Coming Home

Пока такси петляло по жилым кварталам города, чтобы доставить его до места назначения, Хонджун просматривал документы в своем телефоне. Из агентства ему случайно прислали не тот файл, и у него было совсем мало времени, чтобы просмотреть правильный. В его поколении было очень мало фертильных альф, поэтому стать племенным альфой было очень прибыльной карьерой. Когда омеги хотели щенков, они связывались с агентством, и те подбирали для них донора. Они договаривались о времени и месте, он вязал их, а затем переходил к следующему. Ким объездил всю страну ради этой работы. Иногда партнёр омеги хотел принимать в этом участие, что его вполне устраивало, и он никогда не возражал. Иногда он и сам предпочитал это. Альфа чувствовал глубокое удовлетворение от того, что смог воплотить в реальность мечты стольких людей о щенках, хотя от мыслей о том, сколько у него уже было потомства, у него кружилась голова. Конкретно этот файл весьма его заинтриговал. Этот омега был указан как одинокий. Довольно редко можно было увидеть, чтобы кто-то выбрал жизнь родителя-одиночки. Он сделал пометку, чтобы упомянуть об этом во время собеседования. Затем альфа сосредоточился на предоставленной фотографии. Омега был очень симпатичным, с мягкими локонами длинных волос и красивыми пухлыми губами. И он был одинок. Ким покачал головой. Это было не его дело. Он схватил свою сумку и поблагодарил водителя, когда тот подъехал к симпатичному небольшому двухуровневому дому. Альфа вытер вспотевшие ладони о джинсы, прежде чем постучать в дверь. Почему он нервничал? Его сердце ёкнуло, когда Сонхва открыл дверь. В свете, льющемся из-за его спины, и с этой ослепительной улыбкой... он был похож на ангела. Альфа прочистил горло, пытаясь отдышаться, когда опьяняющий сладкий аромат омеги ударил ему в нос. - Пак Сонхва, верно? — спросил он. - Это я, — улыбнулся Сонхва, отступая назад. - Входи, пожалуйста. Хонджун благодарно поклонился и вошел в дом. Он снял обувь и поднял взгляд, осматриваясь. Дом был небольшим, но чистым, аккуратным и тщательно обставленным. От него веяло теплом и уютом. Ким сел за кухонный стол, а омега поставил перед ними по чашке чая. - Я распечатал документы. Слышал, тебе нужно будет изучить их вместе со мной, — сказал Сонхва, подвигая альфе папку по столу. - Вообще, я тоже их принёс, — сказал Хонджун, доставая документы из сумки. - Но я рад, что ты подготовился. - Я более чем готов, — вздохнул Сонхва, отпивая чай. Хонджун медленно и внимательно просмотрел всё вместе с омегой, тщательно разбирая все вопросы, хотя было ясно, что Сонхва прочитал все документы и уже всё понял. После того, как всё было подписано, Хонджун аккуратно убрал все документы обратно в свою сумку. - Я должен спросить, — сказал он. - Почему ты решил завести щенков сейчас, в одиночку? - Я всегда хотел их больше всего на свете, — мечтательно сказал Сонхва, подперев подбородок рукой. - И у меня никогда не было партнёра, который разделял бы это моё желание. Я устал ждать, пока кто-то другой воплотит мои мечты в реальность. Я более чем готов к этому. - Что ж, я с радостью сделаю это для тебя, — улыбнулся ему Хонджун. Радость омеги была заразительной. - А если я захочу еще братьев и сестер… — начал Сонхва, опустив глаза. - Уже приглашаешь меня снова? — усмехнулся Хонджун. - Ты этим занимаешься? — серьёзно спросил Сонхва. - Я хочу большую семью. - Я посмотрю, что смогу сделать, — ответил Хонджун. В этой просьбе не было ничего необычного, просто он не мог гарантировать её выполнения. Закон ограничивал количество щенков, которых он мог зачать в одном месте, хотя в отношении братьев и сестер оставалось пару лазеек. – Ну что, начнём? - Да, пожалуйста, следуй за мной, — сказал Сонхва, с готовностью вставая. Хонджун последовал за ним, в спальню. Там было так уютно: тёплый свет освещал роскошную кровать, покрытую одеялами и подушками. Было очевидно, что омега гнездовался в ожидании. – И... как все это делается? — нервно спросил