Мир несправедливости

Я сегодня провинился. В чем? Не знаю до конца. Слышу, в комнату вломился Гнев сурового отца. Тут же следом грохот, крики, В воздух записи летят. Я стал смирным, очень тихим, А в лицо мне говорят: "Вот же ж, погань, сорванец!" - плюнул горечью отец. - "Сколько раз тебе твердил Поумерить чертов пыл? Сколько раз краснеть мне надо, От того, что мой урод На второй олимпиаде По лицу кого-то бьет? Сколько раз твердил: "терпи, Будь умнее - помолчи?" Что ж такого там сказали, Чем тебе вдруг помешали? Матом, что ли, покрывают, Из-под ног стул выбивают? Это все - не оправданье Унизительным желаньям!" Рот сомкнув, сглотнув комок, Сжав ладони в кулаки, Чуть я вспомнил тот урок - Как заныли синяки. Запестрел фингал под глазом, В кровь разодрана губа. Рот открыв свой для рассказа, Ощутил я, как сполна Злость окутала меня... Колким, жгучим покрывалом. Как растерян был тогда, Как сдавило сердце валом. Отлучились на минуту, Лишь прикрыв снаружи дверь. Разыгралась в классе смута, Будто грозный, дикий зверь. Над девчонками смеялись, Над парнями издевались: "Неудачник, лузер, стерва, Кто в окно полезет первым?" И смеются мерзко, гадко! Так, что зубы застучали! Я хотел всех на лопатки Повалить, чтоб не вставали! Но сидел, лицом уткнувшись, Скрежетал по тесту ручкой. Как вдруг кто-то отобрал, Перед взором лист порвал. Пол обрывками устлался По ним топчутся бесстыдно. Мир мой также распадался. Так, что чернь лишь было видно. Как вскочил я резко с места - Белый шум заполнил мозг. Начал бить Его так дерзко, Как никто другой не смог! Сколько лет язык кусал, Сколько слов я бормотал! Все рекой лилось кровавой, Вмиг лишая "тех" забавы! Шум в ушах стал приглушен, Смолкли в классе голоса. Я разбит, всего лишен... Взгляд слепила пелена. А потом я отключился, В разум мой проник туман. В лазарете очутился Со следами свежих ран. Все болело, ныли руки, Мышцы на́литы свинцом. С видом рваной грязной суки Я предстал перед отцом. Не хотелось объясняться И уж боле - извиняться. Я терпел довольно долго, И теперь не сбит уж с толку. Но больную щеку вскоре Прострелил другой удар. Он был яростней, тяжелей, Что я с койки аж упал! "Ты больной, лечиться надо! Или в армию послать! В нашем обществе не рады, Кто горазд рукой махать!" Снова песня повторялась Каждый раз из года в год. С малых лет она внушалась - Мысль в том, что я урод. И никто мне не поверит, Сколько мук я перенес. Только могут всех заверить: "Он - опасный, гадкий пес!" В мире издавна считалось: Власть решает все проблемы. А таким, как я, осталось Подчиняться этой схеме. Тот парнишка жив, здоров, Издеваться дальше будет. Вывод сделал я таков: Честных в мире не полюбят.