Amor sine memoria

Жизнь слаще после испытаний

***

— Ольга? — он открыл дверь, и на пороге, совершенно потерянная, стояла она. — Привет, я не помешала? — ее голос был до того хриплым и уставшим, что звучал почти чужим. Он сразу отступил от порога, пропуская ее внутрь. — Проходи, конечно. Что случилось? Все в порядке? Она лишь покачала головой, не в силах выговорить ни слова, и шагнула вперед, уткнувшись лбом в его плечо. Дрожь пробежала по ее телу. Он понял без лишних расспросов. Молча обнял ее за плечи и мягко повел в гостиную, ни о чем не спрашивая. Вадим усадил её на диван, присел рядом, просто держа ее руку в своей, ожидая. Она сидела с опущенной головой, собираясь с мыслями, с силами. Потом тихо, почти шепотом, начала говорить: — Мы отправили деньги в клинику... Врачи говорят, что шансы есть. Он молча сжал ее пальцы, давая понять, что слушает. — Эти деньги... — ее голос дрогнул, и она замолчала, чтобы справиться с накатившими слезами. — Я не знаю, что бы я без вас... без тебя делала. Спасибо, Вадим. Это лёгкое «Вадим» совсем не осознанно сошло с ее уст, согревая его больше чем её присутствие рядом. — Я не знаю, как... — она замолчала, снова глядя в пол. — Никак, — он мягко сказал. — Не надо, Ольга. Она подняла на него глаза, полные безмерной благодарности и усталости, и кивнула. Больше ничего и не нужно было говорить. — Спасибо тебе. И в этом тихом «спасибо», выдохнутом ею с таким надрывом, заключалось нечто неизмеримо большее, чем простая благодарность. Оно вибрировало в воздухе, стирая привычные границы бесконечного, отстраненного «вы», оставляя за собой звенящий след — пока еще не произнесенного, но уже ощутимого, сокровенного «ты». В этот миг между ними возникло нечто совершенно иное — хрупкое, безмолвное, и пронзительно настоящее. Доверие.

***

«В моей голове теперь одна любовь

Мне легко дышать, я отпускаю боль

В моей голове теперь одна любовь

Спасибо, я говорю за всё, что было

Я говорю за всё спасибо

За всё, что есть, благодарю тебя»