За кулисами

— Эна, включи метроном в наушник. Ты плаваешь в темпе, мы сильно замедляемся к концу песни, — делала замечание Канадэ. — Я так это не люблю, — достала один наушник барабанщица, — какой там темп? — 110, — ответила клавишница. — Отлично. И кто же написал такую песню с таким темпом? — ворчала Шинономе. — Энанан, ну не зли-и-и-ись!! Всего лишь середнячок, — дразнил Мизуки. — Ты вообще не лучше! То спешишь, то торопишься, — ругалась Эна, — ладно ты Мафую не слушаешь, но меня то нужно!! — Я устала. Мы можем прекратить разогрев перед выходом? — спросила бассистка. — Ладно, думаю нормально. Эна, ты выйдешь с наушником, — сказала Йоисаки. — Как скажешь, — смирилась барабанщица, — сейчас как раз нужно уже складываться, чтобы вовремя успеть. — Барабаны там будут, так что тебе лишь дожидаться нас всех, — сказала Канадэ. — Какая отрада, — облегчённо выдохнула Шинономе и взяла свои палочки, — я пока перекурю.       Сама девушка не любила складывать свой инструмент: он был достаточно тяжёлый для неё, а клавишников не часто можно встретить сейчас. Аккуратно сложив синтезатор в чехол, она собралась взять в руки, как его быстро перехватили. — А? Мафую? — удивилась Йоисаки. — Я знаю, что тебе тяжело его нести, — сказала бассистка, — только ты сегодня едешь со мной на переднем сидении. — Я предполагаю, что выбора у меня нет? — улыбнулась Канадэ, быстро осмотрев вырез на груди, — ты уже взяла мой синтезатор. — Да. Иди садись, я перекурю пока. Если ты не взяла что-нибудь от укачивания, то жвачка в бордачке, — усмыхнулась Асахина. — Спасибо, буду знать.       Дойдя до открытой машины, Канадэ села на переднее сиденье. Мафую позволяла ей брать музыку в свои руки, чего не позволяла Эне или Мизуки. — У-у-ух, я думал, что займу это место, — сказал Акияма. — У нас бартер: она заберёт мой чехол, если я сяду с ней, — сказала девушка. — Сразу видно, кого больше любят, — спокойно отреагировал гитарист, — даже Эна. — Что я? — села на заднее сиденье названная. — Тебе нравится Канадэ, — сказал Мизуки. — Она ангел в нашей команде грешников! Как её тут не любить? — спросила барабанщица, — как подругу. — Да-да. Мы знаем, — сел рядом гитарист. — Все готовы? — спросила Мафую через багажник. — Да, тебя и ждём, — ответила Эна. — Вы можете вздремнуть, нам ехать за город пару часов, — села на водительское сиденье бассистка.       Йоисаки включила свой плейлист, как только машина тронулась. Споры на задних местах быстро прекратились и заменились сопением. — Не хочешь после всего этого ко мне? — предложила Асахина. — Я у тебя в квартире появляюсь больше, чем у себя дома, — сказала девушка. — Я не против, что бы ты и жила у меня. Ну, если не хочешь, то ладно, — встав на красном, немного отвернулась. — Я не сказала нет, — ответила Канадэ, — там уже часть моих вещей есть, так что всё нормально в этой части. — А с ночевой останешься? — уточнила бассистка, разгоняясь на зелёном. — Видимо да, — улыбнулась она. — Отлично, — довольно ответила Мафую.       Йоисаки замечала, что её подруга иногда несколько странно ведёт себя. И вот сейчас, убрала руку с руля, чтобы переключить передачу, но кладёт не на коробку передач, а на её бедро. И если раньше почти сразу отдёргивала, то в этот раз лишь оставила, сжимая ткань колготок в сеточку. — Не прорвутся? — с ухмылкой спросила бассистка. — А-а-а... — она чувствует, что слишком уж становится влажно, — нет. Хотя их легко порвать. — Хорошо, — убрала свою руку водитель, — дорогие, наверно. Не буду я рвать. — Да... Дорогие, — смутилась Канадэ, поворачивая голову к окну.       Они прошли многое: и скрытое сотрудничество, когда карьера айдола подходила к концу у пианистки и ссору, во время которой группа "исключила" её до их первого живого концерта и примирение, когда она получила серьёзный перелом ноги на большой и масштабной церемонии, а Мафую, как первая, кто узнала о трагедии, приехала в этот же вечер почти под самый конец времени для посещений и принесла немного вещей.       