Красная макушка, лежащая на парте

Ранне парни договорились встретиться в 33 кабинете и поработать над комиксом, но после нескольких минут ожидания Натаниэля писатель решил пойти к нему в класс. Перед дверью он надел капюшон красной кофты и зашел в помещение. Так ему было комфортнее находиться среди чужих одноклассников. Ребята, которые были в кабинете не обратили внимания на Марка, что его вполне устраивало. Он взглянул в конец класса, прищуриваясь, именно там была знакомая красная макушка, лежащая на парте. Парень прошел к месту вдоль стены и аккуратно погладил Нэйта по голове. Спящий дернулся и повернул голову в сторону Марка, сонно мыча при этом. Локтями он прикрывался от света. Ансьель сел на корточки, держась ладонями за край парты, чтобы быть поближе к лицу Нэйта. — Доброе утро, — тихо произнес писатель. — Доброе, — устало ответил Курцберг. Он смотрел на парня почти закрытыми голубыми глазами. — Прости, пожалуйста, что не пришел... — Ничего, — Ансьель перебил его. — Зато я к тебе пришел. — Натаниэль улыбнулся и кивнул. — Пойдем в 33 класс? Красноволосый выпрямился, раскрыл глаза, но снова закрыл их локтями. Спросонья, свет казался ему ослепляющим, из-за чего он отвернулся от него. — Ярко очень... — Марк немного расстроился, но он мог понять Курцберга и почему тот не пришел. Видимо, ночью он старался над набросками, или еще что-то. — Давай сейчас поспишь, а встретимся на следующей перемене, чтобы комикс доделать? — произнес Марк, склонив голову к нему. — Давай. Прости еще раз, что на этой не получилось... — Ничего, Нэйт. Художник лег на парту, положив голову на локти, а Марк стал поглаживать его волосы. Это вызывало улыбку у Натаниэля. Он взял руку Ансьеля в свою, давая ему понять, что не хочет, чтобы тот уходил. Он понимал, что сейчас они даже не поговорят нормально, но просто было спокойнее, когда он рядом. С ракурса рыжеволосого Марк был похож на котенка. В больших зелёных глазах сияли блики, из-под капюшона выглядывали несколько прядей темных волос. Сейчас он сидел и мило улыбался. Очаровательная картина, которой любовался Курцберг, а позже он все-таки провалился в поверхностный сон.

***

Через какое-то время резко прозвенел звонок, что немного напугало писателя. После этого он так же дернулся от обращения мадам Бюстье к нему. — Марк, разбуди Натаниэля, пожалуйста, и иди на свой урок, — улыбчиво произнесла женщина. Он кивнул ей, хотя очень не хотелось его будить. Художник выглядел красиво даже сейчас. Его челка прикрывала почти все расслабленное лицо, и пряди волос лежали на плечах. — Натаниэль, просыпайся, звонок был, — Ансьель быстро потрепал парня за яркие волосы. В ответ он сонно промычал. — Еще раз доброе утро, я уйду сейчас, удачи, — он улыбнулся. — Тебе тоже, — художник поцеловал тыльную сторону чужой руки в пальцы, ведь выше мешали митенки, после отпустил ее. — Пока, Марк. Натаниэль легко улыбнулся. Когда писатель отправился к выходу, он начал доставать учебник и тетрадку по литературе. Марк вышел из класса будучи несильно покрасневшим. Правая рука была очень теплой, почти горячей, ведь именно ее держал Нэйт почти всю перемену. Далеко не отходя, он остановился. Уголки губ писателя поднялись, когда он посмотрел на место поцелуя. На пальцах осталось приятное чувство от чужих губ. Возможно Курцберг не успел проснуться и сделал это.. подсознательно? Возможно. В любом случае, Марку это понравилось.