Fuckin' lucky

Снова они здесь. Джеюн несколько раз клялся себе, что успокоится и больше не будет искать места проведения этих сомнительных мероприятий, но Сонхун был сильнее. Или роль сыграло необъяснимое восхищение одним из сегодняшних участников, тут уж как посмотреть. Они с Сонхуном пробивались сквозь толпу, пытаясь пробраться в первые ряды. Вокруг стояло, казалось, не менее пяти десятков машин: у большей части открыты двери, и из каждой доносилась разная музыка, смешивающаяся в один сплошной шум. Это старая, давно забытая крытая парковка, раньше состоявшая из нескольких этажей, однако от них осталась одна бетонная "крыша", которая сейчас защищала от лёгкого моросящего дождя. Знающие быстро поняли, что расположение у этого места крайне удобное: находится на окраине города, из него очень привлекательный выезд в широкий тоннель, перекрытый прямо на его конце, так как после него трасса закрыта на ремонт. Конечно, это стало излюбленным местом для уличных гонок, что уж тут таить. Последние несколько месяцев они проходят здесь едва ли не каждую неделю, и пока копы не заинтересовались – значит место выбрано отлично. Да и обустроенно оно неплохо: свет провели, колонки и перегородки затащили, ну чем не мило? Народу нравится, и это главное. Джейк бы в жизни не подумал, что будет фанатеть по такой ерунде. Не то чтобы он главный энтузиаст в плане обсуждения машин, скорее... В этом всём его интересует немного другое. Другой. Парень с красными волосами, пост которого Сонхун в один прекрасный день отправил Шиму в инсте. Черт бы его побрал. Тогда Пак написал что-то вроде: "Видел его? Он сегодня едет против Намхёка", – и Джеюн предпочёл бы никогда не знать этого дьявола Ли Хисына и не иметь представления, чем он занимается. Потому что он незаконно, просто отвратительно красивый, и знает это лучше всех. На отправленном фото парень сидел на капоте новенькой красной Феррари. Она просто отлично сочеталась с цветом его волос и красными вставками на брендовой куртке. Это фото произвело на Джеюна такое сильное впечатление, что он, впервые увидев его, откинул телефон подальше, прикусил язык, чтобы не высказать всё, что думает, однако через пару мгновений всё же сдался и рассматривал его около получаса. Да, у этого парня определённо есть деньги и вкус. Возможно, у него есть и повышенное чувство собственного достоинства, если судить по количеству восхищённых комментариев с женских страничек под фото, но это уже побочное. В тот вечер Джеюн просмотрел страничку этого чёрта раз двадцать, вдоль и поперёк, чтобы в итоге сделать вывод, что стал зависим от этого красивого личика. И конечно, когда Сонхун впервые предложил Шиму пойти с ним и его друзьями на гонку, отказать было невозможно. Но что в тот раз, что в следующие, им не удавалось подобраться достаточно близко, чтобы всё рассмотреть или повзаимодействовать со стритрейсерами, поэтому приходилось следить за трансляцией, которую вёл один из организаторов. За это время Джеюн, сам того не понимая, как-то забил свои социальные сети подписками на местных гонщиков и подобного рода парней. Но ничто не могло избавить от неимоверного желания увидеть этого Ли Хисына в живую. Не с экрана телефона, а лично. Несколько раз места проведения гонок менялись, и Шим всё равно тащился за Сонхуном, изображая из себя человека, которому это абсолютно не интересно, однако всегда внутренне молился, чтобы его мечта исполнилась. Он проел Паку плешь, обвиняя в том, что тот показал ему этого сраного мажора, которого теперь невозможно было забыть. Джейк пару раз клялся, что покончит с этим: Хисын всё ещё был скорее влажной фантазией, чем реальным претендентом на партнёра, если судить по количеству девушек, которые на него вешаются, – но даже несмотря на это Шим не смог оставить мысли о нём. Пропустив пару заездов, он тысячу раз обвинил себя в том, что упускает шанс приблизиться к очень даже реальному человеку, выслушал нытьё Сонхуна о том, что ему было скучно без лучшего друга, и, к счастью или сожалению, пришлось вернуться. Хисын словно абъюзивный бывший, с которым Шим ещё даже не был знаком, но который всё равно уже успел изрядно потрепать нервы, и уйти тепепь казалось невозможным. Собственно, поэтому Джейк сейчас тут. Растолкал толпу девчонок в мини-юбках, кричащих имена сегодняшних гонщиков, чтобы подобраться к месту старта, где уже стояли двое парней рядом со своими машинами. Наконец-то он стал наглее и смог пробиться в первый ряд. Отсюда даже было отдаленно слышно то, что обсуждал Хисын со своим противником. Будь его воля, Шим заткнул бы всем этим девушкам рты, только бы услышать разговор этих двоих. Ли сегодня выглядел превосходно: тот же сексуальный бомбер, накинутый поверх черной майки, цепи на шее и запястье и укладка. Если бы Джейк не имел хотя бы капли самоуважения, он бы кричал его имя громче всех. Однако лицо Хисына вдруг меняется, заставляя гудящую толпу замолкнуть. Все в один момент зашептались, пытаясь понять причину перемены его настроения. Внезапно Сонхун, стоящий рядом, наклонился к уху Шима и произнёс: – Кажись, Джей сказал ему что-то гаденькое. Неудачно выбрал время, ставки ещё могут поменять. – А на что сегодня едут? – спрашивает Шим, ведь уже успел забыть. Обычно, если это не какой-то спор, то ставкой служит что-то незначительное: какая-то сумма денег или исполнение мелкого желания выигравшего. Но, судя по всему, сейчас всё может перевернуться