С тех пор, они видели взлёты и падения в своей карьере музыкальной группы, но оставались вместе. А Йоисаки прониклась любовью ещё в больнице к горячей басс гитаристке. — Как ты думаешь, когда они наконец-то поцелуются? — спросила Мафую. — Хм.. Не знаю. Но ведут себя так, как будто уже живут вместе, — высказалась пианистка. — Мне кажется, что сделают это сегодня. Говорят, масштабная программа для участников фестиваля, — предположила Асахина. — Ну, как вариант.       Девушка задремала во время дороги: тихая на фоне музыка, удобное положение сиденья, комфортная температура. Проснуться её заставило резкое торможение и злая гитаристка, что открыла окно и начала кричать на виновника. — Глаза протри и отрезвись, прежде чем за руль садиться, баран! — ругалась она, — тупица и олигофрен! — Даже злишься ты интелегетно, — зевнула пианистка. — Он со всей скорости без поворотников влез в нашу полосу, — рассказала всю ситуацию, — я не хотела тебя будить. — Да ладно. Мы уже всё равно приехали, — посмотрела в телефон и выключила музыку. — На улице прохладно стало. Возьмёшь мою толстовку, — сказала Асахина, припарковываясь. — Ты мёрзешь не меньше меня, — нашла отмазку она. — Да, однако ты лишь в одном топе и мини-юбке, а я в рубашке и штанах, — аргументировала свой довод и поставила машину на ручник. Отстегнувшись, девушка сняла свою толстовку и протянула, — надевай. — Ну Мафую... — жалобно протянула Йоисаки, но вещь взяла и надела под тщательным присмотром.       У них есть ещё время. Они обе вышли из машины и бассистка застегнула толстовку на пианистке и взяла сигарету из пачки. Из-за ветра, Асахина не могла зажечь нормально и Канадэ решила помочь, прикрыв огонь от ветра. — Спасибо, — поблагодарила она, — но предлагать не буду. — Я и не хотела, — осталась стоять рядом, — нужно разбудить эту сладкую парочку. — Сейчас я докурю только, — ответила Мафую, — я тебя от ветра закрываю, а так ты быстро замёрзнешь. — Верно. Надо было потеплее одеваться.       Докурив, басс гитаристка выбросила бычок в мусорку и открыла багажник, чтобы вытащить инструменты. Йоисаки открыла дверцу заднего сидения и сильный порыв ветра почти сразу же разбудил спящих. — Чего?.. Мы уже приехали? — открывала глаза барабанщица. — Да. Уже пора собираться. Скоро наш чекап, — сказала она. — У-у-у-у.... Эна, ты тёплая... Я не хочу вставать и нести свою гитару... — жаловался Мизуки. — Ну и оставайся, — вышла через другую дверь машины, — Мафую, закрывай. — Э-э-э?.. Нет, я выхожу, — потягиваясь, вышел, — далековато идти. Не устанешь нести свой синтезатор? — Я понесу, — закрыла машину Асахина, — просто возьми мою сумку. — Почему ты не можешь быть такой же, как она? — обратился Акияма к Шинономе. — Может потому что, ты мою установку помог донести лишь один раз? — закинула рюкзак себе на плечо.       Чтож, Канадэ пришлось взять и свою и сумку Мафую, чтобы было отчасти всё честно. Пройдя контроль, группа направилась к своей мини-гримёрке расчехляться. И пока пианистка инструктировала барабанщицу, оба гитариста примчали на тележке. Мафую стояла на самой тележке, когда Мизуки катал. — Боже, у вас резко айкью на двоих поделилось и разделилось на ноль? — выдохнула Эна.       А Йоисаки лишь играла в гляделки с Асахиной. То, как задрался ворот рубашки, показывая под опредённым углом чёрный спортивный лифчик, смутило её. Теперь стало стыдно, что засмотривается, а ухмылка Мафую ещё сильнее убивает. — Нам скоро выходить, а вы тут дурачитесь, — ругалась барабанщица. — Хочешь, и тебя покатаю? — предложил Акияма, пока Асахина показывала раздвоенный язык. Чёрт, у неё ведь ещё и это! — Мне жарко стало, — расстегнула толстовку и начала стягивать с своих плеч, пока басс гитаристка не подошла и силой не оставила вещь. — Там ветер задувает, замёрзнешь ведь, — чутка опустилась она. — Да всё нормально, мне правда не холодно, — пыталась уговорить пианистка. — А где Эна? — подозрительно опустилась ещё ниже. — Где? С Мизуки наверное..