По ту сторону мира - к тебе

Чонгук прошёл в туннель. Туннель встретил его глухой темнотой. Освещение не работало уже много лет — ни аварийного, ни резервного. Каждый шаг отдавался гулким эхом, будто стены помнили тех, кто бежал отсюда в спешке. Он включил фонарь на шлеме. Луч света скользнул по полу, выхватывая из темноты разбросанные ящики с оборудованием, опрокинутые контейнеры, оборванные кабели. Следы эвакуации были повсюду. Люди уходили быстро. Без оглядки. Датчики на костюме молчали. Чонгук остановился, проверил показатели ещё раз. — Материи нет, — коротко сообщил он по внутренней связи. — До этого уровня она не дошла. Туннель чистый. — Принято, — сразу отозвался Юнги. — Связь стабильная. Чонгук двинулся дальше, ускоряясь. Он не задерживался — чем меньше времени здесь проведёт, тем лучше. Основная дверь командного блока показалась неожиданно быстро. Массивная, тёмная, с частично потускневшей панелью доступа. Он ввёл код. Механизм сработал с хриплым, натужным звуком, словно сопротивлялся после долгого сна. Дверь медленно разошлась. Чонгук шагнул внутрь. — Приём. Я внутри командного блока, — сообщил он. — Приняли, — ответил Юнги. — Будь осторожен. Внутри было ещё темнее. Фонарь осветил просторное помещение — и Чонгук замер. Половину зала охватывала тёмная материя. Она расползлась по стенам, потолку, оплела часть панелей управления, словно живая. Некоторые терминалы были полностью поглощены, их экраны погасли навсегда. Теперь всё стало ясно. — Вот почему вырубилось всё к чёрту… — пробормотал он себе под нос. Освещение не работало. Людей не было. Но главное — материя дальше не продвинулась. Она будто остановилась, застыв на определённой границе. Чонгук сразу понял: включать общий генератор нельзя. Любая попытка подать питание на весь зал — и материя получит импульс. Расползётся дальше. Закроет выход. Он сжал челюсть. — Чёрт… Рубильники находились за заражённой зоной. Панель пуска — тоже. Прямой путь был невозможен. Он медленно обошёл помещение по краю, осматривая стены. И тогда заметил щиток. Старый, почти незаметный, с частично стёртой маркировкой. Чонгук открыл его. Внутри — папка с инструкциями. Он пролистал несколько страниц, пока взгляд не зацепился за нужное. Пункт 27. Аварийный режим. Полный отказ основной системы активации панелей. Чонгук задержал дыхание и прочитал дальше. Оказалось, что к временному устройству был подключён дополнительный резервный генератор. И дополнительная запасная панель с рубильниками. Он питал только запасную панель, изолированную от общей сети. — Продумали… — тихо выдохнул он. Значит, инженеры и учёные готовились заранее. Значит, всё это планировалось ещё задолго до катастрофы. Он выполнил несколько простых, но точных действий: переключил контуры, активировал резерв. Панель возле двери на стене ожила. Экран загорелся тусклым светом. А затем — красным. Кнопка «ПУСК». Данные Земли уже были введены. Чонгук нахмурился. — Значит… вы и правда собирались туда, и намного раньше, задолго до трагедии, — пробормотал он. Вопросы копились. Но сейчас не время. Он нашёл рубильники. Один за другим включил оба. Секунда тишины. Затем он нажал «ПУСК». На несколько мгновений всё вокруг будто ожило. Пространство дрогнуло, воздух сгустился, панели тихо загудели. И тут же — затихло. Но тёмная материя… шевельнулась. Она словно очнулась, задвигалась, начала медленно, но уверенно расползаться дальше. — Чёрт… — выдохнул Чонгук. — Пора убираться. Он быстро направился к выходу, ввёл код, вышел из блока и тут же заблокировал дверь. — Я выхожу, — сообщил он. — Процесс запущен. — Мы открываем, — ответил Хосок. Когда Чонгук приблизился к выходу из туннеля, он заметил повреждённую панель ввода кода на двери — оплавленную, выведенную из строя. И только сейчас понял. Если бы они вошли все… Они бы не смогли выйти. Юнги и Хосок снаружи ввели код. Дверь открылась. Чонгук вырвался наружу, и они сразу же закрыли её за собой, герметично блокируя вход. Он тяжело выдохнул. — Хорошо, что вы остались здесь, — сказал он глухо. — Иначе мы бы не вышли. Юнги нахмурился. — Что внутри? — Потом, — ответил Чонгук. — Генерал мне всё объяснит. Обязан. Они развернулись и направились