Белая ласточка

Всегда было интересно: это кто настолько властный, что решил пойти против природы и утверждать, что то, что ему не нравится, неправильно? Вай вернулась домой поздно. Она уже ужасно валилась с ног, но нашла в себе силы принять душ, перекусить и переодеться. В спальне было уже тихо и темно. Сквозь щели в прикрытых жалюзи в комнату просачивался лунный свет. Тонкий белый луч освещал лежащую на кровати фигуру Джейн. Она отвернулась к окну, и Вай видела только её макушку. Тонкое одеяло прикрывало бёдра и ноги, а на обнажённых плечах играли белые и голубоватые блики. Тёмные волосы разметались по подушке, слегка приоткрыв нежную шею. Вайолет улыбнулась, увидев такую домашнюю картину, и, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Джейн, сняла одежду, на цыпочках подойдя к кровати. Она осторожно откинула одеяло и улеглась рядом. Её рука сразу же приобняла Джейн за талию и подтянула к себе. Синклер уткнулась носом в чужие волосы, приятно пахнущие шампунем, а затем оставила пару поцелуев на шее и плече. — Спокойной ночи, принцесса, — произнесла Вай шёпотом, устроившись поудобнее и закрыв глаза. Сейчас она уже жалела, что, находясь в участке, нагрубила Джейн через сообщения. Но в тот момент она была настолько погружена в свою работу, что всё остальное уходило на задний план. Однако теперь, чувствуя рядом тепло уже ставшего родным тела, ощущая приятный запах кожи и волос, прижимая к себе свою возлюбленную, Вай уже забывала обо всё остальном. Сейчас было просто приятно вот так лежать и не думать ни о чём, в том числе и о работе. Впервые за многие годы Вай спала как убитая и без кошмаров. Обычно она засыпала быстро из-за усталости, но её часто мучили кошмары. Но предыдущую ночь Вай даже не дёрнулась. Хотя когда она только ехала домой, из её головы не выходили мысли о том, что она отпустила Холли, которой не до конца верила даже после клятвы, касающейся Лори. Утро встретило Вайолет пением птиц за окном и проникшим в комнату солнечным лучом, который так некстати упал ей прямо на глаза. Синклер поморщилась, провела ладонью по лицу, будто бы намереваясь таким образом скинуть этот луч со своего лица, но он никуда не делся. Она отвернулась и чуть подтянулась, чтобы лечь повыше на подушке и избавиться от надоедливого света. Это сработало, но теперь в дело подключился будильник, который зазвенел так, что мог бы разбудить мёртвого. Но несмотря на все свои «старания» шумному будильнику всё же не удалось убедить Джейн открыть глаза или даже сонно и возмутительно простонать. Вай выключила будильник, а потом развернулась к спящей рядом женщине. Та, кажется, всю ночь проспала на одном боку, хотя всегда любила ворочаться похлеще Вай, что билась в панике из-за своих кошмаров. — Тебя бы пушка не разбудила, солнышко, — с улыбкой сказала Вай, приподнявшись на локте. Она склонилась над Джейн и нежно поцеловала её в щёку. — С добрым утром, детка. Джейн лишь свела брови к переносице, но глаза не открыла и ничего не ответила. Вай решила пока её не будить, поэтому встала и, натянув майку, направилась на кухню. Джейн всегда спала дольше. Намного дольше. Она могла проспать до самого обеда, в то время как Вай всегда соблюдала режим и вставала рано. Она бы ещё и ложилась раньше, если бы не работа. Иногда Вай не высыпалась, но если у неё появлялась свободная минутка днём, она могла позволить себе вздремнуть. Джейн же, мало того, что спала так, что её не разбудить никаким торнадо или самым громким звуком, так она ещё и спала долго. Однажды Вай вернулась домой в пять часов вечера, а Джейн радостно ей сообщила, что только проснулась. Вай потом забыла про свой сон на всю ночь, ведь у её возлюбленной были свои планы, а она никак не могла ей отказать. Весь следующий день на работе Вайолет просто клевала носом, стараясь не уснуть прямо над стопкой бумаг, которые ей нужно было разобрать «вот прям срочно!». Вай, как обычно, сделала себе кофе, а затем занялась завтраком для себя и Джейн. Она надеялась, что Джейн проснётся раньше, как раз в тот момент, когда Вай закончит приготовление завтрака, но та продолжала спать. Поэтому Синклер решила подняться обратно в спальню и поторопить свою спящую красавицу. Вай вернулась обратно в спальню и снова забралась в постель. Опираясь на локоть, она склонилась, и её губы легонько коснулись плеча Джейн. — Просыпайся, спящая красавица, завтрак уже готов, — промурлыкала Вай на ухо своей возлюбленной. — М-м-м, отстань… — недовольно проворчала Джейн, поправив подушку и уткнувшись в неё лицом. Вай в ответ на это уже чуть прикусила кожу на чужом плече, сменив тем самым предыдущий поцелуй. — Детка, подъём, уже утро. Джейн снова недовольно застонала, но всё же приоткрыла один глаз и нащупала на комоде свой телефон. Второй глаз открылся уже автоматически, стоило только увидеть время на экране. — Половина седьмого утра! — возмутилась Джейн. — Какого дьявола ты разбудила меня в такую рань?! Вай рассмеялась, а Джейн уже готовилась атаковать её своей помятой после сна подушкой. — Всё-всё, солнце, прекрати, — продолжала смеяться Вай, укрываясь от нападения. — Ты совсем уже с ума сошла – будить меня в такую рань? — не унималась Джейн. — А ну-ка иди сюда!  