Один день, одно знакомство, одно решение.

***

— Да пошли вы нахрен! — выходя из помещения, зло бросил Юнги. Постояв минуту на ступенях, он выдохнул. Рука на автомате потянулась к телефону. Нашёл до боли родной и близкий контакт, открыл сообщение и только хотел набрать, как быстро заблокировал устройство, сунув его в карман. Сандже. Человек, которому он не имеет больше права писать, только помнить об их непродолжительной, наполненной яркими и чувственными моментами дружбе. Юнги не забыл, как познакомился с ним, как боялся открываться, разговаривать и просто быть рядом. Дже был самым умным человеком в его маленьком окружении, начитанным, эмоциональным, глубоким и просто интересным. Яркий человек со своими принципами, жизненной позицией, увлечениями и стальным стержнем. Юнги всегда чувствовал себя рядом с ним недостойным его внимания человеком. И об этом всегда боялся сказать. Ну а что, он человек без вышки. Да, читающий, возможно, думающий, каплю в каких-то сферах интересный для других, но с кучей комплексов и психологических проблем. Мин не отрицал, что ему нужна помощь специалиста. Но не хотелось в своём городке обращаться к кому-либо. Считай клеймо психа на всю жизнь. Поэтому он сам справлялся, как мог. Ну, видимо, плохо пытался. Потому что очередной эмоциональный срыв поставил точку в дружбе с Дже. Юнги тогда хотелось чистого листа, но получился минус один человек. И никакие объяснения не помогли потом. Тогда Мин понял, что из-за своей нестабильности облажался, но неосознанно. Хотя ему, как ребёнку, хотели и доказали другое. В итоге много чего неприятного он узнал о себе или просто в силу своих эмоций увидел так. Уже и неважно. Время для понимания вышло. И честно, он не принимал ничего этого. Потому что Юнги тоже старался для общения, как мог. После тяжёлого разговора ему было физически плохо. Он не был готов к таким суждениям и понял, что его правда в принципе уже не нужна, как и он сам тоже. Поэтому просто согласился со всем, что в него прилетело. Не стал ничего больше объяснять, доказывать и устал переживать. Хотя кому он врал? Самому себе? Он будет переживать всю ситуацию. Уже прошло несколько месяцев, и он до сих пор скучал, думал о случившемся. Но наступил себе на горло, решив попробовать отпустить человека, вырвав его из сердца. Такой, как он, не должен тянуть на дно Сандже. У Дже должны быть хорошие и равные ему люди в окружении. А Мин... Что Мин? Больше он ни с кем не познакомится. Хватит. У него уже нет и светлого пятнышка в душе и сердце. Лучше быть колючим хмырëм и козлом, чтобы ни у кого и мысли не возникло с ним заводить общение. Как в меме : " С меня хватит! " Снова мысленно пожелав бывшему другу удачи, он улыбнулся сам себе и пошёл в парк, по дороге купив в бумажный пакет банку пива с соломинкой. Ему стоило расслабиться и начать мысленное расчленение каждого офисника с работы, откуда он уволился сегодня. Коллектив... Вот что значит не быть активно социальным человеком. Не привык Юнги к слухам, сплетням, скандалам, интригам и расследованиям. Сначала же всё хорошо было, пока поближе не узнал коллег. Мин и раньше особняком держался, ни к одной из группировок не примыкал. Только наблюдение со стороны. И чем дольше он этим занимался, тем чётче понимал, что нет в мире хуже зверя, чем человек. Устав из-за подковëрных игр, он, уходя, просто всех послал, сняв с себя маску доброжелательности и дружелюбия вмиг. Потому что таких крыс, как его коллеги, ещё поискать надо. И вообще, крысы-животные получше будут. Сев на лавочку, он воткнул наушники, включил музыку и с закрытыми глазами, не торопясь, смакуя, потягивал своё фруктовое пиво. В этот раз было клубнично-вишнëвое. Юнги наслаждался вакуумом вокруг. Он знал, что к нему никто не подсядет. Годы тренировок по