Жизнь без мамы

Хеллоуин 1981 года навсегда остался выжженным клеймом на сердце Джеймса Поттера. Он помнил все до мельчайших деталей: леденящий душу смех Волан-де-Морта, зеленый луч, устремленный в Лили… и потом — тишина. Только он и Гарри, маленький комочек, чудом уцелевший в кроватке. Лили… ее больше не было. Джеймс поклялся, что сделает все, чтобы Гарри вырос счастливым, чтобы боль утраты не сломала его. Он посвятил себя сыну целиком и полностью. Но Гарри рос не таким, как Джеймс представлял. Он не был сорванцом, не лез в драки, не придумывал шалости. Гарри был тихим. Очень тихим. Он предпочитал книги и тихие игры в саду шумным компаниям. Он прятался за спину Джеймса, когда приходили гости, и краснел до кончиков ушей, если кто-то заговаривал с ним. Джеймс обожал своего сына. Он любил его тихий голос, его задумчивый взгляд, его робкую улыбку. Он понимал, что потеря матери оставила глубокий след в душе Гарри, и старался окружить его любовью и заботой. Сириус и Римус, верные друзья Джеймса, стали для Гарри почти дядьями. Они были единственными, кроме отца, с кем Гарри чувствовал себя комфортно. И вот, этот день настал. Первое сентября 1991 года. День, когда Гарри должен был отправиться в Хогвартс. Джеймс стоял на платформе 9 и ¾, крепко сжимая плечо Гарри. Вокруг царила суматоха: родители прощались с детьми, ученики бегали, возбужденно переговариваясь, из трубы локомотива вырывались клубы пара. Гарри, казалось, съежился еще сильнее, чем обычно. Он вцепился в руку отца, словно боялся, что тот исчезнет. — Ну что, Гарри, готов? — спросил Джеймс, стараясь говорить бодро. Гарри покачал головой, не поднимая глаз. — Я… я не хочу, папа. Там так много людей… — прошептал он. Джеймс присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с сыном. Он взял его лицо в ладони и заглянул в его зеленые глаза, полные тревоги. — Гарри, я понимаю, что тебе страшно. Но Хогвартс — это удивительное место. Там ты научишься магии, встретишь новых друзей… Ты будешь в безопасности, я обещаю. Гарри шмыгнул носом, — А если… если я никому не понравлюсь? Джеймс улыбнулся, — Глупости! Как можно не полюбить такого замечательного парня, как ты? Ты умный, добрый, смелый… Просто ты немного стеснительный. Но это не недостаток, Гарри. Это делает тебя особенным. Он обнял Гарри крепко-крепко, — Послушай меня, Гарри. Будь собой. Не пытайся быть кем-то другим, чтобы понравиться другим. Просто будь Гарри Поттером. И помни, что я всегда буду рядом. Я буду писать тебе каждый день, и ты всегда можешь написать мне, если тебе будет плохо. Хорошо? Гарри кивнул, вытирая слезы тыльной стороной ладони. — И еще кое-что, — Джеймс достал из кармана небольшой, потертый снитч. — Это твой талисман. Я поймал его когда был на первом курсе. Он принесет тебе удачу. Гарри взял снитч и крепко сжал его в руке, — Спасибо, папа. — А теперь, вперед! Тебя ждут великие дела, Гарри Джеймс Поттер. И помни, я горжусь тобой, что бы ни случилось. Джеймс встал и подтолкнул Гарри в сторону поезда. Гарри сделал несколько неуверенных шагов, потом обернулся и посмотрел на отца. В его глазах все еще был страх, но в них появилась и искорка надежды. Джеймс подмигнул ему и помахал рукой. Гарри улыбнулся в ответ, робко, но искренне. Он повернулся и, сжимая в руке снитч, поднялся по ступенькам в Хогвартс-экспресс. Джеймс смотрел ему вслед пока тот не скрылся из виду. В его сердце смешивались гордость за сына и щемящая тоска. Он знал, что Гарри предстоит пройти долгий путь, и надеялся, что его любовь и поддержка будут достаточны, чтобы помочь мальчику преодолеть все трудности. Поезд тронулся, и Джеймс остался один на пустой платформе, вдыхая прохладный сентябрьский воздух. Он знал, что впереди его ждет долгая разлука, но также знал, что Гарри вернется. И он будет ждать. ВСЕГДА. Внутри Хогвартс-экспресса