Симфония ада

      Тэхён сквозь сон услышал звонок своего будильника и повернулся на другой бок. Вставать сегодня не хотелось. Но будильник упорно продолжал звонить. Шум у дверей спальни заставил альфу поморщиться и накрыть голову подушкой.       — Проснись и пой, — ставя кружку с чаем на тумбочку, произнёс Юнги и направился к шторами. — У тебя тут склеп, а не комната.       — А ты в курсе как склеп выглядят изнутри? Большой опыт? — буркнул Тэхён из-под подушки.       — Хм… Было дело.       — Что у нас сегодня по графику? — всё же высунув голову за чаем, уточнил альфа.       — Бла-бла-бла, о и бла-бла, — в свойственной только Мин Юнги манере ответил помощник.       — Юнги, а может сам вот это всё бла-бла разрулишь? — жалобно застонал Тэхён.       — А ты потом орать будешь, что тебе зал не понравился или сопровождающий оркестр? Ага, спасибо, обойдусь.       — Учитывая, что мне осталось на этом свете недолго… Уже не буду. Честно, — пообещал Тэхён.       — В первый раз вижу человека, который бы так спокойно ждал свою смерть. Все пытались это отсрочить, а ты… Просто ждёшь, как благодать.       — Мне не на что жаловаться, Юнги. Так что я готов.       — Ладно, — тяжело вздохнув, согласился Юнги. — Иди гуляй по Сеулу. Я решу все вопросы.       — Спасибо, — с лёгкой улыбкой ответил Тэхён.       Помощник кивнул и ушёл, оставив альфу вариться в собственных мыслях. Даже Юнги он не говорил, что ждёт окончания сделки лишь по одной причине — раз его душа будет в аду, то будет больше шансов видеть Чонгука. А большего Тэхёну и не нужно было. Конечно, влюбиться в одного из демонов ада — это сильно. Но сердце альфы каждый раз трепетало от присутствия Чонгука.       Зима в Сеуле выдалась в этот год на удивление снежной. Тэхён был этому рад. Обычный чёрный длинный пуховик, шапка до глаз и вот он уже лишь один из многочисленных прохожих. Слава великого скрипача Ким Тэхёна хоть и шла впереди него, но он не был айдолом и мог себе позволить погулять без охраны. Вот и сегодня альфа утеплился и пошёл в парк у реки Ханган. Сидя на скамейке, и, смотря на заснеженные берега. Внутри зарождалась новая мелодия, но сбилось всё из-за присутствия незнакомца. Он слишком внимательно смотрел на Тэхёна, и это выводило из себя.       — Вам что-то нужно? — уточнил альфа.       Стоящий перед Тэхёном парень был… Солнечным. По другому его сложно было описать. Копна блондинистых волос, широкий рот, улыбка, пронзительный взгляд. Только он был одет в джинсы и кожанку. Но ауры чего-то чистого не убавляло это.       — Поговорить и это вопрос жизни и смерти. И в первую очередь вашей, господин Ким.       — А вы, простите, кто?       — Моё имя Чон Хосок, и я… посланец рая.       — Ах вот как.       Заметив, что парень перед ним одет достаточно легко, Тэхён решил продолжить разговор в более тёплом месте. На земле всё же свои правила. Буквально полчаса потребовалось мужчинам, чтобы найти кафе и тихий уголок там, чтобы осесть с чашками горячих напитков для разговора.       — Итак… Спустя тридцать лет небесная канцелярия добралась до моих молитв? Или нет? — уточнил Тэхён.       — Нет, — тихо ответил Хосок, опустив голову, но продолжил. — Я здесь, чтобы остановить тебя от последнего твоего концерта.       — Ничего себе. И как же ты это сделаешь? Сломаешь скрипку или мне руку?       — Ты не знаешь на что подписался, Тэхён. Твой концерт — это не просто точка в твоей жизни, — ангел с жаром начал свой рассказ.       — Ну просвети меня, грешного, что ещё будет.       — Чонгук не простой демон, он — владыка Ада, и твоя игра на скрипке позволит ему отворить врата для всех адских существ сюда, на Землю.       — Чонгук — правитель Ада? Верховный демон? — с недоверием переспросил Тэхён.       — Да, и у него одна цель — сделать Землю частью Ада.       — Хм… Неожиданно, хотя… Прости, я слабо верю, что душа, такого смертного как я, распахнет врата Ада сюда.       Тэхён, конечно, замечал, что Юнги к Чонгуку относился как к вышестоящему по званию, но хрен его знает иерархию потустороннего мира. Он никогда не интересовался, тем как выглядит Ад и кто там главный. У него был уговор с Чонгуком, и демон своё слово держал. Тэхёну было грех на что-то жаловаться.       — Хосок, без обид, но Земля уже давно Ад. Так что не вижу в этом чего-то плохого.       — А дети тоже заслуживают жить в аду? — уточнил Хосок.       — ТушE, тут мне крыть нечем, — согласился альфа.       — Тэхён, тебе нельзя играть на скрипке в день своего рождения.       — Хосок, а как мне отказаться? Небеса молчали на мои молитвы, а вот Ад пришёл на зов. Чонгук дал мне всё, о чём я просил и мечтал. И цена этого лишь один концерт. Ну предположим, что я откажусь, и предположим, что вряд ли, владыка преисподни закроет глаза на мои фортели. А что в этом случае может мне предложить небесная канцелярия? Жизнь в бедности от зарплаты до зарплаты и игру на улице ради утешения моего эго? Нет, Хосок. Спасибо, но обойдусь. Я жил так и мне не понравилось.       — А разве они заслужили жизни в Аду?       Тэхён долго смотрел на людей на улице внимательно, а после перевёл взгляд на Хосока.       — Они меня не знают, я не знаю их. Ты готов поручиться, что вон тот парень не убийца, а вон та девушка не аферистка, из-за которой пострадали ни в чем неповинные люди?       Посланец Рая внимательно посмотрел на Тэхёна и понял, что у него нет слов, чтобы убедить своего собеседника в тёмных намерениях демонов. Он всё уже для себя решил и менять решения не планировал.       — Если ты не передумаешь…       — Не передумаю. Ты не предложил мне ничего такого, что не дал бы мне Чонгук. И для него я сыграю свой лучший концерт. Знаешь, я пригласил бы тебя на свой вечер, но что-то говорит мне, что я там тебя и так увижу.       — Тэхён, подумай хорошенько. Ты не представляешь, на что обрекаешь всех вокруг.       — Знаешь, Хосок, я недавно в больнице был, давал концерт и одной девочке нужна была операция на сердце. Её мама молила небеса о помощи. Но услышал её я и помог.       — Разве бог не услышал молитвы просящей? — улыбнулся Хосок.       — Только вот деньги на спасение ребенка были от демона, — улыбнулся в ответ Тэхён и стёр радость с лица ангела. — И не будь в моей жизни Чонгука, я бы не смог протянуть руку помощи.       Тэхён, довольный итогом разговора, оделся и ушёл, а Хосок ещё долго сидел в кафе, думая, как ему уговорить упрямого смертного отказаться от концерта. Ведь если концерт состоится, он сам станет демоном на Земле. Рай ему не простит этой ошибки.

