Любви хватит на двоих

      — До дна! — настаивает Хонджун, и друзья, не возражая, выпивают соджу целиком.       — Так значит, вы прошли в полуфинал? — Минджу сначала смотрит на Хонджуна, но тот слишком сильно занят закусками, а потом переводит любопытный взгляд на Сынчоля.       Чхве приковывает взгляд на тарелке с закусками. Его рука повисает в воздухе. Он не знает что выбрать: сушёные кальмары, картошку фри или жаренную курицу в остром соусе. Сынчоль недовольно морщится из-за алкоголя и хватает сушёного кальмара, закидывая несколько в рот.       Проигнорированная девушка раздражённо цокает и берёт в руки бутылку пива.       — Да, не знаю как, но мы прошли дальше. Никогда не думал, что мы дойдём до полуфинала, — наконец-то отвечает Сынчоль и открывает бутылку пива. Он поднимает руку, будто собирается говорить тост. — Кто-то ведь говорил, что мы неудачники, — Чхве бросает короткий взгляд на Хонджуна, отпивая немного.       Минджу сильнее сжимает правую руку. Напряжение в комнате нарастает, а под воздействием алкоголя конфликт может начаться ещё быстрее. Последствия тоже могут быть трагичными. Сынчоль — капитан баскетбольной команды, а Хонджун — вице-капитан. В каждой встрече всегда найдётся словечко, которое хоть как-то связано с баскетболом. Минджу искренне не понимает, как таким парням дали важные роли в команде.       — Я и дальше так считаю, — спокойно отвечает Ким. — Мне нужно всего пять пальцев на моей руке, чтобы перечислить тебе действительно упорных и талантливых участников.       — А ну давай. Перечисли мне.       Хонджун кладёт курицу обратно на тарелку и облизывает пальцы, испачканные соусом.       — Я, ты, — он загибает два пальца и, не раздумывая, продолжает: — Сонхва, Сан и Мингю. Остальные все находятся в команде просто так.       — Вот, значит, как. Из моих друзей ты перечислил только Мингю, но зато своих двоих друзьяшек ты не забыл. А как же Джошуа?       — Защитник из него никудышный.       — Дино?       — Во всех видит недостатки, а себя он считает лучше всех. Таким в команде не место.       — Что насчёт Джонхана?       — Я вообще не понимаю, что он там забыл, — кривится Ким и тянется за новой порцией картошки фри. — Хотя, знаешь… Он отлично украшает скамейку запасных.       — Как и твой Ёсан.       — Ну всё, всё. Хватит, — не выдерживает Минджу. — Вы пришли ко мне домой, чтобы отпраздновать такое событие. Можете хоть здесь не ссориться?       — Подожди, что? Разве мы не празднуем твою покупку новой машины? — к ней поворачивается Хонджун.       — Да, но и ваш проход в полуфинал тоже. Так что закройтесь уже, пожалуйста.       Сынчоль надувает губы и послушно опускает голову, Хонджун поступает так же, ковыряясь палочками в лапше. Минджу бьёт по банке, чтобы остатки пива оказались у неё на языке. Кажется, что в животе сейчас вот-вот лопнет шар из-за такого количества выпитой жидкости, и появляется ещё одно ощущение, более интересное и подавленное.       Когда она смотрит на Сынчоля, все представления о «ужасных парнях в универе» куда-то исчезают. Бог создавал мужчин и действительно в качестве извинений сделал его. Сынчоль такой добрый, заботливый, вежливый и хороший. Он всегда готов прийти на помощь и помочь справится с разными проблемами. Чхве Сынчоль — капитан баскетбольной команды. Прирождённый лидер, лучший из лучших, гордость команды. Все подруги вечно жалуются, что нет хороших парней, да, они не раз упоминали Чоля, но заходить глубже почему-то им не хочется. Они не говорят о его пухлых губах, густых чёрных бровях и о чудесной короткой блондинистой стрижке.       Ей не нравится, что никто не придаёт значения его красоте, но разговоры о капитане и вице-капитане среди девочек вызывают нотки ревности. Ей везёт. Ей реально везёт иметь таких друзей. Шутки, дерзость, флирт, который выходит за рамки приличия — всё это она находит в Хонджуне. В отличие от Сынчоля, Ким довольно строг. Ему всегда важен отличный результат, а чтобы простить поблажку ему нужно уж очень постараться. Строгий, дерзкий, трудолюбивый, талантливый, харизматичный и невероятно горячий. Невозможно просто взять и выбрать кого-то. Зато возможно это всё совместить, но придётся немного повозиться с моралью и выйти за пределы.       