с ног на голову. – Хотели на бабло, – жмёт плечами Хун, но тут же добавляет. – Но судя по тому, что Хисын зовёт судью – уже нет. Внутри вдруг заклокотал интерес. Что Джей мог сказать, раз Хисын меняет своё мнение? Что заставило изменить карты? Чертовски хочется знать. Стоило только этой мысли закрасться в голову, Хисын развернулся от своего соперника и судьи и начал обходить машину, вместе с тем доставая из кармана пачку сигарет и зажигалку. Как только он опёрся на свою Феррари, развернувшись лицом к той части толпы, где по счастливой случайности стоял и Шим, Ли махнул головой, чтобы убрать волосы с лица и одним движением руки зажёг зажигалку, а вместе с ней и сигарету. От маленького красноватого огонька цвет волос парня стал ещё ярче, а свет на лицо упал так, что Джеюн готов был ахнуть вслух. Прямо сейчас он был бы не против, если бы этот мудак потушил сигарету об его язык. Жаль, что это просто больные фантазии. Шим следил за каждым движением Хисына так пристально, будто пытался запечатлеть в памяти даже мельчайшую деталь. Именно благодаря этому заворожённому взгляду он смог поймать ту секунду, в которую Ли поднял глаза. Кажется, что они заглянули прямо в душу. На секунду Джеюн готов был поклясться, что Хисын посмотрел именно на него, но когда тот вдруг ухмыльнулся и подмигнул, закрались небольшие сомнения. С большей вероятностью он бы отреагировал так на какую-то фанатку, а не на парня с заворожённым взглядом. – Он мне подмигнул? Ты видела? Видела?! – завизжала какая-то девчонка слева от Джеюна настолько громко, что пришлось прикрыть ухо рукой. – Совсем сдурела? Это было мне! – начала спор ещё одна. Шим только разочарованно вздохнул и закатил глаза. Но когда вернул их к Хисыну, то понял, что эти девушки ошибались. Ли затянулся и оттолкнулся от машины, начав подходить ближе к толпе. Он смотрел прямо на него, Джейк был уверен. И когда Хисын встал прямо перед ним, всё стало совершенно очевидно. Парень вновь ухмыльнулся и выдохнул сигаретный дым прямо Шиму в лицо. Он готов был убить Сонхуна, когда тот поступал так же, но сейчас подумывал над тем, чтобы наброситься на Хисына прямо в ту же секунду. От едкого запаха Джеюн закашлялся, но все равно вернул взгляд к гонщику, когда тот заговорил. – Ты забавный, – хмыкнул Хисын. – Скоро дыру во мне прожжёшь. Неужели так интересно? – Ещё скажи, что ты сам не знаешь ответ, – пожал плечами Джеюн. Так уж и быть, он сыграет по его правилам. – А что? Будто на тебя так не смотрят ежедневно. – Первый раз вижу такие блестящие глаза. Зацепил, – он продолжает ехидничать в тон Джейку. – За такое нужно отплатить, – выдал Шим, уже и забыв, что люди рядом всё ещё слушают их разговор. – Да ну? И что я тебе должен? – открыто посмеивается Ли, растягивая губы в самой привлекательной улыбке, которую только видел Шим. – Почему вы с Джеем закусились? Что он сказал тебе? – без заминки произнес он самый волнующий вопрос за сегодняшний вечер. – Я смотрю, у тебя губа не дура, – смеётся Ли. – Как тебя зовут? – Джеюн, – выпаливает он, будто ждал этого момента всю жизнь. – Мило. Знаешь, Джеюн... Здесь слишком много людей. Спроси об этом после того, как я выиграю гонку. – А ты выиграешь? Даже не знаю, смогу ли я вообще получить ответ? – Вау, ты правда забавный, – затягивается Ли, сдерживая откровенный смех. – Сомневаешься во мне? Ты вообще был хоть на одном моём заезде? Не припоминаю твоей мордашки, такую я бы запомнил. – Не припоминаю, видел ли тебя раньше, – решает он отплатить той же монетой, нагло солгав. – Повеселил, – качает головой Хисын, выдыхая в сторону. Теперь решил не душить этой дрянью прямо во время диалога. – Джеюн, ты знаешь, что я ещё ни разу не проигрывал? И ты смеешь говорить, что сейчас я не приду первым? – Откуда мне знать? Я не могу быть в тебе уверен. – Вау. Хорошо, – Ли отбрасывает бычок в сторону, даже не думая тушить его. Хотя предложение Джейка с языком всё ещё в силе. – Тогда я обещаю тебе, что расскажу всё, когда выиграю. Идёт? Хисын протягивает парню руку, чтобы заключить пари. Не долго думая, Шим принимает предложение, сжимая чужую ладонь своей. – Ладно, – Джеюн растягивает уголки рта в милой улыбке. – По рукам. Я найду тебя после гонки. Хисын фыркает и снова подмигивает. В ту же секунду судья начинает по обыкновению озвучивать сегодняшние условия, и гонщику приходится отпустить чужую руку. – Мне пора. Увидимся после моей победы. Он быстро разворачивается и подходит к машине, становясь рядом с противником, чтобы взглянуть тому в глаза напоследок. Судья продолжает свою речь, говоря в микрофон, пока динамики под потолком дублировали его речь втрое громче. Но Джеюн не слышит ни слова из-за кричащего в ухо Сонхуна. – Какого хрена, Джейк? В какой момент ты так осмелел? – Как только его увидел. Слишком охуенный мудак. – Если тебе сегодня перепадёт, я тебя прокляну. – Замолкни, ставку объявляют! – цыкает на него Шим, и парню приходится замолчать. Ему тоже интересно. – На кону сегодня не только победа... – вторит эхо от динамиков. – Но и новая машина Джея! В последний момент ставки изменились, поэтому сегодняшняя цена заезда – McLaren Artura! Противники могут пожать друг другу руки и расходиться по машинам. – Твою ж мать, – ахает Хун. – Он совсем с ума сошёл? Гонять на тачку? – Получается, если проиграет Хисын, от него не убудет? Как-то это... – хмурится Шим, пытаясь сформулировать мысль до конца. – Наверное, Джей реально