°•°♪°•°∞°•°♪°•°

      За годы Тэхён выработал четкий распорядок своего дня, но сейчас альфе не спалось. Он сидел в кресле перед зеркалом и всё думал про сегодняшний разговор с Хосоком.       — Не спишь… — в тихом голосе сквозило удивление или Тэхёну показалось. Теперь у него были сомнения во всём. — Ещё и пьёшь. Что же так тебя выбило из колеи? — Чонгук появился по привычке бесшумно за спиной альфы. Они оба смотрели в зеркало, но один — с беспокойством, а другой с нарочитым равнодушием.       — Что будет, если в день своего рождения я откажусь играть на скрипке?       — Кхм… Ясно. А я всё ждал, когда ж небеса отправит к тебе своего посланника.       — Ты знал?       — Тэхён, ты для меня слишком ценен, чтобы отпускать тебя одного куда-либо. Но если за тобой не идёт охрана, это не значит, что ты без моей защиты.       Демон взял альфу за руку и поцеловал запястье. Оба помнили тот давний инцидент, и явно было, что демон не хотел его повторения.       — Чонгук, скажи правду. То что рассказал Хосок… Это правда?! Я могу открыть врата для Ада на Земле?       — Хосок? Чон Хосок?       — Да, он так назвался. А что?       — Забавно… — хмыкнул демон, и взяв в руки расчёску, стал осторожно проводить по белоснежным волосам альфы. — Когда-то давно, очень давно, Мин Юнги был… ангелом, как и Хосок.       — Что?! — от таких новостей Тэхён крутанулся в кресле, но Чонгук вернул его обратно и продолжил своё дело. — Да, не все демоны были изначально демонами.       — Но за что Юнги отправили к тебе в Ад?       — За любовь.       — Чего?!       — Не могли два ангела любить друг друга. Вот и… одному стёрли память, а второго отправили ко мне.       — Но почему, что плохого в этом?       — У Рая свои законы, свои принципы. Я туда давно не лезу.       — Бедный Юнги. Он ведь не забыл? — уточник Тэхён.       — Судя по тому, как иногда он смотрел в сторону врат бытия, то нет.       Тэхён сел ровно, а Чонгук вернулся к прерванному занятию. Ему нравилось расчесывать длинные волосы этого альфы, а потом убирать их в косы. Иногда они болтали, а иногда всё проходило в тишине.       — Ты так и не ответил мне касательно концерта, Чонгук.       — Тэхён, мы оба знаем ответ, — глаза демона сверкнули алым, как угли в печи. — Ты не наивный мальчик уже.       Да, он знал. Чонгук всегда получал всё чего хотел и ситуация здесь не была исключением.       — Ложись спать, если хочешь, а я посижу рядом.       — Да, пожалуйста.       Тэхён быстро лёг, укрывшись тёплым одеялом, рядом чувствуя тяжёлую ауру. Альфа всегда поражался, что рядом с Чонгуком испытывал совершенно несвойственные ему, как альфе, чувства. Но было хорошо, спокойно.       — Почему я могу открыть врата ада? — задал свой последний вопрос, который тоже мучил альфу.       — Тебе повезло или не повезло родится с частичкой благодати внутри.       — Это ещё что? — закатив глаза уточнил Тэхён.       — Особая энергия рая. Она попала к твоему папе за одно хорошее дело, а ты с этим уже родился. И этот особый свет мне и нужен.       — Почему ты так спокойно об этом со мной говоришь? А то если я передумаю?       — Тебя Хосок не смог убедить, значит ты всё решил. И я уверен, что ты меня не подведёшь.       Тэхён кивнул скорее себе, чем Чонгуку и лёг на спину. Морок стал накрывать его, и он позволил себе расслабиться.       Конечно альфа мог бы поискать Хосока, задать ему ещё вопросы, но в глубине души, он знал, что готов сыграть в свой день рождения. Он даже знал, что будет играть. Все эти годы, Чонгук соблюдал условия их сделки, так стоит ли нарушать договорённости Тэхёну, если из него хотят сделать лишь пешку в чужой игре? Рай молчал, когда он взывал к нему, теперь очередь альфы остаться глухим к небесным планам. Приняв окончательное решение, Тэхён крепко уснул.

