Рыцарь, на страже пустого трона

      Вокруг ничего нет. Йо уже опостылело смотреть в никуда: лишь белое, мерцающее пространство, нет ни земли, ни неба, ни верха, ни низа — только одиноко стоящий трон, за который можно зацепиться взглядом. За время, проведённое в Обители, Йо казалось, что он изучил трон вдоль и поперёк: каждый угол, каждую трещинку, каждую линию рисунка мрамора. Если он закроет глаза, то сможет до мельчайших подробностей воспроизвести королевский стул своего старшего брата.       Ведь это именно он запер его здесь. Призвал и не отпустил. Сколько времени прошло? По Обители невозможно понять какой сейчас час, день, год — всего этого просто нет. Понятия времени здесь не существует. Ровно, как и самого Йо.       Йо соткан Королём Шаманов из воспоминаний, но вполне живой: из плоти и крови, наделённый мыслями, чувствами, эмоциями. Таким, каким Хао запомнил его в том возрасте, когда всё закончилось: их противостояние, Турнир, жизнь огненного шамана в мире людей… Таким, каким Хао хотел видеть младшего брата здесь, в своей Обители. И он видит, правда, редко. И чересчур долго, по мнению самого Йо.       Короля Шаманов часто не бывает дома. У него дела, говорил Хао. Да, младший Асакура всё понимал: как у Короля, у его старшего брата прибавилось забот и хлопот, и так будет ближайшие пятьсот лет. И Йо надеялся, что не просидит это нереально долгое время здесь один, в одиночестве, лишь изредка видя близнеца перед глазами.       Хао выделялся на фоне белого, даже слепящего, света Обители ярко-красным пятном. Это кимоно ему шло, Йо не мог не признать. Хоть какое-то разнообразие для глаз.       — Хао, долго мне ещё здесь находиться? Отпусти меня. Хана давно ушёл.       Попытка номер… — Йо уже сбился со счёта — освободиться от невольно созданной собственным братом клетки. Сев у основания трона, младший Асакура скрестил ноги, но не опёрся спиной о мрамор. На коленях лежала катана, которую он по привычке носил с собой, на голове любимые наушники, но музыку слушать Йо не мог. Никакого развлечения в этом непримечательном пространстве.       Хао стоял напротив трона шагах в десяти от брата, а не пойми откуда взявшийся в Обители ветер трепал полы и рукава кимоно. Волосы заслонили взор, но Йо он не мог не видеть. Всё такой же маленький, наивный, будто уставший младший брат, каким Хао его всегда помнил. Этот образ высечен в памяти, отпечатан в подкорке, вытатуирован под веками — Король Шаманов никогда бы не смог его забыть.       Именно таким Хао повстречал его на Турнире, именно такого Йо он увидел после того, как стал Королём, и именно такого Йо он создал, чтобы помочь племяннику. Но то время прошло, Хана ушёл, а Йо всё ещё здесь. И Хао так не хотел его никуда отпускать — он же Король, Бог. Он может позволить себе всё.       — Почему ты хочешь уйти? — вкрадчиво поинтересовался Хао, медленно ступая босыми ногами к трону. — Тебе здесь не нравится? Или тебе не нравится быть со мной?       — Ты же знаешь, что это не так.       Йо слабо улыбнулся, смотря прямо перед собой. Грациозные, словно кошачьи, шаги старшего брата завораживали. Он бы смотрел на это бесконечно, если бы не одно «но»…       — Тебя же вечно нет рядом, — выдохнул младший Асакура, будто выговаривал простую истину. — Мне скучно.       — Или ты скучаешь? — переспросил Хао. — По мне.       — И это тоже, — улыбнулся ему Йо и поднял взгляд наверх, когда близнец подошёл слишком близко.       — Мне приятно возвращаться сюда и знать, что меня кто-то ждёт, — медленно, тихо произнёс Король Шаманов, присаживаясь перед братом.       Он даже не взглянул на свой трон, всё внимание было приковано к расслабленному лицу Йо, который смотрел на него с теплотой во взгляде и привычной лёгкой улыбкой. Сидеть на полу оказалось непривычно, но Королю Шаманов это даже нравилось. В кои-то веки посмотрит на свою Обитель под другим углом.       — Я никогда не запрещал тебе сидеть на нём, — Хао протянул руку и невесомо коснулся пальцами щеки близнеца.       — Нет, Хао, он твой, — Йо немного склонил голову, ощущая горячее прикосновение.       — Но ты моя половинка. Забыл? Сам же это говорил.       — Да, но… Сейчас будто всё по-другому. Ты — Король, а я — рыцарь, на страже пустого трона, — младший Асакура расплылся в улыбке от подобного сравнения.       Хао нечем было парировать. В этот раз Йо оказался прав. Молчание затянулось, вило напряжённые узлы где-то в груди. Близнецы смотрели друг на друга, не в силах отвести взгляд. Хао видел в глазах брата отражение мириад звёзд Вселенной, но главной звездой оказалось Солнце. Такое яркое, неугасаемое, в свете которого Йо бы не пожалел сгореть. А наоборот — насытиться, напитаться им сполна.       — Я и правда скучал, — почти одними губами произнёс Йо, поддаваясь вперёд.       Они сидели друг напротив друга и будто боялись коснуться, дотронуться до объекта вожделения, мысли о котором скрывали, прятали, потому что это казалось ненормальным. Для всех. Но нет, только не для них. Только не для близнецов, чья связь была уникальной с самого рождения. И они оба это понимали, только боялись сделать первый шаг.       — Я отпущу тебя, если ты кое-что для меня сделаешь, — глухо проговорил Хао, а в сердце кольнула боль — осознание, что Йо придётся отпустить.       — И что же это?       Йо, отложив катану в ножнах в сторону, откинулся назад на руки и спокойным, умиротворённым взглядом посмотрел на близнеца. Хао показалось, будто брат знал, о чём он его попросит. Или догадывался, это уже не так важно. Король Шаманов встал на колени и поддался вперёд, нависая над братом у основания своего трона. Младший Асакура даже не вздрогнул, когда почувствовал горячее дыхание на щеке и скользнувшие по руке шелковистые длинные волосы близнеца. Сейчас всё казалось таким правильным, таким нужным, таким непреодолимо желанным.       Они будто не решались. Их губы находились на расстоянии пары сантиметров. Хао смотрел на растянутые в улыбке губы брата и чувствовал, как терпение капля за каплей утекает из сознания. Он так давно об этом мечтал. Так ждал этого момента, и не понимал, что его останавливает. Йо — воспоминание. Его воспоминание — тёплое, живое, бесконечно любимое. Младший Асакура задержал дыхание, не отрывая взгляда от замеревшего в нерешительности брата, и сам потянулся навстречу.       Накрыл его губы своими боязно, и остановился, прислушиваясь к ощущениям. Это всего лишь лёгкое касание, но близнецы вздрогнули, словно их ударило током. И Йо резко выдохнул, когда Хао ответил: медленно, стараясь не разрушить тонкую связь, которая стала чем-то большим, чем просто братская любовь. Нет, Хао любил Йо по-особому, по-своему, и этого никто никогда не узнает. Младший Асакура целовал неловко, неопытно, словно делал это впервые. Впрочем, это на самом деле было так. И ни один из них не хотел задумываться над тем, что недавно, а может быть и давно, здесь побывал будущий сын Йо. Или же настоящий — в Обители не существовало времени, всё относительно.       Хао перенёс весь вес на ноги, обхватил лицо Йо ладонями, заставляя его открыть рот, и углубил поцелуй. По венам растеклась эйфория от осознания, что младший брат ему отвечает. Старается повторить движения губ и языка, старается успеть за желанием близнеца, и шумно дышит ему в скулу. Надо же, а Хао и не знал, как сильно хотел этого: почувствовать губы Йо на своих собственных, ощутить долгожданный ответ и осознать, что он тоже этого хотел. Хотел, на самом деле, всю свою жизнь.       Король Шаманов повалил близнеца на пол, если он, конечно, существовал в Обители, и стал жадно целовать его у подножия своего трона. Йо запутался пальцами в длинных волосах, но не смел сжимать их, лишь наслаждался ощущением жидкого шёлка на коже. И отвечал на поцелуй уже более смело, решительно, чувствуя скопившийся жар где-то в груди. Постепенно он стекал к низу живота, отчего вызвал у Йо глухой стон в губы Хао.       Старший Асакура отстранился, глубоко задышал и всмотрелся в блестящие глаза близнеца. Йо всё также с теплотой смотрел на него в ответ и слабо улыбался влажными от поцелуя губами.       Ну же, не останавливайся.       — Я так долго этого ждал… — хрипло проговорил Король Шаманов и на секунду прикрыл глаза.       — Так чего же ты медлишь? — Йо опустил руку и коснулся прохладной ладонью горячей щеки брата. Да, он всегда был горячим, ведь под кожей пылал настоящий огонь.       Хао не хотелось думать о том, что сотканное им же воспоминание Йо потакает его желаниям. Ему хотелось думать, что Йо сам жаждет этого, пусть даже настоящий находится в мире людей и не подозревает о том, чем его близнец занимается в Обители Короля Духов.       И Хао всё делал нарочито медленно, растягивая удовольствие. Расстегнул молнию на чёрно-оранжевом жилете брата, аккуратно стянул штаны, сам оголил свои острые плечи, приспуская красное кимоно. А Йо наблюдал за этим из-под полузакрытых век и молчал, будто боялся спугнуть.       А дальше окружавшее их светлое, мерцающее пространство закружилось калейдоскопом. Хао осмелел, покрывая поцелуями хрупкое, мальчишеское тело, которое отзывалось на ласки дрожью и мурашками по коже. Йо извивался и тихо стонал в прижатую ко рту ладонь, то направляя взгляд на брата, то откидывая голову назад. Так горячо ещё никогда не было. Тело загорелось, как спичка: Йо — фитиль, а Хао — безудержный огонь. И это им обоим нравилось.       