Пак, поворачиваясь к альфе лицом. - Как хочешь, — заверил его Хонджун, подходя ближе. - Мы можем контактировать довольно часто или, наоборот, редко. Как тебе будет удобно. - Будет странно, если я попрошу тебя поцеловать меня? — робко спросил Сонхва, теребя край своего мягкого свитера. Хонджун сделал ещё один шаг, чтобы сократить расстояние между ними, медленно проводя рукой от талии омеги к его шее, нежно придерживая сзади. - В этом нет ничего странного, — тихо сказал он. Альфа прижался к губам Сонхва, и что-то болезненно сжалось у него в груди. Стоя здесь, в спальне этого странного омеги, целуя его мягкие, пухлые губы, вдыхая его восхитительный сладкий аромат, он чувствовал себя так, будто вернулся домой. Омега слегка приобнял его за талию и ответил на поцелуй, и Хонджун понял, что ему еще нигде и никогда не было так хорошо. - У тебя предварительная течка? — спросил он, прикасаясь к губам омеги, пытаясь понять, почему его инстинкты сходят с ума. - Нет. А должна быть? — уточнил Сонхва, обеспокоенно отстраняясь. Хонджун, не задумываясь, вновь прильнул к губам омеги, не желая отрываться ни на секунду. - Это не обязательно. Нам просто, возможно, придётся сделать это несколько раз, чтобы наверняка сработало, — сказал Хонджун, пытаясь сохранить свой профессионализм. - Здесь неподалёку есть отель, в котором я могу остановиться, пока ты не получишь положительный результат. Хотя, у меня довольно хорошая репутация... Это никогда не занимало больше недели. - Хорошо, — кивнул Сонхва, впитывая информацию. – Поцелуешь меня ещё раз? Хонджун улыбнулся, медленно поглаживая край свитера омеги, и их губы снова встретились. - Можно я сниму его? — спросил альфа. - Хорошо, — Сонхва густо покраснел, помогая снять свитер. Хонджун оглядел его с ног до головы. Мозг альфы полностью отключился, когда он представил эту тонкую талию округлившейся из-за его щенков. Он хотел быть рядом с омегой при этом. Ему это было нужно. Сонхва заметил его пристальный взгляд и усиливающийся аромат феромона и немного отступил, прикрывая грудь. - Извини, — Хонджун попытался выбросить все эти мысли из головы. - Обычно я более профессионален. Просто ты очень красивый. - Спасибо, — тихо хихикнул Сонхва, отчего мозг Хонджуна засиял, как новогодняя ёлка. - Я просто стесняюсь. - Тебе нечего стесняться, — мягко сказал Хонджун, делая шаг вперёд, чтобы снова сократить дистанцию, довольный тем, что Сонхва не отступил назад. - Но я могу попытаться не смотреть, если тебе неловко. Ты здесь главный. - Нет. Всё в порядке, — сказал Сонхва, храбро опуская руки. Он мило покрутился на месте и смущённо хихикнул. - Полагаю, это последний раз, когда кто-то может насладиться моим телом в таком виде. - Для меня большая честь поцеловать на прощание твоё тело до беременности, — улыбнулся Хонджун, целуя его в шею, чувствуя, как у него самого в животе порхают бабочки от того, как у омеги перехватило дыхание. Он с такой легкостью почувствовал сладкий запах возбуждения омеги, поскольку был так близко к его феромонной железе. Ким провёл по ней губами и тут же отстранился. Его клыки болели так, как никогда раньше, и он знал, что единственный способ избавиться от этого — укусить омегу. Неужели ему действительно нужно носить капу, как подростку? Он стиснул зубы, пытаясь избавиться от этого ощущения. Альфа на мгновение закрылся, стягивая свою футболку через голову. Сонхва, казалось, был настолько отвлечён его телом, что не заметил этой внутренней борьбы. Хонджун рванулся вперёд и снова соединил их губы, желая вновь ощутить вкус омеги. Сонхва издал тихий удивлённый звук, но тут же растворился в поцелуе, проводя мягкими руками по спине Кима. Альфа мог бы оставаться в таком положении часами, чёрт возьми, может даже вечность. Но у него было дело, которое нужно было довести до конца. Он медленно направлял их, пока ноги Сонхва не коснулись его кровати. Омега опустился на неё спиной вперёд, увлекая за собой Хонджуна, отказываясь отпускать его. Он обхватил