на которой рядом с именем стояла большая красная буква А. Никто из них не удивился результатам. Когда пришла очередь Саши, он уже весь испереживался. Мысли съедали его изнутри. А вдруг он будет бетой или, что еще хуже, омегой? Он понимает, что это стандартная проверка. Но от нее решится многое. Все вокруг так спокойны, а у Саши сейчас сердце из груди выскочит. Вот, из двери вышла девочка — Кая — с такой же красной отметкой в карточке — альфа. Другие ребята начали ее поддерживать. Они все были рады за нее. А вот вышла другая девочка — Аня — с уже серой большой буквой Б — бета. Она не расплакалась, а даже как-то вздохнула и обрадовалась. Странная она. Как можно радоваться тому, что ты обычная? — Парадеев Саша, — позвала его учительница. Руки вспотели, и ему пришло пару раз провести ими по штанам. Ноги стали ватными, а в голове резко опустело. В кабинете на столе лежало куча пакетиков с тестовыми палочками, на которые нужно было капнуть каплю крови. Все процедура заняла меньше секунды. Когда палочку окунули в каплю, его сердце замерло. Казалось, что время остановилось. Вот сейчас другой конец палочки также окрасится в красный и ему дадут карточку с отметкой Альфа. Вот сейчас! Еще секунда… Время остановилось. Мир вокруг него резко потемнел, словно из него выкачали все цвета. Стало так больно и тошно от всего вокруг. Казалось, что вот сейчас он заплачет, но слёз не было — лишь тихая, окутывающая со всех сторон, пустота. Будто он смотрит на мир через толстое стекло — всё видно, но нельзя почувствовать тепло или холод, нельзя уловить запах, нельзя коснуться. Желтый. Он омега. Дальнейшее было для Саши как в тумане. Ему выдали карточку с желтой отметкой О и выпустили из кабинета. Друзья что-то спрашивали и пытались посмотреть на карточку, но мальчик спрятал ее в карман. Больше в этот день уроков не было, и Саша поспешил домой. Мама будет разочарована — может быть даже снова побьет его. Она ведь так хотела, чтобы Саша был альфой. Красивым, высоким и сильным. Тем, кто будет всегда ее защищать и оберегать. Тем, кого она будет любить, обнимать и гладить по голове. Может когда-нибудь она даже поцелует его, как делают другие мамы. Но теперь этого не случится. Он ее самое большое разочарование! Он такой убогий и слабый. Жалкая омега! Почему все получилось именно так? Почему он родился таким? Кто решает, какой он? Слез не было. Было только тишина. В голове и вокруг. Казалось мир умер. Может, это и есть настоящая смерть — не прекращение существования, а существование без возможности чувствовать? Когда еще здесь, но уже не живешь, а лишь отсчитываешь дни, вспоминая, каким был вкус жизни, когда ты мог его ощущать. Дома его встретила тишина и одиночество. Разувшись, Саша прошел в комнату и упал на кровать. Он не знал сколько времени прошло, но вот хлопнула входная дверь и послышались тяжелые шаги Кирилла. После пришла мама. По квартире разнесся удивительный запах рагу. За ужином сидели все вместе. Это должен был быть удивительный день, когда мама будет рада и довольна им. А оказался… — Принеси мне свою карточку. — страх пронзил каждую клеточку тела Саши. На негнущихся ногах он вернулся в свою комнату и достал пластинку из кармана школьных брюк. Он смотрел на эту злополучную букву и хотел разорвать ее. Но был слишком слаб для такого. Вернувшись на кухню и отдав карточку маме, он принялся ждать неминуемого наказания. Вот, ее глаза опускаются на пластику и в следующий миг по лицу прилетает сильная пощечина. Удержаться на ногах не получается, и Саша падает на пол, сильно ударяясь локтями. — Сам с ним разбирайся, — роняет мама Кириллу и уходит из комнаты. — Мама! Пожалуйста, — непонятно, о чем просит ее мальчик, пытаясь ухватиться за домашние брюки, но безуспешно. Только не он! Нет! Кирилл резко хватает его за мягкие волосы на голове и оттаскивает назад. Больно! Руки мальчика резко поднимается вверх, хватаясь ткань домашней кофты отчима. Сильный удар и секундное ощущение полета — его с силой швырнули к кухонному гарнитуру. Голова болит и кружится! Все вокруг плывет! — Так ты у нас омежка, да? — сквозь пелену в глазах Саша видит довольную улыбку отчима. От нее по коже пробегают мурашки и становится жутко. — Теперь ты никому не нужен. Кирилл продолжает ему что-то говорить, но мальчик уже не слышит. Темнота застилает ему глаза, и он падает в обморок.