настройке защитной тяжёлой ауры давали о себе знать. Но сегодня случился сбой. Он шестым чувством почувствовал не физическое присутствие человека рядом, а взгляд. Юнги ощущал сквозь музыку и расслабленное сознание, как его пристально кто-то изучал. Открыв глаза, он увидел сидящего напротив парня. Тот сидел на лавке, широко расставив ноги, склонив голову набок, не отрывая глаз, внимательно рассматривал Юнги. Его даже не смутило, что Мин также демонстративно уставился. Юнги отметил про себя его красивый фейс. Даже чересчур идеальный. Поэтому фыркнул по-кошачьи и закатил глаза, подумав о том, что у таких красавчиков единственное, чем можно похвастаться, так это только внешностью. — Ты че? В музее что ли? Пялишься, как на экспонат, — нарушил тишину Юнги, обращаясь к красавчику. Тот едва улыбнулся уголком губ и лениво ответил, не отводя взгляда: — Не в музее, конечно, но ты явно круче Моны Лизы. Да и толпы нет, так что я в плюсе и могу наслаждаться совершенством в полной мере. И на моего будущего парня похож. В моём вкусе. Юнги аж задохнулся от наглости. — А пососать не дать? — злясь, бросил Мин. — Дашь, конечно, но позже, — ухмыльнулся незнакомец. — Хотя, чего ждать? Я... — Не в этой жизни, парень, — перебил Юнги, закатив глаза. Между ними воцарилась тишина. — Я Ким Тэхён, — прервали блаженство Мина. Тот в свою очередь промолчал. Ему совсем не хотелось отвечать и, в принципе, знакомиться. А этот самый Тэхён всё продолжал тараторить тихо, совсем не обращая внимания на явный игнор. — Мне 25 лет. Совсем недавно окончил СНУ, факультет менеджмента. Но не спешу искать работу по специальности, — продолжал Тэхён. — Знаешь ли, не хочется свои молодые годы просиживать в тесном маленьком кабинете, зарывшись в кучу отчётов перед компьютером, чтобы потом прийти домой, дёрнуть банку пива, передёрнуть наспех и спать. Я, на самом деле, сейчас пытаюсь кое-что... Юнги пытался абстрагироваться от реальности. Но этот низкий и глубокий голос, как назойливая муха, летающая над вареньем, просачивался в его сознание снова и снова, не давая покоя. Мину не хотелось прислушиваться к монологу парня, но нет, да и вылавливал почему-то для себя отдельные фразы и слова. — Так, стоп! — прервал поток слов Юнги. — Я понял, что ты закончил учёбу в столице, хотел развлечься, отдохнуть перед поездкой на Гавайи, потому что друг предложил тебе там работу. Но какого чёрта ты забыл здесь? В этом маленьком провинциальном городке? Девок приехал портить? — разводя руками, спросил он. — Ага! Значит, всё-таки слушал хоть немного меня, — победно улыбнулся Тэхён. — Да зачем мне ваши девушки?! Мне тебя вполне хватит, — увидев, как парень нахмурился, Ким быстро добавил. — Пошли в бар? — Днём? С тобой? — справившись со своими эмоциями, которые нахлынули на него, спросил Мин. Так явно давно не подкатывали к нему. Даже в шутку. — И? — хитро поинтересовался Ким. — Тебе это не помешало дуть из трубочки алкоголь. Кстати, что там у тебя? Нет! Я сам угадаю! — живо протараторил он. Юнги скептически посмотрел на свой пакет, а потом на Кима. — Ну давай, — хмыкнул он. Ким, сделав вид, что задумался на секунды, выпалил: — Банановое молоко с водкой! Юнги расхохотался. — Да мало ли! Вдруг ты какой-то извращуга алкогольный, — наигранно возмутился Ким. Мин, отсмеявшись, задумался. Ведь в принципе день у него совершенно свободный. Домой не хотелось. Понял, что это чудо не отстанет. Поэтому, поднявшись с лавки, он подошёл к парню. — Юнги, — протянул ему руку. — Ты платишь, — оскалился по-кошачьи Мин, склоняя голову набок, не отрывая взгляда от карих глаз напротив, в которых он точно увидел пляшущих чертенят. Ким, крепко пожимая руку, улыбнулся: — Как на первом свидании, приглашающий платит, — хитро произнёс он. — Только место сам выбери.

