Вопрос жизни и смерти

— Отправьте еще два поисковых отряда и доложите мне к утру… Снаружи послышался шум, полы шатра распахнулись и громогласный голос провозгласил: — Это вопрос жизни и смерти! Мейкар поморщился и взмахнул рукой, отпуская гвардейца. Тот с недоверием покосился на гостя, но кивнул и покинул шатер. Во всем Вестеросе нашлось бы не больше десятка человек, которые вот так запросто могли ворваться в шатер принца, однако лорд Лионель Баратеон входил в их число. Он проводил гвардейца насмешливым взглядом, а потом обернулся к Мейкару, расплылся в хитрой ухмылке и продемонстрировал объемный кувшин. — Лучшее лисенийское вино! Если его не выпить прямо сейчас, может случиться непоправимое! — он проследовал к столу, водрузил кувшин прямо перед Мейкаром и заявил громким шепотом, полным притворного ужаса: — Я умру от расстройства. Мейкар, однако, шутку не оценил. Настроение веселиться не было совершенно. Кажется, Лионель понял, что что-то не так. Наткнувшись на хмурый взгляд Мейкара, он покачал головой. — А почему мой любимый принц грустит в такой прекрасный вечер? Мейкар обреченно вздохнул и нехотя ответил: — Мои дети потерялись. Лионель фыркнул так, словно Мейкар выдал самую смешную остроту, что ему доводилось слышать. — Как могут потеряться отпрыски королевской семьи? — с толикой ехидства поинтересовался он. — Скорее уж сбежали из-под опеки строгого отца. Он многозначительно посмотрел на Мейкара и разлил вино по кубкам. — Все может быть, — признал Мейкар и пригубил вино. На удивление оно оказалось весьма недурственным. Насчет лучшего Лионель, конечно, преувеличил, впрочем; он всегда отвратительно разбирался в винах. — Наверняка они сейчас наслаждаются жизнью, — сказал Лионель. — Как мы в свое время. Хотя наше время все еще не вышло. Проигнорировав кресло, он уселся прямо на стол и осушил свой кубок парой мощных глотков. — Это не отменяет всех опасностей, которые их поджидают, — не сдавался Мейкар. — Ты хоть понимаешь, что будет, если их узнают, а рядом не окажется охраны? Дейрон никогда не умел постоять за себя, а Эйгон попросту мал… — Знаешь, в чем твоя проблема? — взмахнул кубком Лионель. — Ты слишком много думаешь. — А ты забываешься, — не выдержал Мейкар. — Перед тобой как-никак принц! — Ах, простите! — Лионель картинно округлил глаза в притворном испуге. — Ты слишком много думаешь, ваше высочество. Мейкар фыркнул и протянул кубок. Лионель с довольным видом добавил ему и наполнил свой. Его присутствие немного успокаивало. Может, все и правда разрешится. Завтра стражи приведут пьяного Дейрона и чумазого Эйгона, и Мейкар прочтет им нотацию о поведении королевских отпрысков, но в конце поцелует обоих в лоб. Он выпил, откинулся в кресле и посмотрел на Лионеля. — И что ты предлагаешь? Просто сидеть и ничего не делать? — Конечно же нет! — тот потряс пустым кубком. — Сидеть, пить и чем-нибудь заниматься. Желательно очень приятным. Он подмигнул и щелкнул пальцами по кувшину. Мейкар протянул кубок, однако Лионель ухватил его за рукав и дернул, заставляя подняться. Не успел Мейкар возмутиться, как Лионель притянул его к себе и заключил в объятия. Он запустил пальцы Мейкару в волосы, не давая возможности отстраниться, и поцеловал, жадно толкаясь языком навстречу. Шторм как он есть. Для Лионеля никогда не существовало границ дозволенного. Если он чего-то хотел, то, безусловно, это получал. Предаваться разврату, пока дети неизвестно где, казалось неправильным, однако Мейкар чувствовал, что начнет сходить с ума, если не отвлечется. — Я все еще слышу, как ты думаешь, — насмешливо протянул Лионель, отрываясь от его губ. — Видимо, я что-то делаю не так. Его слова сильнее раззадоривали Мейкара. Он прильнул теснее, оказавшись между разведенных ног, припал к шее поцелуем, но тут же сменил ласку на грубость, прикусив кожу. Лионель шумно выдохнул и принялся избавляться от одежды. Он делал это так быстро и яростно, словно переполняющее желание грозило разорвать его на части. Застежки отлетали, ткань рвалась, но Лионель этого даже не замечал. Он оказался обнаженным, в то время как Мейкар успел только снять перевязь с кинжалом и распахнуть дублет. Впрочем, большего и не требовалось. Лионель уже помогал ему справиться с завязки на бриджах, при этом изнывающие ерзал по столу. Стоило Мейкару податься навстречу, и он обхватил его мощными ногами, подставляясь, открывая себя. Мейкар осторожно двинулся навстречу и вошел почти без усилий. Их стоны слились с один. — Какая же ты сука, — прошипел он, осознавая, что Лионель шел к нему именно за этим. — Сегодня я сука, завтра ты… — хохотнул Лионель, но мгновенно заткнулся и закатил глаза, когда Мейкар стал двигаться. Напряжение долгого дня начинало отступать. От стонов Лионеля возбуждение нарастало, обуревало, накрывая с головой, словно настоящий шторм. Где-то на краю сознания плескалось беспокойство. Их могли услышать. Лионель даже не пытался себя сдерживать. Стонал во весь свой громогласный голос. Подавался навстречу, тяжело дыша и порой вскрикивая. Стол скрипел, не выдерживая тяжести. Все это промелькнуло в голове и испарилось, как капли росы на ярком летнем солнце. Остались только жар тела, влажные шлепки и удовольствие подступавшее все ближе. Мейкар чувствовал, что уже на грани. Надо было отстраниться, но Лионель держал крепко, впивался пальцами в его плечи, запрокидывал голову, подставляя шею под поцелуи-укусы. Прижимался тесно и терся о Мейкара своим возбуждением. Мейкар не выдержал. Двинулся, проникая глубже, замер на мгновение и затрясся, утопая в наслаждении. Лионель зашипел, подался навстречу, дернулся и протяжно застонал, выгибаясь так, что казалось, вот-вот сломает спину. Возбуждение схлынуло так же быстро, как накатило. Приятная расслабленность растекалась по телу. Мейкар отпрянул и повалился в свое кресло. Лионель же бесстыдно растянулся на столе, еще держась за себя, выдаивая последние капли семени. Мейкар огляделся и с сожалением обнаружил, что кувшин упал на пол, и вино пролилось. Лионель лениво проследил его взгляд. — Ничего, у меня в запасах есть еще. Правда, за ним нужно идти. — Не в таком виде, — фыркнул Мейкар. — Да и у меня есть свое. И вот оно уже действительно лучшее. — Вливай прямо сюда. Лионель открыл рот и высунул язык. Картина была весьма двусмысленной, учитывая, что он все еще лежал обнаженным на столе. Впрочем, повторять Мейкару сейчас не хотелось. Лионель картинно облизнул губы. Сейчас не хотелось, но может, к концу ночи…