В аду с тобой

Долго ворочаюсь в кровати и не могу уснуть. Меня гложет вина. Оказавшись в камере после неожиданного всплеска обиды и недоверия к Малфою, я почувствовала, что повела себя неправильно. Вопреки логике, я опиралась на спонтанно возникшие эмоции, что и привело к ссоре. Скорее всего, я задела его своим недоверием. О, Мерлин, я не могу отделаться от мысли, что за всё это время Малфой сделал для меня слишком много. Я даже не уверена, что когда-либо смогу отплатить ему. Он защищал меня, подсказывал, помог с душем, с антидотом к зелью, достал обезболивающее. Да что уж там — я практически уверена, что до сих пор не сошла с ума только благодаря ему. Наверное, я начала заводиться из-за того, что он упорно молчал о своём прошлом после войны. А поскольку мы оказались замешаны вместе в убийстве, это давно вызывало у меня, пусть и слабые, но подозрения. Почему он так упорно не рассказывает, если ему нечего скрывать? А потом Гарри сказал, что Малфой приходил к нему за неделю до убийств. Конечно, я не могла не начать подозревать, что он что-то скрывает. Астория тоже подлила масла в огонь. Он утверждал, что не жил с ней, что у них договорной брак, а по факту я вижу, как она называет его "любимым" и шлёт поцелуи. Это выглядело странно для отношений по расчёту. С самого утра я была на взводе. Думаю, просто не смогла вовремя остановиться и всё обдумать спокойно. Вихрь эмоций и атмосфера недоверия закрутили меня, и в результате случилась ссора. Хотя сейчас я понимаю: то, чем он занимался после войны — его личное дело. Я не должна обвинять его во всех грехах только потому, что когда-то, в подростковом возрасте, его вынудили пройти через этот ужас. Он честно рассказал мне, что пережил тогда и что с ним происходило здесь. Я не имела права упрекать его во лжи. Я чувствую жгучее чувство вины и смущения за своё поведение. Даже спасибо не сказала ему за утро. Он заметил, что мне плохо, не отмахнулся, как это сделал бы Рон, а помог. Я была несправедлива к нему. И самое важное — мне нужно определиться: либо я ему доверяю, либо нет. Я просто лежу и анализирую всё до мельчайших подробностей — с момента, как мы попали сюда. Под утро наконец прихожу к выводу: да, я могу ему доверять. И, приняв это решение, засыпаю с твёрдой уверенностью в том, что завтра извинюсь и всё объясню.

***

Утро радует меня не кофе, а лучиком солнца из узкого окошка под потолком. Кажется, это первый солнечный луч, который я вообще вижу в этой психушке. Даже такая мелочь вызывает улыбку. Я рада, что смогла привести мысли в порядок и отбросить ненужные эмоции. Я всегда была рациональной, но вчерашнее поведение точно таковым назвать нельзя. Хотя полночи я не спала, настроение приподнятое. Я полна решимости объясниться с Малфоем. Утренний туалет прошёл без происшествий. После случая с ножом я всегда иду туда последней — как и Малфой. Пользуюсь его способом и считаю до шестисот. Обычно в это время заключённые уже возвращаются в камеры. Заодно это даёт шанс пересечься с ним в коридоре. Но сегодня мне не повезло. Я не наткнулась на него, а выжидать у туалета небезопасно. Возвращаюсь в камеру и принимаюсь за завтрак. Ужасная жёсткая овсянка и разбавленный чай. Каша скрипит на зубах, чай напоминает воду с сахаром. На десерт — зелье с опиумом. Получите — распишитесь. Быстро съедаю всё, добавляю в зелье антидот и выпиваю эту противную жижу. Я не могу дождаться встречи с Малфоем. Его общество неожиданно стало для меня приятным и даже важным в этом дурдоме. Но вместе с этим ощущаю холодок страха. После завтрака нас часто отправляют к целителю, а я совершенно не хочу, чтобы он