Вынужденное сотрудничество

Поиски начались. 2-я группа нашла улики: Порезы на стенах означают то, что у нападавшего было довольно острое оружие, чтобы порезать стены, да и безшумно не смог бы никто напасть, только тот, у кого хороший опыт в борьбе. 1-я группа тоже нашла улики, но эта группа была под контролем как раз тех, кто совершил убийство, так что эти клики полностью давали им выгоду. Что в случае этих троих ну не так уж и плохо, их не подозревают, но многие шептаются, ведь когда-то давным-давно Дэб слухи распустил, что якобы Алфедов есть детишек, чушь, не правда ли? Альцест, Алфедов и Джаст собрались в пещере любовников и начали обсуждать, кто следующий и как дальше делать, то все предлагали много кого, но все-таки решили мистера Бафа, но не сейчас, у нашего снеговика еще много крови, так что всё в норме, а сейчас нужно обсудить состояние снеговика, ну и опять ответить на вопросы Джаста, если есть, конечно. — Думаю, договорились? — начал Альцест. — Думаю, да и Джаст же тоже? — снеговик смотрел на черта, который не понимал, о чем тот. — Да, — немного с вопросительным акцентом сказал. — Тогда хорошо, я полетел к себе, значит, если что, Алфедов, заходи, ждать буду. Альцест полетел, и Джаст с Алфедовым остались одни. — Я не понял, на что согласился. — Ты серьезно? — Так на что? — На то, что ты будешь опорой во всех планах, а то есть основную работу будешь делать ты. — А что я? Почему не ты, и вообще, с какой стати Альцест тебе помогает?! Его же фиг в какую передрягу закатить. — Он меня просто больше любит, чем тебя, — гордыливо сказал Алфедов. — А что он больше? Может, я? — Точно ты? — Точно, точно. — Не верю. Джаст на это только подошёл и обнял снеговика, сковав его движения. — Веришь? — Неа. Джаст начал целовать шею, оставляя засосы, немного оголяя плечо, ведь тот был в оверсайз футболке. — Блять, ну не сейчас же. — А что? Ты же не веришь, — немного отвлекся Джаст, а позже продолжил. Позже Алфедов уставился на что-то, немного подергивая плечо, где целовал Джаст. — Джаст, — шёпотом произнес снеговик. — Тут это. — Что? — Джаст отвлекся, посмотрел на фигуру, это был Секби, который искал телефон, чтобы заснять, но не успел. — Бля, не успел, может, повторите? — произнес Секби с явной грустинкой. На это Джаст взял блок камня и кинул в Секби, к сожалению, промахнулся. — Как понял нет, — с еще большей грустью произнес Секби. — Что пришел? Стучись хотя бы, — возмущенно произнес наш черт. — Я пришел обсудить предполагаемых людей на убийстве, все-таки это просто так оставлять нельзя, и что мне стучатся, не хочу такое пропускать бесплатно же. Второй блок камня уже взял Алфедов и кинул тоже в Секби, уже попал в лоб. — Всё, всё понял, молчу. Кажись, сейчас не до разговоров вам, пойду потом ко мне загляну, ок? — Ага, иди уже, а то еще один полетит. Секби ушёл, и Джаст начал: — С чего мы там закончили? — С того, что любишь ли ты меня, — произнес с улыбкой Алфедов, повернувшись к лицу Джаста, Джаст сам вздохнул и взял того на руки, неся в спальню. Лежат они на кровати, Джаст сверху, Алфедов снизу вверх, смотрят друг на друга, ожидая, пока кто-то первый не начнёт, у обоих голый торс, только штаны не сняты, но это ненадолго. Первый начал Алфедова, а точнее, кусает плечо своими зубками. — Что тебя так тянет кусать? — возмущенно сказал Джаст. — Уж больно вкусно, так называемый десерт, — произносит это с явной игривостью, на это Джаст только вздыхает. Джаст лежит сверху Алфедова, обнимая того, а другой кусает, конечно, больно, но потерпеть для любимого человека можно. — Ты как вампир, — сказал Джаст, не ожидая ответа, ну и не получил, просто лежит и терпит, немного щурясь от боли. — Ты скоро? — торопит Джаст. — Больно вопщето. — Сказал бы сразу, что терпеть-то, — возмущённо произнес кровосися. — Я наелся, можно и уходить. — Ну нетушки, мой голубушек, я-то терпел, теперь и ты тоже. — Я уже понастрадался, — кокетливо пытается выбраться. — Неа, — Джаст взял две руки снеговика и положил их над головой, держа одной рукой, оставшейся рукой он расстегнул ширинку у снеговика, снимая штаны вместе с боксерами, а у себя только ширинку расстегнул. — Пощади, — Алфедов смотрел на Джаста снизу вверх, говоря немного голосом умоляюще. — Боишься? Я же не больно кусаюсь, как ты, если больно будет, говори, хорошо? — Ладно, — снеговик смотрел куда-то в сторону. Той свободной рукой он положил на лицо Алфедова, погладил его и поцеловал, снеговик так же ответил на поцелуй. Вот Джаст уже в Алфедеве, сам Алфедов смотрит в подушку, конечно, пытается в нее, но не очень-то и получается. Джаст двигается в нем не быстро, но ускоряется, руки уже держал на бедрах, оставляя синяки. Джаст немного замедлился и спросил: — Удобно? Не больно? Позу хочешь сменить? — явно волновался. Алфедов что-то попытался сказать, но не разобрать, и из-за этого Джаст вовсе остановился, снова повторив те вопросы, тогда уже снеговик ответил: — Не очень удобно, можно позу сменить? — Конечно, что сразу-то не сказал? — А как говорит, когда в подушку вокнут, и еще к этому в тебе двигаются? — Ну я же как-то говорил, — немного посмеялся. — Я этому до сих пор удивляюсь. — Меняй давай, — Джаст вышел с Алфедова чтобы тот сменил позу, когда тот сменил ее, лег к лицу Джаста. — Удобно? — Надеюсь. — Если что, говори или хлопай меня почему-то, я остановлюсь, — Алфедов только кивнул. Джаст медленно вошёл в Алфедова понемногу, ускоряясь. Смотрел черт куда угодно, но не на лицо, то на тумбочку, то на стену, но точно не на лицо. Когда туда посмотрел, увидел слезинку маленькую, с закрытыми глазами, немного сморщенное лицо от боли. Джаст тут же остановился, подтёрся слезинку большим пальцем. — Больно? — Нет, нормально, — явно что-то скрывая. — Я же вижу, ты мой глупенький, что сразу не сказал-то? — Мне не больно, — на это Джаст только вздохнул особенно от такой упрямости снеговика. — Алфедов ты же взрослый парень, ну чего ты упрямишься? Я же вижу у тебя на лице всё написано. — Ладно, — поставил паузу. — Мне чем-то даже нравится эта боль. — Ого, говори, если слишком больно будет, я просто не могу смотреть на такое бедненькое личико. Алфедов кивнул и Джаст опять же начал движение, постепенно ускоряясь. Джаст смотрел на лицо, что смотрел, и не мог, сердце разбивалось. Он приблизился ближе, хотел поцеловать того, но тот укусил в плечо, даже больнее, чем тогда кусал. Джаст, разумеется, айкнул, но тоже терпел, пока один не кончил, а другой уже вытащил и сам себе мастурбировал. Потом они легли вместе в обнимку