Вай обхватила чужую талию руками и притянула Джейн к себе. Она перевернулась, ложась на спину, а Джейн теперь оказалась на ней. Та захлопала глазами, явно не поняв, что нашло на её суровую девушку-полицейскую, которая всегда была настоящей трудягой. — Это что за приступ нежности с утра пораньше? — спросила Джейн, но не стала вырываться из объятий Вай. Синклер улыбнулась. — Я просто говорю тебе «доброе утро, детка», — ответила она, а затем ласково поцеловала Джейн в кончик носа. Джейн всё ещё выглядела удивлённой. — А тебе разве не нужно на работу? — она приподняла бровь, будто бы искала в словах Вайолет какой-то подвох. «Бедняжка, я так часто пропадаю на работе, что Джейн уже не верит в существование у меня выходных», — решила для себя Вай. — Я взяла сегодня выходной, котёнок, — она снова поцеловала Джейн, только на этот раз в щёку. — Специально для того, чтобы у нас была возможность провести этот день вместе. Вай надеялась, что Джейн будет рада, услышав подобное, но на её лице читалась совершенно противоположная эмоция – она будто расстроилась. Вайолет, заметив, что получила совсем не ту реакцию, которую рассчитывала получить, резко изменилась в лице. — Что-то не так? — её голос стал обеспокоенным. — Нет-нет, всё хорошо, — поспешила ответить Джейн. — Просто не ожидала, что ты возьмёшь выходной. Обычно ты сидишь на своей работе днями напролёт, будто собираешься состариться в этом участке. Вай рассмеялась, услышав это. Она не могла спорить с Джейн, ведь в данный момент та была права, и Вай это понимала. — На самом деле, — начала Вай. — На работе такой завал, что меня и впрямь не хотели отпускать даже на день. Но я смогла отстоять свои права. Ты же знаешь, что я чертовски обаятельная?  На последнем вопросе она чуть понизила голос и легонько прикусила мочку уха Джейн, намекая на желание. Её руки крепче прижали Джейн к себе, обхватив её талию едва ли не до хруста рёбер. — Куда? — ухмыльнулась Вай, когда Джейн чуть двинулась на её бёдрах, явно намереваясь встать. — Ты никуда не пойдёшь, пока не признаешь, что я обаятельная. Джейн тяжело вздохнула и закатила глаза. Она всегда так делала, но сегодня почему-то сделала это без улыбки. — Ладно-ладно, ты обаятельная, — словно бы неохотно призналась она. — Насколько обаятельная? — спросила Вай, склонив голову набок, будто заинтересованный попугайчик. — Очень обаятельная, — бросила Джейн, снова двинувшись на Вай. — Может, теперь всё-таки отпустишь? Вай хмыкнула, но всё же разжала хватку, оставшись лежать на кровати и смотреть вслед уходящей Джейн. Джейн направилась в ванную, а Вай осталась лежать на кровати. Положив руки под голову, она посмотрела в потолок и задумалась. «Кажется, мне следовало взять выходной раньше. А ещё не стоило вчера вечером так грубить Джейн. Она всё ещё зла на меня и будто бы совсем не рада тому, что я сегодня буду дома».  Вай винила себя за то, что не уделяла Джейн достаточно времени, чтобы их отношения сейчас не были похожи на отношения двух живущих в одном доме соседок или хороших подруг. Однако у Вай было не так-то много шансов спасти эти отношения, так как в её жизни всё походило на замкнутый круг. Если она уделяла меньше времени работе – Джейн злилась на то, что Вай «недостаточно» её обеспечивала, и ей следовало бы работать усерднее. Если же Вай погружалась в работу, то Джейн вновь начинала жаловаться, что теперь уже меньше внимания уделялось ей. А Вайолет, желавшая и быть рядом с возлюбленной почаще и хорошо зарабатывать, чтобы Джейн ни в чём не нуждалась, просто не могла разорваться. И выбрать что-то одно ей тоже не представлялось возможным. Джейн вошла в ванную, по пути захватив свой телефон, что всегда лежал на комоде. Она закрылась в ванной, хотя Вай всегда просила её не закрываться, так как не считала это нужным, ведь секретов друг от друга у них не было. Однако она никогда не нарушала личное пространство Джейн, приняв её выбор с закрытыми дверьми. Джейн нажала на кнопки и набрала в чате с неподписанным именем номером сообщение: — Сегодня не сможем встретиться. Моя дома. Ответ пришёл незамедлительно: — Так скажи, что уходишь по делам. — По каким делам? У меня нет никаких дел. — Но она-то об этом не знает. Ты в магазинах по пять часов торчишь. Она бы даже не догадалась. — Ты намекаешь, что секс со мной занимает всего пять часов? — Я был бы не против двадцатичасового марафона, но раз уж твоя дома, то, думаю, что управлюсь и за пять часов. — Ладно, придумаю, как от неё отвязаться. — Отлично. Но когда она снова будет весь день на работе, тебе придётся несладко, дорогая.  Джейн закусила кончик указательного пальца, читая это сообщение. — Я согласна. Целую. Она отложила телефон на стиральную машину и принялась чистить зубы. Когда Джейн вернулась в спальню, то увидела, что Вай всё ещё лежала на кровати и покачивала ступнёй в воздухе. — Разбудила меня в такую рань, а сама лежишь и нежишься в кроватке? — натянула на лицо милую улыбку Джейн. Вай тут же перевернулась на бок и посмотрела на неё. Она улыбнулась в ответ. — Я вовсе не собиралась спать, детка. — А что же ты собиралась делать? — Джейн подошла поближе и села на край кровати. — Собиралась съесть тебя, — сказала Вай, схватив Джейн за бёдра и снова усадив на себя на уровне живота. — Ты выглядишь безумно мило и сладко, когда ещё не до конца проснулась. Её сильные руки начали поглаживать бёдра Джейн, пальцы забрались под края сорочки, слегка приподняв её. Ладони скользнули выше, легли на талию. — Ты выглядишь голодной, — заметила Джейн. — О, да, — усмехнулась Вай. — Я ужасно голодная, но дело отнюдь не в еде, я хочу чего-то