°•°♪°•°∞°•°♪°•°

      Время неумолимо приближалось, и на дворе уже было двадцать девятое декабря. Тэхён сегодня репетировал с раннего утра, а часы показывали почти восемь вечера.       — Может сделаешь перерыв и дашь отдохнуть руке?       Юнги как всегда вошёл в комнату без стука, по деловому собранный. Огненная шевелюра была в лёгком беспорядке, в отличии от идеального костюма-тройки.       — Скоро она навсегда отпустит смычок. Дай насладиться красотой.       — Как знаешь.       Юнги бросил в Тэхёна полотенце и пошёл к окну, чтобы закрыть его, дабы альфу не продуло, но замерев, вцепился в раму. Тэхён сразу понял кого увидел там его заместитель. Хосок не оставлял попыток убедить альфу отказаться от концерта, но тот его даже не слушал.       — Ужин подать сюда или в столовую? — взяв себя в руки спросил Юнги.       — А ты не против составит мне компанию? Всё же мой последний ужин. Кстати, а как ты отбиваешься от желающих принять меня на следующий год?       — Официально ты решился на операцию на запястье, которая требовалась тебе давно. Тебе просто нужно время на восстановление.       — Логично. Так что с ужином?       — Ладно, пошли.       Тэхён убрал скрипку подальше, и мужчины покинул репетиционную, предвкушая вечер за бокалом вина и лёгкой беседой.       Так впрочем и вышло. Но альфа, порядком уставший за день, ушёл спать первым, а вот Юнги остался в доме. Он чувствовал, что скоро у них будет гость, и решил дождаться Чон Хосока. Тень за окном появилась глубоко за полночь. Хосок проскользнул в кабинет и замер перед витриной со скрипками.       — Кхм… А её тут нет. Тэхён свою любимицу всегда с собой берёт, — голос и резкая вспышка света заставили Хосока замереть на месте. — Дожили, ангелы воровством промышляют.       — Мин Юнги.       — Собственной персоной, — склонил голову демон, не спуская взгляда с ангела. — Ты меня не остановишь, слишком много на карту поставлено.       — И правда. Жить со мной тут… Это же… Смерти подобно, — с горькой самоиронией произнёс Юнги.       — Ты о чём?       — Ах да ты же не помнишь ничего, Хосок.       — Ты про нас Юнги? — спросил ангел, отводя взгляда от демона. — Кхм. Да, когда-то я оступился, и думал, что мы с тобой… Но теперь это не важно, мы по разные стороны баррикад.       — Ах вот как. Ну что ж… твой выбор, твоё право. Но хочу заметить, что скрипку тебе не украсть, инструмент особенный, к нему доступ только у Тэхёна, а тебя он уже послал. Так что смирись. Скоро мы все будем гореть в адском пламени.       — Никогда! Слышишь Юнги, я никогда не позволю превратить землю в часть ада.       — А когда-то ты говорил, что никогда не откажешься от нас, — хмыкнул Юнги. — Ладно, иди. Увидимся завтра уже в аду.       Хосок сжал кулаки и ушёл, будто ему невыносимо было находится в одной комнате с бывшим ангелом. Но на самом деле ему было больно. Слова Юнги в его душе поселили смуту. А может к черту всё? Ведь если любишь важно лишь место где делить вечность? Может стоить позволить себе просто быть счастливым?

°•°♪°•°∞°•°♪°•°

      Тэхён смотрел в зеркало, но видел там пустоту. До концерта остались считанные часы, и лёгкое волнение брало альфу. Визажист осмотрел свою работу и, пожелав удачи, удалился. Тэхён остался один.       — Ты сегодня особенно красив, — Чонгук как обычно появился неожиданно. Альфа сегодня действительно постарался. На нём был наряд, стилизованный под сюртук, но выполненный в белом. Эдакий ангел.       — Выдыхай, Тэхён-и. Это же не первый твой концерт.       — Угу, он мой последний, — как-то нервно рассмеялся альфа. — Но ты прав, я зря волнуюсь.       Тэхён взял руку Чонгука и переплёл свои пальцы с его.       — Можно спросить кое-что? — тихо спросил скрипач, оборачиваясь у демону.       — Да, слушаю.       — После сегодняшнего вечера… я… я смогу остаться в Аду рядом с тобой?       — Рядом со мной? Зачем? — приподняв одну бровь, уточнил Чонгук. — Не вижу в этом смысла.       — Ну да… Зачем я где-то рядом… — тряхнув головой, альфа будто скинул с себя морок. Его любовь это его проблема, тем более после смерти.       — Господин Ким, пять минут до выхода, — крикнул кто-то из стаффа через дверь.       — Мне пора, не люблю заставлять людей ждать.       Чонгук лишь кивнул, но Тэхён видел таинственный огонь, мерцающий в них. Всё, что нужно было повелителю ада, это открыть врата, а средства были все хороши. Альфа горестно вздохнул и пошёл на сцену. Пора было ставить точку.       Сегодня Тэхён решил сделать вечер особым, он играл не только свои любимые классические произведения, но и те, что писал сам, для Чонгука и в мыслях о нём. У каждой ноты были его мечты, его желания и надежды.       Тэхён почувствовал, как сила внутри него сливается с силой скрипки, как музыка буквально льётся через него, обращаясь в силу. Крики в зале дали альфе ясно понять, что ему удалось открыть портал в ад. Но он продолжил играть несмотря ни на что. Тэхёну было всё равно, что обычные люди в панике бежали кто куда, когда со сцены стали выползать жуткие твари и рваться к людям. И вдруг резкая боль в боку заставила его прерваться.       — Нет! Только не это! — яростный рык Чонгука отразился от потолка и посеял ещё больше паники. — Тэхён, играй! Играй дальше!       И Тэхён подчинился, превозмогая боль, закрыл глаза и продолжил играть. На сцене был лишь он и его музыка. Альфа будто отгородился куполом от происходящего в зале. Но постепенно силы стали оставлять его и сначала опустился смычок, а после и скрипка.       — НЕТ! НЕТ! НЕТ!       Ярость Чонгука от сорванного плана, подобно едкому дыму, окутала сцену. Владыка ада в своей демонической сущности с огромными рогами и крыльями во всем чёрном метался по залу, круша все. Он подлетел к Тэхёну и схватил за лацканы фрака, пытаясь поднять на ноги.       — Нет, человек, продолжай играть! Мне нужна эта музыка.       — Прости, Чонгук, но это всё…       Кровавое пятно сильно контрастировало с белой тканью. Силы стремительно покидали Тэхёна, но их остатка хватило, чтобы быстро наклониться к демону и оставить лёгкий поцелуй на память о себе на чужих губах.       — Слабак! — пророкотал владыка ада, оттолкнул скрипача и исчез в клубах дыма. Смерть Тэхёна не позволила вратам установиться прочно, и они захлопнулись, отрезав ад от земли. План Чонгука провалился. Он упустил благодать из своих рук, и нужно было всё начинать по новой.