От алкоголя у Сынчоля розовеют щёки. Чоль слегка покачивается вперёд-назад, колени ноют после долгого сидения на полу. Его скованные движения чертовски привлекают. На нём белая майка, а это отличная возможность рассмотреть накачанные руки и грудь, когда тот наклоняется.       Повернув голову вбок, Минджу начинает анализировать Хонджуна: тоже майка, но такими большими мышцами он не обладает, зато прекрасная тонкая шея, ключицы и татуировка на рёбрах, прячущаяся где-то под тканью, которую она давно заметила, но рассмотреть не смогла. Это ведь отличная возможность! А возможности упускать нельзя — именно так советует Хонджун. Что ж, Джун, ты абсолютно прав.       После длинного и мучительного молчания Минджу облизывает губы и говорит:       — У меня вино ещё есть, — она оборачивается к Сынчолю, и на лице парня мелькает улыбка. — Принесёшь?       — С радостью, но мне нужно напомнить, что у тебя в холодильнике всегда куча всего и чёрт пойми сколько времени понадобится, чтобы хоть что-то найти.       — Я не уверена, что вино в холодильнике.       — Ещё лучше, — цокает Чхве, скрываясь в кухне.       Именно ему выпадает роль сходить за вином, потому что свои идеи и желания объяснять Хонджуну нужно очень долго, иногда это слишком мучительно. Сынчоль же всё схватывает налету. И за данное ей время Минджу должна впутать в это упрямого Хонджуна, ведь одного друга будет мало.       — Хонджун, я тебе нравлюсь? — резко спрашивает девушка, и Ким, молча, пережёвывая, всем телом поворачивается к ней. Он медленно проглатывает еду и с удивлением на неё смотрит.       — Почему ты спрашиваешь?       — Я хочу тебя, — Минджу подползает к нему и касается гладкой щёки. Парень чуть вздрагивает, но не сопротивляется. Девушка глядит ему в глаза. — Не могу больше сдерживаться, понимаешь?       — Минджу, мы ведь не одни. Давай как-нибудь в другой раз, ладно? — это и есть ответ. «Да, Минджу, ты мне нравишься». — Тебе стоило об этом подумать.       — Сынчоль мне тоже нравится, — теперь глаза Кима становятся ещё больше. — Вы оба такие хорошие, — ноет она и начинает поглаживать согнутое колено. Хонджун пытается держать контроль, но тихие вздохи и сдержанные руки в кулак выдают его состояние.       — Ты пьяна, я понимаю, но почему-то меня удивляют те вещи, которые ты говоришь.       — Хонджун, что ты прицепился к ней? — в гостиной появляется Сынчоль с бутылкой в руках. — Минджу, он тебя достаёт своей философией? Если что, отправим его сейчас домой.       — Нет-нет! — на удивление спокойно отвечает Джун. — Лучше нам двоим убираться отсюда. Минджу явно бредит, ты бы только слышал, что она только что сказала. Не смей сваливать всё на меня!       — Угу, что сказала?       — Хочет нас обоих.       Сынчоль любопытно поднимает бровь и как ни в чём не бывало начинает разливать вино по бокалам. Закончив, он с тем же интересом глядит на девушку.       — Минджу, давай по ещё одному бокальчику и ты пойдёшь спать? Мы с Хонджуном сейчас уедем домой, — вот даже здесь он умудряется включить режим заботливого лидера, который всё держит под контролем. Или это слишком сильно на него давит мораль. — Алкоголь нам всем затмевает разум, да?       — Засранцы.       Она поднимается с места, упирается коленом о стол и всем телом наклоняется вперёд, придерживаясь руками о край. Впивается в губы Сынчоля, жадно сминает их, прокусывает, вызывая у парня жалобный стон. Согласно давно укоренившемуся образу, Чоль должен не только оттолкнуть её, но и вовсе не позволить приблизиться к себе, а затем — отчитать за безрассудность. От удивления Минджу вынуждена прервать поцелуй и приоткрыть рот, потому что чувствует горячие руки Сынчоля под футболкой.       А затем он тянется за поцелуем. Чхве начинает целовать так требовательно, что у Минджу начинает сносить крышу. Битва с разумом проиграна. Она нехотя перерывает поцелуй и быстро поворачивает голову к Хонджуну: он замирает с бокалом в руке.       — Что это только что было? Вы адекватные? — секунда, и Ким опустошает стакан.       Минджу переглядывается с Сынчолем, и в его взгляде читается то же самое, что крутится у неё в голове: «Отправим Хонджуна домой, а сами займёмся тем, чем надо».       — Ангелок, попробуй уговорить его.       — Не нужно слов, нужны действия, — Минджу хватает парня за подбородок. Чхве полностью в её расположении. Под тем же углом Ким целует его, продолжая смотреть на взволнованного Джуна. И, конечно же, Чоль схватывает налету: он тоже смотрит прямо на Хонджуна, кусает девичье уста и не забывает ласкать грудь, заставляя Минджу выгибаться на столе. — Так хочу вас, не могу больше.       — Слышал? Не строй из себя стесняшку, — кривится Сынчоль. — Ты когда-то мне проболтался, что мечтал о сексе втроём.       — Да, но я мечтал о себе и о двух девушках, — Джун нервно начинает доливать себе ещё алкоголя. — А если два парня и девушка, то я и думать не хотел, чтобы этим соучастником оказался ты.       — Тогда проваливай.       — Нет! — выкрикивает Минджу, покусывая губу. — Он отсюда не уйдёт.       Ким сползает со стола и вцепляется в губы Джуна. Он так облегчённо выдыхает, что любые аргументы «против» не имеют значения. Хонджун не торопится: целует медленно, заставляет Минджу снизить темп и насладиться моментом. Она хватается за край майки и просит подняться, не теряя ни минуты, пальчиками нащупывает кубики пресса и упругую грудь. И Хонджун наконец-таки сдаётся: в ответ пробирается под одежду, желая коснуться каждого участка тела.       Сынчоль наблюдает за целующимися друзьями и опустошает бокал. Подходит к Минджу и прижимается к её спине, нетерпеливо хватается за края футболки. Хонджун нехотя отрывается от губ и помогает стянуть ненужную вещь.       — Раздевайтесь тоже. Чувствую на себе две пары голодных взглядов, но дайте и мне, пожалуйста, насладиться зрелищем.       — Насладиться зрелищем? — смеётся Сынчоль. Он берёт её за руку и направляет к штанам, где Минджу чувствует возбуждение. — Лисёнок, ты насладишься не только зрелищем. Я и подумать не мог, что у тебя такие мечты в голове.       — Твою мать, а что будет потом? — нервничает Джун, выглядывая из-за Минджу. — Вы двое хоть на минуту задумались о последствиях?       — Да! Наша дружба станет крепче, наша с тобой, кончено же, не в счёт, — Сынчоль резко поворачивает её к себе и целует, а рукой продолжает направлять вверх под майку.       Спиной Минджу чувствует, как Хонджун прижимается вплотную, и, кажется, он успел снять майку. Джун гладит плечи, спускается по рукам, вызывая табун мурашек. С каждой секундой напряжение нарастает, Сынчоль продолжает требовательно сминать губы, и от безвыходности девушка до боли костяшек сжимает резинку мужских шорт.       — Не будешь жалеть? — сразу же спрашивает Ким, когда Чоль в конце концов отстраняется от неё.       — Я — нет, это, скорее, к тебе вопрос.       — Хонджун, прекращай. Теперь мне становится очень стыдно: неужели мы вдвоём выебем нашу подругу?       Внезапный стон срывается с женских губ, когда Минджу чувствует, как две ладони сзади накрывают её грудь и сжимают чувствительные соски. Сынчоль довольно хмыкает от такой уверенности друга в своих действиях. Хонджун опаляет шею горячим дыханием. Кусает мочку уха и неразборчиво что-то шепчет. Минджу прислоняется к нему щекой, требуя ещё такой ласки. Чхве не позволяет полностью раствориться в любви Джуна: хватает прядь волос и пропускает между пальцами.       — У тебя такие красивые рыжие волосы, а твои глаза, подчёркнутые чёрной обводкой, ещё красивее. Настоящий лисёнок.       — Мне уже Мингю говорил об этом, — специально говорит Минджу, сильнее прислоняясь к Киму.       — Как посмел? — его рука сильнее давит на губы. — М?       — А она твоя собственность, что ли? — хмыкает Хонджун.       