послаще… Она приподняла чужую сорочку выше, удерживая её на уровне груди, а затем поцеловала живот. — Решила перейти сразу к десерту? — игриво спросила Джейн. — Конечно, ты ведь знаешь, как я люблю сладкое, — Вай подмигнула, бросив мимолётный взгляд на Джейн. Вайолет продолжила поднимать сорочку Джейн, пока окончательно не сняла её и не отложила куда-то в сторону на кровати. Её руки продолжали лежать на чужой талии, а губы скользнули выше, пройдясь по ложбинке между грудей и остановившись где-то в районе ключиц. — Я скучала по тебе, котёнок, — прошептала Вай интимным тоном, продолжая целовать тело Джейн. Джейн не нравилось заниматься сексом с Вай, так как она отнюдь не чувствовала никакого влечения к женщинам, но с Синклер встречаться было выгодно: у неё большой дом, хорошая работа, домашними делами Вай занималась сама, мозги не пилила, всю зарплату тратила на желания Джейн выглядеть красиво и вкусно есть, на работу её не гнала. Чем не идеальная жизнь? Особенно после той дыры с наркоманами-алкоголиками в общежитии на окраине и без того маленького городка. Однако против секса Джейн никогда не возражала. Во-первых, это бы вызвало у Вай подозрения, ведь ни она, ни Джейн не были асексуалками, и живя вместе как пара, они бы всё равно однажды пришли к подобному решению заняться любовью. К тому же Джейн почти при первом знакомстве проболталась Вай, что у неё уже был сексуальный опыт, только с парнем. К её удивлению, Вайолет не выказала отвращения, а спокойно спросила, почему те расстались. Джейн тогда ответила стандартно – парень изменил, но никак не ожидала услышать от лесбиянки такое количество сочувствий, поданных в разных обёртках, но искренних. А во-вторых, Вай действительно умела доводить до оргазма. Как женщина она идеально понимала женскую физиологию и знала, что может быть приятно другой женщине. Ну и ещё потому, что Вай всегда спрашивала о желаниях своей возлюбленной и выкладывалась на все сто.  Если бы у Джейн попросили оценить Вай и её любовника по шкале от одного до десяти, то Вай она бы дала девятку, а своему любовнику – семёрку. Такую высокую оценку Вайолет Джейн дала ещё и потому, что та ничего не просила взамен. Она с радостью доставляла удовольствие Джейн, но никогда не просила делать то же самое для себя. И она была не прочь побыть снизу. Мужчина, с которым встречалась Джейн исключительно для секса, всегда начинал близость с «сначала мне», а Джейн никогда не позволял быть сверху, даже если ей очень этого хотелось. Ну и доставлял удовольствие он, честно говоря, так себе – ему бы не помешали уроки от Вай, которая знала все эрогенные зоны Джейн. Вай тем временем продолжала целовать шею Джейн, слегка покусывая её, а её ладони легли на груди Джейн и чуть сжали, большие пальцы примяли соски, которые тут же отреагировали, что вызвало очередную усмешку со стороны Вайолет. — Уже возбудилась, красотка? — промурлыкала Вай куда-то в шею Джейн, лизнув кожу языком. Оторвавшись от поцелуев, она подняла взгляд и посмотрела Джейн прямо в глаза. — Могу я посмотреть? Ловким движением она уложила Джейн на спину, подмяв под себя, а затем ухватилась руками за резинку трусов, потянув их вниз. Джейн послушно подняла ноги. Ещё один плюс в копилку – Вай всегда раздевала её сама, даже тут Джейн можно было не напрягаться.  Вай снова легла на спину и подтянула Джейн за бёдра к себе, так, чтобы та оказалась прямо перед её лицом. Джейн вцепилась руками в изголовье кровати, когда язык Вай коснулся её, дразняще проводя по чувствительной плоти снизу вверх. Джейн сразу же подбодрила Вайолет протяжным стоном, и уже через мгновение стала двигаться бёдрами навстречу, стараясь получить больше ласк. Чем чаще Вай ускоряла движения языком, тем громче стонала Джейн, повторяя монотонные простые движения назад-вперёд. Джейн не была любительницей долгих прелюдий и «затяжного» секса, о чём Вай была в курсе. Поэтому Джейн достигала оргазма уже спустя минут десять, но Вай было всё равно – она делала это потому, что хотела доставить своей возлюбленной удовольствие. Джейн слезла с Вай и завалилась на кровать, пытаясь прийти в себя после оргазма. Вай же выглядела довольной и всё ещё готовой к продолжению. То ли из-за её природного свойства и выносливости, то ли из-за занятий спортом, но она могла бы продолжать заниматься сексом хоть до самого вечера, брать пятиминутный перерыв, а потом идти на второй, третий, четвёртый и пятый заходы. И повторять до тех пор, пока уже тошнить не начнёт. — Теперь идём завтракать? — спросила Вай как ни в чём не бывало, игриво толкнув Джейн головой, словно маленький котёнок, просящий ласки у своей хозяйки. — Дай отдохнуть, — выдохнула Джейн, показав, что устала, и ей нужно «перенастроиться». — Какие проблемы, детка? — Вай тут же оживилась, вскочив с кровати. — Я отнесу тебя на кухню при помощи своих сильных рук. Или могу принести тебе завтрак в постель, если хочешь. Джейн кивнула. — Да, я бы не отказалась от завтрака в постель.  