I Dreamed About Us...

… Блядство. Казалось, только успел свыкнуться с мыслью, что офисная работа приносит человеку каждодневный стресс, хронический недосып и тягу самоудовлетвориться, чтобы сбить влияние одного из этих факторов. Но чтобы с утра пораньше приходилось вытаскивать осколки стекла из своей груди, а ты даже ни с кем не дрался… Это что-то из ряда вон. — Где была перестрелка? — внезапно раздаётся за спиной, из-за чего я чуть было не вогнал осколок глубже. Ну да, кто если не она — та, которой плевать, где и когда появляться. Главная бунтарка в команде супергероев, которую я координирую — там все, так или иначе, бунтари, но по туалетам меня преследует только она. — Часто видишь, чтобы пули впивались в грудь стеклом, а не… собственно, пулями? — задаю риторический вопрос Невидиве, чувствующей себя в мужском туалете на удивление комфортно. Приходилось незаметно проскакивать, потому что в женский большая очередь, а в мужском заняты только писсуары? — Не знаю, в свою грудь никогда ничего не ловила, — приземляется рядом со мной, между умывальниками. Видимо, опять ей до меня какое-то дело — такое, что было в мастерской Ройда, где пялилась на мою задницу. Если же перехватила меня в туалете, то теперь хочет оценить мой… Ладно, преждевременный вывод. Может, в женском и правда очередь, и она пришла справить нужду в мужской, пока никого из характерных представителей (кроме меня) нет. — Что ты здесь делаешь? — спрашиваю напрямую, извлекая один из последних осколков. — Хочешь скрытно подсчитать средний размер членов в СДС? До встречи с ней меня не тянуло так пошло шутить. Блонди Блейзер права: это дурное влияние и следствие знакомства с Неви… Хм-м, и почему я вдруг сократил её геройский псевдоним? — Подсматривать за членами в туалетах — удел мужчин, Роберт, — с хитрой улыбкой наклоняется и сталкивается со мной плечом, будто мы братаны. Гейские шутки и правда порой им свойственны. — Оставлю эту задачу тебе, потом расскажешь. Если и правда таким заниматься, один Ройд даст нам неплохую фору. Что его, дисквалифицировать, чтобы не дал нам завышенный результат? А может, не страдать хернёй и перестать думать об этой хрени про подсчёт длины херов? — Мне приснилось, как мы трахаемся, — вдруг произносит на одном дыхании, намекая, что ради этого признания рискнула заглянуть за мной в закрытую для женщин территорию. Так вот оно что… Значит, не показалось: секс и правда «витает в воздухе», как в той песне Рианны. Я бы даже сказал, секс у неё на поводке… Хотя нет, такое вслух я бы не сказал. — Не удивлён, что ты решила рассказать об этом именно здесь, — извлекаю последний осколок и поднимаю равнодушный (по крайней мере, хотелось такой выдержать) взгляд на неё. Неви коротко хмыкает, разводя руками. — Ну не в комнате для приёма пищи же. Мало ли, у кого-то на обед колбаски, а я талдычу, как выпрыгивает возникший из твоих трусов стояк. И что самое интересное, стояк не мой — просто кто-то пристроился сзади. Умеет же она настраивать фантазию других на свой лад. «Невистерва» — есть в ней что-то от второй части прозвища. — Аппетит ты бы испортила кому угодно, Неви. Независимо от того, какую еду разогревают в пластиковом контейнере. Сам не замечаю, что сокращение её псевдонима слетает уже не с моих мыслей, а с языка. Обратился к ней не как диспетчер к супергерою в своём распоряжении — и она меня на этом ловит. — Вау, и давно ты сокращаешь моё имя, «господин Диспетчер»? — Её губы вытягиваются в ухмылке, в голосе проскакивают игривые нотки. — Как будто мы с тобой друзья. Она не знает, в каких мы отношениях — я, честно говоря, тоже. Могла бы уже давно остаться на дне рейтинга и вылететь из команды, но я помог ей набрать очки — и вот мы здесь. Она, супергерой-невидимка, вся из себя уверенная и дерзкая — и я, бывший Мехамен, с голой грудью в ранах от стекла. — А мы не друзья? — тянет уточнить. Пусть сама даст ответ на этот вопрос, у меня нет сил гадать. Если я лишь случайный парень