°•°♪°•°∞°•°♪°•°

      Позже следствие установило, что на концерте Ким Тэхёна был теракт. Группа фанатиков использовала психотропные вещества отсюда и странные галлюцинации. Кроме самого Ким Тэхёна в тот вечер погибло около пятнадцать человек в давке у выхода. Люди хоть и видели множество несостыковок, но предпочли использовать эту версию и забыть всё.       Но Мин Юнги не забыл. Он позаботился о похоронах Тэхёна, его делах, а также о Ким Инсу, том самом дядюшке, кто и совершил роковой выстрел, оборвавший жизнь альфы. Инсу не смог смириться с тем, что Тэхён смог возвыситься, а вот общаться с родней не желал. И решил так отомстить племяннику. Юнги нашёл мужчину и его предсмертные крики в тёмном грязном переулке были музыкой для ушей демона.

°•°♪°•°∞°•°♪°•°

      Кладбище в субботнее январское утро было малолюдным. Юнги пришёл попрощаться в последний раз с Тэхёном. Больше на земле его ничего не держало, пора было возвращаться в ад. Букет белых роз лёг на холодную землю около чёрного памятника, а сам демон отошёл и закурил.       — Не думал я, что придётся с тобой так прощаться, Тэхён. Спасибо за все годы, что мы были вместе.       Юнги почувствовал присутствие Хосока за своей спиной, но продолжил стоять молча, медленно докуривая сигарету. А после, выбросив окурок, поклонился могиле и без слов пошёл прочь.       — Ты мне ни слова не скажешь? — Хосок схватил руку Юнги и заставил того остановиться. Но демон лишь убрал руку ангела и продолжил идти своей дорогой.       — Юнги!       — Что?       — Ты… Почему? — неуверенно прошептал Хосок, и засунул руки в карманы своей куртки.       — Почему я что?       — А мы…? Ты ничего не хочешь сказать о нас? — растерянно спросил ангел.       — Нет, Хоби, ничего. Я возвращаюсь в ад, в свой дом. А ты возвращайся на небеса, где тебе место. А нас… Нас никогда не было. Чтобы любить надо иметь мужество, а у тебя его нет, по крайней мере не в отношении меня. Прощай.       Юнги не стал больше ничего говорить и едва переступил порог кладбища, растворился в тумане, возвращаясь в родные объятия преисподней. А Хосок ещё долго сидел на могиле Тэхёна, раздумывая о себе и своём будущем. Некоторое время спустя       Шаг Юнги был хорошо слышан в коридорах главной резиденции ада, с недавних пор тут стало довольно тихо, лишь шаги слуг, да самого хозяина разлетелись по углам.       — Нашёл?       Чонгук как всегда не сильно себя утруждал приветствиями, и сразу перешёл к делу.       — Нет, мы перерыли весь ад, но души Тэхёна нигде нет.       — Плохо искали, — зло бросил Чонгук, и поднялся по своего трона.       — Или мы не там ищем, — посмел возразить Юнги, зная, что может навлечь на себя гнев властелина.       — В смысле?       — А вы, владыка, не допускали мысли, что душа Тэхёна могла оказаться в раю?       — Это после того, как он пошёл на сделку со мной? И если бы не тот сумасшедший, то он бы для меня врата открыл! Ты, Юнги, бывший ангел, ты знаешь, что в раю и за меньшие прегрешения отправляли ко мне.       — Это верно, но в нём была частичка благодати, — возразил Юнги. Он уже с ног сбился в поисках души Тэхёна, но пока всё было безрезультатно. Едва Чонгук успокоился, как захотел найти душу своего любимого скрипача. И вот тут начались проблемы. Никто ни в одном уголке ада не мог его найти.       — Я чувствую, что он где-то здесь. Продолжай поиски! — отдал приказ Чонгук. Юнги не посмел возразить и лишь почтительно поклонился.       — Тогда с вашего позволения я проверю границу, может его душа где-то заблудилась там.       — Иди. Надеюсь ты вернёшься с хорошими новостями.       Юнги сразу покинул зал, а Чонгук вернулся на трон.       — Куда же ты делся, маленький скрипач? — задавался вопросом в тишину владыка ада.

