No

      Секби в кровати ворочался, всё никак уснуть не мог, он и баранов посчитал, и более изощрённые способы перепробовал, но сон всё никак не хотел забирать варана в свои крепкие объятия. Теперь ящер сидит в своëм кабинете, занимаясь всяким бредом, который ещё днем казался очень важными делами, хотя, это ещё слабо сказано, ещё утром эта волокита из бумаг действительно морочила мозг. От муторной и однотипной работы голова всё же тяжелеет, но парень давно понял этот трюк и не ведётся, ведь знает, что стоит его голове коснуться подушки, как всё желание снова отпадёт, заставляя Секби вновь сверлить взглядом потолок. Вот так и сидит, через силу заставляя себя делами заниматься, даже несмотря на то, что с каждой секундой ему только сложнее становится. Наконец, Секби перерыв делает, голову рукой подпирает, глаза прикрыв, после чего организм всё же не выдерживает, и ящер валится на стол, засыпая. Какой-то тревожный образ застыл за спиной варана, он знает это, но не может себя защитить, да что уж там, не может даже пошевелиться, ведь всё тело сковало. Страх по вискам ударяет, но чтобы Секби не пытался сделать, он мог только смотреть на то, как чудище медленно надвигается, поднося к нему свои клешни, очевидно, пытаясь утащить несчастного парня за собой в чертоги ада. Одна из изуродованных рук касается плеча, а ящер плакать хочет от безысходности, ему только и остаëтся жмуриться так сильно, как только можно, лишь бы этого монстра не видеть. Секби крупно вздрагивает, чуть не ударяясь об стол подбородком, благо кто-то успел предотвратить падение. Варан с опаской глаза открывает, адреналин в голову ударяет после сна, а мозг тревожно прокручивает ужасный образ того, что могло стоять перед ним. Но, вопреки всем ожиданиям, и на счастье варана, перед ним стоял Пугод. Секби вздрагивает от неожиданности, тут же создавая видимость того, что он не просто спал, а делами тут занимался, только вот он не учёл того, что у него всё на лице написано. — Стой, стой, стой, — Пакет за плечи ящера берёт, — я даже так вижу, как сильно у тебя болит голова, а ты тут дëргаешься... Секби снова глаза поднимает на Пугода, как вдруг застревает в своих мыслях, невольно любуясь образом перед собой. Может варана всё же растерзало то чудище и теперь перед ним предстал ангел? Нет, шляпника вряд ли можно назвать ангелом, но что-то особенное и величественное в нëм определённо есть. Варан видит, как из-за него обеспокоенно губы поджимают, крутятся вокруг, пытаются помочь, а на душе неподдельная радость. И до сих пор Секби не может понять что с ним такое, либо же просто признаться себе не может. — Ты влюблëн в него, — констатирует Джаст в своей привычной манере, смотря на Секби, как на идиота, хотя, доля правды в этом была. — Да нет, не влюблëн я, — Секби в волосы от волнения закрывается, легонько когтями в кожу впиваясь, за что тут же по рукам получает и недовольный взгляд. — А что это тогда? Религиозный фанатизм? Я так не думаю, — Джуст продолжает своими делами заниматься, периодически бросая взгляды на ящера, который явно загрузился от слов друга. И ведь знает же, что младший как никогда прав, но признавать этого не хочется. — Но ведь, — варан тяжëлый вздох делает, понимая, что за следующие слова ему опять прилетит по шапке, — где я и где Пугод? — Секби, даже не начинай, — Джаст переносицу трëт и очки поправляет, молча шагает к ящеру и рядом садится, — не люблю я отвлекаться. У варана всё плохо с намëками, но про этот он знает точно, так Джаст напоминает, что выделил на Секби время, и он ему важен. Ящер на плечо друга голову кладёт, желая что-то искреннее выразить, но в мыслях ничего нет, хотя даже так его намерения считывают и опять тяжело вздыхают. Варан чувствует, как его по плечу гладят, желая успокоить, в этом он что-то родное чувствует, действительно легче становится, и камень на душе, что до этого давил на