для её подколов и грубого юмора, зачем рассказывать о нашем сексе во сне? Чтобы потом расспрашивать о случайных стояках в групповом чате? — Друзей не отчитывают за факап на работе. И не относятся к ним как к подчинённым. Всё припоминает мне тот случай. Пусть не спорит, она заслужила небольшую выволочку: за непослушание принято наказывать… Вернее, за невыполнение приказов принято делать выговор. — А ещё друзья не трахаются… — пытаюсь продолжить сходу, но понимаю, что ляпнул херню. Трахаются, только потом рискуют стать парой. — Забей, сказал не подумав. Наступает неловкая тишина. Никто даже не заходит в туалет для соответствующих целей, чтобы прервать наше уединение — возможно, за выдёргиванием осколков не успел заметить, как она заперла нас изнутри. — Ну так… ничего не хочешь узнать? — многозначительно отводит взгляд, намекая, что не стесняется расспросов о своём сне. Что ж, сама напросилась… — Что именно? Приятно ли было со мной в постели? Не большеват ли оказался член? Подхожу и встаю перед Неви, упёршись в края умывальников по обе стороны от неё. К зеркалам не жмётся, а значит, готова к моему натиску — его ведь от меня добивалась? — В длину или в толщину? — с издёвкой уточняет, будто точно уловила ощущения и могла о них рассказать. Ладно, на поле словесных пошлостей её не переиграть. — В тебе, — отчеканив по слогам, пробую себя в пошлом каламбуре, ещё больше сокращаю расстояние между нами. — Не оказался ли он большеват… в тебе? Ухмылка сходит с её губ — явно удивлена моей решимости. С другой стороны, секс в туалете — плохая затея, могу и дать заднюю, если Неви рискнёт идти до конца. Или, скорее, блефовать до конца. — В самый раз, — пожимает плечами, стараясь делать вид, что вопросы от меня вполне рядовые. — Но я всё равно не кончила. Это претензия в мою сторону или в сторону моего двойника из сна? Я не произвёл должного впечатления в реальности, поэтому она не кончила со мной во сне? Вообще, с чего мне ей верить? — Предлагаешь это исправить? Прямо здесь? Чувствуя собственное возбуждение, кладу ладони на её бёдра, нарочито медленно веду к ягодицам. Эта женщина… Надеюсь, дверь в туалет и правда каким-то образом заперта изнутри. — Смотря, что ты имеешь в виду, — Неви подтягивает ноги в коленях, разводит их передо мной. Дразнит или правда хочет, чтобы я увидел «её» за одеждой? — Наши запутанные отношения? Мой прерванный оргазм? Либо же мне просто ударила по мозгам эрекция. В любом случае, это провокация с её стороны — в таком неподходящем для неё месте. — И то, и другое, — отвечаю и просто затыкаю ей рот поцелуем. Как минимум, тем, что пыталось быть на него похожим. Не уверен, насколько ей приятно соприкасаться со мной губами. Захочет — уйдёт в инвиз и оставит меня перед собственным отражением, прижимающимся к пустоте. И она исчезает… На секунду меня охватывает досада, на пару с желанием провалиться от стыда под землю (под пол туалета, в данном случае), как вдруг — чувствую, как с меня снимают ремень, расстёгивают пуговицу на брюках и тянут вниз молнию ширинки. Оттягивают резинку нижнего белья и удовлетворённо присвистывают — странная сцена, не буду скрывать. — Как я и говорила, — перестаёт «прятаться» Неви, обхватывает мой эрегированный член пальцами. — В самый раз. «В самый раз» для чего? Удобного проникновения? Она способна определить такое визуально? Звучит как очередная суперспособность. — Примерила на глаз? — интересуюсь с непроизвольным смешком. — Как туфлю по фотке в Инстаграме? Прозвучало немного по-сексистки: ни разу не видел её в туфлях — на ней при мне всегда ботинки. Впрочем, она пропустила мой подкол мимо ушей — продолжила рассматривать то, ради чего приспустила с меня брюки. — Как член по дикпику в Директе, — а-а-а, вот откуда насмотренность… Но всё равно такое вряд ли определяется без практики. — Твой пока лучший, что я видела. Даже не знаю, как реагировать. Ни на похвалу своего члена, ни на тот факт, что Неви начинает водить по нему