ногами бёдра альфы, и Ким невольно медленно качнулся вперёд, глотая тихие вздохи Сонхва, пока потирался о него в самом... нужном месте. Даже сквозь слои одежды он чувствовал, какой омега горячий. Альфа оторвался от губ омеги, и его сердце забилось чаще от того, как восхитительно тот выглядел. Волосы разметались вокруг его идеального лица, щёки раскраснелись, губы припухли и покраснели, а зрачки расширились. И всё это только для него. - Что ты хочешь, чтобы я сделал? — спросил Хонджун хриплым голосом, стараясь не выдать своего отчаяния. - Я… я… — заикался Сонхва, его взгляд был расфокусирован. Хонджун снова двинул бёдрами, и омега подался навстречу этому движению. Он запрокинул голову, обнажая свою красивую, изящную шею, а его феромонная железа набухла и источала интенсивный возбуждающий аромат, наполняющий комнату. Хонджун взял одну из его длинных, прекрасных ног и, дразня, закинул её себе на бедро, уверенно прижимаясь к омеге. Смазка Сонхва уже начала просачиваться сквозь ткань его штанов и пачкала пах Хонджуна. Ким все еще задавался вопросом: мог ли омега находиться в предтечке, но не осознавать этого? От запаха смазки омеги у Хонджуна потекли слюнки. - Могу я попробовать тебя, сладкий? — спросил Хонджун, наклоняясь к омеге и покусывая его губы. - Д-да. Пожалуйста, — заикаясь, пробормотал Сонхва. Они, вроде бы, уже настолько далеко зашли, хотя еще даже толком ничего не сделали. Хонджун поцелуями спустился к его челюсти и, избегая шеи, обласкал ключицы. Он неспешно провел языком по каждому соску омеги, заставляя их затвердеть, прежде чем подразнить их зубами. Сонхва зарылся пальцами в волосы Хонджуна и застонал, а его бёдра неосознанно двинулись вперёд, чем больше внимания ему уделял альфа. Хонджун мог бы оставаться в таком положении гораздо дольше, но запах смазки был слишком сильным, чтобы его игнорировать. Он еще пару раз слегка прикусил каждый сосочек омеги, прежде чем двинуться дальше, вниз. Он зацеловал плоский животик Пака, а его разум сходил с ума от мыслей о том, каким он станет полненьким и круглым, когда в нем будут его щенки. Альфа вновь задержался там чуть дольше, чем следовало, поэтому Пак нетерпеливо толкнул его голову вниз, туда, где ему это было нужно больше всего. Хонджун тихо усмехнулся, откровенно наслаждаясь происходящим. Он поцеловал мокрое пятнышко на штанах омеги, уткнувшись в него носом и глубоко вдыхая. Он никогда не чувствовал ничего более восхитительного. Сонхва издал разочарованный звук и потянул пояс своих брюк вниз, желая избавиться от этого барьера. Хонджун помог ему снять их вместе с его очень мокрым нижним бельем. От вида обнаженной вагины омеги, с которой уже капала смазка у него перехватило дыхание. Альфа был беспомощен перед собственным телом. Он подался вперед и зарылся лицом между ног омеги, громко застонав от восхитительного вкуса, который он почувствовал на своем языке. Ким без сопротивления толкнулся языком в киску Хва, слизывая обильное количество вытекающей смазки. Сонхва обхватил его голову ногами и стал тереться о лицо альфы, поскуливая и хныча от удовольствия, разливающегося по всему телу, пока Хонджун ласкал и вылизывал его так, словно умирал с голоду. Его острый нос так идеально терся о клитор омеги, что тот пульсировал вокруг его языка. - Да, вот так… — простонал омега, случайно потянув Хонджуна за волосы, когда тот принял идеальную позу. Альфа одобрительно замычал и удвоил усилия, дразня его и языком, и пальцами. Сонхва взвизгнул и оттолкнулся бедрами от кровати, пытаясь заставить чужие пальцы проникнуть глубже. Хонджун чуть приподнялся, чтобы пососать его клитор, одновременно послушно вводя свои пальцы как можно глубже, лаская стеночки, пока не почувствовал, как они начали судорожно сжиматься. - Ах! Да, здесь! — простонал Сонхва, когда альфа нашел его точку G. Хонджун продолжал трахать омегу пальцами, и влажные хлюпающие звуки наполняли его уши, словно музыка, когда он потирал это местечко при каждом движении. Ноги