Игра с кошмаром

*** Я прекрасно видел весь спектр эмоций Вивиан: от радости до истерии. Когда она влетела в меня на улице вместе с Сэм, я даже опешил от такого исхода событий. Я, как обычно, бегал. Я ненавижу бегать днем или вечером, так как привлекаю слишком много нежелательных взглядов девушек ко мне. Нет, мне это очень льстит, но это просто не мое. Я совмещаю работу, учебу и увлечения. Кристофер не такой: он большую часть времени радуется молодости и спит со всеми. Если вы напишите на своем лбу: «Я первокурсница» или «Я та самая стерва, которая не дает», он сделает все, что угодно, чтобы оприходовать вас. Я не знаю, почему у него такие идеалы в сексе, особенно на один раз, но этим грешу и я, хоть и редко. Мы хоть и немного схожи внешне, но я старший брат. Наши вкусы разнятся во всем, кроме увлечений. Локвуд в целом – это не то, что мне обычно нравится. Я предпочитаю более ярких девушек, как та же Сара или Лилит, но не мог оторвать взгляда от Вивиан. Она какая-то не такая. От нее даже не пахнет чем-то особенным – меня всегда цеплял женский запах, их выбор духов. Я ловил шлейф ее духов: вроде пахнет сладкой выпечкой, а вроде и цветами. Не мог понять, но чувствовал на языке этот сладко-приторный привкус ее духов. Тем более, по сравнению со мной, она миниатюрная: ее рост... не скажу про фигуру, но она средняя. Скажем так, не полная и не худая. У меня в критериях девушек есть два типа тел – худая и толстая. Я не мог представить ее ни к одной из этих категорий – она всегда носит мешковатую одежду, которая закрывает ее верх. Я запомнил одну хорошую фразу нашего друга, который, увы, погиб: «Недаром говорят, что тихие – самые извращенные». Эта фраза полностью ассоциируется с Вивиан: я мельком видел ее книги, я видел, как она на меня засматривалась, ее челюсть чуть ли не до пола достала, пока Сара не отвлекла ее внимание какой-то новой книгой. Многие девушки твердят: «Парни не замечают мелочей, как мы стараемся для них», «Они не понимают наших взглядов и намеков». Мы замечаем. Поверьте. Не все, я не буду всех под одну палку грести, но мы замечаем. Некоторых надо ткнуть лицом в маленькое изменение в вашей внешности или поведении, чтобы они начали заливать комплиментами из всех щелей. Даже до самой сраки. Я могу привести в пример Уилла: Он был тем еще подкаблучником, но элитным. Я тоскую по нему. Как и по его сучке Лилит, которая не умеет держать язык за зубами, а потом Сайлент получал по мордасам. Я с Кристофером каждый раз его спасал, а он взамен нас научил ездить на мотоциклах и помог получить права. Выгодная сделка была – мы его защищаем, а он нам права. Я смотрел на девушку на своей кровати, продолжая растирать её соки между пальцами, пока они не высохли. От неё вновь пахло чем-то сладким, но это не духи. Если она пользовалась гелями для душа нашей мамы, это тоже не её запах. Она словно сама по себе источала аромат чего-то сладкого – ванили или шоколада. Её бархатная кожа прямо манила меня, а её стон... Я чуть не кончил от таких тихих вздохов, которые срывались с её уст. Мне нужна была тектоническая сила воли, чтобы не броситься на неё и не заняться с ней сексом. Мои угрозы – это не пустой звук. Я сказал? Я сделал. Не знаю, почему Кристофер её первой не трахнул, у него был сегодня шанс. Не обессудьте, но у нас с братом был спор – кто быстрее кого переспит. Я проиграл на Саманте быстро – я, как ранее упоминал, не люблю девушек с темной кожей. Не знаю почему, но у меня душа к ним не лежит. Я Сэм вижу только в качестве подруги, сестры, но не как полового партнёра. Кристофер сжалился над ней, когда узнал от