Гарри нашел себе место у окна. Он все еще крепко сжимал снитч, чувствуя его прохладное золото в ладони. Вокруг него сновали другие ученики, смеялись, переговаривались, но Гарри оставался в своем мире. Он смотрел на проплывающие за окном пейзажи, пытаясь унять дрожь в коленях. Внезапно дверь купе распахнулась, и в проеме появился мальчик с рыжими волосами и веснушками. Он выглядел так же взволнованно, как и Гарри, но в его глазах читалось скорее любопытство, чем страх. — Привет! Можно? — спросил он, указывая на свободное место напротив Гарри. Гарри кивнул, не в силах произнести ни слова. — Я Рон Уизли, — представился мальчик, плюхаясь на сиденье, — А тебя как зовут? Гарри сглотнул, — Гарри… Гарри Поттер. Рон широко распахнул глаза, — Поттер? Ты тот самый Гарри Поттер? Гарри снова кивнул, чувствуя, как краска заливает его щеки. Он ожидал чего угодно, но не такого бурного интереса. — Ничего себе! Я слышал о тебе! Говорят, ты… ты выжил! — Рон понизил голос, словно делился великой тайной. Гарри почувствовал, как его отец, Джеймс, говорил ему быть собой. Он глубоко вздохнул, — Да. Выжил. Рон уставился на него, словно на чудо. — Это… это невероятно! Я так рад с тобой познакомиться, Гарри! Впервые за долгое время Гарри почувствовал, как страх отступает. Рон не смотрел на него с осуждением или излишним любопытством. Он смотрел на него как на равного. — Я тоже рад познакомиться, Рон, — тихо ответил Гарри, и на его губах появилась робкая, но искренняя улыбка. Возможно, отец был прав. Возможно, Хогвартс действительно станет местом, где он сможет найти свое место. И, возможно, даже друзей. Рон, казалось, был рад его ответу. Он тут же засыпал Гарри вопросами: о жизни до Хогвартса, о его отце, о том, что он знает о магии. Гарри, к своему удивлению, отвечал. Сначала тихо и неуверенно, но постепенно его голос становился громче, а ответы — увереннее. Он рассказал о Джеймсе, о его любви к квиддичу, о Сириусе и Римусе, которые всегда были рядом. Он рассказал о тихих вечерах, проведенных за чтением книг, и о прогулках по саду. Рон слушал, затаив дыхание. Он был очарован историей Гарри, историей, которая казалась ему невероятной и захватывающей. Он сам вырос в большой и шумной семье, где магия была обыденностью, но история Гарри, история о выживании и любви, тронула его до глубины души. Вскоре к ним в купе присоединилась девочка с густыми каштановыми волосами и большими передними зубами. Она представилась Гермионой Грейнджер и тут же начала рассказывать о том, что прочитала обо всем, что связано с Хогвартсом. Гарри сначала испугался ее напористости, но Рон, казалось, был в восторге от ее знаний. Гермиона, заметив стеснительность Гарри, постаралась говорить с ним мягче. Она спросила его о его любимых предметах и о том, чего он больше всего ждет от учебы в Хогвартсе. Гарри, немного осмелев, ответил, что ему интересна защита от темных искусств и что он надеется научиться летать на метле. Гермиона и Рон переглянулись. — Ты никогда не летал на метле? — удивленно спросил Рон. Гарри покачал головой, — Нет. Папа говорил, что я еще слишком мал. — Ну, тогда тебе повезло, что ты попал в Хогвартс! — воскликнула Гермиона, — Здесь ты научишься всему! Разговор продолжался, и Гарри чувствовал, как напряжение покидает его. Он смеялся над шутками Рона, удивлялся знаниям Гермионы и, впервые за долгое время, чувствовал себя частью чего-то большего. Когда поезд начал замедляться, Гермиона достала мантию и помогла Гарри ее надеть. Она поправила ему воротник и улыбнулась. — Все будет хорошо, Гарри. Просто будь собой. Гарри посмотрел на нее и кивнул. Он вспомнил слова отца и почувствовал прилив уверенности. Он больше не был тем испуганным мальчиком, который стоял на платформе 9 и ¾. Он был Гарри Поттером, и он ехал в Хогвартс, чтобы начать новую жизнь.

