Sweet death

Грудь сдавливает болью и по телу будто развивается жидкий огонь. Шум в ушах перестаёт в громкий звон и хочется только кричать. Ещё совсем недавно ее тело пожирала болезнь, кашель заставлял задыхаться и царапать ногтями горло, теперь же она горела вся. Вкус "лекарства" которое ей дал отец до сих пор стоял на губах. Слезы застилали глаза, в очередной раз вскрикнув Пенелопа вцепилась ногтями в покрывало сжимая его, не слыша хруста ткани и не видя того как оно начало рваться под ее руками. - Братик! У меня было не так, сколько еще это будет продолжаться? Ей же больно...! - голос сестры раздавался будто сквозь воду, казалось будто она тонула все глубже и глубже в этой агонии. - Все индивидуально...Ты... Сознание...Скоро...- голос Деррика был слышен урывками пока девочка совсем перестала понимать слова. Перед глазами все вспыхнуло красным и ее тело подкинуло вверх, позвоночник выгнулся с хрустом и из ее уст вырвался отчаянный крик переходящий в вой. Пенелопа почувствовала как ее прижимают обратно к постели, чужие руки сжимали ее кисти не давая сдвинутся. Из нее будто вышибло весь воздух и все вокруг резко потемнело. Она будто плыла по длиной огненной реке. Казалось время перестало существовать или же это она просто потеряла его счет. Очнулась девочка резко, распахнув глаза она тут же оглядела комнату. Перед взором был только полог ее кровати. Осторожно сев она вытянула руки вперёд и ахнула. Пальцы стали длиннее как и сами кисти рук, шрамы на ладонях будто испарились. Дотронувшись до лица она почувствовала гладкость кожи, шрам под щекой так же исчез. Чтобы подтвердить свои догадки пронёсшиеся в голове Пенелопа в мгновение ока слетела с кровати подбегая к большому напольному зеркалу. Из отражения на нее смотрела невысокая стройная девушка. Длинные ноги без единого синяка которые девочка так любила получать вечно падая, тонкая талия и о боже у нее появилась грудь. - Вау...- выдохнула Пенелопа в шоке хватаясь за нее руками сквозь одежду. Последний раз когда она могла еще смотреть на себя в зеркало ей было тринадцать. Значит она и вправду изменилась так же как и сестрёнка Ивонн в свое время. Крутонувшись вокруг своей оси она поняла, что больше не чувствует боли в пояснице и плечи не напрягаются. Улыбнувшись она провела рукой по волосам которые стали гуще и длиннее чем были, а их цвет будто стал насыщенней. - Ах...! - раздался возглас сзади и резко обернувшись Пенелопа оказалась в цепких объятьях. -Ивонн... - Сестрёнка! Наконец-то! - она с силой сжала ее и девочка впервые почувствовала, что от этих объятий не трескаются ребра. - Я так волновалась! Все ждала и ждала когда ты очнёшься, брат Деррик успокаивал что ты будешь в порядке и скоро пронесёшься, а ты не открывала глаза. Пенелопа улыбнулась ее тараторенью и покрепче обняла сестру как так вскрикнула. Девочка тут же разжала объятия. - Прости! Прости! Я.. Я не думала...- Пенелопа отошла от нее на шаг назад, она и не подумала что теперь она видимо такая же сильная как и Ивонн. Та в свою очередь схватила ее руки и поспешила успокоить. - Все хорошо! Ты не виновата. Просто сейчас ты слишком сильна, все в порядке, мне ничего не будет. - она тепло улыбнулась погладив ее руку в успокаивающем жесте. Ее голубые глаза которые уже долго время отливали алым излучали заботу и Пенелопа слегка улыбнулась в ответ расслабляясь.

***

- Отец! - воскликнула Пенелопа как только дверь отворилась и тот вошел в покои. Подскочив на месте она пулей подлетела к мужчине обнимая его. Он стиснул ее в ответ и его губы тронула улыбка. - Как ты себя чувствуешь? - он склонился над дней оглядывая ее. - Это... Так, так странно! - она улыбнулась и вздохнула полной грудью чтобы продолжить как вдруг поняла, что сделала это впервые за все время как очнулась. Замешкавшись она поняла, что дышать ей и не требуется. Заметив ее замешательство Юлиан тут же забеспокоился. - Что такое? Жажда? - Пенелопа вздрогнула, как только он сказал это слово она почувствовала жжение в горле и в голове будто что-то вспыхнуло. Рука инстинктивно потянулась к шее и девочка поморщилась. Глаза начало жечь, а зрение будто улучшилось в несколько сотен раз. Она будто со стороны услышала утробное рычание как вдруг поняла, что эти звуки издает она. Сделав несколько шагов назад она начала оседать на пол пытаясь сделать вздох который ей и не особо был нужен. Вдруг ей стало дико страшно. - П-пап... Пап! - она дернулась в сторону где стоял Герцог как вдруг почувствовала руки на своих плечах. - Все хорошо, все нормально. Это абсолютно нормально. - Ивонн нежно растёрла ее плечи смотря ей в глаза. Губ Пенелопы коснулся холод, повернув взгляд в сторону она увидела сидящего рядом с ней Герцога который держал в руке бокал с чем-то красным. Вдохнув запах жидкости девочка яростно впилась в стекло глотая. Казалось за всю жизнь она не пробовала ничего более вкусного, сладкий запах и не менее сладкий вкус ополяли все внутри. Будто все это время она была страждущим путкником который не пил несколько недель и наконец-то нашел оазис. Вцепившись руками в бокал она опрокинула его на себя допивая содержимое. - Ну как? - спросила Ивонн все еще сидя рядом с ней на ковре. - Лучше, намного. - кивнула девочка облизывая губы. - Вот так, все хорошо. - кивнул Герцог - Впредь как только почувствуешь это снова иди ко мне или же Ивонн. Пенелопа кивнула на его слова как вдруг вспомнила самое важное. - А где братья? Ивонн поджала губы и посмотрела на отца. - Милая, в твоем состоянии сейчас тебе нельзя с ними видеться. Это может быть опасно. - объяснил Юлиан дочери стараясь звучать как можно мягче. - Опасно для них, да? - подтвердила свои мысли девочка. Да... Теперь она была опасна. Ведь братья не такие, теперь она не человек как они. Она как Ивонн и папа. - Значит сестра тоже первое время не виделась с братьями? - Верно, мне тоже было грустно, но так было нужно. Мы ведь не хотим чтобы с ними что-то случилось? - ответила Ивонн гладя ее по спине. Она помнила как ей было страшно первое время и как сильно ей хотелось увидеться хоть с кем-то кроме отца. Ее счастье что хоть он был рядом с ней большую часть времени. - Хорошо... - кивнула Пенелопа поджимая губы. Если так надо значит надо. Она попала к ним в семью уже после того как Ивонн стало той кем является сейчас и первое время ей тоже нельзя было к ней приближаться. Ей ничего не объясняли в начале и просто говорили, что та больна и ее лучше не тревожить, но познакомившись с ней в последствии она поняла что ее сестра отличается от остальных и дело совсем не в болезни. Теперь же Пенелопа понимала намного больше.