исход 20:4 «не сотвори себе кумира»

я ненавижу тебя. я бы вгрызся тебе в глотку, потому что ты — испорченное мясо, бракованный продукт, фригидная стерва. я хочу, чтобы ты сгнил. я ненавижу в тебе все: твой взгляд, твое дыхание. воздух, что мне приходится делить с тобой. это похоже на отравление. мне хочется тебя битьбитьбить до кровавых соплей. пока от тебя не останется только кровавый фарш. я ненавижу, что когда-то думал будто бы есть понятие «мы». никаких «мы» не было и не могло быть. есть я и объект моей ненависти улыбающийся слишком ярко. твое существование ощущается хлыстом по спине, порезом на руке. это будто бы плевок в меня. идиотская насмешка. проклятие за все, что я когда-либо делал. ты будто бы вирус или болезнь — медленно убиваешь меня. мне хочется разодрать тебе спину, хочется сломать тебе грудину, хочется посмотреть есть ли там это гнилое сердце. я бы его съел. это было бы хорошим оправданием почему ты такая дрянь — оно же сгнило и не бьется, ты ничего не чувствуешь. даже в камне эмпатии будет больше, чем в тебе. и я ненавижу себя за то, что все еще хочу к тебе. быть с тобой. — исчезни. умоляю. хватит мучать меня. столько лет попыток выбить из головы этот образ, этот голос, этот запах. я помню каждый твой изгиб, знаю каждую твою улыбку и что она значит. — не смотри на меня так. только не таким взглядом будто бы смеешься над моей слабостью перед тобой. я бы дал тебе все. я бы сделал ради тебя что угодно. минуты счастья в обмен на несколько лет боли. — хватит истерить, винсент. аластор тянет его, укладывает на себя. в этой тихой комнате только они. тут не нужно притворяться. — посмотри на меня. он говорит так снисходительно. будто бы общается с неразумным ребенком, который устроил истерику, потому что мама не купила новую игрушку. вокс чувствует, что не может перестать рыдать. он прячется в изгибе шеи и плачет навзрыд, цепляется за чужую талию пока тонкие пальцы гладят его по спине. ему плохо настолько, что хочется умереть еще раз. желательно никогда не выйти из этой комнаты, чтобы не встречаться с этими взглядами после всего, что он устроил. он действительно это сделал! аластор смотрит слишком нежно и насмешливо по-доброму. и как ему удается это совмещать? — посмотри на меня, винсент. длинные пальцы гладят по волосам и опускаются на подбородок, приподнимают экран и свет бьет по глазам, заставляет морщиться. у вокса слишком жалкое выражение лица и битый пиксель в углу. вокс пытается спрятаться, уменьшает яркость экрана, чтобы не выглядеть настолько разбитым и бьет демона по плечам, тот лишь смеется. они оба больные на всю голову и от этого пострадают все вокруг, потому что оба одержимы друг другом, чтобы наконец-то закончить это все, чтобы в конце остался только один. вокс проигрывает своей одержимости, а аластор просто фрик и никому неизвестно что там в голове. он мог бы убить вокса. нет. он мог бы ранить его почти смертельно, но они никогда не доходили до этого: разрушенные города с пламене вокруг, крики горожан, оба плюют кровью, но адреналин так бьет по голове. что мешало им закончить это все?

о д е р ж и м о с т ь.

они часть друг друга, почти симбиоз в самом хуевом его проявлении. хранят секреты на двоих, а при слишком близких схватках делят один воздух на двоих. будто бы так было всегда — ты и я. я и ты. мы. но нет никаких мы. а может не было и нас. может я вообще все это выдумал, и нет ни рая, ни ада, и тебя тоже. ты просто кучка кодов и состоишь из пикселей, а может ты мираж, а может я просто сплю слишком долго, и завтра проснусь снова популярным ведущим. твои касания ощущаются как иглы под ногтем, а поцелуи слишком колкие как песок в пустыне бьющий по сухому лицу. мне тяжело дышать, мне кажется я лежу под толщей воды и никак не могу достигнуть дна — бесконечное падение. аластор целует и кусает. он всегда так делал. он не может без крови и насилия. его пальцы сжимают слишком сильно и болит так будто бы треснуло ребро. хотя вокс не чувствует себя целым после всего, что прошел.

— это никогда не закончится.

и кто это сказал? он целует так горько в губы, но так сладко в лоб. боже, он точно дьявол. меня бьет озноб. я опять проиграл не успев начать. гейм овер.

>новая игра

>вернуться к сохранению

>выйти из игры

уже уходишь? мы только начали, ма шери. из этой клетки нельзя уйти. просто лежи тихо в моих руках, спрячься от всего мира, выдохни. — дай мне уйти. вокс хрипит и мечется, но аластор держит так крепко. опять ребенок брыкается. просто сдайся. хотя бы на эту ночь. я победил еще в первую секунду нашего знакомства. что ты строишь из себя закаленную сталь? я опытный мечник и умею обращаться с оружием. — ненавижу тебя. — уже было. не трогай меня. не говори со мной. я ненавижу тебя за то, что ты есть и так нежно гладишь меня. ненавижу эти поцелуи и тянусь за следующим пока твои руки раздевают меня. ты знаешь как я люблю кожа к коже, чтобы чувствовать твое тело рядом, плотно. будто бы склеились при рождении. я ненавижу эту мимолетную нежность, потому что это все ложь. потому что ты состоишь из пороков, а я слишком слаб и не могу всегда делать вид, что мне похуй и я совсем не чувствую себя разбитым, когда ты уходишь или снова отрицаешь нашу связь. лучше ударь меня посильнее, выдерни провода, сломай на маленькие детали, чтобы я мог ненавидеть тебя чисто без примесей. — открой рот. это не будет поцелуем. просто проверка на послушание. в комнате слишком сильно пахнет железом.