-!!       Канадэ почувствовала неожиданный поцелуй в место, где шея переходит в плечо. Раздвоенный язык нежно гладил кожу, пока губы втягивали воздух. Отстранившись, Мафую поправила толстовку и наклонилась прямо над её ухом. — Теперь есть более веская причина оставить мою толстовку на себе, — и с довольным лицом немного отпрянула, довольствуясь результатом: яркий засос слегка виделся. Через минуту пришли Мизуки и Эна, прямо тогда, когда настала их очередь отрепетировать и они решили не спрашивать по поводу смущённой Канадэ.       Благо, всё прошло достаточно хорошо и они доиграли свою программу особо не плавая в темпе. — Мы останемся в своей гримёрке, — заявила Шинономе, — не переживайте за вещи. — Дай я возьму только сигареты и мы оставим вас голубков тут шуршаться, — оставила Асахина, шарясь в своей сумке. — Давай быстрее, — торопила барабанщица.       В программе фестиваля их номер был ближе к концу листа, так что времени у них было много. Гитаристка спокойно взяла Йоисаки за руку и вела сквозь людей. — Хочешь есть? — спросила она, — вот там есть ларёк. — У меня нет с собой денег, они в сумке, — почесала голову Канадэ, застёгиваясь. — Я оплачу, не переживай, — ускорила шаг к ларьку. Как только они заняли очередь, Мафую стала смотреть меню, — что будешь? — Я не особо хочу на самом деле, — пыталась всё ещё отказаться от еды. — Понятно. Как обычно, — продолжала держать её руку в своей. Когда очередь дошла до них, начала озвучивать заказ: две чизурмы, одну острую, вторую без помидоров, а ещё полтора литра воды без газа. — Ну Мафую... Я правда не хочу сильно есть, — удивилась заказу гитаристки. — Хочешь. Я знаю тебя и твои аппетиты, так что всё в порядке, — оплатила заказ. — У меня ведь нет выбора? — они вдвоём отошли к сиденьям и сели. — Да. Просто наслаждайся.       Канадэ решила, что сегодняшний день никак не сможет не удивить, особенно Мафую. Она обычно если и делала что-то вне привычного образа, то немного, так что, по подсчётам пианистки, всё должно вернуться в прежнее русло. Хотя то, что уже произошло сегодня сильно травмируют её мозг. И сейчас спокойно принимает то, как Асахина сидит очень близко, держит руку на талии, пока они вместе едят. — Я тебя уверяю, эти двое не просто так закрылись и ещё нас выгнали, — заверяла бассистка на обратном пути. — Я не знаю насколько далеко они могут зайти, — ответила Йоисаки, расстегнув толстовку наполовину. — Ну, им придётся прекратить, потому что я устала быть везде, кроме тёпла, — жаловалась она. Дойдя до места, громко постучалась, — открывайтесь, мы пришли.       Две минуты и дверь в гримёрку была открыта. Нужно быть уже готовым — фестиваль начался, а это значит, что скоро будет их выступление.       Асахина с ухмылкой посмотрела на другую пару, что смотрели видео в телефоне. Мизуки несколько смутился пристальному вниманию, но почти сразу вернулся к просмотру видео. — Мафую, помоги, — протянула свой телефон пианистка, — я не знаю, как решить, а осталась одна жизнь.       Нонограммы. Канадэ периодически решала их на своём телефоне и иногда ей нужна помощь в поставке единственной единичке в строке и ряду на поле пятнадцать на пятнадцать. Однако, сегодня помочь гитаристка не смогла — последняя допустимая ошибка была использована и показался экран перезагрузки. И снова они сидели близко, а рука Мафую лежала на талии. Она не может нормально воспринимать и смущаться.       