грудь, медленно превращается в труху, наконец-то разрешая полноценно вздохнуть. — Секби? Ты тут? — Пугод слегка за плечи варана трясëт, пытаясь его в реальность вернуть, потому что и так было ясно, что тот куда-то в подсознание погрузился. А может вообще уснул, просто Пакет не понял? Ящер вздрагивает и тихо извиняется, не осознанно свою руку поверх чужой кладëт, сжимая её, от чего рукав чëрного костюма смялся. — Пошли, невозможно с тобой работать, когда ты здесь только наполовину... — шляпник пытается поднять Секби, но эта задача с самого начала была невозможной, потому что Пугод был худым, как палка, а силëнок у него хоть и много, но маловато, чтобы поднять целого варана, — Секби, ну так дела не делаются! Вставай. Даже несмотря на неудачу, Пугод не оставляет попыток, продолжает ровно до тех пор, пока ящер всё же не соизволил подняться. Секби под руку берут, недовольно бормоча себе под нос, а варану только в радость, он не может своей глупой улыбки убрать. Кажется, сонное состояние совсем руки влюблëнному мозгу развязало. Некоторое время Пакет потерянно по чужой базе шастает, совсем не зная куда податься, чтобы оказаться в спальне, благо ящер проявлял инициативу, периодически направляя парня и успокаивая его. Секби на кровать кидают, хотя, это скорее преувеличение, чем правда, на деле варан лëг сам. — Ну всё, Секби! Что же мне с тобой сделать то? — вопрос шляпника заставляет ящера глазами смешно похлопать. Мозг неоднократно посылал сигналы, чтобы дать ответ вроде: «Поцелуй меня», но благо, в этот момент в парне что-то щëлкнуло, и он осëкся, оставляя Пугода стоять в недоумении, ведь он всё ещё ждал ответ. — И почему не признаешься? — Джаст зевает и очки снимает, потирая переносицу. Парень лениво стëкла протирает, даже не смотрит на своего собеседника, но и без этого знает, что тот губы поджал. — Я боюсь, — Секби тяжело вздыхает, всё же выдав то, что так не хотелось вслух произносить. — Так, а новое что-то будет? — очевидно, что Джуст не удивлëн ответом, но когда ящер головой мотать начинает, мол: «я не договорил», беловолосый заинтересованно бровь вскидывает и всё своë внимание на варана переключает. — Мне кажется, что Пугод не про чувства, понимаешь? — Секби глазами хлопает, судорожно ища поддержки в лице своего друга, но вместо этого видит только недоумение, — Пугод ценит время, он горит только своим делом, ему не до рефлексии и копании в чувствах... По крайней мере, такое ощущение складывается... — То есть ты боишься, не только отказа, но и того, что у тебя в принципе нет никаких шансов на то, что Пугод тебя когда-нибудь полюбит в ответ? — Джаст говорит то, что ящер не хочет слышать, из-за чего хвост рептилии дрогнул, громко стукаясь об пол, — Тяжëлый случай. Секби лбом об стол стукается, вздыхая безнадёжно, на что получает неуверенные поглаживания по затылку. Варан тихо хмыкает, понимая, что опять заставил Джаста настоящие эмоции проявить. — Могу поспрашивать его... — белобрысый губы поджал, делая вид, что этого не говорил вообще. — А что ты его спросишь? — ящер задаëт вполне резонный вопрос, даже не представляя себе этот диалог в голове, — Лучше не стоит. — Секби! — от очередного обращения варан вздрагивает, из-за чего Пугод его в нос ткнул, тут же пугаясь, ибо не планировал этого, — Прости, прости. — Что-то нужно? — ящер делает максимально невинное выражение лица, будто ничего не было, будто и не выглядит, как ходячий труп, с огромными мешками под глазами. — Вообще, я пришёл спросить о списке, что ты оставил, но ты в таком состоянии, что выгоднее спросить у зомби, — Пакет вздыхает, борясь с мыслями, что он ничего по делам не успевает. Секби вновь Пугодом любуется, без зазрения совести глазеет на аккуратный костюм, что так хорошо подчëркивал телосложение его владельца, изучает несчастную крупицу того, что не закрывала шляпа, она хоть и была роскошной, но иногда её действительно