сказал ему какую-то дрянь, раз так подставился. Ну, а ещё, если уж так судить, в случае проигрыша Хисын проебёт и намечающийся секс. – Кто сказал, что я буду с ним трахаться? – возмущается Джеюн, однако под чужим давящим взглядом сдаётся. – Ой, да пошёл ты. – Тебе лучше болеть за него, как никогда прежде. Пока Сонхун ехидничал, Хисын и Джей уже пожали друг другу руки и расселись по машинам. Сквозь тонировку почти не было видно лица Ли, но почему-то Шиму казалось, что улыбка даже не сходила с его губ. Между машинами вдруг вышла девушка в коротком топе и шортах и подняла руки, в которых ярко светились люминисцентные палочки. Её волосы, собранные в два хвоста, в мгновение подсветились ярким фиолетовым цветом. В динамиках вторило: – Три! Две! Одна! Руки девушки резко опустились в низ, моторы заревели, и спорткары сорвались с места. От нервов Шим уже успел представить, как красный Феррари заносит в сторону, и его планы на вечер срываются, однако, встряхнув головой, он смог прийти в себя. Нет, шлюха, ни за что. С первых секунд авто Джея вырывается вперёд, делая крюк вокруг всей собравшейся толпы и объезжая парковку по кругу, пока Хисын пытался выровняться с ним. Уже через считанные секунды, обогнув зрителей, машины в одно и то же время подъехали к выезду в тоннель, и тогда Хун пропихнул перед другом свой телефон с подключенным эфиром: организаторы снимали с другого конца тоннеля, стоя за ограждением, где кончалась трасса. Теперь нужно было ждать, пока гонщики появятся в кадре и начнут поворот. И не успел Шим об этом подумать, как обе машины с рёвом мелькнули на экране. Хисын уже шёл впереди и проскользнул в поворот, напустив пыли в глаза парней за кадром и сверкнув перед ними фарами своей Феррари. Джей отставал буквально на доли секунд. Но внезапно он вдавил педаль в пол, поравнявшись с Ли прямо после поворота, и стал теснить красный спорткар к стене. Намечалось что-то странное. Эфир вдруг переключился на другую камеру: оператор явно стоял в центре тоннеля у стены, и в его зону как раз подъехали сегодняшние гонщики. Хисын уже выровнялся и ехал по середине дороги, но Джей внезапно догнал его и вильнул вправо, с размаху въехав в машину соперника. Джеюн ахнул. Красная Феррари со скрежетом шин развернулась на сто восемьдесят градусов, оба авто остановились. Казалось, Шим чувствовал взгляд Хисына, полный ненависти, направленный на парня, сидевшего в другой машине, он был почти физически ощутим, несмотря на два лобовых стекла между оппонентами. – Твою мать, что творит... – шокированно вздыхает Сонхун, когда Ли начинает резко сдавать назад. – Да он ебучий псих. Хисын действительно поехал спиной, а Джей газанул на него. Только глядя на это Шим почувствовал, как в животе завязывается тугой узел беспокойства. Сложно представить, что чувствуют водители в такой момент. Через секунду красная Феррари резко тормозит и разворачивается, преграждая дорогу черному МакЛарену. У Шима только и успевают вырываться вздохи удивления. Хисын вывернул руль и вновь вдавил педаль в пол. Кажется, скорость уже перевалила далеко за сто двадцать. Когда машины пропадают из кадра, эфир обрывается: на экране светится "потеря соединения", и это может значить только одно. Они близко. Парни синхронно поворачивают голову на арку тоннеля, и в мгновение из неё вылетает Феррари, сверкая в отблеске фонарей. Это финал. Хисын тормозит у места, откуда ещё пару минут назад стартовал, и следом за ним останавливается второй спорткар. Этот псих серьёзно выиграл. Просто слов нет, чтобы описать, насколько сильно Джеюн хочет получить поцелуй от победителя прямо сейчас. Под громкие визги толпы Ли выходит из машины, даже не напрягаясь, в то время как Джей буквально выскакивает из своей, надрывая глотку. – Какого хуя, мудак! Ты совсем не дорожишь жизнью? – Ты поцарапал мою малышку, – расстроенно хмурится Ли, – Я взял её совсем недавно. Не хочешь хотя бы извиниться? – Пошёл ты! Серьёзно? Ты поехал задом наперёд? Я почти в тебя влетел! – А что мне оставалось? Я же хотел выиграть, – жмёт плечами он. – И, кстати, у меня получилось. Твой МакЛарен мой. Помнишь? Стоит ли мне продать его, чтобы отремонтировать свою малышку? – Не смей, – пыхтит Джей, закусывая губу. – Я ещё отыграюсь, слышишь? – Как скажешь. А сейчас отгони его к выезду и вызови себе такси, ладненько? – улыбается Хисын. Из-за того, что они говорят достаточно громко, Шим всё же может расслышать весь диалог. Джей возвращается в машину и заводит мотор, и восторженная толпа расходится, расформировывая импровизированный круг, который создавала до этого, чтобы позволить ему выехать. Все разбредаются по своим машинам, и только Джейк не знает, куда себя деть. Казалось, от восхищения он даже забыл, как дышать. Помог опомниться только Сонхун. – Чего ты встал, как идиот? Пиздуй к нему, как обещал. Я буду с Рики тут неподалёку. Если это надолго, я просто съебу, так что не удивляйся. Пусть твоя интрижка тебя до дома подвозит. – Ну ты и хуйло. Ладно, иди уже, – фыркает Джейк и начинает шагать к Хисыну, который уже заканчивал диалог с судьёй. Народ разошёлся в разные стороны и теперь мешал пройти, но благо, красный цвет видно издалека. Шим достаточно быстро находит свою цель и дожидается, пока тот не кивнёт судье на прощание, чтобы приблизиться. Он буквально светится, глядя Хисыну в глаза. – Ты правда нашёл меня, – расплывается в ухмылке Ли. – Ну что? Как тебе? Оправдывает мою