прочь от базы. Опасная зона осталась позади. Но чувство, что это было только начало, не отпускало ни на секунду. В это время на Земле. Тэхен уже собирался на работу, когда из спальни донёсся странный звук. Тихий. Ровный. Он замер посреди коридора, прислушался. Звук не исчез — наоборот, стал чуть отчётливее. Будто звал. Тэхен медленно вернулся в спальню. Постоял несколько секунд, прислушиваясь, и вдруг понял: звук шёл из шкафа. Из того самого. Сердце неприятно ёкнуло. Он поднялся на носочки, вытащил чемодан, который прятал там, и осторожно открыл. Свет ударил в глаза. Сумка, в которой лежало временное устройство, светилась — мягко, но ослепительно. Сигнал стал громче, настойчивее. Почти живым. — Что… — выдохнул Тэхен. Он аккуратно расстегнул сумку и вытащил устройство, щурясь: свет был настолько ярким, что на него трудно было смотреть. Тэхен даже, жмурясь, прикрывался руками, чтобы рассмотреть, но не получалось. И вдруг — погас. Резко. Словно кто-то выключил лампу. Но устройство работало. На панели продолжали гореть красные индикаторы, тихо мигая, а сам прибор издавал едва слышное пиканье. Экран ожил — на нём побежали цифры, строки кода… и внизу появилась кнопка. «ЗАПУСК» Тэхен резко отдёрнул руки, отложил панель и отодвинулся, будто она могла укусить. Он смотрел на устройство широко раскрытыми глазами. — Что происходит?.. — почти шёпотом сказал он. Экран мигнул. Появилась новая строка. Тэхен наклонился ближе, всматриваясь. «Запуск одобрен. Дата прибытия: …» Он не дочитал сразу. Потому что в следующий момент его глаза расширились ещё больше, а рот приоткрылся от шока. Эта дата. Он знал её. Именно тогда, сто лет назад, начали прибывать корабли с планеты Версус на Землю. Экран погас. Тэхен сидел неподвижно, сверля взглядом устройство, которое теперь тихо лежало перед ним, слабо подсвечиваясь по краям — словно давая понять, что оно всё ещё живо. — Значит… — тихо произнёс он. — Значит, у них там уже началось. Он резко поднялся. Быстро, почти лихорадочно убрал устройство обратно, закрыл чемодан, задвинул его на место. Сердце билось слишком быстро. Тэхен вышел в гостиную и подошёл к столику, где лежал ноутбук. — Нужно ему написать, — сказал он вслух, будто убеждая себя. Он сел, открыл крышку, зашёл в чат переписки с Чонгуком — и замер, глядя на пустое поле ввода. — Но как я спрошу?.. — прошептал он. — Он же не поймёт. Ну может и поймёт но объяснять долго блин. Пальцы зависли над клавиатурой. — «Вы там уже начали готовиться к перелёту?» — нет, бред… — «Вы что, запускаете устройство?» — ещё хуже. Тэхен выдохнул и покачал головой. — Он сам не скажет… — тихо добавил он. — Значит, надо начать по-другому, издалека. Он глубоко вдохнул. Спокойно. Без паники. Как всегда. Пальцы наконец коснулись клавиш. От Тэхена: Привет! Как ты? Вчера ты не писал. Всё ли у тебя хорошо? Напиши, я буду ждать. Он перечитал сообщение. Отправил. — Вот так, — тихо сказал он себе. — Нормально. Он ответит. Должен ответить, ведь да? Как будто задавая вопрос самому себе, он мысленно в голове ответил: — Да, ответит Чонгук… ведь он не перемещался на корабле на Землю, но он там, с командой, остался отбиваться, и они всем отрядом погибли… — Нет… Нет… Нет… — Тэхен резко покачал головой. Громко в слух он сказал — Не хочу об этом думать. Я что-то придумаю. Да, я предупрежу его обязательно. Напишу, чтобы был подальше от места опасных действий. Ведь какое-то время они смогут там жить, даже если не успеют попасть на Землю. Людей останется не так много, возможно, у них получится прожить подольше. Говоря всё это, Тэхен плакал тихо. Слёзы текли по щекам. Он улыбался, надеясь, что сможет помочь Чонгуку. Сможет помочь любимому пожить дольше. Тэхен откинулся на спинку стула, глядя на экран. Потом. Потом я спрошу. А пока он просто ждал. Тихо встав, он пошёл в ванную, умылся, привёл себя в порядок, собрался и вышел из квартиры, закрывая её. Когда Чонгук, Юнги и Хосок прибыли на базу, генерал лично их не встретил. Ни благодарности в лицо, ни даже короткого разговора. Чонгук ждал генерала не первый час. Вместо него снова пришли люди в форме без знаков различия — слишком чистые, слишком спокойные. Такие не воюют. Такие