Вай кивнула и покинула спальню. Джейн бесцеремонно вытерла влажное от пота и возбуждения тело простынёй – Вай потом постирает, к тому же у неё всё равно есть стиральная машина. Вай вернулась уже не с пустыми руками, принеся на подносе две чашки с кофе и две тарелки с тостами. Для Джейн тосты были сладкими, с ореховой и шоколадной пастой, и с кусочками фруктов, а для Вай более диетические – из ржаного хлеба с листьями салата и кусочками помидора. Вай была не из тех людей, что, переходя на здоровое питание, тянули туда и всех своих близких. Она давала Джейн право есть то, что та хотела. А так же у неё не вызывало обиды поедание Джейн фастфуда, от которого Вай отказалась ещё в подростковом возрасте. Вай считала, что раз она приняла решение – нести за него ответственность должна только она, и нечего втягивать в это дело других, пусть даже не посторонних людей. Сегодняшний день Вайолет решила распланировать и занять Джейн чем-то интересным. Поэтому она без труда подогнала ей свой вагон и маленькую тележку идей касаемо того, куда они могли бы отправиться. Джейн же, услышав, что Вай сама предложила ей прогуляться, уже довольно потирала руки в предвкушении новых вещей, а её глаза загорелись от радости, как у маленького ребёнка. — Зайка, вот только давай не будем тратить всю мою зарплату за этот месяц на одни вещи, — попросила Вай, стараясь сказать это как можно более спокойно и ласково, чтобы вновь не обидеть Джейн. — Ну, вот опять ты начинаешь… — надула губки Джейн, но поцелуй Вай её немного смягчил. — Не злись, сладкая, — сказала Вай, убрав с лица Джейн упавшую на глаза прядь волос. — Я куплю тебе всё самое лучшее, но нам ещё много чего нужно оплатить. Джейн продолжала строить обиженную мину, а Вайолет лишь посмеивалась. — Зайчонок, ну, ты чего? Она снова обхватила Джейн за талию и прижала её к себе. Мягкий поцелуй обрушился на шею Джейн, и та решила, что с Вай достаточно «извинений». Весь день женщины провели вне дома. Вай водила Джейн по магазинам и кафе, а потом они до самого вечера гуляли в парке. И если Синклер была рада такому времяпровождению со своей девушкой, то вот Джейн уже составляла в голове план, как бы побыстрее от Вай избавиться, словно та была сейчас назойливой мухой. К счастью, долго думать ей не пришлось. Прогулка была прервана телефонным звонком. Звонили Вай. — Прости, солнышко, — Вай сунула руку в карман и достала телефон. Нахмурилась, когда прочитала имя звонящего, но всё же ответила. — Алло? — Вайолет, это шериф, — Вай не понимала, зачем он говорил это каждый раз, если в её телефоне он уже был записан. — Ты занята сейчас? — У меня сегодня выходной, — недовольно проворчала она, сжав телефон покрепче. — Я помню. «Тогда какого хуя ты мне, блядь, звонишь?!» — мысленно возмутилась Синклер. — Но у нас срочное дело. И ты нам нужна. «Неужели? Впервые «сильный» пол не смог справиться с бумажками, и они решили, что женщины в этом плане всё же разбираются лучше?» — усмехнулась про себя Вай. Раз уж этот «мужской отряд» смел обесценивать её как следователя, то и она может обесценивать их как секретарей.  Вай вздохнула и запустила пальцы в волосы. Вполне аккуратная причёска от этого жеста растрепалась, а непослушные пряди опять стали торчать в разные стороны. — Дайте мне полчаса, — попросила Вай. Она знала, что ей потребуется не больше десяти минут, чтобы на машине отвезти Джейн домой, а затем поехать на работу, но потребовала с запасом на всякий случай. — Жду тебя. Вай убрала телефон и посмотрела на Джейн. Она не знала, как объяснит ей то, что всё сорвалось. Джейн наверняка опять обидится, а они только помирились. — Джейн, — Вай обратилась к ней по имени, чтобы показать, что она настроена серьёзно. — Меня срочно вызывают на работу. Прости, что всё так… Однако Джейн не расстроилась. — О, ничего страшного, я понимаю. Конечно, иди. Вай была удивлена, так как она ожидала истерик, обид – всего того, что было в духе Джейн, а получила в ответ лишь спокойствие. И даже будто бы какое-то безразличие. — Ты надолго? — спросила Джейн. — Не знаю, — пожала плечами Вай. — Возможно, на всю ночь. Джейн кивнула. Вай сейчас очень хотела поцеловать Джейн на прощание, но мир всё ещё был настроен достаточно негативно на поцелуй двух женщин. И хоть Вай могла бы внешне сойти за мужчину, она знала – не все гомофобы слепые, чтобы не разглядеть в ней женщину. Вай раздражало, что такие люди, как она, даже после признания гомосексуальности не болезнью, были вынуждены скрывать свою сущность и природу. Даже те, кто относился к данному явлению спокойно, и то посматривали на такие пары с отвращением, просто ничего не говорили. А были всерьёз агрессивно настроенные личности, которые не брезговали и руки распускать с целью «переделать неправильную» ориентацию. Людей, принимающих других, можно было пересчитать по пальцам. Пока Вай забрасывала пакеты с покупками на заднее сиденье, Джейн вытащила телефон и написала: — Планы поменялись, так что сегодня встречаемся.

***

Вай направлялась к участку, не отрывая взгляда от лобового стекла. Она всегда водила аккуратно и старалась сильно не гонять, так как понимала, что иначе в опасности будет не только её жизнь, но и жизнь других – тех, кто также попадёт в аварию из-за её неосторожного вождения. Вай нельзя было назвать филантропом, скорее наоборот – она презирала многих людей. Ещё в юности одноклассники и относящиеся к ней с осторожностью учителя заложили в душу подростка зерно ненависти, которое они все потом упорно поливали и выращивали. Школу Вай закончила уже с проросшим ростком этого самого негативного чувства. Однако она всё ещё по каким-то причинам и беспокоилась за безопасность и здоровье людей. Ненависть Вай испытывала к одноклассникам, которые, поддерживая имидж «крутых перцев» применяли вербальное и физическое насилие, но стоило прижать их к углу, как