уверенность в себе? – Вполне. Ты был... Неплох. – Неплох? А ты скуп на комплименты, – наигранно дует он нижнюю губу. – Неужели так сложно сказать, что я его уделал? – Ладно, если так хочешь, – закатывает глаза Шим, всё же решив не врать. – Это правда было очень круто. Мой друг не переставал ахать мне на ухо. – А ты? Тебе понравилось, как я развернулся? – он вертит пальцем в воздухе, изображая свой финт, который вытворил на трассе. Всё же давит, пытаясь получить ответ именно от Джеюна. Заинтересовался, и это заметно сразу. – Я впервые увидел что-то подобное. Конечно, я в восторге, даже соврать не получится, – закатывает он глаза. – В восторге от меня? Как мило, – улыбается Ли. – Ты правда интересный. – А ты скрытный. Обещал же рассказать, из-за чего поменял ставку, а сейчас уходишь от темы. – Садись в машину. Здесь толпа людей, нужно свалить туда, где тихо, чтобы открыть эту страшную тайну, – переигрывает он, но Джеюн совсем не против. – Ещё и салон тебе покажу заодно. Недолго думая, Шим кивком соглашается и обходит авто, чтобы сесть на пассажирское место. В любой другой ситуации, будь рядом с ним не Ли Хисын, а кто-нибудь другой, он бы хоть немного побеспокоился о своей безопасности, но сейчас будто сорвало крышу. Ему было наплевать на то, что с ним будет дальше, если это будет связано с Хисыном. Он сошёл с ума? Это лечится? Не так уж важно, ведь сейчас он под завистливые взгляды фанаток Хисына садился в его машину. Но, справедливости ради, салон правда был красив. Лаконичная приборная панель с подсвечивающимися кнопками, кожаные, пахнущие новизной сиденья и чертовски симпатичный руль с тонкими вставками красного цвета. Но в этом салоне есть человек, которого Шим мечтал увидеть в живую уже очень давно. И сейчас только он притягивает к себе всё внимание. Ли Хисын смотрится за рулём лучше, чем кто-либо. Казалось, эта машина была создана для него. Небольшие красные вставки на руле и сиденьях сочетались и с курткой, и с волосами парня, сейчас крепко сжимающего руки. Вот бы он так же сжал бедро Джеюна. Он сразу заприметил, что у Хисына безбожно красивые и фактурные кисти, и сейчас почти уверен, что они идеально лягут на его... Блять, о чём Шим вообще думает? До того момента, пока автомобиль не остановился там, где Хисын посчитал нужным, парень рассматривал его профиль. Ужасно, до боли идеальный, будто у фигуры, выточенной из камня искусными мастерами. И как только Ли убирает руки с руля, он оборачивается и смотрит Шиму прямо в глаза, сбивая с толку. – Твой взгляд слишком ощутимый. Неужели я настолько красив, что ты даже ни разу не отвёл глаз, пока мы ехали сюда? – Что? Бред, – хмурится Джеюн, складывая руки на груди и с трудом отрывая взгляд от парня перед собой. Он упёрто смотрит в лобовое стекло, и только сейчас замечает, что снаружи идёт дождь, и капли с глухим стуком ударяются о машину. – Я и вижу, – смеётся Ли, и Шим готов буквально расствориться в этом голосе, наполненном лёгким ехидством. – Боже, ты правда очень забавный. Так ты действительно хочешь знать, почему мы закусились? – Да. Теперь мы в достаточно тихом месте, чтобы ты рассказал? Обещания нужно выполнять, – гнёт свою линию Джейк, вновь глядя на Хисына. – Не спорю. Только зачем тебе знать о моих спорах, если ты сказал, что даже не помнишь, был ли на моих гонках хоть раз? – решает подловить Ли, и попадает в точку. Однако Шим с трудом держит лицо. – Чистое любопытство. Всегда интересно, из-за чего богатенькие готовы пойти на такой риск, ещё и ставить на победу деньги. – Вот как. Тогда хорошо, я отвечу. Это дело чести, Джеюн-а, – тянет он, будто за секунду стал самым близким другом. Но как же Шиму наплевать. – Но что он сказал тебе перед стартом? – Что я пидор. Доволен? Джей оскорбил меня, хотя сам не лучше. Это было грубо, я попросил прекратить, но он только усугубил ситуацию. Вот я и сказал, чтобы он больше никогда не использовал это слово при мне. – А ты... – хочет спросить Джеюн, но быстро оказывается прерван. – Гей ли я? – перебивает Ли. – А ты как думаешь? Джейк замолкает. Не знает, что ответить, и не понимает, прозвучит ли его предположение так глупо и нелепо, как он уже представил в голове. Парень буквально вжимается в сиденье, закусив губу. Вся смелость вдруг куда-то исчезла. Без следа. Хисын это видит, и потому улыбается, сокращая расстояния между их лицами. – Не отвечай. Хочешь просто проверить? Ну, теперь очевидно, что Ли явно не собирался показывать ему салон. Хороший предлог, чтобы свести всё к сексу, можно оценить на пять с плюсом. Но Джеюн настолько смущён, что не может сказать ни слова. В голове будто начинается вихрь, и всё, что остаётся – следовать животным инстинктам. И прямо сейчас единственное, чего хочется – жаркого поцелуя. Именно поэтому Шим тянется к губам Хисына и сминает их своими. В животе вновь скручивается узел, но теперь это не тревога, а трепет ожидания. Вожделения чего-то большего, чем поцелуй. Но торопить события не стоит. Именно поэтому Джеюн только и может, что углублять поцелуй и вслепую искать руками опоры. Воздух будто выбило из лёгких чем-то тяжёлым, и если бы Шим не вцепился ладонями в чужие плечи, он бы просто умер. В конце концов, Джеюну всё же приходится отстраниться, чтобы сделать хотя бы глоток воздуха. Хисын держит руки на его шее, большим пальцем касаясь щёк и с довольной улыбкой пытаясь заглянуть парню в глаза. – Какой ты жадный, – смеётся он, – мне