The scar you left

Эдди был напуган, после его собственного рассказа о смерти Крисси. Он понимал, насколько это глупо звучит, будто он и впрямь сошёл с ума. А его ведь только вчера спрашивала об этом девушка. Он посмотрел на Стива, что сидел сравнительно рядом и положил розочку от бутылки, но так, чтобы тот не смог её достать, если что. Ради собственной безопасности. Робин, Макс и Дастин решили оставить их ненадолго вдвоём. Ведь, ничего же странного не случилось бы, верно? –Мансон.. как ты после этого всего?– внезапно подал голос Стив, поворачивая голову к Эдди. Того трясло, зрачки были расширены от темноты и страха, сам он побледнел, глаза были распахнуты и смотрели прямо в душу. –Убей меня когда я окончательно сойду с ума, Харрингтон. "От твоей руки умереть не жалко." Пронеслось у него в голове. Их прошлые взаимодействия были сомнительными, в том числе из-за Стива, ведь он со своими любовными похождениями утомил всех. На одну из вечеринок, где был Харрингтон, как-то раз завалился Эдди с криком о том, что пришёл испортить им пати. Тогда был полнейший хаос, а Стива споили до той степени, что по пьяни тот поцеловал парня и на утро ничего не вспомнил, кроме царапины на руке, ведь тот парень не хотел отпускать. Хорошо, что тогда они были в отдельной комнате, где не было лишних глаз. А то репутация Стива пошла бы крахом, если бы кто-то узнал, что он целовался в Эдди Мансоном и не помнит этого. Услышав слова парня, Стив замер и посмотрел на него, но уже с большей тревогой. Она будто была везде, густота повисшей тишины была осязаемой. –Не говори такого, Эдди. Ты не сходишь с ума, уверяю. Тот лишь хмыкнул, а Харрингтон приблизился к нему, немного ближе, чем можно было приблизиться тому, кто был точно гетеро и точно не целован собеседником по пьяни. Он аккуратно приблизился своей рукой к его и прикоснулся, легонько, но Эдди дернулся и Стив сразу же её убрал. –Ты слышал, что я сказал, Харрингтон. –Ты не сумасшедший, Эдди. Тот посмотрел на Стива с какой-то болью. Будто он хотел, чтобы тот поцелуй что-то значил, но он был с пьяным Харрингтоном, который не общался в ним даже. –Знаешь, Эдди. Я не забыл ту ночь. Ту вечеринку. Он замер, ошеломленно глядя на Стива, что осторожно протянул руку с завёрнутым рукавом, на ней красовался небольшой шрам от царапины, что была от ногтей, но такую можно оставить только если очень сильно цепляться за человека. Всё существо Эдди забилось внутри него как птица в клетке. Воздуху не было выхода, он будто застрял в лёгких. –Я помню всё очень хорошо, Мансон. Он помнил всю ту ночь. И поцелуй в пустой комнате, и впившиеся в его руку ногти, что не хотели отпускать. Помнил даже мимолётный ответ Эдди перед тем, как тот отшатнулся от него. Даже большие, темные карие глаза, что смотрели с любопытством, но не ужасом. –А хотел бы забыть, не так ли? Стив ухмыльнулся и ответил: –Я хотел бы повторить, а не забыть. Но ты явно не в состоянии. Воздух вновь сгустился, но в этот раз сладостно и жарко, даже интимно. Откровенные слова Стива повисли в воздухе и оба не знали, что делать дальше после этого. Эдди обдало жаром. Сердце, что только недавно колотилось от страха на секунду остановилось и начало биться ещё сильнее, в совершенно новом и незнакомом ритме. Он смотрел на Стива, думая, правда ли его слова. Перевев взгляд на руку и увидев молчаливое напоминание о той ночи в виде шрама, он вновь посмотрел ему в глаза. Все его защиты дали трещину и он не знал, что делать дальше. Он отчаянно искал во взгляде Стива ложь или шутку, что он просто его обманывает, но ни тени шутки не было на его лице. –Я не хочу убивать тебя, Эдди. Я хочу, чтобы ты остался со мной, живым и в своем уме. Эдди смотрел на него дальше, а его руку в это время накрыла горячая рука Харрингтона. Дрожь в пальцах Мансона была ощутимой, как и холод его рук. Тот попросил молчаливое разрешение и как только увидел кивок, аккуратно приблизился к лицу Стива. Он немного посмотрел в плотную на человека напротив, будто не веря, что это реальность, но через секунду прильнул к губам. –Мы вернулись!! – послышался крик Робин, но как только она увидела, что происходит она встала в ступоре. –Харрингтон, как давно тебя интересует Мансон?