Кризис в отношениях

Врата взорвались. Раньше такого не бывало, поэтому в рядах людей возникла суматоха, но командиры быстро взяли свои группы под контроль и, раз уж демонов не осталось, начали перекличку и проверку раненых. — Настя! — от тревоги в голосе заместителя главы штурмового батальона всем стало не по себе. — Настя, слышишь меня? Его отбросило взрывом на приличное расстояние, и то, что он выпустил свою подопечную из поля зрения, ни для кого не сулило хорошего. Ведь в его обязанности входило защищать на поле боя единственного в батальоне целителя, а раненых было предостаточно. И он метался от тела к телу, пытаясь хотя бы найти ее. — Слышу, слышу! — ворчливо и глухо раздалось из-под кучи тел. Замглавы не услышал, был слишком далеко, но рядом были бойцы, поспешно помогли сдвинуть разодранные последним взрывом тела демонов. И попятились, когда целитель, недовольно кряхтя, выползла на свет. Да и заметивший суету замглавы осторожно остановился в паре шагов. — А это не демон, часом? — пробормотал один из бойцов, крепче сжимая оружие. — Слышь, полудурок, — одернула раздраженная происходящим Анастасия, поправляя сползающий с плеча ворот формы, — какой еще демон? И вымазалась в крови и кто знает чем ещё с головы до ног, и ушибла едва ли не все тело. Так ещё и обычно назойливый телохранитель внезапно просто стоял и пялился, хотя обычно уже проверял бы, нет ли повреждений. — Нет, отбой, точно моя, — вздохнул замглавы, все же подошёл и положил ладонь ей на макушку, при этом оказался будто бы намного выше, чем раньше, — теперь зовите меня Гумберт. Во время ужина в лагере все были в приподнятом настроении. Ведь они справились — зачистили последние врата в регионе. Здесь сложилась крайне неприятная ситуация, когда открылось почти два десятка мелких врат, но сегодня завершили работу с последними, и теперь всем предстоял отдых. Ну и последующая переброска батальона в другую горячую точку, конечно же. И только приехавший сегодня инспектор никак не мог успокоиться. Смотрел, как взрослый, здоровенный мужик небрежно приобнимает за плечи совсем молоденькую девчушку — и нервничал, не понимая, почему все так спокойны и что следует предпринять. — Это кто? — поинтересовался инспектор у ближайшего бойца. — Наш замглавы, Борисов, — без запинки ответили ему. Михаил Борисов, заместитель главы штурмового батальона, был личностью довольно известной. В первую очередь, потому, что неплохо управлялся с демоническим мечом, что людям давалось редко, ну и бойцом был хорошим, пришел в батальон добровольцем. — Я понимаю, что он хороший воин, но такая малышка... — с сомнением протянул инспектор. — А, это его жена, — беспечно хмыкнул боец и отвернулся, потому что предложили очередной тост. — Как... Жена? — растерянно повторил инспектор. И решил, что просто не может пустить все на самотёк. Утащив эту противоречивую парочку в ближайшую палатку, на правах уполномоченного лица инспектор предъявил Борисову требование прекратить совращение малолетних. — Мне двадцать восемь лет, — вздохнула девочка-подросток, уставшая за день и, к тому же, внезапно обнаружившая, что все вокруг запрещают ей выпить и покурить, даже в честь праздника, чтобы не портила юное тело вредностями, — врата сегодня что-то странное вытворили, и вот я такая. Наверное, меня вернуло лет на десять назад. — Ну нет, не на десять, — хмыкнул Михаил, поморщился, — даже когда мы знакомились, у тебя уже было... — он описал некий круг, указывая куда-то в область по-детски отсутствующей груди. — Побольше, так что тебе лет тринадцать? Пусть сейчас они обсуждали это спокойно — но только потому, что алхимик, до сих пор нервно вздрагивающий от резких звуков, очень срочно искал способ решения проблемы, отгоняя от себя мысли об очень проникновенном обещании за промедление снести ему хлебало и о демоническом мече у горла. — Тебя что, кроме сисек, вообще ничего в этой ситуации не беспокоит? — фыркнула Анастасия, возмущённо выбираясь из палатки. — Вообще-то, ты вся уменьшилась, а ведь очень аппетитная со всех сторон! — в голове ее мужа этот аргумент звучал более порядочно и менее похабно. Но ведь, в самом деле, эта худосочная девчушка совсем не походила на фигуристую молодую женщину, которую он взял в жены. — И я безумно рад, что сиськи у тебя потом все равно выросли, но если бы и не выросли, то что уж там... Его голос постепенно затихал, потому что он и сам понял — звучит так, будто его, и правда, только сиськи и беспокоят. — Я, так-то, тебя тоже авансом взяла! — скрестив руки на обсуждаемой груди, она с негодованием вздернула подбородок. Но вышло просто как попытка посмотреть в лицо мужу, который теперь был выше сантиметров на сорок. — Не понял, — нахмурился он, тоже принимая недовольную позу. Про какой-то аванс он услышал впервые за двенадцать лет их вполне стабильных и мирных отношений. — Когда мы начали встречаться, ты был коротышкой, — хмыкнула Анастасия. В самом деле, когда им было по шестнадцать, она была всего на сантиметр ниже своего парня. И не то чтобы это ее сильно волновало, но все же в весьма конкретных мечтах юной девушки был высокий и мужественный партнёр. А потом у Михаила случился скачок роста, когда он за пару месяцев вырос почти на десять сантиметров и, сам того не зная, вполне воплотил идеальный вариант для своей возлюбленной. — Но потом же вырос, — неуверенно