***

Когда они вышли из поезда, их встретил огромный великан с длинной бородой и добрыми глазами. — Первокурсники, за мной! — прокричал он. Гарри, Рон и Гермиона последовали за ним к лодкам, которые ждали их на берегу озера. Ночь была темной и звездной, и отражение Хогвартса в воде казалось волшебным. Гарри затаил дыхание, когда лодка отплыла от берега. Он смотрел на возвышающийся над ними замок, освещенный тысячами огней, и чувствовал, как в его сердце зарождается надежда. Он знал, что впереди его ждет много трудностей, но он также знал, что он не один. У него есть Рон и Гермиона, и у него есть его отец, который всегда будет рядом, в его сердце. Когда лодка причалила к берегу, Гарри вышел на сушу и огляделся. Он был в Хогвартсе. И он был готов к приключениям. Замок возвышался над ними, словно древний страж, окутанный тайной и величием. Тысячи окон светились теплым, манящим светом, обещая уют и знания. Гарри, стоя на берегу Черного озера, чувствовал, как сердце его бьется в унисон с этим величественным местом. Страх, который еще недавно сковывал его, начал отступать, уступая место трепетному предвкушению. — Невероятно, правда? — прошептал Рон, стоя рядом. Его глаза сияли таким же восторгом, как и у Гарри. Гермиона, как всегда, была готова к любым вопросам. — Это замок Хогвартс, построенный более тысячи лет назад четырьмя величайшими волшебниками своего времени: Годриком Гриффиндором, Пенелопой Пуффендуй, Ровеной Рейвенкло и Салазаром Слизерином. Каждый из них основал свой факультет, и нас, первокурсников, распределят по ним. Гарри слушал, пораженный. Он знал, что Хогвартс — это школа магии, но реальность превосходила все его ожидания. Он чувствовал себя маленьким и незначительным перед лицом этого древнего, могущественного места, но в то же время ощущал прилив сил и решимости. Они прошли через огромные дубовые двери и оказались в Большом зале. Сотни свечей парили в воздухе, освещая сводчатый потолок, который, казалось, отражал звездное небо. Столы, за которыми сидели ученики всех возрастов, были уставлены золотой посудой и сверкающими кубками. Атмосфера была наполнена гулом голосов, смехом и предвкушением. Гарри, Рон и Гермиона нашли свободное место за столом первокурсников, который стоял отдельно от основных столов факультетов. Гарри чувствовал себя немного неловко, сидя среди стольких незнакомых лиц, но присутствие Рона и Гермионы придавало ему уверенности. Вскоре в Большой зал вошла профессор МакГонагалл, строгая, но справедливая женщина с острым взглядом. Она держала в руках старую, потрепанную шляпу — Распределяющую шляпу. — Добро пожаловать в Хогвартс, — произнесла она своим звонким голосом, — Скоро вы будете распределены по своим факультетам. Помните, что ваш факультет будет вашей семьей в Хогвартсе. Он будет уважать ваши достоинства и помогать преодолевать ваши слабости. Гарри почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он знал, что Распределяющая шляпа определит его судьбу в Хогвартсе. Он надеялся, что попадет на факультет, где сможет учиться и развиваться, где найдет друзей и почувствует себя нужным. Первым был вызван Рон. Он подошел к стулу, сел, и профессор МакГонагалл надела ему на голову Распределяющую