°•°♪°•°∞°•°♪°•°

      Юнги сверился с картой. Ему осталось проверить небольшой участок и старые врата и на сегодня это было всё. Больше идей где искать Тэхёна у бывшего ангела не было. Весь ад был поднят на уши, но эту душу так и не смогли отыскать.       Внимание Юнги привлекло какое-то странное движение у старых врат и он бросился туда с тайной надеждой, но когда приблизился к вратам, чуть не рухнул от ужаса. Хосок, нежный ангел…       — О нет, Хоби… — Юнги подлетел к возлюбленному и осторожно коснулся его. Светлые волосы были спутанными, всё тело было покрыто ранами, но самые страшные зияли на спине. Хосоку вырвали крылья, оставив жуткие отметины.       — Господин! — на вопль демона Чонгук не мог не откликнуться ибо он был полон ярости, боли, отчаяния и страха.       — Хм… Интересно за что его так…       — Помогите… Умоляю. Я… Я готов на всё, только не дайте ему исчезнуть в небытие, — шептал Юнги, при этом боясь даже коснуться тела Хосока, настолько он плохо выглядел.       — А ты уверен, что он тебе «спасибо» за это скажет? — уточнил Чонгук, рассматривая бывшего ангела.       — Скажу. Ещё как, — едва находя силы прошептал Хосок и из последних сил сжал руку Юнги со слабой улыбкой.       — Совет да любовь вам, — фыркнул Чонгук. Он достал заколку из своих волос и проколол палец, одной капли крови правителя ада хватило, чтобы на месте ангельских крыльев у Хосока выросла пара демонических. Раны затянулись, но кое-где видны были шрамы, как напоминание о прошлой ипостаси Чон Хосока.       — Ну что ж… Добро пожаловать в ад, новый демон, — насмешливо бросил Чонгук. — Юнги тебе расскажет о местных правилах и обычаях. У нас тут не совсем райское место.       — Спасибо, владыка, — хоть и тихо, но уверено произнёс новоявленный демон. — Я надеюсь буду вам полезен.       — Окрепнешь и составишь компанию Юнги в поисках души Тэхёна.       — Тэхёна? Но его душа же…       — Что его душа?! — рыкнул Чонгук.       — Из-за того, что Тэхён осквернил благодать сделкой с вами, владыка, его душу отправили сразу в небытие. Я возразил, я пытался отстоять его, но…       — Так вот почему ты лишился крыльев?       — Нет… Точнее не совсем. Когда душу Тэхёна отправили в небытие, я сказал, что вы более справедливый владыка, и я бы предпочёл чертоги ада, чем рай. Моё желание исполнили.       — Повелитель? — Юнги не мог прочесть лицо властителя ада, но чувствовал, что внутри него бурлит ярость. Небытие было тем место, где властвовала пустота. Ни рай, ни ад не имели там сил. Всё что попадало туда, навсегда там оставалось, не имея возможности переродится или вернуться в один из первозданных миров.       — Идите. Я призову, если понадобитесь.       Демоны поклонились. Юнги подхватил ещё неокрепшего Хосока и исчез. А Чонгук остался стоять, рассматривая сияние красного марева среди пустоты.

