Чуть менее сорока тысяч способов

Пятница, несомненно, легче понедельника. Однако если предшествующая неделя была муторной, то тяжесть пятницы может посоперничать с иным выходом из отпуска. Таковой эта пятница определённо была и для Триона Фроггера, простого монтажника на самой обыкновенной верфи, ныне просиживающего остатки своей невысокой зарплаты в паршивой кантине за стаканом паршивого пойла. Яхта, над которой работал их отряд уже два месяца как должна быть сдана. Но она уже в третий раз уходила на доработку в связи с новыми требованиями заказчика. Требования шли вместе с угрозами разрыва контракта, чем очень сильно портили настроение начальнику Триона, а уж он старался передать данный импульс всей своей команде. Фроггер топил прошедшую неделю в дешёвом пойле и краем уха слушал разговоры окружающих. Разговаривали, разумеется, о политике. А Трион ненавидел разговоры о политике. Пусть он и понимал, почему в кантине говорят в основном о ней. Погода в этих местах абсолютно никакая, хороших голофильмов или голосериалов не выпускали уже лет десять, а женщин все уже по три сотни раз друг с другом обсудили и каждый знал о (пусть и абсолютно отвратительных) вкусах собеседника. Ну нет консенсуса на эту тему на просторах ДДГ, и каждый отчаялся убедить окружающих в своём идеале. Чем политика лучше вышеперечисленных тем Трион откровенно не понимал, от чего и бесился. В политике, по его мнению, было всё и так понятно. Сенаторы — воры, Моффы — солдафоны и идиоты, главы планет — самодуры и казнокрады, а император — тиран и маразматик. Последняя мысль обычно высказывалась шепотом и на кухне, но суть от этого не менялась. Единственным «местным колоритом», выделявшим здешнюю политическую дискуссию от средней по Галактике, был вялотекущий и скорее тлеющий спор о родителях местной сенаторши. Вот уже двадцать лет половина жителей утверждала, что это королева наставила рога муженьку, тогда как другая часть была уверена, что это Вице-король приволок свой дикий овёс. В то, что сенаторша — их общий ребёнок не верил никто. Но Фоггер считал, что за двадцать лет было говорено по этой теме всё, что можно. Он был уверен, что правда где-то посередине. По его мнению, богачи притащили во дворец какую-то сироту на потеху, а потом к ней прикипели. В целом, раз разговоры о политике представляли из себя подобную муть, то немудрено, что Трион предпочитал хлестать противный алкоголь. В его мозгу начала формироваться мысль о покупке бластерного пистолета и прекращении сего фарса радикальным образом. Но она не успела. Ведь секунду спустя Трион Фроггер стал частью пояса астероидов, образовавшегося на месте планеты Альдераан после выстрела Звезды Смерти.