Кровью на лбу

Телефон пиликнул, Черри потянулась, достала его из-под подушки и улыбнулась. Энджел, зараза, опять прислал какую-то дичь с утра пораньше. “Чё как, подруга?” — высветилось на экране. “Мы в Аду, придурок.” — Ответила Черри. “То есть, бухать завтра не будем?” Значит, сегодня у него крайнее выступление. Черри хмыкнула. Энджела так редко выпускали из студии, что нужно было ловить каждый момент. Хотя, выпускали это не совсем то слово. Съебывал поразвлечься начхав на запреты, было бы точнее. “Тупой вопрос от тупой шлюхи. Жди меня у себя в два.” Черри нажала отправить и уже хотела убрать телефон, когда ей пришло ещё одно сообщение. “Зная твою пунктуальность… в четыре? Отлично, не опаздывай. Бухло с тебя!” — Вот сученыш! — Восхитилась Черри, но отвечать уже не стала. Только Энджел умел заставить её исполнить любую его прихоть. И на какую фигню он этот талант тратил? Может, ему ещё мороженка купить? И пижамку с плюшевым мишкой подогнать? Телефон снова пиликнул. Черри прочла: “И мороженное захвати. Трехцветное. Большое ведро”. *** Когда Черри открыла окно и полезла в квартиру Энджела, ничего не произошло. Энджел не вышел её встречать. Не выкрикнул ничего из глубины кухни или спальни. Вообще не подал никаких признаков жизни. — Эй, шлюшка, встречай свою спасительницу! — Выкрикнула Черри. Бесполезно. Только тишина в ответ. Может, этот придурок забыл и свалил куда-нибудь без нее? — У меня вообще-то полные руки бухла. Если что-то разбилось по пути, это была твоя доля. Дверь в спальню она открыла с ноги. Если это очередная тупая шутка Энджила, а на самом деле он свалил, она подорвет его, пока он будет трахаться. Энджел нашелся быстро. Он лежал на постели, спиной ко входу, весь сжавшийся и мелко дрожал. Пакеты со стуком опустились на пол. Черри поджала губы. Какая же она бесчувственная сука. Она должна была догадаться. Она села на край постели и тихо позвала его. — Хэй. — Хэй, — ответил Энджел. — Валентино? — Загадка века, не так ли? — Энджел перевернулся на спину и вцепился пальцами себе же в лицо. — Он не трогал меня три месяца, какого хуя он приперся именно вчера? Черри протянула руку, чтобы утешить его, но Энджел дернулся в сторону. — Нет! Не прикасайся. — Я хочу помочь, так что нефиг огрызаться, — как смогла мягко одернула его Черри. Но Энджел её уже не слушал. У него началась вторая фаза. Он вскочил с кровати и начал расхаживать взад вперед, как сумасшедший. — Как же я его ненавижу, ты бы знала! Я думал, что отдохнул от него, но стоило увидеть эту сраную рожу, как всё вернулось. Словно он только вчера приходил. Хотел бы я прокричать ему прямо в рожу: НЕТ, НЕТ, НЕТ! Ублюдок, выучи уже это слово! Оно всего-то из трех букв состоит! Или что, тебя вообще грамоте не учили? Читай по губам Н—Е—Т! Нет! Хотел бы я вырезать у него на лбу это слово, знаешь, до мяса. Чтобы шрамы никогда не сошли. Чтобы каждый раз, когда он смотрел в зеркало он видел мой ответ. Он бессильно упал на кровать и выдохнул. Черри ждала. Всё могло закончится сейчас или истерика пойдет по новому кругу. Наконец, Энджел заговорил: — А у тебя как дела, подруга? Черри улыбнулась и сделала вид, что очень увлечена своим маникюром. — Я прихватила две дозы, так и знала, что пригодится. Если хочешь, отдам тебе свою. — Эй, ангел здесь вроде я, ты не должна быть такой доброй, — оскалился он. Черри сделала вид, что повелась. — Ну раз так, оставлю обе себе. — Я этого не говорил. И они рассмеялись. *** Валентино приказал водителю ехать помедленней. По понедельникам, насытившись действительно прекрасными вещами, он был склонен давать шанс черни. И потому с интересом разглядывал фанатов у студии. Сегодня ему приглянулась одноглазая. Он щелкнул пальцами и лимузин затормозил. Валентино открыл окно, чтобы разглядеть товар поближе. Девица наклонилась, демонстрируя сочную грудь, и улыбнулась. Она казалось смутно знакомой, но в конце концов, многие фанатки приходили сюда раз за разом, так что лицо могло примелькаться. Фигурка у нее была что надо, но волосы грязного зелёного оттенка, как залежалый парик, к тому же торчали во все стороны. И вообще, выглядела девица так, словно вытащила тряпье из помойки Энджела. Такой же как у него черный корсет, его чокер из черного жемчуга, его шлюшья зелёная шуба. Разумеется, это барахло он давно не носил, но