Сонхва всё сильнее сжимали его голову по мере того, как он приближался к оргазму. Альфе нравилось то, как громко он стонал и извивался на кровати, он кайфовал и только сильнее возбуждался от звуков получаемого омегой удовольствия. Фейерверк взорвался перед его глазами, когда он почувствовал, как тот кончает на его пальцы. Никогда в жизни он не был счастливее, чем в этот момент. Сонхва красиво выгнул спину, кончая достаточно долго, а Хонджун делал всё возможное, чтобы продлить наслаждение омеги, пока тот не стал безвольной лужицей на простынях. Бёдра Сонхва обмякли, он тяжело дышал от интенсивности пережитого оргазма, медленно приходя в себя. Хонджун в последний раз поцеловал его клитор и ухмыльнулся, когда омега дёрнулся от перевозбуждения. Он вытащил из кармана бумажный платок и вытер свое мокрое лицо, прежде чем встать. Альфа даже не смог насладиться божественным видом Сонхва, раскинувшегося на кровати, обнажённого и прекрасного, потому что заметил кое-что. Его нижнее бельё было мокрым. Он кончил в штаны. И даже не заметил этого. Что, чёрт возьми, с ним сегодня не так? - Тебе нужно немного времени, чтобы прийти в себя? — спросил он, лёгкими движениями проводя кончиками пальцев по боку Сонхва, надеясь на то, что тот скажет «да». Сонхва вздрогнул от его прикосновения и криво улыбнулся: - Если ты не против, — немного невнятно сказал он. - Ты действительно... хорош в этом. - Просто это ты очень чувствителен, — улыбнулся Хонджун, ложась рядом с Хва, подперев голову рукой, а другой откидывая влажные волосы с его красивого лица. - Обычно я не такой чувствительный, — беззаботно рассмеялся Сонхва. - Похоже, у моих прошлых партнёров было не так много опыта, как у тебя. Хонджун с трудом подавил рычание при мысли о том, что кто-то другой мог прикасаться к этому омеге. Он сглотнул, отгоняя эту мысль. Вместо этого альфа сосредоточился на том, как прекрасно он себя чувствовал, лёжа в таком уютном гнездышке, окружённом самыми восхитительными ароматами в мире, рядом с самым потрясающим омегой, которого он когда-либо встречал. - Ты сделал это гнездышко специально для меня? — сменил он тему. - Тебе нравится? — с надеждой спросил Сонхва, переворачиваясь на бок, чтобы посмотреть на альфу. – Это уже немного слишком, да? Думаю, я слегка переборщил с подушками. Просто хотел, чтобы тебе было удобно... - Оно идеально, — сказал Хонджун, обхватив лицо омеги ладонями и проведя большими пальцами по щекам Сонхва. - Ты идеален, — не сдержался он. - Весь твой дом просто прекрасен. Я даже мог бы жить в таком месте... - Правда? – в ответ Пак лучезарно улыбнулся. - Ты говоришь это не просто так, из вежливости? - У тебя талант, — похвалил Хонджун, опуская большой палец ниже и касаясь нижней губы Сонхва. Она была такой мягкой... В голове альфы возник образ идеальных губ омеги, обхватывающих его член, и больших блестящих глаз, смотрящих на него сверху вниз. Ким часто заморгал, чтобы избавиться от этой картинки. Он здесь не для этого. В любом случае, это заставило его возбудиться гораздо быстрее, чем он когда-либо мог раньше. - Ты готов ко мне? Сонхва кивнул. Хонджун не смог удержаться и наклонился, чтобы быстро поцеловать его, прежде чем сесть и стянуть штаны, быстро спрятав испачканное спермой нижнее белье. - Как ты меня хочешь? — спросил Сонхва, сдвигаясь чуть дальше в центр гнезда. - Как хочешь, — ответил Хонджун. - Но какая поза будет лучшей? — настаивал Сонхва. Верно. Хонджун снова почти забыл, зачем он здесь. «Он спит с тобой потому, что хочет щенков. Вот и всё. Возьми себя в руки», — упрекнул он себя. Ким схватил подушку с края гнезда и подложил её под бёдра Хва. - Вот так, идеально, — улыбнулся он. Он прекрасно знал, что на самом деле идеальная поза — сзади, но ему эгоистично хотелось видеть лицо омеги. Ноги Сонхва раздвинулись, обнажив его блестящую киску между ними. Хонджун опустился на колени между его бедер и провел головкой члена по его вагине, пачкая ее в смазке и дразня вход омеги.