рукой — не от банального интереса, а чтобы подрочить. Несколько минут — и вполне могу кончить, а это уже не просто похабные шутки в разговорах. — Спа… сибо?.. — сбито выдыхаю, чтобы хоть как-то разрядить возникшую атмосферу между нами. — Пожалуйста?.. — Неви, впрочем, и сама в замешательстве. Как будто все её действия — абсолютная импровизация. — Это типа чистая правда. Был бы у тебя херовый хер, так бы и сказала. Последняя фраза выводит меня на невольный смешок, на что она машинально улыбается. Задумчиво хмыкает и меняет положение, наклоняется к моему члену ртом — а это зачем? Мне и руки достаточно, а она продолжает повышать ставки… С чего ко мне такое особое отношение? — Неви, тебе не обязательно заходить так да… — не слушает меня и делает по-своему. Ей что приказ, что просьба не ублажать меня ртом — всё до одного места. До которого мне бы, по-хорошему, добраться, в качестве ответной благодарности. Накрыв головку губами, Неви проходит по моему стволу, почти сразу возвращается — действует несмело, как и с рукой; повторяет, подключая движения языка по кругу. В этом вся она: подчиниться сиюминутному порыву, а потом разбираться с последствиями. «Последствия», в данном случае, могут попасть ей на одежду — это если послушается меня (хоть раз) и вовремя отстранится. Но судя по тому, как сосредоточилась, и какая приятная дрожь проходит по моему телу из-за тепла её рта… Я, блядь, сам не уверен, что успею уловить нужный момент. Мои руки сами опускаются ей на затылок — Неви недовольно мычит, но сбросить не пытается. Они не для направления, а для подстраховки — когда буду чувствовать подходящий пик, отстраню её от себя, как бы ни противилась. Почему? Я бы начал с того, почему вообще позволил девушке, с которой мы знакомы от силы несколько дней, делать мне минет. Недавно мы повздорили так, что она имела все основания оставить след от зубов на моём возбуждённом половом органе и скрыться в неизвестном направлении — и я бы даже не доложил об этом Блонди Блейзер. Не потому что отказался бы пошлить перед начальницей, а потому что… счёл бы, что заслужил этот укус? Мои ноги исходят в дрожи сильнее, и я отстраняю Неви от себя — все «последствия» выстреливают в сторону, попадают в умывальник справа от нас. Одежда на ней невидима, но моя сперма на ней — была бы. — Ну? Довольна? — бросаю на неё равнодушный взгляд, протягивая руку к бумажным полотенцам. Кончать приятно, спору нет, но ощущение, что я стал жертвой пранка, пока в стене туалета стояла скрытая камера. — Эй, с чего такое мрачное лицо? — раздражается Неви. Включает кран и смывает мою семенную жидкость в сливную трубу — и откуда вдруг такие отголоски вины?.. — Ты кончил на глазах у горячей красотки. Радуйся, блин! Формулировка и правда предполагает положительную природу факта, но контекст… Чувствую даже какой-то стыд и использованность: меня задержали и принудили к оргазму в общественном месте — будет справедливо будет ответить тем же. — Обрадуюсь. Когда сама кончишь для меня. Вновь обхватываю её бёдра, но уже крепче впиваюсь пальцами — Неви ощутимо вздрагивает, опешив от такой внезапности. Хватаюсь за верх её брюк и, расстегнув, пытаюсь стянуть вниз — она снова уходит в зону вне досягаемости моего зрения. — Серьёзно? Настолько не хочешь светить промежностью? — помню, на каком уровне находились её глаза, поэтому почти уверен, что смотрю сейчас прямо в них. Как и в том, что Неви смущена — поэтому и «пропала» передо мной. Впрочем, спустя несколько секунд всё же появляется — астма даёт о себе знать. — Я там… — закашливается, достаёт и использует свой ингалятор, пытается объяснить возникшую нерешительность, — совсем не Барби… Она про лобковые волосы? Вот так нашла аргумент — сама с чем имела дело только что? Я сам не стремлюсь к модельному телу и соответствующей гладкости. — То есть я, по-твоему, Кен? — иронизирую над её аналогией, вновь пытаюсь оголить ниже пояса. Несмотря на явную неловкость, Неви сама мне в этом