попытался воздействовать на Малфоя через меня. Сглатываю. Мысли возвращаются к вчерашним словам Драко. Что, если этот псих будет что-то делать со мной у него на глазах, чтобы выпытать у него информацию? И если это так, насколько хватит Малфоя? Он просто слетит с катушек. Мне страшно за него. Страшно от того, как подобное может повлиять на него. И после осознания того факта, что я боюсь не столько физической боли от целителя, сколько того, как он может повлиять на состояние Малфоя через меня и какую моральную боль способен причинить ему, я понимаю, что увязла сильнее, чем думала. То есть меня больше волнует, что станет с ним, чем то, что, скорее всего, больно будет мне. Эти чувства уже есть во мне. Мне не скрыться от них. Малфой — больше не просто союзник. Кажется, он стал для меня кем-то большим. Глупо отрицать. Но я могу рационализировать. Да, у меня есть привязанность, то есть какие-то чувства к Драко Малфою. Но это связано с тем, что мы находимся в изоляции. Только мы есть друг у друга, я полагаюсь на него полностью. Поэтому психика автоматически перенесла его в категорию друзей, которых нужно защищать. Конечно же, моим чувствам есть объяснение. Я уверена, что как только мы окажемся на воле, всё сразу встанет на свои места. Промучившись в ожидании ещё какое-то время, я с облегчением вижу, что браслет загорелся спасительным белым. Я едва ли не подпрыгиваю на месте от радости. Вот это удача. Наше тихое место в комнате отдыха стало для меня вторым домом. Атмосфера уюта, относительная безопасность, книги и Малфой в придачу — идеальный набор для отличного начала дня. Я чуть ли не вприпрыжку выхожу из камеры. Ах, точно — я должна держать лицо, ведь мой тиран и деспот будет меня мучить — так должны думать другие. Поэтому я делаю печальное выражение. Вернее, пытаюсь сделать, но не особо выходит. Малфоя я вижу поодаль от своей камеры практически сразу. Он как будто ждёт меня. Идёт, но очень медленно. Заключённые обгоняют его, а он вальяжно засунул руки в карманы и делает по полшага в несколько секунд. — Малфой, — я подхожу очень близко, чтобы слышал только он. Он сразу же смотрит на меня и слегка кивает в знак приветствия. Какая-то девушка-заключенная оглядывается на нас с испуганным взглядом и отшатывается, как будто слизеринец вот-вот достанет палочку и бросит в неё непростительное заклинание. Затем она ускоряется и быстро исчезает в коридоре. — Ты её напугала, — ухмыляется он. — Она, видимо, меня не заметила. — А я смотрю, о тебе ходит дурная молва, — пытаюсь начать разговор доброжелательно. Он вроде бы не злится, смотрит мне в глаза, как будто изучает. — Улучшилось настроение? Мы идём по коридору в сторону лифтов. — Да. Я хотела поговорить с тобой... — он замедляется и смотрит в упор. — Ну, о том, что вчера произошло. — Я не могу смотреть ему в глаза. Мне стыдно. Чувствую, как щёки предательски начинают гореть. — Я внимательно выслушаю тебя, но давай сначала дойдём до нашего укрытия. Я коротко киваю, и мы молча направляемся в комнату отдыха. По дороге я разглядываю эту унылую больницу. Несмотря на внешнюю стерильность и белоснежность, здесь есть что-то отталкивающее. Как будто чувство безнадёги витает прямо в воздухе. Люди, которые попадают сюда, едва ли надеются когда-нибудь выбраться. Мы встречаем всего одного надзирателя. Неужели они настолько полагаются на эти браслеты, что даже не следят, как заключённые одни перемещаются на лифте в комнату отдыха? Насколько сильная магия заключена в них? Я хочу сегодня изучить книгу про сплавы металлов и понять, из какого сделаны эти штуки. Мой анализ привёл к тому, что, возможно, не