нашего общего знакомого одну пикантную новость – она девственница. Забавно. Девушка, которая крутит парнями налево и направо, так ещё и может перепить элитного алкаша – девственница. Когда наш выбор пал на Сару, мы сразу оба отлетели в ноль, так как девушка ближе к нетрадиционной ориентации, да и мы не в её вкусе. Меня всё равно цепляла её яркая натура, особенно её картины: я пару штук видел, когда Вивиан не было дома. Сара звала меня, чтобы я ей помог передвинуть диван, и как раз заприметил пару картин. Элис? Она — наш брат. Мы втроём вместе ходим в одну качалку, соревнуясь в весе и новых рекордах по поднятым весам. У неё шикарная мама — она каждый раз спасала нас от домашнего ареста. Я не знаю, как ей это удавалось, но мы с Кристофером всегда выходили сухими из воды, слушая ругань ребят, которые пострадали от наших кулаков. Остаётся Локвуд. И я... победил. Перед моими глазами раскинулась красивая блондинка, которая пыхтела, хотела и жаждала меня. Я чувствую её запах возбуждения, который витает в воздухе моей комнаты. Я не думал, что эта девчонка сядет на меня сверху, пытаясь добиться раскрытого аргументированного ответа по поводу «симпатии», но, черт возьми, меня почему-то это завело. Мой член ноет, он требует разрядки, как и я сам. Мне хочется зарыться в неё по самые яйца, пометить её изнутри; я хочу слушать её громкие стоны. Мне будет всё равно, если Кристофер это услышит — пусть он сгорит от зависти. Я обламываю ему секс — я этому рад. Единственное, что меня останавливает, — это спящая Сэм. Я не знаю, насколько у неё чуткий сон, но не хочу её будить. Поэтому я помечу Локвуд по-другому — её шея будет украшена моими засосами и укусами. Она будет носить моё клеймо, пока оно не пропадёт. Нет, я не собираюсь ее помечаю, как собственность. Я хочу, чтобы она мучалась, чтобы косо смотрели. Я больше не могу сдерживаться. Выругавшись сквозь стиснутые зубы, я быстро избавился от своих боксеров, отправив их в полет на пол. Устроившись между ее ног, пальцы зацепились за края ее трусиков, стягивая их. К черту! Одним движением, рву эти жалкие лоскуты ее тонкой преграды, вызвав у нее бурную реакцию негодования или схожую на разочарования. - Кристиан, - мое имя сорвалось с ее губ, лаская мой слуховой канал. Член дернулся в ожидании погружения, я и позабыл про презервативы. Я чистый, как гребанное медицинское стекло. – зачем? - Я тебе потом новое куплю, - я хватаю ее за бедра, сжав чуть сильнее, принося легкий дискомфорт. Одним резким рывком я стягиваю ее голову с подушки, утягивая в свое «королевство» под одеяло. Моя ладонь уже переместилась на ее горло, но я не сжимал ее: Я боялся, что принесу боль, боялся, что я ее сломаю, как тростинку. Подняв ее ногу, я нашел опору под коленкой и резко вошел, выбив из ее легких воздух с глухим стоном. Если б у меня было ночное зрение, я бы любовался ее распахнувшиеся глазами, когда ее тело принимает мой член. С ее уст сорвался писк, напоминающий мне полевую мышку. - Черт, - проворчал я, остановившись в момент. Мне хотелось протянуть удовольствие, но тело этой сучки довело меня до точки невозврата. Ее ногти скользили по моей груди, стараясь зацепится за последнюю частичку здравого разума. Она сжимает меня своими стенками. Видимо, она кончила быстрее, чем я ожидал. Интересно? Какой я у нее по счету? Первый? А может быть и десятый? Похуй. Я потом наведу справки на данную личность. Самое главное – она узкая, словно бы не тронутый алмаз. Да, это звучит некорректно, особенно в ее сторону, но твою мать. Я вильнул бедром, толкнувшись в нее. Снова тихий стон сорвался с ее уст. Снова