***

— Ты не говорил, что всё-таки местный, — прошипел Юнги, садясь за стол. Ну, он немного в шоке был, когда решил привести Кима в свой любимый бар, познакомить, так сказать, с хорошей выпивкой, а там бармен чуть ли не порога орал на всё помещение : "Тэхёни, наконец-то ты, засранец, пришёл в эту дыру! ". Да ещё и обниматься полез с ним, как закадычные друзья. — Так ты сам решил всё, а меня не спрашивал, — улыбнулся Тэхён. — Вы — друзья? — А ты что, ревнуешь? — прикусив губу, томно спросил Тэхён. Юнги подорвался с места, и только собрался выйти, как Ким схватил его за руку. — Ну ладно, остынь, а то пар из ушей идёт уже, — попросил Ким. — Ты чего нервный такой? У тебя что? Непереносимость живого общения? Да, дурацкого, но я просто волнуюсь. А ты только пыхтишь, фырчишь и злишься. — То есть я ещё и виноват? Ты сам познакомился, позвал и ещё обвинил в своём нервозе? — растерялся Юнги. — Я... — Ваш заказ! — прервала Кима официантка. Она поставила два клубнично-вишневых пива и тарелку с закусками. Поклонилась и ушла. Ким посмотрел на бутылки. — Ты что, замаскированная девчонка? Тогда нам не по пути, точно. — Да ты охренел совсем? С каких пор сладкое пиво — девчачий напиток? — возмутился Мин. — Да всё-всё! — успокоил его Ким. — Кстати, каким бы животным ты хотел стать? Юнги, сделав большой глоток из бутылки, шумно выдохнул и ответил: — Ленивцем. — Ты что, так спать любишь? — удивился Ким. — У них слишком большие лапы и они несуразные какие-то. Я бы тебя котиком хотел увидеть. Ты ж похож на него. А ещё... — Ты зачем познакомился со мной? — перебил Юнги. Тэхён посмотрел на него задумчиво, крутя бутылку на столе, а потом, смотря в упор на Мина, ответил: — Ты показался мне слишком одиноким. Каждому человеку нужен человек. Я не верю в то, что может быть одному хорошо. Бывают иногда такие моменты, когда нужно живое тепло. — Да с чего ты решил, что мне плохо и я одинок? Я сидел спокойно на лавке пиво пил, — нахмурился Юнги. — Но тем не менее, ты согласился с незнакомцем сходить в бар, — констатировал факт Тэхён. — Ты не отдыхал на лавке, а немного забывался. Даже слушая музыку, твоё лицо оставалось тревожным и хмурым, а не расслабленным. — Ээээ нет, парень. Я понял! Это ты одинок, и это всё нужно тебе. Но не мне. Я не центр соцпомощи. Извини. Эмпатия у меня на нуле. Мне люди для дружбы не нужны. Хорошо и так. Допиваем и расходимся. Ничем помочь не могу, — твёрдо заявил Юнги. Тэхён грустно посмотрел на него. — А я бабочка. Живу яркую жизнь. Пытаюсь. Дарю тепло и радость и умираю каждый день, чтобы снова родиться и продолжать этот бесконечный цикл. А хотел бы быть черепахой. Вот им действительно никто не нужен. На этом разговор закончился. Юнги видел, что красивое лицо Тэхёна словно исчезло. В глазах появилась пустота. Он понял, что теперь перед ним сидит настоящий Ким Тэхён, такой какой есть. И от этого стало не по себе почему-то. Захотелось вернуть хоть немного того наглого Кима из парка. Почувствовав маленький укол в сердце, Юнги быстро допил своё пиво, с шумом поставил бутылку и вышел из-за стола. Остановившись в дверях, он, не оборачиваясь, громко сказал: — Эй, черепаховая бабочка, я долго ждать тебя буду? Пошли в другое место, тут что-то душно. Ким за столом встрепенулся и, быстро расплатившись, улыбаясь, двинулся вслед за Мином.