следует рассматривать этот браслет как исключительно магическое устройство. Да, конечно, в них заключена очень сильная магия, но, может быть, стоит подойти к решению задачи маггловскими способами. Что, если у браслета нет защиты от взлома? Что, если его можно просто взломать — так, как взламывают маггловские замки или сигнализации? Будет ли магия защищать металл изделия? Я не знаю. И не узнаю, если не попробую. Для эксперимента нужно понять, из чего он сделан и как его снять, если отбросить магию. Если я действительно найду способ снять браслет, то, даже если нас с Малфоем признают виновными, мы сможем просто сбежать. Эта мысль немного странная, учитывая, что неизвестно, захочет ли он сбегать. Но отметать её нельзя. Я понимаю, что это звучит почти безумно — но в этом месте безумие и здравый смысл давно поменялись местами. Это крайняя мера. Я очень надеюсь, что до неё не дойдёт. Я стараюсь сосредоточиться на менее радикальных мерах. Та магическая вспышка точно была моей. Я уверена, что в момент опасности моя магия пробилась и защитила, но как такое возможно, у меня пока что нет ответа. Возможно, мой браслет действительно даёт сбой, но как это проверить? Не могу же я специально подвергнуть себя смертельной опасности ради эксперимента. Я хочу найти больше информации о том, как сплавы влияют на магию. Что сдерживает магию внутри браслета? Заклинание, металл, может быть, какой-то другой элемент? Если я смогу нейтрализовать его действие — это будет идеальным вариантом: продолжать поддерживать иллюзию заключённой, но иметь возможность в безвыходной ситуации остаться защищённой. А заодно — разузнать больше об этом месте. С этими мыслями мы доходим до нашего места для чтения книг. Малфой быстро проходит вдоль полок и достаёт три книги. Одна из них сразу привлекает моё внимание, потому что она из маггловской литературы. Интересно. Сегодня он выглядит хуже, чем вчера. У него тёмные синяки под глазами, а волосы стали ещё грязнее. Укол вины сразу же обжигает меня. Он отдал свою возможность помыться мне. Я стараюсь не терять времени и сразу нахожу книги «Магические и немагические сплавы металлов» и «Сборник неудачных магических экспериментов». Возможно, здесь будет что-то подходящее. Глубоко вздыхаю и возвращаюсь к столу. Время для исповеди пришло. — Малфой. — Он поднимает на меня серые глаза от книги, в которой он уже успел загнуть страницу. Интересно, зачем? — Я хотела объяснить, почему вчера вела себя так. Он задумчиво смотрит на меня, но ничего не говорит. Его пальцы задерживаются на странице книги. Плечи опущены. Он выглядит расслабленным. Я продолжаю: — Сразу хочу сказать, что вела себя некорректно. Смешок. Он смеётся, когда я искренне пытаюсь выразить своё сожаление? Думаю, мой взгляд выражает моё возмущение лучше слов. — Извини, ты говоришь так, как будто читаешь доклад. — Это не смешно. Я готовила речь. — Правда? — Его брови взлетают вверх. Он всё ещё улыбается, но в глазах появляется огонёк восхищения. — Да. Так что сиди и слушай. Он усмехается и капитулирует, подняв руки ладонями вверх. — Вчера, когда Гарри пришёл, он начал говорить мне о твоём прошлом. О том, что ты… выпивал. Много. — Его взгляд становится серьёзным, но он не комментирует. — О том, что ты приходил к нему за неделю до убийств. — Вот теперь Малфой отводит глаза. Он не хочет говорить об этом, а я не собираюсь заставлять. — И всё это показалось мне… подозрительным. Вкупе с тем, что каждый раз, когда я спрашивала о твоей судьбе после войны, — ты отмалчивался. Но это ещё было терпимо. А потом я увидела поведение Астории — оно было таким, как будто вы и правда