возразил он, почесав затылок. Ему-то в первой и единственной девушке все нравилось, он с ума сходил по ее чувственным формам, симпатичному лицу и немного дерзкому характеру, — а что, если бы не вырос, не вышла бы за меня, да? — А можно тут эти сопли не разводить? — возмутился кто-то из бойцов, просто оказавшийся рядом и вынужденный слушать эти семейные разборки. Наличие в батальоне парочки особенно никого не беспокоило, они жили в одной палатке, особо не сюсюкались, и в бою их связь тоже не мешала, потому что единственной существенной задачей замглавы была только защита целителя. — Пошел нахер, — немедленно отреагировала Анастасия, — у нас тут кризис в отношениях. — Никакого кризиса, — поспешил поправить Михаил, хватая ее за плечи, — скоро все исправят, все будет, как раньше, никаких ссор и кризисов. Но знаешь, — внезапно усмехнувшись, он прижал жену к груди, обнимая ее всю, даже со скрещенными руками и хмурой, по-детски щекастой моськой, — ты сейчас такая милаха. Это услышали уже полупьяные бойцы, возмутились, возвели в шутку. И уже через минуту хором скандировали "пе-до-фил, пе-до-фил", преследуя смущенно огрызающегося старшего по званию. Завтра они получат за это по самые гланды, но только завтра. Когда веселье закончилось, замученная за день Анастасия уже видела третий сон в их палатке. Присев рядом, мужчина убрал прядку с ее лица. А волосы длинные — какие у нее всегда и были до решения отправиться на войну. Они могли бы сейчас быть где-то в мирном месте. Ведь, несмотря на военное образование, Михаил был востребованным специалистом в микроэлектронике, когда пришла повестка, его работодатель собирался поднять все связи, лишь бы только он остался. И он тоже не хотел никуда уезжать и, тем более, воевать. Вот только Настя загорелась этой идеей, бросила свою работу в больнице и помчалась воевать с демонами, как будто больше некому было этим заняться. Ну и он, конечно, поехал с ней — где это видано, чтобы он отпустил свою очень привлекательную жену в толпу солдатни, так ещё и оставил бы ее на растерзание демонам. Так потом ещё и оказалось, что он приглянулся демоническому мечу, так что в батальоне они обосновались прочно. Надев на запястье фиксатор, он плотно затянул его, чтобы хотя бы на ночь снять нагрузку с руки, в которую каждый день нахально впивался щупальцами тяжеленный палаш, и улёгся рядом с Анастасией из прошлого. Свернувшись под расстегнутым спальником вместо одеяла в комочек, она казалась ещё меньше. Прикинув, что придется ещё лет пять, если не больше, платонически опекать эту девчушечку, если ничего не получится с возвращением ее в норму, а потом ещё и оказаться на пятнадцать лет ее старше, он тяжело вздохнул. Кризиса в отношениях, конечно, не было, но он точно назревал. Утром батальон, мучающийся похмельем почти в полном составе, готовился к переброске. Алхимик где-то прятался от недовольного замглавы и, наверное, отсыпался после бессонной ночи. Целитель больше обычного на всех ворчала, потому что ей ничего не давали делать, раз такая маленькая, так ещё и форма раздражающе болталась, слишком большая во всех измерениях. Но надежда была — их переводили в гарнизон у крупных врат, где, по слухам, служил дракон. Вернее, не служил, а благосклонно помогал, разумеется. Первым делом, прибыв в расположение гарнизона, Михаил отыскал мага. Ключевым у них здесь был маг крови, совсем молодой парень, и нашелся он на скамейке во дворе, а у ног его на траве растянулось трое оборотней, греющихся на солнце. — Влад, пожалуйста, позови Мэла, — попросил маг крови, выслушав объяснения ситуации. Этим он сразу отказался от малейшей попытки что-то сделать самостоятельно, да и такого от него никто и не ждал. Магия крови всегда была очень специфичной областью, особенно нигде и не годной, кроме войны. Один из оборотней послушно встал и снова сразу же лег, потому что увидел, что дракон отреагировал сам — как и всегда, когда какие-то незнакомцы пытались приставать к его подопечному. Не утруждая себя походом к лестнице, он выбрался через окно и спрыгнул с третьего этажа, мягко и бесшумно приземлившись. — У золота сейчас время отдыха, что надо? — поинтересовался дракон, приближаясь к компании. Слушая пояснение и вежливую, крайне деликатную просьбу о помощи, он ласково перебирал крупные кудри мага крови, блестящие на солнце, блондинистые до золотистости. У Михаила даже появились сомнения, слушает ли его могущественное существо или погрузилось в свои мысли, как-то подозрительно не очень платонически наглаживая по голове симпатичного парня, а тот и не сопротивлялся, только прижмурился. Когда рассказ закончился, он все же поднял взгляд на человека. И что-то было такое древнее, немного уставшее в спокойном выражении его лица, что Михаилу стало будто бы не по себе. — Разумеется, — негромко хмыкнул дракон, насмешливо прищурившись, — врата ведь создают разрыв в пространстве, которое неотделимо от времени. Интонация была такая, что только небрежного "глупышка" в конце не хватало. Тем не менее, дракон неторопливой, плавной походкой удалился в одну из жилых комнат, куда велел позвать и пострадавшую. А спустя десять минут настрадавшийся муж получил в свои объятия снова взрослую жену со всеми аппетитными формами. Впрочем, он предпочел выделить часок, закрыться с ней в душевой и собственноручно убедиться, что точно все в наличии.