°•°♪°•°∞°•°♪°•°

      Чонгук устало вздохнул и опустился на скалу, такую же черную как и его сердце. После смерти Тэхёна на той проклятой сцене, он запер свои чувства к альфе, думая что получится забыть. Владыке ада вообще не свойственны чувства, но этот мальчишка смог пробраться в тёмные уголки его души и разжечь там огонь, сотканный из любви и чувства собственничества. Или это просто была иллюзия, впервые за всё время его сердце испытало что-то кроме ненависти. Забыть Тэхёна не получалось, он был в мыслях, в сердце, во снах, там, куда Чонгук не пускал ни одну грешную душу. Этот альфа манил, вёл, как маяк на свет сквозь туман, только вот такой, уже родной силуэт, увидеть в тумане было невозможно.       — Нет, он не мог, не мог оставить меня просто так, — Чонгук взлетел на крыльях, смотря на чёрную мглу. — Я же видел, видел чувства, они были взаимными, — верховный демон обрушил на несчастную скалу всю свою ярость.       Грудь демона вздымалась, как будто он сражался с легионом, дыхание сбилось до такой степени, что он не мог дышать нормально. Но… чуткий слух властителя Ада уловил мелодию, знакомую, ту самую, которую играл Тэхён для него, она лилась, как патока, терзая и без того злого демона, как будто сама судьба издевалась над ним. Чонгук поднялся ещё выше, ища источник, но не мог понять откуда исходит звук. Если это обман и галлюцинации, то он уничтожит того, что решил поиздеваться над ним. Тогда Чонгук собрал в себе всю ярость, смешанную с любовью, громко и холодно проговорил:       — Приди ко мне, приди на мой зов, Ким Тэхён. Явись перед владыкой Ада, перед твоим хозяином.       Маленькая вспышка осветила пространство, и перед Чонгуком предстал Тэхён, его альфа. Белоснежные волосы были взлохмачены, как в их первую встречу, тело хрупким, а глаза, глаза горели янтарным пламенем. Что-то в Тэхёне изменилось, и Чонгук это знал, его благодать вернулась на своё место — в когтистые руки дьявола.       — Мой господин… Чонгук, — отчаянное, но такое родное пронеслось по пустоши.       — Ты пришёл, Тэхён, — прошептал демон скорее себе, чем ему.       — Да, мой господин… вы меня позвали, я всегда буду идти на ваш… твой зов, Чонгук.       Альфа склонился в глубоком поклоне перед повелителем Ада, не смея поднять на него глаза.       — Поднимись и посмотри на меня. — прозвучал властный голос Чонгука.       — Простите, повелитель, я вас разочаровал, — с болью в голосе сказал Тэхён. — Вы оказали мне столько доверия, подарили мне счастье, а я не смог выполнить даже одну вашу просьбу. Прошу, покарайте меня.       — Ты останешься рядом со мной навсегда, здесь, в аду, лишённый возможности переродиться, — уверенно произнес Чонгук, подойдя вплотную к Тэхёну. — Это и будет твоим наказанием.       — Разве пребывание рядом с вами можно считать наказанием? — с сомнением спросил альфа.       — Тогда раздели эту вечность со мной, Тэхён, будь тем, кто всегда будет на моей стороне. Даже если я — воплощение зла, ты… ты особенный для меня. Я не умею любить, но я хочу, чтобы ты всегда был рядом.       — Для меня ты единственный и самый любимый, Чонгук. Я согласен на всё.       Чон притянул альфу к себе и накрыл его губы страстным поцелуем, передавая собственную демоническую силу. Тэхён принял её целиком, без остатка, разделяя с первым демоном его мощь. Тьма окутала тело альфы, а за его спиной возникли серебристые крылья. Они стояли, крепко обнявшись, среди величественных чертогов Ада, а клятва вечности связывала их сердца.       Теперь у Чонгука появилась новая цель, и о Рае и Земле он больше не думал. В своих руках он держал драгоценную небесную благодать, и ничего другого ему уже не требовалось. Лишь музыка одной светлой души звучала теперь в адских чертогах, наполняя сердце хозяина преисподней радостью и гармонией.