Король Шаманов снова нашёл родные губы, впился в них жадным поцелуем и зажмурился от растёкшегося по внутренностям удовольствия, когда почувствовал жар брата изнутри. Он горел в его руках, сгорал от пламени, которое Хао передавал с каждым толчком, и не мог насытиться им. Йо шумно дышал в острое плечо близнеца и ощущал, как плавится в его руках. Да, всё именно так, как и должно было случиться. Просто они не решались высказать этого вслух, но когда Король Шаманов понял, что может вновь потерять свою половинку, наконец-то начал действовать.       — Хао! — на грани крика произнёс его имя Йо, и Король Шаманов с облегчением понял, что это не крик боли, а стон удовольствия.       Хао покрывал тело брата мимолётным поцелуями, не желая приносить ему боль. Он не хотел видеть её отражения на лице Йо. Так сладко, так жарко, так невыносимо приятно… Он никогда не испытывал этого чувства. Ни с кем, только с Йо. За столько прожитых жизней лишь Йо толкал его к подобным мыслям — словно Хао стоял на краю пропасти и желал прыгнуть в неё. Ведь знал, что там будет ждать Йо. Его Йо, которого он полюбил за столь короткую, третью жизнь. Своего близнеца, своё отражение, свою половинку.       — Пожалуйста, — шёпотом выдохнул младший Асакура. — Сильнее…       Услышав томный стон на ухо, Король Шаманов усилил темп, сжимая бёдра близнеца в ладонях. Йо хватался за него, цеплялся за плечи тонкими пальцами и дрожал от каждого движения брата внутри. А трон мраморным изваянием возвышался над ними и единственный в этой Обители оставался неподвижным, непоколебимым. Хао подумал, что его выдержка разойдётся по швам, когда почувствовал, как близнец сжался вокруг него. Мгновение — и он задрожал в его руках, прикусил нижнюю губу и глухо застонал. А внутри Короля Шаманов что-то лопнуло и оборвалось от ожидания, когда увидел лицо брата, достигшего наивысшей точки наслаждения.       — Я люблю тебя… — севшим голосом произнёс Хао, касаясь губами влажной шеи, и сделал пару завершающих движений бёдрами.       Под веками вспыхнули яркие пятна, когда Король Шаманов зажмурился от нахлынувшего на тело оргазма. Мышцы приятно расслабились, а голова тут же опустела. Он ощущал, как вздымается грудь близнеца от тяжёлого дыхания под ним, как шумно дышит ему в плечо, опаляя кожу, и не хотел возвращаться в реальность. Ещё чуть-чуть, ещё пару мгновений…       Казалось, что всё это сон, мечта, в которую Хао позволил себе погрузиться. Но в новой, начавшейся после провозглашения Королём Шаманов, жизни он никогда не спал. И несбывшихся мечт не существовало, кроме одной… Которая осуществилась прямо сейчас. Йо лениво перебирал пряди его волос пальцами и восстанавливал дыхание. Хао осмелился поднять на него взгляд, приподнявшись над близнецом на вытянутых руках, и не увидел в родных глазах порицания. Или осуждения. Или сожаления о случившемся. Йо всё также блаженно улыбался и довольно смотрел на своего старшего брата.       — И я люблю тебя, — ответил младший Асакура, прикрыв глаза.       — Так, может, ты не захочешь уходить? — с толикой надежды спросил Хао, распахивая не до конца снятое кимоно и укрывая им нагое тело близнеца.       Обнял Йо, подхватил его на руки, медленно поднялся с несуществующего в этом пространстве пола и аккуратно опустился на свой трон, усаживая брата на колени. Младший Асакура молчал долго, неотрывно смотрел в глаза своего отражения и накручивал на палец локон его длинных волос. Это произошло впервые, когда Йо за долгое время нахождения в этой клетке сел на трон Короля Шаманов. Пусть и не ощущал холодный мрамор своей кожей, лишь жар голых коленей брата. И думал. Думал над тем, что произойдёт дальше.       — Если ты не будешь покидать меня надолго, я останусь, — тихо проговорил Йо, а после своих слов увидел слабую улыбку, появившуюся на губах близнеца.       — Обещаю.       Прижав хрупкое тело брата к груди, Хао закрыл глаза и глубоко вдохнул запах с его волос. Король Шаманов почему-то представил себе, что они должны пахнуть чем-то ярким, солнечным, словно апельсин. И следом услышал этот желанный цитрусовый запах, который так подходил Йо.       Да, в этом мире, мире Короля Духов, Хао, являющийся здесь Богом, может пожелать что угодно. И единственным его желанием было всегда видеть брата рядом с собой, пусть он и всего лишь воспоминание. Но такое приятное, такое любимое…       И теперь трон никогда не будет пустым. Он это обещает.