Когда уже было несколько номеров до их выхода, группа стояла за кулисами с инструментами на полной готовности. Получилось случайно так, что одна группа сделала кавер на одну популярную песню из айдолской карьеры Йоисаки. Было слишком очевидно, что она начнёт либо пританцовывать, либо подпевать словам рок версии одной из своих песен. — Классно двигаешься, девчонка, — послышался "комплимент" от мужчин, что стояли рядом, — ты такая же активная ночью? — Она за мной, — загородила собой Мафую. — Да не смеши. Такая красотка должна стонать, пока двигается на члене, а не быть... из этих, — сказал мужчина. — Ты не слышал? Она со мной. И не суди человека только внешне, — злилась Асахина. — Такая соплячка как ты ничего мне и сделать не смож-...       Сняв свою гитару во время того, как противный мужчина разглагольствовался, она замахнулась и ударила в челюсть. Не зря занимается в зале. — Тебе до сих пор не понятно? — провоцирующее спросила девушка. — Конченые, — с этими словами он убежал. — Мафую, ты как? — подошла узнать Канадэ. — Ты в порядке. Остальное не так важно, — слегка улыбнулась она, — нам нужно уже быть готовым. Группа перед нами заканчивает. — А-а.. точно.       Это был не первый их концерт и явно не последний. Канадэ вообще совершенно спокойно относится к сцене из-за своего прошлого, но что-то волнительное было. В том, что она не знает как поведёт себя Мафую? Ведь та всегда остро реагирует на фанатов, что "по классической схеме" сводят её и Эну, как барабанщика и бассиста.       Пока менялись группы на сцене, Мизуки, как заводила, начал подготавливать зрителей к их выступлению. Асахина подошла к Йоисаки и помогла закрепить на стойке клавиатуру. Этот жест не остался незамеченным преданным фанатам.       Шинономе что-то делала в телефоне и уже стало понятно, что это метроном. После разогревательной речи гитариста, барабанщица начала палочками задавал темп. Полностью отдавшись музыке, группа начала исполнять свой репертуар.       Без выкрутосов не обошлось. Мизуки слишком увлёкся своим соло, что им пришлось играть лишний квадрат, чтобы спокойно выровнять мелодию. Мафую лишь подошла близко к Канадэ и пела вместе с ней в её микрофон. У Эны одна сломанная палочка улетела прямо в Акияму посреди песни, а вторая в бассистку, которая вернулась в самом конце под уговоры пианистки на своё место.       Но самое главное — они все повесилились на своём выступлении. — Я убила наконец-то эти палочки, — довольно улыбнулась Шинономе. — Кидаться ими было не обязательно, — ответила Мафую.       Группа уже собрала свои вещи и принесла к машине. Осталось загрузиться и можно было выезжать. — Иди в машину, замёрзнешь— открыла Асахина автомобиль, обращаясь к Канадэ, — мы докурим и сядем тоже. — Да, очень холодно, — тряслась девушка, направляясь к сиденью. — Мизуки, достань плед из багажника и дай Канадэ, — попросила бассистка. — Сейчас, — направился к машине он, — как раз хотелось отпить славной колы у Эны. — Если ты сделаешь хоть глоток, то ты сегодня отправляешься домой, а не остаёшься у меня, — недовольно пригрозила барабанщица. — Ой, да ладно тебе, — отдал плед пианистке, — мы об этом давно договаривались. — Садись в машину и включай своё аниме, — сказала Эна, — без моей колы. — Понял-понял. Как прикажешь.       Когда уже все сделали свои дела, группа отправилась обратно домой. Дорога была точно такой же, так что никаких изменений не было. Шинономе и Акияма по приезде выгрузили быстро инструменты и отпустили другую парочку.       