нравится. Иди сюда, – вдруг отстраняется Ли, одним движением руки отодвигает своё сиденье назад, освобождая пространство перед собой, и хлопает рукой по своим бёдрам. – Ты же должен как-то отплатить за свою жадность. Господи, Джеюн ждал этого предложения весь вечер. Он готов был захлопать в ладоши от радости, и едва сдержался, чтобы не выглядеть глупо, выдавив только ухмылку. Парень очень быстро перебрался на сиденье Хисына, и теперь упирался коленями по обе стороны от его бёдер, пока Ли крепко сжал руки на чужой талии и вновь приблизился для поцелуя. Но Шим со своим беспокойством был быстрее. – Подожди, нас здесь точно не увидят? – Господи, кого ты боишься? Какой идиот в такой дождь пойдёт заглядывать в окна чужих машин? Тем более таких, как моя, – фыркает Ли с каплей недовольства. – Ничего я не боюсь, – оправдывается парень, надув губы. – Тогда просто молчи и доверься мне. Джеюн не успел даже заметить, как Хисын вновь впился в его губы и уже протиснул свой язык меж них. Салон наполнился горячими вздохами и влажными звуками, Шим буквально чувствовал, как с каждой секундой по его спине бежала новая волна мурашек. Стёкла авто запотевали от резкого изменения температуры внутри, но сейчас это было самое последнее, о чём Джеюн думал. Все мысли были сконцентрированы только на том, как Хисын осторожно спустился ладонями к низу его живота и как быстро он расправился с застёжкой чёрных джинс. Его руки, до этого казавшиеся чертовски крепкими, теперь нежно касались самого чувствительного места сквозь ткань боксеров, которые уже почти успели промокнуть насквозь. – Тебе настолько нравится? А казался таким неприступным, – смеётся Хисын парню в губы, пока тот только выдыхает горячий воздух от удовольствия, которое получает от одних только лёгких прикосновений. Страшно представить, что будет дальше, если уже сейчас ему настолько хорошо. – Перестань, – вместе со вздохом произносит Шим. – Это смущает... – Как мило. Мне нравится, когда ты смущаешься, зачем прекращать? – улыбается он и перемещает ладони Шиму на талию, чтобы заставить его приподнять бёдра, после чего одним движением стягивает с них джинсы до колен. – В таком случае, сделаешь мне одолжение? Он вдруг приобнимает парня одной рукой, пока второй лезет в карман и достаёт из него сверкающий квадратик. Не нужно много ума, чтобы догадаться, что в его руках презерватив. Джеюн смотрит на вещь в его ладони с лёгким недоумением, ожидая объяснений, и Хисыну всё же приходится разъяснить его идею. – Надень его на меня. Без рук. Сможешь? Шим замирает, пытаясь осмыслить услышанное. Этот парень хочет, чтобы он сделал это ртом? Думает, ему правда слабо? Ещё чего. Собрав остатки сил в кулак, Джеюн резким движением выхватывает из чужой руки презерватив и слезает с чужих бёдер, почти физически чувствуя, как тяжесть его веса исчезла с них. Шим становится на колени, ощущая, как они трутся о шершавый коврик машины, ведь джинсы спустились уже до щиколотки. Хисын слегка облегчает парнишке работу, расстегнув ремень и пуговицу на штанах, и разводит ноги в стороны, позволяя Джеюну делать всё, что он пожелает. Именно поэтому парень тут же принимается за дело, прикусывая передними зубами железный замочек джинс и опуская его до самого конца под томный вздох Хисына. Можно быть уверенным, что с его стороны вид открывается просто идеальный. Не медля ни секунды, Джейк уже хватает зубами резинку чужих боксеров, обжигая хисынову чувствительную кожу своим горячим дыханием, и тоже спускает её вниз, наконец добравшись до главной цели. Ли, кажется, скоро растает, судя по тому, как он хмурит брови и прикрывает рот ладонью, чтобы не издать ни звука. Но Джеюн не собирается останавливаться: он зубами разрывает упаковку и достаёт из него презерватив, зажимает меж губ и подносит к чужой головке. Словно целуя её, он разворачивает латекс с каким-то сладковатым привкусом всё сильнее, уже чувствуя, как скользит губами по стволу и касается его языком. Закончив работу, Шим отстраняется, облизываясь, и Хисын восхищённо хмыкает, глядя на его лицо. – Ну что, я справился? – самодовольно спрашивает Джеюн. – Умница. Тебя нужно наградить, не думаешь? Иди ко мне, – он стягивает с себя куртку, оголяя подкаченные плечи, кидает её на соседнее кресло, чтобы та не мешала, и хлопает по бёдрам, предлагая парню вновь сесть на них. И кто он такой, чтобы отказать? Джеюн быстро принимает предложение, вновь упираясь коленями в кресло, а Хисын, не теряя времени, откидывает спинку своего сиденья назад и заставляет парня приблизиться ближе. Он прислоняет свои средний и безымянный пальцы к его губам с коротким "оближи". Шим послушно следует указаниям, после чего Ли обхватывает его талию и одним движением спускает трусы до колен. Джеюн сжимает губы в нетерпени, пока чужие руки не скользят к его заднице, а пальцы не нащупывают нужное место. Когда первая фаланга входит, Шиму кажется, будто всё тело прошибает током, а сам он впивается ногтями в чужие плечи, пытаясь справиться с возбуждением. С губ сами собой срываются ужасно грязные и пошлые стоны, которые смущают до жути, и именно поэтому Джеюн прячет лицо, упираясь носом в шею Хисына, когда палец входит почти полностью. Внезапно становится так стыдно, что дыхание перехватывает, и Шим кусает свою губу едва ли не до крови, только бы не шуметь. Но, очевидно, у его сегодняшнего партнёра стыда просто нет. – Эй, покажи своё личико, – просит тот до