толчок. Снова. Кровать неприятно скрипнула, сигнализирует о том, что стоит ее потом проверить. Ее тихие стоны заполняли пространство под одеялом, она сдерживается. Я хочу услышать ее голос во всей красе, но, сука, не могу! Отпустив ее горло, Вивиан начала тихо кашлять. Я, видимо, случайно передавил и перекрыл доступ кислорода. - Кристиан.. Не так глубоко, - проскулила Локвуд, остепенив меня. Я увлекся. Я вышел из нее наполовину, оставляя пустой и вновь вошел, но, блять, полностью, заставляя ее вскрикнуть чуть громче. Опустив ее колено, моя ладонь накрыла ее рот, вдавливая голову в кровать. - Тшш.. – вторая ладонь легла на бедро, удерживая ее на месте. Я вновь начал в ней двигаться: сначала медленно, потом быстро и вновь медленно. Я слышал ее приглушенные стоны, которые оставались лишь в моей ладони. Кровать неприятно тихо поскрипывада,, словно бы подначивая слезть с нее нахуй и трахнуть ее на полу. Ее верхняя часть изогнулась под мной. Она сжала в ладонях простынь, скомкав ее. Мои толчки стали более интенсивными, погружаясь в ее гостеприимное нутро, обжигая моя член своей температурой. Я мог прям сейчас сдаться, покрыть ее животик своим семенем, но нет. С каждым проникновением в ее тело, темп становился быстрее, глубже сильнее. Стоны стали громче, радуя меня, но это останется только в стенах моей комнаты и одеяла. . Тяжело дышать. И вновь, я чувствую, как стенка Вивиан сокращаются, сигнализируя о том что она достигла кульминации. Ее тело дрожит, словно осенний листик на ветру, меня это радует. Скинув одеяло, я вышел из нее и развернул ее на животик, поднимая ее бедра вверху. Она хотела оторвать свою грудь от кровати, но я ей не дал этого сделать, нажав ладонью на ее спину между лопаток. Без лишних слов, предупреждений, я вновь в нее погрузился, вызвав тем самым громкий стон. - Тш! – взмахнув, моя ладонь столкнулась с ее ягодицей со звонким шлепком. Она в момент уткнулась лицом в матрас, заглушив с помощью него стон. На ее бледной коже начал проявляться мой отпечаток, словно маковое поле. Ее стоны глухо раздаются в матрас. Не хочется лгать, но я даже иногда чувствую вибрацию от ее голоса. Новый ракурс позволял достигнуть ее тех самых точек, вызывая реакцию пуще прежней. Столкновение нашей плоти наполняли комнату, влажные звуки добавляли шарм. Мои толчки стали более хаотичными, я больше не мог сдерживаться – мои яйца сейчас взорвутся, но мне так приятно внутри нее находится. Продержавшись еще немного, я быстро вышел из нее, обхватив ладонью член и кончил на ее ягодицы, которые как раз подстать рухнули на матрас. С моих уст сорвался тихий стон, пока последняя капля не вышла из меня. Вот черт.. Сглотнув слюну, я быстро встал с кровати и подошел к окну, отдернув штору в сторону: комната наполнилась лунным светом, отбрасывая страшные тени от деревьев на стены. Обернувшись, мой взгляд пал на Локвуд, которая дрожала, ее ягодицы едва уловимо покачивались, мой отпечаток красовался на ее ягодице, как и субстанция. - Живая? – с тихим смехом я спросил, видя лишь поднятый палец вверх. Значит, все хорошо. Я подошел к прикроватной тумбочке, взяв пару салфеток из упаковки. Мне не трудно было вытереть ягодицы Вивиан, даже, грубо говоря, в одно удовольствие. Только, вместо ее заслуженного отдыха – я бы пошел на второй раунд, но мне стало в какой-то мере ее жалко. - Ложись спать, - похлопав ее по ягоднице, девушка по поднялась свой корпус на локтях, и словно бы раненный солдат, потянула себя вверх, соприкасаясь головой с подушкой. Я так же поступил, но еще и заграбастал ее в свои объятия, перед тем как погрузиться в сон.