хотелось нагло стянуть. Ящер много раз представлял как выглядит шляпник, но чëткий образ в голове так и не закрепился, заставляя снова и снова гадать, воображая новые варианты. — Я начал собирать материалы из списка, — нехотя варан всё же заставляет свой мозг работать и перебирать слова в голове, чтобы что-то путное составить для ответа, ибо мучить вечно торопящегося Пугода не хотелось, — туф я точно положил, мог наверное забыть глубинный сланец, остальное всё по шалкерам растолкал. Пугод внимает всю полученную информацию и кивает кротко. Секби хоть и не видит чужих глаз, но почему-то стойко был уверен в том, что их взгляды сейчас пересекаются. — А у тебя есть свободная минута где-то на неделе? — ящер тревожно слюну сглатывает, и его поведение совсем непонятным для Пакета становится, но это только потому что он не знает, что сейчас в голове варана творится. — Да, Секби, на тебя хоть десять минут выделю, только прошу, выспись, — Пугод аккуратно укрывает парня, сам не знает почему, просто посчитал, что так будет правильней. Шляпник голову поворачивает, понимая, что ему пора топать к выходу, как вдруг в глаза бросается несчастная склянка с микстурой здорового сна, — это что? — парень последнее слово тянет, в руки бутылëк берëт, после чего на Секби таращится в шоке. Да, хоть и глаз не было видно, но эмоцию можно было интуитивно понять. — Да, я ещё не пил микстуру, — перебевает своего собеседника варан, когда тот делает вдох, — и не собираюсь... Это мой эксперимент. — Ой, дурак! — Пугод ярко реагирует, из-за чего парню, который сейчас жался в подушку, начало казаться, что он в каком-то мультфильме. Хотя, дело явно не в шляпнике, а в сонной ящерице, — Ладно, спи уже... — Пакет спешно стал с базы уходить, как вдруг обернулся, — А! Свободен буду в пятницу, где-то после обеда заскочу. После этого Секби прикрыл глаза, слушая, как быстро удаляются шаги уже бывшего собеседника. На удивление, те не раздражают, а наоборот убаюкивают, голова быстро тяжëлой становится и варана утягивает в сон, даже несмотря на неудобную позу. Просыпается ящер, очевидно, не утром, после чего сонными глазами хлопает, пока его мыслительный процесс мучительно долго налаживает работу. Внезапно, в затылок боль отдаёт, а вместе с ней и осознание, что Секби наделал. Парень тут же с кровати подлетает, в спешке начиная одеваться на выход, и он явно обнаглел, раз решил направиться к Джасту, даже не сообщив ничего. Совесть начала мучить только тогда, когда стали виднеться летающие тарелки, в которых обосновался беловолосый, но даже после грустного зова подсознания, ящер не остановился. Он влетает на базу друга, нисколько не тратя время на поиски хозяина, почему-то у варана было стойкое ощущение, что Джаст среди сундуков копошится. И он действительно угадал. — Ну это уже запредельная наглость, — белобрысый очки поправил и недовольно брови нахмурил, когда на нежданного, но вполне уважаемого, гостя обернулся. — Прости, — Секби замялся, не придумав, что дальше будет говорить, так глупо себя чувствует, от чего хмыкает тихо, — я, кажется, наметил день, когда признаюсь Пугоду... Но я не хотел этого делать, я просто... Джаст тяжело вздыхает и на один из сундуков садится, думая, как бы ему ответить. Но, кажется, ящеру и не нужен был ответ, он просто молча подошёл, присаживаясь рядом. — Мне страшно, что после этого он от меня отвернëтся. Я знаю, что у меня нет шансов, — Секби говорит это, а на душе кошки скребут. Про страх не было преувеличением, ибо Джаст видел, как его друга потряхивает. — Опять меня вынуждаешь... — беловолосый обнимает варана, глубокий вдох делая, после чего еле слышно шепчет, — Я буду рядом, можешь прийти поплакаться. — Спасибо, — ящер смеётся, после чего снова в мысли погружается, да, наличие Джаста под боком чуть-чуть успокаивало, но этого было недостаточно, чтобы полностью клубок проблем распутать.