жути сладким голосом. Джеюн пытается сопротивляться, отрицательно мыча, но всё без толку. – Ну чего ты? Я хочу видеть, как тебе хорошо, зачем прятаться? У тебя прекрасное и очень красноречивое лицо, покажи мне его. Но когда уговоры не срабатывают, Ли действует грязно. Он сразу добавляет второй палец, и это происходит так резко, что Шим запрокидывает голову назад с жалобным хныканьем. Хисын только этого и хотел. Он хватает парня свободной рукой за подбородок и давит большим пальцем на нижнюю губу, чтобы тот перестал кусать её, встряхивает чужую голову и заставляет Джейка взглянуть ему в глаза. – Перестань, так скоро кровь пойдёт. Можешь не сдерживаться, рядом всё равно никого нет, – улыбается Хисын. Какой же красивый ублюдок. Джеюн готов заплакать от того, насколько красиво его лицо, даже раскрасневшееся от духоты, а намокшие от пота красные пряди волос ничуть не портят внешность, только добавляя изюминки. Шим догадывался, что сейчас выглядит не лучшим образом, но просто не мог об этом думать, пока в его задницу всё сильнее вбивались чужие пальцы, а сладкие губы затягивали в поцелуй. Он только и мог, что резко выдыхать Хисыну в губы, пока тот наконец не остановился и не откинулся на спинку, прекратив его разрабатывать. – А сейчас просто сядь, – указывает он взглядом на свой член, пока Джеюн переводит дух непослушными руками убирает влажные волосы назад. – Сам справишься или мне помочь? – Сам, – на автомате отвечает Шим, поначалу даже не узнав свой собственный голос. Будто говорил не он сам, а что-то изнутри. Парень придвигается ближе и обхватывает чужой член рукой, чтобы подставить головку ко входу. Он тратит почти десять секунд, чтобы собраться с мыслями и уверить себя, что он действительно сможет, и только тогда начинает садиться. Кажется, что Хисын уже настолько большой и твёрдый, что просто не войдёт, особенно когда Джеюн опускается ниже и чувствует, словно оттуда его прошибает током. Изо рта вновь вырывается пошлый стон, а на глаза попадается, как Хисын расплывается в улыбке. – Если так продолжишь, я начну помогать, – ехидничает он, сжимая в ладонях джеюновы бёдра. – Я не вошёл даже наполовину, а ты уже сдулся? – Да ты шутишь, – шепчет он, пытаясь поверить в услышанное. По ощущениям, он уже переполнен. – Клянусь, если ты сейчас же не сядешь, я усажу тебя сам, – шумно выдыхает он, заставляя Шима сжаться ещё сильнее. Он просто не может заставить себя двинуться, из-за чего Хисын всё же не выдерживает. – Я предупреждал. Он резко давит на чужие бедра, отчего и без того ослабшие ноги Джеюна легко поддаются и подгибаются. Парнишка резко опускается на чужой член, чувствуя, как внутри всё переполняется до предела. От внезапности Шим подаётся вперёд и вновь утыкается носом в чужую шею, стараясь вдохнуть побольше воздуха, который из него буквально выбили только что. Он не может поверить, что вообще ощущает что-то настолько большое внутри себя. От этих судорожных вдохов Ли вновь начинает говорить. – Я уже не могу терпеть. Если больно, лучше скажи сейчас, пока я не начал двигаться, – Шим буквально слышит в этом голосе что-то животное и грубое. Но стоит ли говорить, что он не имеет ничего против? Шумно сглатывая, Джейк поднимает голову и отрицательно машет ей из стороны в сторону. А Хисын просто ждал этого сигнала, как никогда прежде. Он в ту же секунду обхватывает чужую талию и приподнимает парня, после чего начинает двигать тазом, чувствуя, как от каждого толчка Джеюн хватается за его плечи всё сильнее, прикрывая глаза. Его член бился о ткань длинной черной футболки, что жутко раздражало. Именно поэтому Хисын схватил её край и поднёс ко рту Шима. – Прикуси. Если отпустишь, мне придётся тебя наказать, понял? – произносит Ли, и Джейк безоговорочно слушается, будто марионетка в чужих руках. Он берет в зубы край своей футболки, на секунду даже радуясь, что она поможет заглушить стоны. Хисын же совсем не собирался замедляться, а уж тем более останавливаться. Он буквально заставлял Джейка прыгать на себе, выгибать спину и хныкать от удовольствия. В конце концов, тот уже не мог терпеть: чужой член входил так глубоко в этой позе, так часто задевал самую чувствительную точку, что парню показалось, что он скоро просто взорвется. Шим наконец отпустил плечо Хисына и потянулся к своему члену, чтобы помочь себе, пока второй прикрывал глаза от удовольствия. Долго стараться не пришлось: буквально пара движений руки, и Шим кончает, запрокинув голову назад и выпустив футболку из зубов. Кажется, только что был самый лучший момент за всю его чёртову жизнь. В уголках глаз собралась влага, но несмотря на это Шим всё же вгляделся в лицо Хисына, который перестал двигаться и внимательно смотрел за каждым чужим движением. И когда его взгляд стал напрягать, Ли озвучил: – Ты кончил первый, – в его голосе звучала даже какая-то досада. – Но мало того, ты ещё и отпустил футболку. Я же попросил, разве ты не слышал? – Прости, было слишком хорошо, – звучно выдыхает Джейк, не видя в этом никакой проблемы и пытаясь перевести дух. – Но ты же понимаешь, что это ещё не конец? Я даже не близок. А ещё я обещал тебя наказать, – улыбается он, и Шиму кажется, будто член внутри него становится ещё больше. – Подожди, я ведь только... – начинает молить Джеюн, пытаясь встать, чтобы передохнуть. – Думаешь, мне не всё равно? Так даже лучше. Шим ахает, когда парень осаживает его и вновь входит по самое основание. Сейчас