они тут же поджимали хвосты и начинали жалобно скулить. Вай ещё ненавидела людей, говорящих, что любого человека надо простить. Синклер смеялась – да, легко это говорить, когда подобный человек никого не убил из вашей семьи или довёл до самоубийства. Она бы никогда не простила такого… Язык не поворачивался назвать это подобие человеком. Нет, не всё нужно прощать, не всех, и не все грехи должны быть прощены. Легко рассуждать о мести и прощении, наблюдая за подобным со стороны, но это всё равно, что не имеющий слуха человек выскажет музыканту своё мнение, которое выставит как профессиональную критику. Не эти люди там были, не они за этим наблюдали, не они слышали, не их близкий пострадал – не им и лезть с советами. Вай ненавидела место, где работала, и людей, с которыми работала. Они не воспринимали её всерьёз, они смеялись над её навыками и предположениями, они всегда тыкали её носом в её гендерную идентичность. И это раздражало до зуда под ногтями. Однако по этой причине у Вай была мотивация двигаться дальше, дабы утереть потом носы этим недоделанным полицейским. Вай ненавидела всю эту систему правосудия и то, как правоохранительные органы делали вид, что работают, хотя сами не работали. Вайолет видела, что им наплевать, но они даже не хотели этого признавать и передавать дело в руки таких, как Синклер – тех, кто действительно бы работал на совесть и заботился о безопасности граждан. Но больше всех Вай ненавидела убийцу, которого считала своим долгом поймать. Теперь у неё не оставалось сомнения, что мразь, изнасиловавший её мать, похититель Лори и убийца Нэлл – это один и тот же человек. И сколько у него ещё масок? Никто на работе не знал, что одна из их сотрудниц – мизантроп. А Вай считала себя такой. Она не была типичным мизантропом, который ненавидел вообще всё человечество, включая себя. Синклер, скорее, была избирательной и ненавидела только определённые группы людей. Но для многих она всё ещё оставалась человеконенавистником в полной мере. А многие для неё просто были тупы. Вай припарковала свою машину рядом с участком, заглушила двигатель, взяла ключи, вышла, заблокировав двери, и направилась внутрь. Она надеялась, что её хотя бы не заставят переодеваться в форму, но когда на входе её встретил Джейс с немного обеспокоенным и одновременно суровым взглядом, Вай поняла – произошло что-то серьёзное. — Джейс, что случилось? — остановившись перед ним, спросила Вайолет. Талис почесал подбородок. — Вай, что ты натворила? Такой вопрос заставил Вай на мгновение замереть. Когда она успела что-то натворить, если её даже здесь сегодня не было. — Ты о чём? Что я уже натворила? — в шоке переспросила Синклер. Джейс посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не подслушивал, а потом наклонился и почти шепнул Вай на ухо: — Кларк сегодня с утра бунтует, — оповестил он. — Буквально рвёт и мечет. И он хотел поговорить с тобой. С его слов – очень серьёзно поговорить. На словах «очень серьёзно поговорить» Вай поняла – сейчас ей достанется. Шериф однозначно сделает ей выговор. Только вот за что? Ведь она не делала ничего криминального. — Ладно, разберусь, — сказала Вай, пройдя мимо и направившись в кабинет шерифа. Вай постучала, дожидаясь ответа. Когда услышала по ту сторону двери «войдите», то повернула ручку и, открыв дверь, вошла внутрь. — Добрый вечер, шериф, — подала голос Вай, привлекая к себе внимание. Мистер Кларк поднял на неё взгляд, оторвавшись от бумаг. Заметив Вай, он тут же нахмурился – широкие брови сдвинулись к переносице, а на лбу между бровями залегла глубокая морщинка. Он указал ей на стул напротив своего стола. — Садись. Вайолет послушно села, по привычке раздвинув ноги и откинувшись на спинку стула. Кларк отложил ручку, которой что-то подписывал, а затем сложил руки в замок перед собой. — Как думаешь, зачем я тебя вызвал? — спросил он. «Явно не для того, чтобы по головке погладить», — подумала про себя Вай, но вслух сказала: — Мистер Кларк, если я где-то допустила ошибку, то я готова понести соответствующее наказание. — Ошибку? — шериф прищурился. — Вайолет, это не было ошибкой. Ты сделала это осознанно. Она посмотрела на него с немым вопросом. Осознанно, значит. И что же такого ужасного и осознанного она сделала, раз ему так было необходимо с ней поговорить. — А можно узнать, что конкретно я натворила? — попросила Вай. — А то я совсем не вникаю. Вай ожидала чего-то поистине серьёзного. Но она едва ли не рассмеялась, когда шериф сказал: — Кто дал тебе право выпускать заключённую? Поначалу Вай не сразу поняла, про какую именно заключённую говорил шериф, но потом до неё дошло – кроме Холли никаких заключённых не было. В любом случае тех, кого уже посадили по какой-то статье и нашли доказательства, Вай бы ни под каким предлогом выпускать не стала. — Мистер Кларк, эта девушка-беспризорница ничего ужасного не сделала, — сказала Вайолет. — Я так понимаю, ты даже не читала её дело, — сказал шериф с каким-то презрением в голосе. «Как раз читала, а вот ты, похоже, даже в лицо не видел её дело». — Кражи, драки, продажа наркотиков, ношение с собой опасного оружия, — перечислила Вай, на что Кларк даже вскинул бровь. — Из всех детей, что уже были в нашем участке, эта девчонка ничем не отличается от других. — Далеко не все из тех подростков, что были в нашем участке, носили с собой ножи и торговали наркотиками. — Возможно, мы чего-то не знаем