***

— Мы идём в парк аттракционов? — удивился Ким, немного притормозив. — Ты имеешь что-то против каруселей? Или это снова слишком по-девичьи? — хмыкнул Юнги. — Нет, конечно! Просто как-то удивительно, что-ли. Не думал, что тебе такое нравится, — быстро ответил Тэхён, оживившись. Всю дорогу они шли, беседуя. Вернее, бабочка тараторил без умолку, вернув себе прежнее настроение, а Мин просто слушал и гадал, когда же у того сядет батарейка. Они шагали очень близко друг к другу, иногда позволяя своим рукам соприкоснуться. Обычно Юнги никому не позволял приближаться к себе, но с Кимом было по-своему легко. Спустя несколько часов они обошли все аттракционы. Ким смог разговорить в основном молчаливого Юнги. Тот даже пошутил несколько раз и подарил Тэхёну свой искренний счастливый смех после мини-горок. Единственное место, которое Ким отказался посетить, это комната кривых зеркал. — Почему? — поинтересовался Юнги. — Там совсем не смешно. Наоборот, плакать хочется. Вокруг и так не очень весело, и люди совсем разные встречаются. А там на себя кривого смотреть. Я и так знаю, каков я, — тихо ответил Ким. — Тогда домой? — подняв голову к небу, спросил Юнги. — Ты, кстати, где живёшь? — Пошли туда, где встретились. А там и разойдёмся.

***

Вместе сев на одну лавку, Тэхён развернулся корпусом к Мину и тихо поблагодарил: — Спасибо за этот день! Я, если честно, думал не выгорит затея знакомства с первым встречным, и я точно сойду с ума от тяжёлых мыслей. Очень помог разгрузить меня. Ведь мои друзья знают как неунывающего и позитивного человека. Настоящего и не видели. Я, на самом деле, шёл на встречу с ними, но споткнулся об тебя на лавке. Почему-то показалось, что с тобой провести день — это самая правильная вещь в мире. Даже получилось. Надеюсь, что и ты сегодня почувствовал себя важной частью в моём дне. Юнги внимательно слушал, но ничего не отвечал. Он не знал, что сказать. Всё это было так странно. Тэхён улыбнулся. — Я бы хотел с тобой общаться дальше, если позволишь. Сегодня мы оба показались друг другу почти настоящими. Ты не боялся коготки выпускать и скалиться, а я позволил себе расслабиться и быть честным с самим собой. Из нас бы вышел искренний дуэт. — Чувак, ты не в моём вкусе, — буркнул, отворачиваясь от Кима, Юнги. — Это мы ещё посмотрим, — смеясь, ответил Ким. — Я через неделю улетаю, и когда вернусь, не знаю. Давай со мной? Сам сказал, что никто и ничто тебя не держит здесь, — увидев, удивлённое лицо Мина, Тэхён быстро добавил. — Не понравится, зато отдохнешь. — Я... — Нет, не отвечай сейчас, — мягко прервал Ким. — Подумай хорошо. Через неделю, ровно к полудню я буду тут. Если тебя здесь не будет, значит не судьба. Может в следующей жизни выгорит, — подмигнув, он встал и пошёл прочь, напевая незнакомую песенку, оставляя растерянного Юнги в парке.