Минджу ничуть не стеснятся своего тела, но замечает, как взгляд Хонджуна устремляется вниз, а Сынчоль прерывает зрительный контакт. Наверное, остатки здравого смысла ещё кричат о том, что нужно уходить, но, похоже, выигрывает давно подавленное желание или просто грязная мечта. Чоль делает маленькие шаги назад к дивану, раздеваясь по пути. Хонджун, воспользовавшись ситуацией и замешательством девушки, тянет женские шорты вниз вместе с бельём, Минджу рукой обхватывает его шею, удерживаясь, но не отводит оценивающего взгляда от полуголого Сынчоля.       — Сядь мне на лицо, — заявляет Хонджун. Он берёт её за руку и ведёт к дивану, забирая всё внимание на себя. Джун быстро устраивается на диване, легко улыбается, подмигивает и жестом зовёт к себе. — Ну давай же.       У Минджу подгибаются ноги от возбуждения. Она подползает к нему. Остановившись, девушка нависает над ним и подаётся ещё вперёд, чтобы промежность была на уровне его рта. Минджу не сразу соображает, почему Ким не лёг головой к спинке дивана. Вместо этого он вытягивается вдоль выдвинутой части. Чуть не теряет равновесие, когда Джун проводит языком вдоль и решает проникнуть кончиком глубже. Минджу наклоняется немного вбок, отчаянно цепляясь за спинку дивана, и вспоминает, что в этой комнате присутствует ещё один человек.       Сынчоль пожирает их взглядом.       — Сынчоль, — еле мямлит.       Он встаёт напротив неё. Ладонь парня ложится на горячую, красную щёку. Чоль гладит её и смотрит прямо глаза, наблюдает, как Минджу в состоянии только приоткрыть рот и тяжело вдыхать. Одним движением стягивает с себя шорты вместе с боксерами, хватает её за затылок и направляет вниз.       Минджу не может приступить сразу. Хонджун хватает под коленями и заставляет прижаться к его лицу ближе. Девушка громко и глубоко выдыхает перед тем, как взять член Сынчоля в рот. Он не церемонится, сразу толкается вперёд. Ким помогает себе рукой, обхватывая всё основание. Глаза девушки расширяются, она пробует взять глубже, из-за чего понемногу вытекают слезы. Не успевает даже набрать подходящий темп, потому что член выскальзывает из-за рта.       Хонджун приставляет к входу два пальца и медленно входит, заставляя девушку жалобно стонать. Непонятно, специально ли, чтобы подействовать на нервы Сынчолю. Минджу откидывает голову назад и только спустя мгновение вспоминает, что перед ней стоит Сынчоль. Мужская рука снова зарывается в копну волос. Попытка номер два: Минджу берёт член целиком, в этот раз уделяя время головке. Терпение Сынчоля и так на исходе, потому что Чоль начинает сильнее вдалбливаться в горло.       Он тяжело дышит, но находит силы сказать:       — Я бы хотел попросить тебя подразнить Хонджуна. Заставь чувствовать его ничтожеством, не умеющим удовлетворить женщину. Не кончай ему на лицо, лучше кончи от моего члена.       Минджу бы с радостью подразнила Кима, но только для того, чтобы заставить его работать ещё лучше. Заканчивать она планирует ему на лицо, но и не откажется подставить задницу под Чхве. Минджу останавливается, чувствует, как волна удовольствия охватывает тело. Сынчоль хватает женское запястье, просит подняться. Девушка подбородком указывает на круглый прозрачный столик, где на нижней полке столика лежат презервативы и смазка.       Хонджун тем временем меняет положение: упирается о спинку дивана, стягивает с себя бельё. Не успевает до конца надеть защиту, пойманную от друга, как Минджу устраивается поудобнее у него на бёдрах и слышит звук открывающего тюбика.       — Ты точно выдержишь, котёнок? — вежливо спрашивает Хонджун, поглаживая плечи и ягодицы подушечками пальцев.       Уже и так поздно отступать, Сынчоль пристраивается сзади девушки и припадает к шее.       — Справишься с нами двумя? — переспрашивает Чоль, будто не веря.       — Да, пожалуйста. Пожалуйста.       — Прекрати дразнить её, — Джун ласково заправляет прядь волос за ухо. — Ты только посмотри, какая она измученная.       Ким входит во влагалище девушки постепенно, а руками продолжает поглаживать ягодицы. Он не двигается, лишь ждёт когда войдёт Сынчоль. Чоль одним пальцем толкается в анальное отверстие. В уголках глаз скапливаются слёзы, когда он добавляет ещё один палец. Она начинает искать утешение в Хонджуне: снова всматривается в его глаза, губы, шею, видит татуировку «carpe diem» на рёбрах.       