о них. Эта девушка пойдёт по статьям, которые действительно относятся к ней, но пока у нас нет веских доказательств, чтобы её сажать. Она точно не убийца. А у нас есть дела поважнее. Если бы не слова Холли о том, что Вай нельзя доверять никому в этом участке, она бы непременно сказала, что Холли – ценный информатор и проводник в поисках убийцы. Но Вайолет решила сдержать своё обещание. Не только потому, что боялась подвергнуть свою жизнь и жизнь Холли опасности, но и потому, что сама с каждым днём всё больше сомневалась в добропорядочности своих коллег. — В любом случае, — ответил шериф. — Ты должна была согласовать это со мной. Ты не можешь принимать решения самостоятельно. Вай это взбесило даже больше, чем сексистские шутки от её коллег, ведь именно её поставили по делам несовершеннолетних, а теперь её же хотят ограничить и тут. — Мистер Кларк, я работаю так, как должна. Я никогда не допускала ошибок в документах, я отлично знаю статьи, я прекрасно провожу допросы, находя подход к беспризорным подросткам. И я требую, чтобы вы отдали это дело мне полноценно. Вы отказали мне в становлении следователем, но с детьми я сама разберусь. Это полностью моя работа, и я сама могу решать, кого отпускать, а кого держать за решёткой. Шериф явно не ожидал от Вай такой дерзости. Однако у Синклер было своё мнение о отношение к ситуации – она решила бороться за своё место, пока её не лишили последнего в этом участке. Он явно не знал, что можно ответить на это, но Вай его ответ и не требовался. — Это всё? — спросила она. Всё ещё ошарашенный шериф смог лишь кивнуть. Вай встала с места и покинула кабинет. Вроде сегодня ей удалось выйти сухой из воды. Она вошла в кабинет, где был Джейс, сорвала с вешалки свою форму. Джейс вытаращил глаза, когда заметил её действия. — Эй, ты чего? — спросил он. — Работаю, — бросила Вай, начав переодеваться. Джейс сглотнул, когда увидел спину Вай, покрытую татуировками, и перетянутую бинтом грудь. Он кашлянул в кулак. — Кхм, Вай, я понимаю, что ты лесбиянка, но я-то далеко не гей, — намекнул он. — Ага, пялишься, значит, — она подмигнула. — Вот твоя жена узнает – оторвёт тебе причинное место, чтобы глаза свои на других женщин не выпучивал. Талис тут же отвернулся, слегка покраснев. — Но будь бы я женщиной, ты бы стала со мной встречаться? — спросил он как бы невзначай. — Я? С тобой? Встречаться? — Вай рассмеялась. — Талис, я лучше дам тебе в морду, чем буду встречаться или хотя бы флиртовать с тобой. Теперь они смеялись уже вместе. Вай переоделась и направилась к выходу. — Ты куда? — удивлённо спросил Джейс, поняв, что в планы Вай не входило сидеть в кабинете с бумагами. — Мне нужно кое-куда. Если шериф спросит – скажи, что я уехала домой. Она покинула кабинет под ничего непонимающий взгляд Талиса. Вай было уже плевать на то, что ей запретил или разрешил шериф. Она поняла, что мыслями правды не добьётся. Прихватив с собой лист с объявлением о пропаже Лори, она внимательно рассмотрела его. Внизу был указан номер матери – Кейтлин Кирамман. И Вай решила, что сейчас самое время. Она вышла за ворота, чтобы шериф ненароком не поймал и не подслушал её. Сев в свою машину, Вайолет набрала на телефоне указанный номер и приложила аппарат к уху. Раздались громкие гудки, и вскоре трубку взяли. На том конце провода послышался женский, чуть хрипловатый голос: — Алло? — Мисс Кирамман, добрый вечер. Это Вайолет Синклер, из полиции. Помните, мы виделись с вами в участке? Кейтлин будто бы оживилась, услышав это. — Ох, да, конечно, я вас помню, мисс Синклер. — Прошу прощения за то, что отвлекаю вас от дела, — извинилась Вай. Она нервно закусила губу, так как чувствовала себя неловко за неожиданный даже для неё самой звонок. — Нет-нет, ничего страшного, — сразу же поспешила её успокоить Кейтлин. — У вас есть какие-то новости по поводу Лори? Пожалуйста, скажите, что моя девочка жива… Вайолет опять почувствовала это неприятное тянущее чувство в груди. Почему-то раньше ничто не вызывало в ней такой жалости, как ситуация с семьёй Кирамман. «Кажется, мне пора менять профессию, я становлюсь слишком сентиментальной», — подумала Синклер. Изо всех сил стараясь сделать голос профессиональным и немного холодным, она ответила: — Да, она жива, — Вай никогда не сказала бы этого, не будь она уверена в своих словах. Но Холли убедила её в обратном. Теперь дело оставалось только за тем, чтобы не опоздать. — Господи, я знала, я это чувствовала! — затараторила Кейтлин в трубку. — Где она? Вы нашли её? — Ищем, — спокойно бросила Вай. Ей очень не хотелось расстраивать Кирамман, но она не могла соврать. Лори жива – это факт. Лори пока не нашли – это тоже факт. — Мисс Кирамман, могу я приехать к вам? Мне нужно уточнить кое-какие детали. Вай вдруг замерла. Куда она собралась ехать? Время было уже не для того, чтобы принимать гостей, а она принарядилась в свою полицейскую форму, готовясь ехать прямо сейчас. — О… — на секунду опешила Кейтлин. — Конечно, я буду рада помочь следствию. «Вот только я не следователь», — промелькнуло у Вайолет в голове. Кейтлин наверняка воспринимала её, как следовательницу, и ещё не знала, что до этого звания Вайолет так и не допустили. Однако она не стала переубеждать Кейт, чтобы не расстраивать её. — Отлично, когда вам удобно? — спросила Синклер. Раз уж она позвонила вечером, ближе к ночи, то сочла нужным уточнить дату. Вряд ли её примут сегодня. Но