фанатики повторяли его образы, наплевав на актуальность и моду. Звезды из такой простушки не сделаешь, уж Валентино знал, сколько раз пробовал. Но повеселиться можно. Он открыл дверцу, девица без лишних слов села. Напротив него. — Так не пойдет, родная, либо сюда, — Валентино постучал по месту возле себя, — либо на выход. Девица послушно пересела и даже приобняла Валентино. Дверь захлопнулась, лимузин тронулся. *** Валентино не понял в какой именно момент все пошло не так. Можно было решить, что это случилось, когда под его лимузином разверзлась пропасть и огромные щупальца разорвали его на пополам. И вытряхнул Валентино на асфальт как конфетку из банки. Но он подозревал, что все пошло не так раньше, когда он посадил в свой лимузин эту шлюху. — Ещё раз напомни, как тебя зовут? — зло спросил он. Говорить с разбитым ртом было сложно. Придушить шлюху не позволяли связанные руки. А эта тварь улыбалась как будто так и надо. — Вот теперь тебе интересно? — ехидно спросила она, — а когда трахаться приглашал, плевать было. — Как знать, как знать, — Валентино пожал плечами, насколько это было возможно. — Куда сильнее меня интересует имя твоего босса, деточка. На кого ты работаешь? Ведь это не твоя сила, я это вижу. — Это? — шлюха махнула рукой на черные путы, крепко связывающие Валентино, — Всего лишь разовое соглашение. Мне не хватило бы сил сцапать тебя самой, но я очень хотела с тобой поболтать. В руке у шлюхи блеснул нож. И Валентино чуть не рассмеялся от облегчения. Новенькая. Какая же она тупая. — И что ты собираешься сделать этой зубочисткой? — Оставить послание, — оскалилась шлюха. Её единственный глаз засветился от бурлящей силы. Да, теперь она была действительно хороша. Когда он выберется отсюда, он обязательно поймает эту птичку и послушает, как она кричит. — Не угрожай мне деточка, ты ничего не знаешь об угрозах, — прошипел Валентино. Он попытался выбраться из пут, но ничего не вышло. Этой девице помогал кто-то действительно могущественный. Она подошла к Валентино вплотную и потерлась об него, словно кошка. А потом зашептала на ухо: — Будь моя воля, я бы засунула одну бомбу тебе под ребра, а вторую в штаны. А потом наблюдала бы, как ты собираешь свои внутренности по всей улице. Возможно, я так и сделаю, но позже. Такие угрозы нравятся тебе больше? А теперь к делу. Девица сорвала с него шляпу, перехватила нож поудобнее и провела первую линию по его лбу. Валентино дернулся. — Цыц! — Она схватила его за челюсть, впившись ногтями в щеки. Это было до омерзения унизительно. Когда она закончила резать, Валентино уже полыхал от нескрываемой ярости. — Я найду тебя, тварь! И уничтожу, я раздавлю каждую кость в твоем теле, я заставлю тебя ползать на животе и молить о пощаде. Девица заржала ему в лицо. — Ты не демон, а позорище. Всех Ви пора на свалку истории, вы сильны только тем, что сбились в кучку. Но друзья есть не только у вас. Она убрала нож, хихикнула и в три прыжка оказалась на крыше. Валентино почувствовал как напряглись путы. Сучка ушла, но, может быть, объявится ее хозяин. Это было бы интересно. Путы ослабились и опали. Улица оставалась пуста. — Твою мать. *** Энджел вздохнул и поджал губы. Нужно было войти в павильон и приступить к съёмке. Нервы были на пределе. Ассистент гримера совсем не помог, шепнула на ухо: — На площадке Валентино. Он в ярости с самого утра. Энджел перевел взгляд на руку и заметил мелкую нервную дрожь. Как же его тошнило от этого. От себя, от Валентино, от работы. Собравшись с духом, он встал со стула и вошёл в павильон, раздавая воздушные поцелуи и приветствия. И улыбаясь так, будто все было просто превосходно, в конце концов, он же первоклассный актер. Краем глаза он заметил резкое движение, от которого плечи дернулись сами собой. Оглянулся и увидел Валентино. Тот стоял вертя в руках трость с тяжёлым набалдашником, а в ногах у него валялся режиссер. И судя по улыбке Валентино, этой жертвой он удовлетворился на ближайшие час-два. Но самым интересным было то, что Валентино так и не снял шляпы. И вообще-то этим только больше привлек внимание к своему лбу, на котором огромными отзеркаленными буквами было вырезанно “НЕТ”. — Ну ты даёшь, подруга, — ухмыльнулся Энджел и ощутил что бы не сделал сегодня Валентино, это не испортит ему настроения. Только не в этот раз.