решают. — Генерал признателен за выполненную миссию, — ровно произнёс один из них. — Он передал благодарность и сообщил, что дальнейшие приготовления идут по плану. Вы свободны, капитан. Чонгук медленно поднял на него взгляд. — Я не спрашивал о благодарности, — холодно ответил он. — Я требую личной встречи. Мужчина чуть заметно напрягся. — Генерал занят. — Меня это не волнует я буду ждать иди и позови лейтенант быстро. В помещении повисла тяжёлая тишина. — Вы переходите границы своих полномочий, капитан Чон, — вмешался второй. Голос был мягким, почти вежливым. — Вам уже дали ответ. Чонгук сделал шаг вперёд. — Я вернулся с задания, с которого не должны были возвращаться, — сказал он тихо. — И теперь хочу услышать объяснения лично. От него. Не от тебя. — Осторожнее, — в голосе впервые появилась сталь. — Такое поведение может быть расценено как неподчинение. — Расценивай как хочешь. Один из них усмехнулся. — Вы слишком много себе позволяете. Чонгук склонил голову набок. — А вы слишком уверены, что я буду молчать. Следующая фраза прозвучала уже без всякой вежливости: — Ещё один подобный инцидент — и вы отправитесь в карцер до выяснения. Подумайте, стоит ли оно того. Чонгук сжал челюсть, но больше ничего не сказал. Именно в этот момент в помещение вошёл Намджун. Тот забрал своего капитана и увёл его с территории штаба. Намджун говорил спокойно, уверенно, стараясь остудить Чонгука. — Давай сделаем по-другому, — сказал он. — Так ты только вредишь себе и привлекаешь ненужное внимание. Придумаем план. Выследим момент, когда генерал будет выходить из центра, или перехватим его без свидетелей. Сейчас ты действуешь на эмоциях — а это опасно. Чонгук тяжело выдохнул. — Ты прав, — спустя паузу сказал он. — Мне нужно продумать все лучше. Намджун кивнул и увёл его дальше. Позже, уже у себя в каюте, Чонгук принял душ и, наконец, лёг на кровать, закинув руки за голову. Закрыл глаза. Перед мысленным взором снова и снова прокручивался сегодняшний день: туннель, тёмная материя, запуск, слова генерала, недосказанность. Он думал, какие вопросы задаст, когда наконец встретится с ним. Что потребует объяснить. Что не оставит просто так. И вдруг резко сел. Тэхен. Он вспомнил о нём — и сердце странно сжалось. О своём омеге. Да, о своём. Пусть хотя бы для себя. За это задание он окончательно понял: он действительно влюбился в этого парня с Земли. В того, кто писал ему тёплые сообщения, ждал ответа, волновался. Чонгук сидел, глупо улыбаясь собственным мыслям. Потом поднялся, подошёл к столу, сел на стул и включил ноутбук. Раз он вернулся живым, раз всё получилось — он будет пользоваться этим шансом. Открыв диалог, он удивлённо замер. Ему пришло письмо.

От Тэхена:

Привет! Как ты? Вчера ты не писал. Всё ли у тебя хорошо? Напиши, я буду ждать.

Чонгук прочитал сообщение и улыбнулся, опуская голову. -- Какой же ты милый, малыш… Сможем ли мы когда-нибудь увидеться? Я так хочу посмотреть тебе в глаза, увидеть твою улыбку, услышать твой голос — не через экран… Он вздохнул, поднял взгляд и начал печатать. От Чонгука: Привет, Тэ! Всё хорошо, не переживай. Просто был немного занят — отправляли на задание. Уже вернулся, всё нормально. Сейчас на базе, отправили отдыхать. Спасибо, что ждёшь мои письма — мне тоже приятно читать твои. У тебя, наверное, рабочий день начался. Желаю хорошего дня. Пиши, буду рад. А я, пожалуй, немного отдохну — устал. Он отправил сообщение, закрыл ноутбук и лёг, отвернувшись к стене. — Надо немного поспать… мысли не дают нормально соображать. День был напряжённый, — пробормотал он сам себе. Постепенно Чонгук провалился в сон. В это же время где-то на Земле… — Алло, хён. Мне нужна твоя помощь. Точнее — твоего друга. Ну помнишь, того, который работает с тобой? Ага, да, Джина. Пауза. — Зачем? Я должен помочь своему лучшему другу. Он в беде. И это срочно. Да… пожалуйста. Сообщи, когда договоришься о встрече. Я буду ждать. Он отключил вызов и устало выдохнул. — Эх, Тэхени… Тэхени… Я дурак, раз пытаюсь спасти тебя и помочь, даже не понимая до конца, в чём именно дело. Он усмехнулся сквозь усталость. — Но помогу. Потому что твоё заплаканное лицо не даёт мне покоя… Тихо проговорил Чимин.