шляпу. После нескольких мгновений раздумий шляпа прокричала: — ГРИФФИНДОР! Рон, сияя от счастья, побежал к столу Гриффиндора, где его встретили радостными криками. Гарри почувствовал легкую зависть, но знал, что его очередь скоро придет. Затем была вызвана Гермиона. Она подошла к стулу с уверенностью, и шляпа, казалось, недолго думала. — ГРИФФИНДОР! — прозвучал ее голос. Гермиона, с улыбкой, присоединилась к Рону. Наконец, профессор МакГонагалл произнесла: — Гарри Поттер! Сердце Гарри заколотилось так сильно, что казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Он почувствовал, как все взгляды устремились на него. Он медленно подошел к стулу, чувствуя, как дрожат колени. Шляпа опустилась на его голову, закрыв ему обзор. — Хммм… Сложный случай, — прошептала шляпа прямо в его ухо. — Очень много храбрости… и неплохой ум. Есть и жажда доказать себя… Но где же твоя истинная сущность? Гарри напрягся. Он не знал, что ответить. Он чувствовал себя таким же потерянным, как и на платформе. — Ты боишься людей, Гарри, — продолжала шляпа, — Ты прячешься. Но в тебе есть сила, которую ты еще не осознал. Сила, которая может изменить мир. Гарри вспомнил слова отца: — Будь собой. Не пытайся быть кем-то другим, чтобы понравиться другим. Просто будь Гарри Поттером. — Я… я хочу быть храбрым, — прошептал Гарри, вспоминая свои мечты о том, чтобы быть похожим на отца, — Я хочу защищать тех, кого люблю. Шляпа задумалась на мгновение, — Храбрость… Да, она у тебя есть. И ты готов бороться за то, во что веришь. Это очень важно. А где же твоя жажда знаний? Твое желание понять мир? Гарри подумал о книгах, которые он так любил читать, о загадках, которые он пытался разгадать. — Я хочу учиться, — сказал он, — Я хочу знать все. — Знания и храбрость… Это хорошее сочетание, — пробормотала шляпа, — Но есть еще кое-что… Ты очень предан. Ты ценишь дружбу. Ты готов идти на все ради тех, кто тебе дорог. Гарри вспомнил, как сильно он любит своего отца, как дорожит дружбой с Сириусом и Римусом. Он вспомнил, как ему стало легче рядом с Роном и Гермионой. — Ты готов к испытаниям, Гарри, — сказала шляпа, и ее голос стал громче, — Ты готов учиться, расти и бороться. Ты не боишься быть собой, даже когда это трудно. И ты ценишь тех, кто рядом с тобой. Это… это очень ценно. Шляпа сделала паузу, и Гарри затаил дыхание. — Я думаю… Я думаю, тебе лучше в… ГРИФФИНДОР! — прокричала шляпа. Зал взорвался аплодисментами. Гарри, ошеломленный, снял шляпу и увидел, как Рон и Гермиона радостно машут ему. Он встал и, чувствуя, как ноги его несут его к столу Гриффиндора, улыбнулся. Он был в Гриффиндоре. Он был дома. Он сел рядом с Роном, и тот крепко обнял его. — Я знал, что ты попадешь сюда, Гарри! — воскликнул он. Гарри почувствовал, как тепло разливается по его телу. Он был в Гриффиндоре. Он был среди друзей. Он был готов к новому началу. После распределения начался пир. Столы ломились от еды, и Гарри, впервые за долгое время, ел с аппетитом. Он слушал разговоры старшекурсников, удивлялся их рассказам о магии и приключениях. Он чувствовал себя частью чего-то большего, чем просто мальчик, который потерял мать. Он был Гарри Джеймсом Поттером, учеником Хогвартса, и его жизнь только начиналась