***

Придя домой, Юнги принял душ. Уже на кухне, сидя с большой кружкой какао, он всё думал о Киме. Тот ему понравился? Нет, не в романтическом плане, а просто как человек. Пока не мог понять почему. Но то чувство раздражения, которое он испытывал от его шуток, разговоров, не отталкивало его, а скорее наоборот, поджигало уснувшие чувства, когда можно не держать лицо, а быть самим собой. И ни фига не стыдно чего-то не знать, быть язвой или молчуном. Это радовало? Да! Если первый день знакомства таким вышел честным, то что же будет дальше? — Так, стоп! — сам себе сказал Юнги. — Дальше спать. И до вечера. Я ж теперь свободный, — улыбнулся и пошлëпал в спальню. Шесть дней Мин провёл в анабиозе. Подъём. Доставка. Приём пищи. Сон. Всё. Ему не хотелось ничего делать, даже думать. В голове — пустота. Все соцсети молчали. Никто его не хватился. К этому он тоже привык. Выкарабкавшись из-под одеяла, Мин отправился на кухню. Голова от постоянного сна была тяжелой. Сварив себе кофе, он включил телевизор и сразу убрал звук. Мельтешат фигурки по экрану и ладно. Уже создаётся видимость, что как будто не один. Вдруг телефон зазвенел уведомлением. Юнги нахмурился. Взяв в руки смартфон, он увидел напоминалку о том, что завтра нужно принять решение. Юнги так и сел, вспомнив о Тэхёне снова. Он закрыл глаза и увидел лицо Кима как наяву. Решив не заморачиваться, он снова пошёл спать, при этом на всякий случай заведя будильник на шесть утра. Ну мало ли. Утром, еле разлепив очи, Юнги принялся наводить уборку, игнорируя своё волнение. Решил, что просто наводит порядок, потому что за это время засрал квартиру, которая стала похожа на бомжатский притон с пустыми коробками из доставки, бутылками пива и стаканами кофе. А не потому, что мыслями был в парке. К одиннадцати он сам себя обнаружил в лифте. Юнги, словно очнувшись, стукнул себя по лбу и, застонав, прошептал: — Юнги, ты же не авантюрист! Это всё не твоё! Что ты творишь! — открыл глаза, посмотрел на своё отражение напротив, несмело улыбнулся. — Но и спать днями и умирать душевно в квартире одному, тоже не моё. Рискнëм! — вышел из лифта.

***

Тэхён сидел на лавке с маленькой дорожной сумкой, нервно отстукивал ботинком неизвестный даже ему ритм. Казалось, что нога живёт своей жизнью. Всё время в движении. Ким поймал её двумя руками и еле смог унять поднявшуюся из ниоткуда дрожь. Немного успокоившись, он посмотрел время. 11.30. — Ещё рано, — выдохнул Тэхён. — А вдруг не придёт? Ну это будет фиаско, братан, — буркнул про себя. Ким убегал отсюда, обрывая все старые связи без сожаления. Он устал менять маски, подстраивать себя под других людей. Нет, он не был каким-то безвольным человеком, с которым никто не считался. Просто это из детства... Он научен предугадывать настроение и состояние собеседника, и неосознанно все время пытался как-то помочь. И хорошо всегда получалось, пока его не засосала собственная апатия, на которую никто не обратил внимания. А с Мином было по-другому. Он сначала попробовал свою налаженную схему и разбился об её ненужность. Юнги не нужно было поднимать настроение и заглядывать ему в глаза, ища одобрения. Он просто оставался собой и ему это нравилось. Тогда и Ким расслабился и не побоялся хоть на миг снять с себя маску. В тот день, идя домой, он понял, что быть собой — самое дорогое удовольствие в мире, но ещё более бесценным остаётся человек, который не оттолкнул тебя в такие моменты. Глянув снова на часы, он разочарованно усмехнулся и прошептал: — Не судьба, Ким. Тяжело встал, воткнул наушники и потихоньку пошёл в сторону метро. У него есть ещё три часа до вылета. Погрузившись в свои мысли, он не ожидал почувствовать тяжёлую руку у себя на плече. Повернувшись, он увидел запыхавшегося Юнги. — Я всего на пять минут опоздал, а ты уже свалил! Ты должен впредь привыкнуть ко мне и к назначенному времени накидывать для моих опозданий ещё минут десять. А то разойдёмся, не сойдясь, — тяжело дыша, произнёс Мин. Ким улыбнулся и крепко обнял его. — Как скажешь! Я рад! Очень рад, друг! — прошептал Тэхён. — Пока друг, — вернул ему шутку Юнги и обнял в ответ парня.