***

      Всё время до намеченной даты Секби провëл как на иголках, некоторые жители острова даже замечали, как часто у варана вздрагивал хвост. Когда же настал день икс, ящер вообще шёл к порталу, как на каторгу, он желал встретить Пугода, желал навсегда запечатлеть, скорее всего, последний раз, когда шляпник на него смотрел не с пренебрежением. Парень вздыхает тяжело, когда видит, как из портала выходит знакомый силуэт. — Привет Секби! — радостно тянет Пугод, как вдруг замечает, что его собеседник какой-то бледный и улыбку еле натягиывает, — Что-то случилось? — Нет... То есть да, — У ящера страх новой волной накатывает, но Секби волю в кулак берёт, решая, что лучший момент для признания — именно тогда, когда страшнее всего, — я хотел сказать, что ты мне нравишься. Варан замирает, чувствуя, как ком в горле встал, не давая ничего дальше сказать. Осознание, что именно сейчас настала точка невозврата, неприятным чувством расползлось по всему телу, заставляя Секби застыть. Может ему повезло и он застыл навсегда? Оставляя себя без волнения насчёт мнения объекта воздыхания, которого, кстати, признание в любви выбило из колеи. Пугод уж точно не ожидал такое развитие диалога, от чего так неловко стало. Шляпник видит, как всё сильнее бледнеет его собеседник, и как он глаза прячет, пока у Пакета в голове невидимый таймер затикал, который с чего-то решил, что ему нужно придумать ответ за определëнный промежуток времени. — Секби, я... — Пугод слюну глотает нервно, боясь продолжать мысль, которую он хочет сказать, — Это невзаимно. У варана словно земля из под ног ушла, хотя лучше бы действительно она это сделала, ибо желание провалиться вгрызлось в подкорку мозга, не отпуская ни на секунду. Конечно он знал, что так и будет, но в сердце до последнего теплилась надежда. — Не подумай, что ты какой-то не такой, просто... Я не думаю, что когда-либо меня вообще хоть кто-то интересовал в качестве любовного интереса, — Пакет носом шмыгает, нервно губы поджимает, ибо нечто сокровенное для Секби раскрыл. — Если честно, то я догадывался, но всё равно решил рассказать... — варан замолкает, боясь дальше диалог продолжать, даже несмотря на то, что один и тот же вопрос на языке крутился, — Сделаем вид, что ничего не было? Секби наконец-то глаза поднимает на собеседника и улыбку правдоподобную натягивает, ища ответы в лице напротив. — Если тебе не противно или... — ящеру не дают закончить фразу, тут же перебивают. — Нет, нет, нет, мне не противно, правда, не подумай, — Пугод глубокий вдох делает, — давай сделаем вид, что ничего не было. Пакет в ответ улыбается и Секби в объятия втягивает первым, пытаясь его сжать так крепко, насколько возможно, ибо хотелось доказать, что ему действительно не противно, что он не думает о парне гадости. И они разошлись на хорошей ноте, напоследок улыбнувшись друг другу искренне, снова мысленно поклявшись забыть об этой ситуации.

***

— Джуст, я пришёл плакаться, — эхом по базе раздаётся хриплый голос, который всë говорил за своего хозяина.