помогает, стягивая со своей стороны. … Мг-м, пурпурные. Необычно — но под цвет её волос. Всяко лучше, чем мои боксёры — для полноценного секса не подойдут, но, справедливости ради, меня застали врасплох. — «Неодетым гостям» не обрадуюсь, к твоему сведению, — акцентирует на моменте, когда бросает свои трусы мне на голову. Заслонила левый глаз, но её вульва, с аккуратной стрижкой на лобке, мне прекрасно видна и правым — мог бы и убрать слипы с линии взгляда, но так наверно… сексуальнее? Было бы ещё больше, заткни она ими мой рот, но я уже успел позавтракать и готов лишь догнаться десертом. — А у тебя во сне я был «раздет»? — решаю поинтересоваться, наклоняясь между её ног и разводя те в стороны. Трусы Неви сползают по моему лицу, я теряю терпение и просто сбрасываю те на пол — возложенную на них функцию они выполнили. — Н-не помню, мы трахались в темноте… Часто видишь во сне собственные гениталии? Занятный вопрос — и, главное, своевременный. Я собственные руки не всегда там вижу, так что член у себя запомнил бы — тем более, его отсутствие. — Нет. Чужие — тоже. Если сон пошлый, запомню только лицо и, возможно, грудь девушки. Более интересные воспоминания о нём, нежели зона промежности. — Вот и я о том же. Это был ответ Неви на вопрос, предохранялся я или нет в её влажных снах. Сейчас я тоже без презерватива, но для куннилингуса он не принципиален. Главное — подвешенный язык: Неви тут вне конкуренции, но и я как бы не промах. Должен быть, если не хочу облажаться. Приникаю и прохожу языком по влажным складкам Неви — резко вздрагивает, шумно втянув воздух через зубы. Пытается свести бёдра, но я удерживаю их крепко — позволю свести, но чуть позже. Сперва… Ещё немного скольжения вдоль половых губ, несколько кругов у клитора и проникновение между складок к тугим стенкам — так проговариваю в голове, будто отлизываю Неви по какому-то гайду для девственников. Возможно, я чересчур методичен в таком деле, как оральный секс, но судя по томным вздохам, дрожи и случайным движениям бёдер, Неви это устраивает — мой убранный за ширинку стояк тоже. Прости, но «одежды» для тебя и вправду нет. Её руки заняты моей причёской, устраивают из неё бардак, пока ноги пытаются зажать голову между — я уже не противлюсь и позволяю Неви «взять себя в заложники». Условие освобождения, судя по всему, — оргазм. Надеюсь, лишь один. Ещё немного красивых стонов, сведённых у моей головы бёдер и естественной смазки, пачкающей лицо — Неви кончает, продолжая держать меня у своего пульсирующего клитора и влажной вагины. Я рассчитывал на обычный десерт, а получил банкетный торт — теперь мне месяц нельзя притрагиваться к «сладкому». Иначе подорву боевой дух: свой, её и тех из СДС, кто узнает, что мы ублажили друг друга в офисном туалете. — Вот теперь я доволен, — гордый собой, поднимаю нижнее бельё Неви и галантно его возвращаю. Ну как, галантно — держу за края и жду, когда она переведёт дух и заберёт слипы у меня. — Скажи, а… парням часто снятся сиськи? — первое, что спрашивает у меня, пока надевает трусы. Да, дамы и господа, это мы охраняем мир и порядок в Лос-Анджелесе — и мы такие же люди, как и вы, что любят порасспрашивать друг друга о всякой херне. — Сомневаюсь, что прям каждый сон, но бывает. Лично со мной — редко, — я не сообразил, что это очередная ловушка. — Если хорошо попросишь… Могу устроить. Что-то внутри мне подсказывало, что я не готов увидеть верхнюю половину её тела оголённой, хоть уже и сполна насладился нижней. При том, что адекватная последовательность изучения тела противоположного пола должна быть обратной. — Устрой мне несколько минут наедине с собой, — забираю свою рубашку с крючка и наконец закрываю вид на свою побитую осколками стекла грудь. — Рабочий день только начался. Подхожу к двери и дёргаю ручку — всё это время мы удовлетворяли друг друга в открытом для всех желающих туалете. Крайне повезло, что единственное желание в мужском туалете оказалось лишь между нами обоими.