супруги. — Мы и правда супруги, — парирует Малфой. Его руки теперь скрещены в замок на книге. — Ты знаешь, что я имею в виду… Не сбивай. Кончики его губ снова взлетают вверх в лёгкой улыбке, и это зрелище кажется мне обворожительным. Я даже замираю на секунду и просто смотрю на его губы, только потом продолжаю: — И, сложив все эти факты вместе, я вдруг почувствовала себя обманутой. Мне стало страшно. А вдруг ты мне врёшь? А в моём положении — это равносильно смертельной опасности. И я не смогла себя контролировать. Он открывает рот, чтобы прервать мою тираду, но я останавливаю его: — Нет, дай закончить… Извини, что сорвалась. Я думала всю ночь, могу ли доверять тебе, и хочу сказать, что да — я тебе доверяю. Я больше не поставлю под сомнение это доверие. Это было бы нечестно, учитывая всё, что ты уже сделал для меня. И спасибо, что вчера помог с лекарствами. Я ценю это. Он смотрит как заворожённый. В его взгляде читается что-то новое. Если бы это был не Драко Малфой, я бы подумала, что он смотрит на меня с восхищением и даже благодарностью. Я стою у книжной полки. Всё это время я расхаживала туда-сюда, потому что просто не могла усидеть на месте. Он сидит и смотрит на меня глазами, полными искреннего удивления. Я перевожу взгляд на его руки. Они всё ещё лежат на книге. Малфой молчит, и мне кажется, что пауза уже затянулась. — Ты что-нибудь скажешь? — Я не выдерживаю первой. — Я… — Он медлит, подбирая слова, чтобы описать свои эмоции. Отводит глаза на стол, потом снова смотрит на меня. Его взгляд глубокий и выражает бездну чувств, которые он не может облечь в слова. — Я поражён. Ёмко. Но недостаточно для меня. Он понимает это по моему требовательному взгляду. — Честно говоря, я не ожидал, что ты сможешь доверять мне. Я думал, что это практически невозможно, учитывая наше прошлое. И вчера я тоже вёл себя… не очень по-дружески. Стоп. Он сказал «по-дружески»? Он только что применил это слово к нашим отношениям? Не союз, не выживание, а дружба? Кажется, у меня закружилась голова. Наверное, он оговорился? — Я хочу сказать, что не должен был говорить так грубо о твоём бывшем муже и о том, что ты ждала его. Я знаю, что тебе было неприятно. Мы замолкаем. Где-то за стеной слышен скрип лифта, шелест книг, неразборчивые разговоры. И я почему-то думаю, как странно, что обычно не замечаю все эти звуки вокруг. — Давай теперь перейдём к поиску информации. Не хочется терять время. Он наконец отводит зачарованный взгляд от меня и утвердительно кивает. Я изучаю книгу про сплавы. Это довольно сложно, но я уверена, что разберусь. Свойств у металлов много, но по цвету, запаху, плотности можно примерно понять, из чего сделаны наши браслеты. После долгого анализа я прихожу к нескольким вариантам. Сплав бериллия и меди или титан-серебряный сплав с вкраплениями обсидиана. Если это сплав бериллия, то, судя по справочнику, я могу воздействовать на браслет с помощью термоудара — охладить металл, а затем резко нагреть. Но сделать это в условиях больницы сложно. Также этот сплав можно разрушить с помощью кислотного раствора. И это более реалестичный вариант. Я могу достать материалы через Малфоя и создать раствор, а потом разъесть браслет. Но всё-таки прихожу к выводу, что по внешнему виду браслет больше похож на сплав титана и серебра с вкраплениями обсидиана. Эти микрочастицы обсидиана даже слегка видны, если приглядеться. И если это так, то я могу создать вибрацию, а затем ударить браслет точечно в нужной зоне — например, между серебром и обсидианом. Это может вызвать локальное разрушение. Лучше начать с кислотного раствора. Например, уксусная