всё ощущается ещё более остро из-за того, что он только что кончил, но Хисын, кажется, плевать на это хотел. Он быстро прижимает дрожащего парнишку к себе и меняется с ним местами, так, чтобы тот оказался снизу, после чего всё же выходит из него, чтобы продиктовать следующие условия. – Развернись и обопрись руками о сиденье, – и на секунду это даже радует, ведь теперь Джеюну не придётся закрывать глаза, чтобы не натыкаться взглядом на лицо партнёра. Послушно сделав то, что ему велели, Шим почувствовал, как спинка опускается ещё ниже, и теперь оказывается разложена полностью, на все сто восемьдесят градусов. – А теперь к наказанию. Сейчас я буду шлепать тебя по заднице, а ты будешь четко и ясно считать вслух до десяти. Если мне не понравится, то начнёшь сначала, всё ясно? – Подожди, что? – вдруг сжимается парень, но тут же чувствует, как чужая головка уже давит на его вход. – Эй, а если я не... – Это твоё наказание, как и договаривались. Отказываться поздно, – улыбается Ли и в ту же секунду резко входит до упора, заставляя Джейка застонать и упасть на предательски подогнувштеся локти. Начав двигаться, Хисын первый раз ударяет парня по правой ягодице, отчего у того вырывается крик, сопровождающийся чем-то невнятным. – Эй, ты хочешь больше ударов? Начинай, говорю же. Джеюн буквально хнычет, чувствуя, как его член готов взорваться, но пребывая не в силах к нему даже прикоснуться. После второго удара он только сильнее сжимается и произносит "один", которому Хисын остаётся доволен. Это ясно по тому, как весело он хмыкнул, перед тем, как ударить ещё раз. С каждым звонким шлепком Шим подкашивался, чувствуя, как просто не выдерживает, и когда очередь дошла до "три", он едва ли промямлил его сквозь громкий стон от очередного толчка, задевшего простату. – Сначала, – командует, Ли, а Джеюн только падает головой на кожаное сидение, жалобно хныкая. – Пожалуйста, Хисын, – умоляет он, и парень все же слушается и тянет к нему ладонь, чтобы убрать влажные волосы с его глаз, которые теперь искрились от сумасшедшего удовольствия. – Я устал, пожалуйста... – Считай лучше, если хочешь, чтобы я закончил. Но ладно, так уж и быть, я немного помогу, – он довольно улыбается и вновь с размаху бьёт Шима по ягодице. – Один. Дальше ты продолжаешь сам. Джеюну казалось, что эта пытка не закончится. Каждый удар обжигал всё сильнее, благо, после пяти Хисын всё же сжалился и стал бить с другой стороны. Чем больше счёт, тем сильнее он вдалбливался в задницу Шима, и тем сильнее тому хотелось умереть от переизбытка стимуляции. На девятом ударе стало невыносимо, и Джейк почувствовал, как по щекам размазываются слёзы, смешиваясь с мелкими капельками выступившего пота. Наконец, десятый удар, он произносит эту чертову цифру вслух и из горла вырывается самый грязный и пошлый звук, который только мог издать Шим, от того, как сильно Ли сжимает в ладони его пылающие ягодицы и вбивается глубже, всё же кончая. Джеюн прогибается в спине, едва сдерживая жалобное мычание, и только тогда Ли вспоминает про него тоже, обхватывает рукой ствол и спустя пару секунд позволяет кончить и парнишке. Ему никогда не было так хорошо. Он даже не понял, в какой момент это издевательство стало приносить ему такой сумасшедший кайф, но ещё с полминуты он судорожно поджимал к себе ноги, пытаясь перевести дух. Кажется, Джеюн готов убить себя не только из-за того, что зверски вымотался, но ещё и из-за того, что его сперма залила новенькую кожаную обивку чужой машины. – Я тебя ненавижу, – едва разборчиво произносит Шим, пряча лицо в сгибе локтя, чтобы хоть немного скрыть свой позор. – Да ладно тебе, было очень круто, – произносит Ли, наконец вынимая член и давая Джейку выдохнуть. – Я в восторге от тебя, – говорит он, наклоняясь ближе к парню и целуя его в ухо, так как тот даже не показал лица. – Зачем я вообще согласился, – всё ещё негодует он. – Да перестань, всё хорошо, – посмеивается Хисын, схватив парня за руку, которой тот прикрывался, и попытавшись убрать её. Сил на сопротивление у Шима просто не осталось, поэтому он сдался, всё же взглянув в чужие наглые глаза. – Эй, ты плачешь? Извини, я перестарался? – Умолкни, – цыкает Шим, из последних сил вырвав руку из чужой хватки и вытерев ей влагу с раскрасневшегося лица. – Всё нормально, просто ты мудак. – Это всё-таки слёзы удовольствия, да? Как мило, – расплывается он в улыбке, помогая парню вытереть солоноватые капли в уголках глаз. – Блять, ужасно стыдно, – вздыхает Шим, покосившись на парня, который за пару секунд уже успел привести себя в порядок и даже застегнуть ремень. – Ещё и машину твою испачкали, всё в пятнах... – Господи, забей, – фыркает Ли, всё ещё не в силах оставить в покое парня. На этот раз он перебирал его волосы, расправляя каждую влажную прядку. – Из-за Джея всё равно придётся сдавать её в сервис, чтобы посмотрели место удара, а перед этим я всегда отдаю тачку в химчистку, которые, к твоему сведению, всё ещё существуют. – Да не в этом дело... – он смущённо прикусывает нижнюю губу, пытаясь прикрыться хотя бы краем футболки, ведь одеться не мог, пока Ли всё ещё нависал сверху. Шима просто напросто смущал факт того, что чужие люди будут отмывать его сперму с этой чертовски красивой машины. Это просто убивало его изнутри, хотя, кажется, Хисына совершенно не беспокоило. Всё его внимание было сконцентрировано на Джеюне, и именно поэтому он быстро сообразил, что