Минджу приподнимает голову и прикрывает глаза, нетерпеливо сжав промежность, чтобы почувствовать член Хонджуна. Сынчоль всё ещё растягивает кольцо мышц, заставляя всех ждать. Минджу вытягивает руки вперёд, упирается о живот Хонджуна и медленно начинает опускаться, но Ким тут же прерывает удовольствие: берёт её за подбородок. Джун недовольно качает головой, мол, «Не зли Сынчоля своим поведением».       Минджу ощущает, как Сынчоль начинает входить в узкий проход. Тело не выдерживает, и девушка падает в объятия, утыкаясь носом в мужскую, вспотевшую шею. Чоль обхватывает талию и останавливается.       — Терпи, — приказывает Сынчоль, сильнее сжимая ягодицы.       — Вот же мерзавец, правда? — хмыкает Хонджун.       Почему Хонджун такой нежный и внимательный, а Сынчоль ведёт себя как голодный зверь? Всё ведь должно быть наоборот! Неожиданно, но как приятно!       Чхве медленно начинает толкаться, вызывая приглушённые стоны всех троих. Хонджун ещё ждёт, пока Чоль наберёт темп, а сам убирает стекающие слёзы, размазывая их по красной щеке. Они дают друг другу немного времени, прежде чем двигаться одновременно. Минджу облегчённо стонет, когда получает то, чего так желает. Женские руки обвивают шею Хонджуна. Сынчоль крепче держит бёдра и набирает темп. Ким же толкается медленнее. Такая разница между ними Минджу нравится даже больше.       — Всё хорошо? — девушка чувствует горячее дыхание у уха.       Она не может ответить сразу, потому что чуть ли не задыхается. Ким сильнее обвивает шею Хонджуна и довольно мычит.       — Просто продолжайте.       — Тебе реально нравится то, что мы оба трахаем тебя? Два твоих хороших друга, — смеётся Сынчоль, продолжая активно двигать бёдрами.       Минджу бесстыдно кончает, хотя считала, что продержится дольше. Всему виной проклятый Сынчоль, его слишком длинный язык и грязный стиль. Не успевает опомниться, как сзади тут же доносится хриплое:       — Минджу, мы ещё не кончили.       — Ещё один раунд, договорились? — подхватывает Ким. — Если трое, так трое, не только ты.       Джун заманивает её в короткий и мокрый поцелуй. Минджу что-то неразборчиво хмыкает, а Хонджун, не вслушиваясь, приподнимается, тянет за собой и давит на плечо, чтобы та встала в колено-локтевую позу. Сынчоль устраивается сзади и, перед тем как начать, шлёпает, вызывая у девушки крик. Минджу облизывает губы и берёт в рот член Хонджуна, старясь взять целиком. Джун наматывает волосы в кулак, но не для того, чтобы заставить взять глубже, а чтобы волосы ей не мешали.       Первое тяжёлое мычание вылетает из её губ. Сынчоль входит во влагалище и быстро набирает темп. Шлепки становятся мокрее, Минджу не знает, куда себя девать. Из-за нехватки воздуха она отстраняется от члена Джуна и пытается как можно быстрее надрачивать рукой. Поднимает мокрые глазки и видит абсолютно спокойное выражение лица Хонджуна. Он ни чуть не злится, просто знает, что это всё из-за Сынчоля. Минджу собирает оставшиеся силы и в качестве извинений целует головку и постепенно начинает набирать скорость, не забывая помогать себе рукой.       Девушка доводит Кима, слышится довольное мычание. Весь контроль теперь переходит к Сынчолю. Минджу сильнее прижимается щекой к дивану, Чоль кладёт ладонь на спину, заставляя выгнуться ещё сильнее и прижаться. Толчки становятся то быстрее, то медленнее, у него ещё остаются силы дразнить. Она сильнее сжимает руку Хонджуна, которую он ей протягивает.       Дальше всё как в тумане, но Минджу отчётливо помнит, как лежит на диване и её сильно клонит в сон. Она принимает душ вместе с Сынчолем, и на губах как будто ещё остаются остатки алкоголя. Хонджун переодевает в чистую одежду, и, перед кем как окончательно уснуть, Чхве вспоминает:       — Мы же когда-то планировали устроить ночёвку втроём.       — Идиот, кончено, планировали, но мы хотели заказать пиццу и смотреть фильм, — недовольно фыркает Джун, накрывая Минджу одеялом. — Надеюсь, завтра мне сотрут память.