Кейт сказала: — Приезжайте сейчас, я буду вас ждать. Адрес указан в листовке. Вай согласилась, всё же она и планировала сделать все дела сегодня, не желая откладывать. И тут такой случай подвернулся очень даже кстати, Синклер не могла не воспользоваться им. Семья Кирамман жила примерно в сорока минутах езды от участка, что не очень-то близко, если идти пешком. Выйдя из машины, Вай довольно быстро нашла нужный дом и постучала в дверь. Дверь ей открыла Кейтлин, ожидать кого-то другого Вай и не планировала. Кирамман впустила её в дом и пригласила сесть за стол на кухне. — О чём вы хотели поговорить со мной, мисс Синклер? — спросила Кейтлин, присев напротив. Вай собрала всю волю в кулак, морально готовясь к тому, что ей придётся спрашивать. Тема, которую она собиралась затронуть, конечно же, касалась Лори и её исчезновения. И Вайолет понимала, что вспоминать всё это матери девочки будет очень нелегко. — Мисс Кирамман, я бы хотела уточнить кое-какие детали касаемо вашей дочери. Когда Кейтлин посмотрела на неё убийственным взглядом, Вай даже невольно сжалась, но потом поспешила исправиться: — Если вы не против. Это поможет в расследовании. — Что, — было видно, что Кейтлин совсем не готова к такой беседе. — Вы вновь будете спрашивать меня о том, как она пропала? Я уже всё рассказала вашим коллегам. «Быстро же она переключается. Ещё по телефону согласилась помочь, а сейчас…» — Я – не они, мисс. Мне они ничего не говорили про Лори, но я искренне хочу вам помочь, — пыталась убедить её Вай. Кейтлин, явно уловившая в её голосе искренность, согласилась. Вай положила руки перед собой на столе, сложив их в замок, и приготовилась слушать. — Как именно пропала Лори? — спросила Вай. — Она не пришла со школы. Я всегда встречала её, но в тот день задержалась на работе, у меня был срочный заказ, и она пошла домой одна. Я позвонила ей, когда уроки закончились, она сказала, что уже была рядом с домом. Но когда я вернулась, её дома не было. — А её вещи? Рюкзак? Может быть, сменная обувь или форма? — Был. У неё был только рюкзак, в тот день у них не было по расписанию физкультуры, а обувь не носят сменную. Рюкзак был у двери. — Вы не заметили ничего странного во время разговора с дочерью по телефону? Её голос не дрожал, она не всхлипывала? — Нет, ничего такого. Я бы сразу заметила. Она была радостной, как всегда. — У вашей дочери были друзья? Какие у неё отношения в школе с учителями и одноклассниками? — Да, у Лори было много друзей. Её вообще весь класс обожал, она была душой компании, участвовала в различных мероприятиях и школьных конкурсах. Она хорошо училась, поэтому учителя ею гордились. Проблем в школе у неё не было. «Не одинокая девочка, хорошо училась, душа компании, её хвалили, и ею гордились», — отметила про себя Вай. — А она не могла уйти с кем-то из взрослых? — Нет, я научила её не доверять незнакомцам. — Хорошо. Среди родителей вашего класса не было подозрительных личностей? Например, кто-то выделялся, или к кому относились настороженно? «Зачастую преступники совсем рядом – в нашем окружении, но хорошо эти ублюдки маскируются, поэтому мы их не видим», — подумала Вайолет. — Из нашего класса нет, никого подозрительного, только вот… — Кейтлин задумалась. — Девочка из другого класса… На два года старше моей Лори. Вай насторожилась. — Что за девочка? — спросила она. — Вы её знаете? — Я видела её пару раз. Обычная девочка. С виду. — Ваша дочь с ней контактировала? — Да, Лори дружила с ней. — Вы сказали «с виду обычная девочка», а на самом деле? — Ох, не знаю. В ней будто было что-то отталкивающее. И её семья. Её мать ни разу не появлялась в школе, а сама девчонка шлялась где попало. Особенно после исчезновения Лори. Вай напряглась. — Что конкретно вы имеете в виду? — Эта девочка… Незадолго до того, как Лори пропала, я узнала, что родители этой девочки развелись. И она как-то сказала моей дочери, что хотела бы сбежать, так как она не нужна матери. Лори тогда сказала, что сбежит вместе с ней, а после она пропала. А эта девчонка ещё какое-то время жила в доме с матерью, но через полгода тоже исчезла. — Вы хотите сказать, что её тоже похитили? — Не знаю, вряд ли. Она была не промах. Я почему-то думаю, что она сама была связана с похитителем и подстрекала его на похищение Лори. — Почему вы так в этом уверены? — Она как-то сказала моей дочери, что у неё нож под подушкой хранится. Этот, как его… Балисонг. У Вай всё похолодело внутри, когда она услышала это. Пока что она знала только одного человека с таким ножом. — Мисс Кирамман, а как звали эту девочку? От услышанного сердце Вай рухнуло куда-то вниз, когда Кейтлин произнесла имя: — Холли Харт вроде. Вайолет не знала, какое чувство в ней было сильнее всего: ужас, гнев или удивление. Всё смешалось в одну массу, спуталось клубком нитей, которые невозможно было разобрать. Неужели Харт и впрямь могла быть причастна? А что, если похититель каким-то образом хотел навредить самой Холли, а та в ответ привела ему новую жертву, чтобы спастись самой? Кейтлин закрыла лицо руками и всхлипнула. — Мне очень страшно, — призналась она, вернув руки на стол. — Очень страшно однажды проснуться и узнать, что больше никогда не увижу свою девочку. Я каждую ночь засыпаю, желая, чтобы утром появились хорошие новости о ней. А просыпаясь, я лишь молюсь, чтобы она всё ещё боролась, всё ещё была жива… Вай искренне захотелось посочувствовать этой