мешает, и перебрался на соседнее сиденье. Благодаря этому Шим хотя бы смог спокойно вздохнуть. Хисын всё же заставил себя оторвать от парня взгляд и внезапно выйти из машины. Джейк удивлённо следил, куда тот идёт, буквально промокая до нитки, и пристально наблюдал, как Ли, спокойно пройдясь под ливнем до багажника, взял оттуда что-то и вновь вернулся в салон, игнорируя стекающие с волос капли. Уже спустя секунду он протянул парню упаковку влажных салфеток с абсолютно непринуждённым видом. – Пока мы трахались, дождь только разошёлся, – как бы невзначай сказал он. – Вот, возьми. Сам вытрешься, или мне помочь? – Если я скажу "сам", ты всё равно влезешь, – жмёт он плечами и принимает жест доброй воли, принимаясь стирать с себя следы жёсткого секса, чтобы было хотя бы не противно натянуть на себя вещи. Хисын только звонко смеётся на весь салон, заставляя Шима скромно улыбнуться вместе с ним. – Боже, ладно, так уж и быть, сейчас помогать не буду, – с трудом успокаивается он, смахивая слезинку, проступившую от смеха, пока Джеюн старательно оттирал с себя липкость. – Ты правда очень забавный. Будет противозаконно просто взять и разойтись с тобой вот так, – хмыкает Ли и тянется за своим телефоном, который всё это время лежал в куртке, пока Шим натягивает на себя джинсы и собирает с пола всё, что выпало из их карманов. – Запиши свой номер. И приходи на мои гонки почаще. Джеюн замирает в недоумении. Он правда вот так просто сделает это? Как ни в чем ни бывало протянет телефон и попросит номер? Кажется, да. Удивительно. Джейк просто в восторге от этой беспардонности, и именно поэтому хватает чужой телефон, как последнюю возможность спастись, и судорожно вбивает номер, параллельно пытаясь его вспомнить, ведь, кажется, всю память из него вытрахали пару минут назад. – Тебе честно сказать? – вдруг решает признаться Шим. – За последние пару месяцев так уж вышло, что я не пропустил ни одного твоего заезда, – он улыбается и протягивает телефон хозяину, на что тот отвечает поднятыми бровями. – Так ты фанат? Вау, я почти поверил в то, что ты правда не был уверен в моей победе, – искренне удивляется Ли, с лёгкой ухмылкой, явно какой-то едко записывая парня и сохраняя контакт. – Мастерство выводить людей из себя не пропьёшь, – улыбается он, ища взглядом кнопку, которая вернёт сидение в нормальное положение. Заметив это, Ли быстро помогает поднять спинку кресла и улыбается. – Ты в этом профи, я смотрю. – Не жалуюсь, – Шим ёрзает на месте, сжимая в руках свой телефон, недавно поднятый с шероховатого коврика, о который он успел стереть колени. – Слушай, мне неудобно... может, мне вызвать такси отсюда? – Скажи честно, ты идиот? – распахивает глаза Хисын, просто убитый этой фразой. – Ты буквально сидишь в салоне моей машины и предлагаешь вызвать такси? Нет, ты реально ебануто смешной, – фыркает он, хватая свою куртку и выходя из машины, тем самым освобождая пассажирское место. Шим растерянно наблюдал за тем, как парень обходит авто и открывает дверь с его стороны. Хисын промок буквально насквозь, его красные волосы от воды стали тёмно-бордовыми, однако это его совершенно не беспокоило. За секунду Ли расправил свою куртку, чтобы дать её Джейку в качестве прикрытия от ливня. – Меняемся местами. Я отвезу тебя домой, даже не думай о чём-то другом. У Шима не хватало слов. Будто это картина из какого-то фильма, а не его жизнь. Впервые он чувствует себя... вот так легко с кем-то. Странное ощущение. Однако он всё же принимает куртку и, прикрываясь ей, на ослабших ногах перебирается к пассажирскому сидению. Стоило ему сесть, как глаза упали на открытые плечи Хисына. На них буквально алели полумесяцы ногтей и царапины, оставленные Джейком в пылу страсти. – Блин, твои плечи... Извини, не больно? – внезапно для самого себя беспокоится он. – Что? – уточнил Ли, до этого заворожённо рассматривающий лицо парнишки перед собой. Он вдруг опустил глаза на свои руки, слегка извернувшись, но быстро вздохнул, будто это не имело никакого значения. – А, боже, ерунда. Лучше о своей заднице побеспокойся, она явно будет саднить намного сильнее в ближайшие дни. – Спасибо, оставил напоминание о себе, – недовольно бурчит Джеюн, вздыхая и откидываясь на кресло. Он настолько не чувствует ног, что даже представить не может, как завтра будет на них стоять. – Не переживай, ты явно не скоро меня забудешь, – улыбается Хисын, заводя машину. От этого звука Шим даже взбодрился, ведь только сейчас понял, что поедет на этой невероятно красивой тачке домой. – Так ты скажешь адрес, или мне придётся просто катать тебя туда-обратно по трассе, пока не угадаю? – А второй вариант возможен? – быстро интересуется парень. – Хочешь, чтобы я повторил сегодняшний трюк вместе с тобой в машине? Могу устроить. – Да я быстрее умру от страха, – ёрзает на месте он, прикусывая губу. – Так уж и быть, скажу я адрес. – Но это не освобождает тебя от того, что я сейчас буду выёбываться по дороге, ты же понимаешь? – Ты точно мудак... Возможно, Джеюн прав. Но он ни за что не станет отрицать, что этот мудак подарил ему самый незабываемый секс за последнее время. Да что уж там, за всю жизнь. Ещё ни разу он так не скулил под кем-то в салоне дорогущей машины, под проливным ливнем. Ещё ни разу после подобного его не довозили до дома. Но всё ведь бывает в первый раз, верно? И Шим счастлив, что этот первый раз был именно с мудаком Ли Хисыном, а не с кем-то другим.