U Do - TRFN, Siadou

- Альфа, — простонал Пак, выгибая спину и разводя ноги еще шире. - Пожалуйста, повяжи меня. Эта фраза заставила что-то щелкнуть в голове Хонджуна. Одним плавным движением альфа вошёл полностью, по самое основание, и они оба громко застонали. Хонджун был почти рад, что только что кончил, иначе, наверное, сразу же завязал бы узел. Он трахнул множество омег, но никогда не испытывал ничего подобного. Было так горячо и туго, и киска омеги сжимала его именно в нужных местах. Казалось, что она была создана специально для него. Ему понадобилась секунда, чтобы привыкнуть. Он наклонился над телом Сонхва и слегка повернул его голову в сторону, чтобы больше не контактировать с его шеей и горлом, захватив вместо этого губы омеги. Ким медленно покачивал бёдрами, впитывая тихие звуки Сонхва, словно это было лучшее, что случалось в его жизни. Хонджун оставался в таком положении так долго, как мог, стараясь запомнить каждую мельчайшую деталь. Он наслаждался вкусом губ Сонхва, звуками его вздохов и стонов, запахом их смешанного возбуждения, ощущением тугой идеальной вагины, сжимающей его. - Ещё, — простонал Сонхва ему в губы. - Пожалуйста, сильнее. Хонджун двигал бёдрами, ухмыляясь прямо в губы Сонхва, когда тот всхлипнул, а его киска напряглась от смены темпа. Альфа приподнялся на руках, чтобы обеспечить себе лучшую опору, и начал трахать его сильнее, стараясь попасть в то место, где, как он знал, находилась точка G омеги. Глаза Хва закатились, он дрожал от каждого толчка, его ногти впились в предплечье Хонджуна, а другой рукой он вцепился в простыни. - Так лучше? — нахально спросил Хонджун. - Блять! — вскрикнул Сонхва, жадно хватая ртом воздух. Хонджун рассмеялся, бесконечно удивленный вульгарностью, исходящей из такого красивого рта, и тем, что было ее причиной. - Сильнее! Хонджун был шокирован просьбой. Он никогда бы не подумал, что такому омеге, как Хва, может нравится грубость, но это только распалило его. Альфа схватил Сонхва за ноги и, приподняв их, практически сложил его пополам, неустанно вбиваясь в него. Рот Пака открылся в беззвучном крике, а его спина резко выгнулась дугой. Хонджун с благоговением наблюдал, как из него брызгала прозрачная жидкость, пока он извивался в оргазме. Ким крепко сжал бёдра омеги и, почувствовав, что его узел растёт, вошел так глубоко, как только мог, заставляя Сонхва задыхаться и визжать, пока его вагина сжималась на его раздувающемся узле как раз так, как было нужно. Он запрокинул голову и громко застонал, кончая глубоко внутрь омеги, выплескивая свою сперму прямо в его плодородную матку. Они оба упали в изнеможении, на долгие мгновения связанные воедино. - Я даже не знал, что могу так, — выдохнул Сонхва, переводя дыхание. - Это было потрясающе. - Ты потрясающий, — пробормотал Хонджун, прижавшись к груди омеги, покрытой тонким слоем пота, и улыбаясь, когда она вздрагивала от смеха Сонхва. Они лежали рядом, просто слушая дыхание друг друга, пока Хонджун не почувствовал, что его узел ослаб. Но ни один из них не пошевелился, чтобы попытаться отстраниться. Хонджуна охватил страх при мысли о том, что как только он это сделает, он больше никогда не сможет обнять Сонхва. Его руки уже сводило судорогой только от этой мысли. - Тебе обязательно уходить? — шепотом спросил Сонхва, нарушая тишину. - Ты хочешь, чтобы я ушел? — спросил Хонджун, чувствуя себя более уязвимым, чем когда-либо прежде. - Нет, — ответил Сонхва. - Я могу остаться, пока у тебя не будет положительного результата теста, — сказал Хонджун, стараясь, чтобы его голос звучал непринужденно. - А потом тебе придется уйти? – все так же тихо уточнил Сонхва. Хонджун поднял голову и посмотрел на него, пытаясь скрыть надежду в своих глазах. - Сонхва. О чём ты просишь? - Я не знаю, — Пак посмотрел на него большими глазами, явно тоже ища что-то в глазах альфы. - Ты просишь меня остаться после того, как у тебя будет положительный тест? — осторожно спрашивает Хонджун. - Это разрешено? — вопросом на вопрос отвечает Сонхва, взволнованно хмуря брови. - Нет, — говорит Хонджун, прекрасно зная, что это запрещено правилами. - Ох… — Сонхва отвёл взгляд и отвернулся, словно готов был вот-вот расплакаться. Хонджун ладонями обхватил его лицо и повернул так, чтобы они снова смотрели друг на друга: - Я всё равно это сделаю, — прошептал он. Альфа знал, что никогда не сможет уйти, не вырвав при этом часть своей души и не оставив её здесь навсегда, незавершенной, неполной. Он будет сожалеть об этом каждый день, пока не умрёт. Ким не собирался позволять этому случиться. Он знал, что Сонхва уже беременный. И поэтому должен был остаться здесь. Ради него. Такому идеальному человеку определенно нужен был кто-то, кто заботился бы о нем, пока он растит в себе эту жизнь. Этим человеком должен был стать именно Хонджун. Тем более, он мог найти другую работу. - Я останусь. Если ты меня примешь. - Это безумие, — Сонхва посмотрел ему прямо в глаза, ища подтверждения серьёзности слов и намерений Хонджуна. - Я даже не знаю тебя. Но я понял, что мне нужно, чтобы ты остался, как только ты вошёл. - Я тоже это понял, — сказал Хонджун, нежно целуя его, и слёзы облегчения потекли по его щекам. - Мне не терпится узнать о тебе всё.