Зайдя в тёмную квартиру, Канадэ почувствовала себя как дома. Пока Мафую делала им ужин, она решила быстро сходить в душ и переодеться в то, что было. Но, к несчастью, пришлось взять какую-то футболку гитаристки, которую в принципе может назвать своей, по причине стирки всей другой одежды. — М-м-м.. лапша. — Да, как ты любишь, — накрывала стол она, — чай или кофе? — Давай чай. Только чёрный, — попросила девушка. — Хорошо. Как пожелаешь, — взяла отдельную кружку для Йоисаки и стала наводить чай, — знаешь, ты в моменте забыла поправить мою толстовку и многие заметили засос, — самодовольно сказала Асахина. — А.. да? — посмотрела на своё плечо. — Да. Выбирай, что мы будем смотреть, — сказала бассистка. — Там твой фильм на выбор вроде, — вспоминала она. — Мгм. Точно.       Определившись с фильмом на вечер, девушки поужинали, после чего перешли на диван. Кино обеим не понравилось, поэтому они не стали досматривать и решили найти другой. Пока Канадэ не почувствовала дыхание в шею, а затем то, как повалили на спину. — Мафую? — смутилась она. — Да? — ухмыляясь, Асахина села на её живот и начала наклоняться. Зазвонил телефон. Увидев контакт матери, она выключила звук и продолжила наклоняться, пока очередной звонок не прерывал это всё. — Ответь. Я всё равно никуда не уйду, — сказала Йоисаки, предполагая того, что будет.       И не то, что против. Мафую самая идеальная девушка: утончённая фигура, показывающиеся немного мышцы, гипнотические глаза, прекрасные природные кудри, большая грудь, по сравнению со своей, и мягкие ляшки. Но вот у неё самой ничего нет, что может предложить, так что стыдно становится. — Позже обговорим. Я занята, — сбросила звонок Асахина и откинула телефон, — теперь я полностью твоя, — она поймала аккуратные руки пианистки и подняла на её головой, опускаясь над ухом, — знаешь, в тот момент, когда я увидела то, в чём ты будешь выступать, я заревновала. Хотелось взять тебя в тот же самый момент, ведь вы выглядела очень сексуально и возбуждающе. — Ты тоже... Такая же, — опустила свой взгляд и сразу же попала в ловушку, увидев грудь открытую Мафую. — О-хо-хо, знаешь, тогда нам нужно быть более решительнее, — поцеловала в ухо.       Она решила выключить телевизор и в этот момент пианистка положила руки на грудь, не получив отрицательной реакции. — Я вижу, тебе нравится, — довольно ухмыльнувшись, заметила бассистка. — Я всегда хотела так сделать, — честно ответила она, — они такие мягкие и большие. — Знаешь, — опустилась Асахина на своих руки, — прежде, чем идти дальше, я бы хотела разъяснить наши отношения. Мы встречаемся? — Наверное, теперь да? — неуверенно сказала Йоисаки. — Канадэ, мне нужен точный ответ, — выпрямилась гитаристка, — да или нет. — Да, — поднялась за ней пианистка. — Замечательно.       В следующий момент, бывший айдол с силой отталкнула свою новую партнёршу на спину, буквально меняясь с ней местами. Руки Мафую сразу же нашли своё место на девичьей талии, немного заходя под свою же футболку. Они обе знали, что будет дальше, ведь устали друг за другом играть в "кошки-мышки".

***

— М-м-м... Алло?       В тёмной комнате пара лежала после бурной ночи. Йоисаки ещё сладко спала, а вот Асахину разбудил очень настойчивый звонок. «— Где Канадэ? От неё ничего неизвестно, хотя в это время уже бодрствует, » — говорила Шинономе. — Тебе серьёзно нужно мне было звонить так рано, чтобы спросить где Канадэ? — недовольно уточнила она. «— Уже одиннадцатый час. Мы все обычно в это время на репетиции. Погоди, она с тобой? И вы ещё забыли про репетицию? » — удивилась Эна. — Дай сюда, — сонно пробурчала пианистка, — репетиция отменяется, тем более у нас вчера был концерт. Всё, отбой, — сбросила звонок и куда-то положила телефон. — Я теперь не хочу спать, — пожаловалась Мафую. — Тогда обними меня снова, чтобы я заснула, — попросила девушка.       Асахина в темноте увидела всё то, что прошлой ночью ещё не было. Обняв свою пару, она просто прикрыла глаза. Но лишь сама заснула. — Вот-вот, спи дальше, гиперактивный кролик, — прошептала Канадэ, прежде чем самой заснуть.