кислота плюс соль — ведь именно этим средством часто чистят медь. Только надо достать уксус и немного соли. А уже если этот способ не сработает — попробую разрушить браслет точечно с помощью термоудара. И всё это может сработать при условии, что на браслете нет магической защиты от взлома. Как много "если". Я удовлетворённо закрываю книгу о металлах и перехожу к изучению «Сборника неудачных магических экспериментов». Мой взгляд цепляется за Малфоя. Он сосредоточенно что-то изучает в книге. Поскольку он полностью погружён в чтение, я могу понаблюдать за ним. Он загибает ещё одну страницу и закусывает губу. Что же там такого интересного он нашёл в магловской книге? Его глаза быстро бегают по строкам, а длинные пальцы переворачивают страницу за страницей. Пряди светлых волос падают на лоб, и мне безумно хочется убрать их с его лица, но такое я не могу себе позволить. Это будет... слишком. Глубоко вздыхаю и принимаюсь за изучение своей книги. В ней какие-то дурацкие эксперименты, которые кажутся мне абсурдными уже на уровне гипотезы. Я быстро пролистываю один неудавшийся эксперимент за другим, пока не натыкаюсь на... «В 1964 году немецкий волшебник решил провести эксперимент со своей цепочкой, чтобы использовать её для предотвращения магических всплесков своего семилетнего сына. Волшебник не хотел, чтобы ребёнок использовал магию раньше времени и вызвал подозрение в деревне среди маглов, где они жили. Он зачаровал цепочку так, что она не пропускала магию мальчика. Отец думал, что пока импульсы не сильные, цепочка сможет сдерживать их. Однако он недооценил силу мальчика, и через несколько месяцев после того как он надел на сына цепочку и отправил его учиться в деревенскую школу, во время школьной стычки с магловским ребёнком, мальчик выпустил магическую искру такой силы, что магла отбросило в стену и сломало ему руку и ногу. Министерству пришлось подчистить память родителям и маглу. Расследование показало отсутствие злого умысла со стороны отца, однако, цепочка была изъята и изучена. Оказалось, что цепочка просто не справилась с магической перегрузкой в момент сильных эмоций мальчика. Он выдал настолько сильный импульс, что она не сдержала магию.» О, Мерлин. Такое же могло случиться и с моим браслетом — в теории. Я была права. Я изумлённо смотрю на Малфоя. Он всё ещё читает магловскую книгу. — Малфой. Я нашла, — говорю я шёпотом. Мои губы дрожат. — Смотри. Вот доказательство. Браслет мог пропустить мою магию, если вспышка была в эмоционально заряженный момент. Всё зависит от силы волшебника и его состояния. Малфой смотрит с недоверием и принимает книгу. Читает и переводит взгляд на браслет, потом медленно делает свой вывод: — Даже если это была несдержанная магическая вспышка, это не значит, что ты сможешь повторить этот фокус. Для этого нужно, чтобы несколько факторов сошлись вместе. Я думаю, возможно, угроза жизни, физическое состояние и, может быть, что-то ещё. Трудно сказать. Но... — он настороженно смотрит на меня, прежде чем продолжить. — Я много раз был здесь на грани смерти или потери сознания, но моя магия ни разу не прорвалась через этот грёбаный браслет. Ему не удаётся меня убедить. — Я уверена, что близка к разгадке. Я точно смогу взломать браслет... я... — мой энтузиазм не иссякает. — Грейнджер, послушай. — Я нашла ещё немного информации о сплавах. Вот, посмотри. — Пытаюсь подсунуть ему книги про металлы, но он берёт её и откладывает в сторону, а потом перехватывает мою руку за запястье. — Да послушай же ты! — Он умоляюще смотрит на меня. — Не надо. Не лезь в это. Я смотрю на него несколько секунд. — Я не остановлюсь. Я