женщине. Хоть у неё самой не было детей, она точно знала – будь бы она матерью, и пропади её ребёнок – разнесла бы весь полицейский участок к чертям, добралась бы до высшей инстанции и постучалась бы ещё и туда. Она бы поставила на уши весь город, лишь бы её ребёнка нашли. Синклер положила свою ладонь поверх ладони Кейт, выражая ей тем самым свою поддержку и делясь с ней верой в лучшее. Плевать, что это был совсем непрофессиональный жест, сейчас он был важен для Кейтлин. — Мисс Кирамман, — заговорила она мягко. — Я обещаю – я найду вашу дочь. Она обязательно вернётся домой живая, а похитителя я поймаю и отправлю за решётку на пожизненное. Клянусь. Кейтлин, вникнув в слова, не выдержала и налетела на Вай, повиснув у неё на шее. Вайолет опешила от такого порыва, но услышала, как Кейт зашептала ей куда-то в шею: — Спасибо… Спасибо вам большое… Вай какие-то секунды просто стояла, но руки в итоге сами обвили хрупкую фигуру, ладони легли на чужую спину. — Не благодарите, пока ещё рано. Хотя Вай понимала, что благодарят её отнюдь не за то, что она пока не нашла Лори, а за то, что она решила всерьёз заняться этим делом. Она – единственная, кто дал потерявшей своего ребёнка пять лет назад женщине надежду вновь увидеть свою дочь. И что не менее важно – не просто увидеть, а увидеть живой. Вай покидала дом Кейтлин с тяжёлым сердцем. Она села в свою машину и не желала сейчас ехать в участок, где полно лживых людей, опустивших руки и не желавших терять время на «пустяки». Поэтому Вай решила переодеться в обычную одежду сразу же в машине. Она не забыла о Джейн, но возвращаться домой ей не хотелось. Голова вновь была забита противоречивыми мыслями, все они были о Холли и её словах. Теперь, когда Вай получила больше информации о Лори, она всерьёз задумалась, что Харт действительно могла обвести Вай вокруг пальца и заманить в ловушку лжи, чтобы выбраться на свободу. И самое главное, что Вайолет, как она подумала, только сейчас поняла – у неё нет возможности связаться с Холли. Она не могла ей позвонить, а искать её по всему городу слишком затратно по времени. Вай просто каталась по городу и уже винила себя за то, что она не справлялась со своей работой. Теперь все насмешки её коллег не казались ей оскорбительными – Вай действительно считала, что она ужасна в плане расследования, и они поступили правильно, что не стали допускать её к подобным делам. Сейчас Вай больше всего хотелось одного – курить. Но сунув руку в карман, она обнаружила там лишь смятую пачку без сигарет. И как она не заметила, что уже всё выкурила? Пришлось по пути заехать в работающий полные сутки магазин. Выйдя из магазина, Вай уже собиралась сесть в автомобиль, как до её ушей донеслись странные звуки из тёмного переулка. Синклер прислушалась и стала медленно направляться туда. Чем ближе она подходила, тем громче становились эти звуки, и теперь они напоминали стоны. Вай прихватила с собой пистолет на случай, если в переулке происходил акт насилия, а затем медленно двинулась дальше. Картинка, представшая её взору, заставила Вай замереть на месте. Рядом со стеной, прижавшись к ним лицом, стояла Холли. Она упиралась руками в кирпичную кладку перед собой, её джинсы были спущены, и именно она так громко стонала. За её спиной удобно устроился какой-то мужчина, причём видно, что довольно-таки старше самой Холли. Его руки шарили у неё под толстовкой где-то на уровне груди, а потом перемещались ниже и сжимали бёдра, пока тело продолжало делать ритмичные толчки. Вай не знала, что ей делать, она просто продолжала стоять и смотреть на это. Как полицейская, она должна была вмешаться, но ведь Холли была беспризорницей, и явно была не против того, что сейчас происходило. В итоге здравый смысл и профессионализм всё же победили, и Вай крикнула: — Эй! А ну отойди от неё! И мужчина, и Холли повернулись в сторону Вай. Мужчина тут же застегнул ширинку и бросился наутёк, а Холли натянула джинсы и сурово посмотрела на Вай. — Какого чёрта ты вмешалась?! — рявкнула она. Вайолет схватила её за руку и подтянула к себе. Глаза сверкнули гневом. — Ты что творишь, малолетка?! — в ответ спросила Вай. — Какого хера ты тут трахаешься с каким-то быдлом по подворотням?! — Деньги зарабатываю! Непонятно, что ли? Вай нахмурилась. — Проституцией, значит, занимаешься? — она отпустила её руку, но её лицо всё ещё оставалось злым. — Ладно, мне плевать, кому ты там даёшь, но не на улице! Это во-первых. А во-вторых, ты забыла, что снова можешь оказаться за решёткой? Если не выполнишь свою часть сделки. — Сказала же, что выполню. — Ты мне почему не сказала, что знала Лори лично до того, как она пропала? И что ты сбежать думала от матери? Холли вытаращила глаза, не сразу сообразив, откуда у Вай эта информация. Но тут же вновь насупилась. — Потому что вы все одинаковые. Вам, копам, лишь бы осудить! — Вот как, да? — усмехнулась Вай. — Значит, догадывалась, что тебя осудить могут? Догадывалась, что о твоей связи с убийцей узнают? — О какой связи? Ты думаешь, я работаю на него? У тебя паранойя, если ты так думаешь. — А что я должна думать? Ты половину от меня скрываешь! Холли вздохнула. Разборки её утомляли. — Ты – коп, ты должна понимать, что не всё можно рассказать сразу. Я обещала, что Лори вернётся домой, я обещание выполню. — И ты же сама расправишься с убийцей, — напомнила Вай. — Как? — А это уже я решу. За тобой – молчание. А молчание – золото.