your love / ncotic

Глеб сам не понял, как влюбился.  Всю жизнь он считал любовь чем-то иррациональным, тем, что всегда мешает. Когда все его сверстники в 7 классе начали бегать за девочками, Глеб сидел с книжкой и зазубривал новую формулу по физике, чтобы блестяще ответить параграф на уроке. Когда в 9 классе у его одноклассников и одноклассниц уже было огромное количество бывших партнеров, считать которых приходилось больше, чем на двух руках, Пакет лишь готовился к ОГЭ по информатике и физике, плевав на всех и вся. Зато в 10 классе его система дала сбой.  Санчез был обаятельным, шумным, харизматичным, веселым и бла-бла-бла. Суть была в том, что про Сашу знали все и вся. Хоть он и уже и не являлся учеником их школы, но почему-то с ним дружили одноклассники Глеба. Санчезу было 20, он учился в универе, носил убитые Рики с Трешером, постоянно распутывал свои проводные наушники от Айфона и рассказывал про теорию цвета. Для Глеба дизайн был слишком далеко, но Сашу он внимательно слушал, будто тот ему рассказывает все о выживании в дикой природе.  У Санчеза была магическая способность, которая заключалась в том, что он мог вытащить Пакета на любую тусовку. Да, видеть ботаника и зануду на какой-то вписочной хате было непривычно и странно, но Саша, смеясь, обнимал школьника за плечи, отпивал пиво и трещал всем о том, что Глеба никто, кроме него, не знает.  Саша на балконе с сигаретой затирал про параллельные вселенные и динозавров, а Глеб слушал этот бред как истину первой инстанции. Залипал конкретно на чужие худые длинные пальцы, которые сигарету к губам подносят, на эти самые сухие пухлые губы, которые обычно в легкой улыбке изогнуты. Первым за поцелуем потянулся Санчез.  От бедного студента Глеб не ждал каких-то сверх ухаживаний. Ему было достаточно внимания, поцелуев и объятий, а шоколадки всякие шли лишь бонусом. Один раз Саша пришел к нему домой, держа в руках нелепую желтую розу, заливая уши Пакета каким-то любовными речами, сравнивая его с этим странно-нелепым цветком - необычный, выделяющийся из толпы, но редкий и, наверное, ранимый. Пакет эту розочку засушил и хранил в книжке.  Их редкие совместные вечера всегда сопровождались спрайтом, чипсами с крабом, шоколадкой «Милка» и поцелуями. Саша держал крепко, заваливал на себя, убирал мешающие прядки с пакетового лица, чтобы было больше места для его губ. И после всегда следовали ласки, а затем и стоны, слетающие с губ школьника.  А потом Саша исчез. Не появлялся в компании, куда Глеб уже как родной вписался, не отвечал на смс и звонки, не заходил в сраный «Вконтакте». Идей и мыслей нет, его никто не видел уже пару недель. А потом Глеб из почтового ящика письмо забирает, читает адрес СИЗО и то, что Сашу подставили и закрыли по 228.