должна найти разгадку. Это наш билет на спасение. Наше упрямство сталкивается, и никто не хочет уступать. В конце концов он поджимает губы и убирает руку с моего запястья. Сразу становится холодно. Мне нравится ощущать его кожу на своей. О, Мерлин. О чём я думаю? Слегка краснею и возвращаюсь к чтению. А он продолжает смотреть на меня. Я не выдерживаю его пристальный взгляд. Он смотрит, как я читаю книгу, уже несколько минут. Поднимаю на него глаза и теряю дар речи. Малфой смотрит на меня с плохо скрываемой нежностью. Похоже, он всё это время изучал меня. Слизеринец смущённо отводит глаза, понимая, что я заметила. И кажется, он уже не сможет выкрутить эту ситуацию в свою пользу, как вдруг на его лице появляется усмешка, и он говорит, пододвигая ту самую магловскую книгу ко мне: — Кстати, я тут изучил, что оказывается, чтобы проверить температуру без палочки, маглы обычно используют два способа. — Он говорит с издёвкой, а я, кажется, уже краснею, понимая, к чему он ведёт. — Бытовые способы измерения температуры: приложите ладонь или губы ко лбу. — Он поднимает на меня взгляд. Лицо серьёзное, но глаза смеются от моего смущения. — А я всё думал, почему ты так покраснела, когда я спросил тебя про второй способ. — Он усмехается. — Теперь всё понятно. — Многозначительно добавляет он. — Малфой, ты... — Я возмущена и хватаю книгу, а потом пытаюсь стукнуть его по руке. Он смеётся и отходит к полкам. А мой взгляд падает на название этой книги — «Справочник по уходу за телом и анализу самочувствия» (магловское издание, 1978). Я беру ее в руки, и книжка сразу открывается на заложенной им странице. Я быстро пробегаю по строкам, и мои глаза расширяются в удивлении. Малфой уже летит ко мне, пытаясь вырвать книгу. Смущение заливает его лицо. Теперь уже его щёки покрываются красными пятнами, а мне смешно. — Малфой, а я смотрю, ты углубился в изучение женской физиологии. Интересно, — я прячу книгу за спиной, а он пытается её вырвать, наваливаясь на меня всем телом. Он слишком близко. — Зачем тебе изучать общее описание менструального цикла, симптомов и рекомендаций по облегчению болевого синдрома? — Я заливаюсь тихим смехом. — Тише! Нас услышат. — Он всё ещё пытается вырвать книгу, захватив меня в кольцо своих рук. Его лицо рядом. Он прижал меня к себе, я чувствую его бёдра своими. Они горячие. Его кожа пахнет приятным пряным запахом. Кажется, я схожу с ума, когда он так близко и смотрит на меня так проникновенно. Как только мы поняли, в какой ситуации оказались, то сразу забыли про книжку. Она, кажется, со шлепком упала на пол. Я в кольце его рук, он положил их мне на поясницу, не сильно сжимая. Я держу свои на груди в защитном жесте. Малфой смотрит сверху, а я теряюсь в его глазах. Его взгляд гуляет по моему лицу — от глаз, потом ниже, к губам, и мне даже кажется, что он слегка наклоняется ко мне и глубоко вдыхает воздух, как будто тоже пытается почувствовать, как от меня пахнет. Глаза Малфоя прикованы к моим губам. Его грудь начинает вздыматься чаще. Он поднимает правую руку и убирает прядь моих волос, которая выбилась, пока мы «сражались» за книгу. Потом опускает ладонь, невесомо проведя пальцами по моей щеке, и отдохит от меня. Я хочу, чтобы он остался рядом. — 1:1, Грейнджер. Ты меня подловила. Он слегка улыбается. Как только он отходит на безопасное расстояние, я снова могу дышать и думать трезво. А он пытается спрятать своё смущение за изучением книг. Что это было — я не знаю. Кажется, мне опять придётся всё долго анализировать. Но не уверена, что то, что только что произошло, поддаётся хоть какому-то логическому объяснению.