☯☯☯

Хонджун тяжело вздохнул, убирая последнюю тарелку. Щенков уже уложили спать, да и Сонхва крепко спал в своем любимом кресле. Его волосы были растрепаны, из уголка рта текла слюна. Он был на последних месяцах беременности двойней, но Хонджун все равно раз за разом останавливался и любовался его красотой. Он не мог поверить, что ему так повезло - что он может видеть Хва каждый день. Альфа нежно целовал его в расслабленные губы, пока тот не открыл заспанные глаза. - Давай переложим тебя на кровать, хорошо? — прошептал Хонджун. Сонхва застонал и потянулся, разминая затекшие конечности, прежде чем попытаться встать. Ким взял его за руки, помог подняться и украдкой поцеловал еще раз, прежде чем отвести в спальню. Сонхва обвел взглядом их маленький дом в поисках того, что нужно было сделать перед сном. Хонджун старательно позаботился обо всем, зная, что омега будет настаивать на своем, независимо от того, насколько поздний срок его беременности. Сонхва разделся, пока Хонджун быстро чистил зубы. Альфа вернулся в их комнату и увидел, что его омега все еще обнажен и разглядывает себя в большом зеркале в полный рост. Ким подошёл к нему сзади и обнял за талию, не в силах больше просто смотреть ему в глаза. Он положил голову ему на плечо, глядя на их отражение: - На что ты смотришь? - Я такой опухший… — надулся Сонхва, касаясь своего полного лица. – И уже совсем не такой, как раньше. - Сейчас ты еще красивее, — пробормотал Хонджун, оставляя поцелуи от плеча до шеи омеги, после прикусывая шрам от метки, наслаждаясь воспоминаниями о том, как он оставил его. Это был лучший день в его жизни. - Ты так думаешь? — застенчиво спросил Сонхва, прижимаясь к нему спиной. - Ты же знаешь, что да, — промурлыкал Хонджун, крепче обхватив руками округлившийся животик Хва. - С каждым нашим щенком ты становишься только горячее. Каждый раз, когда я не прикасаюсь к тебе, я думаю о том, как бы сделать это. - Так вот почему у тебя встал за ужином? — ухмыльнулся Сонхва, прижимаясь ягодицами к вновь растущей эрекции альфы. - То, как ты наклонился, когда салфетка упала на пол, — простонал Хонджун, прижимаясь к своему партнеру, показывая, как сильно его все еще влечет к нему. - И то, как тебе понадобилась помощь, чтобы снова встать. Блять... - У меня такой хороший альфа, который любит мне помогать, — выдохнул Сонхва, откидывая голову назад, пока они плавно двигались вместе. – Ты же поможешь мне с этим? — сладко спросил он, взяв Хонджуна за руку и опуская её еще ниже, пока его пальцы не коснулись его горячей, влажной вагины. - С удовольствием, — прорычал Хонджун ему в шею, потирая клитор омеги так, как он знал, что от этого у его партнёра подкосятся колени. - Ммм, в постель, — всхлипнул Сонхва, когда его ноги предсказуемо начали дрожать. Альфа лишь ухмыльнулся, когда его утащили в кровать. Эта кровать была его счастливым местом. Он знал, что это было единственное место, где он мог держать свою пару в объятиях каждую ночь. В ней они зачали всех своих щенков. Хонджун на мгновение задержал на нем взгляд, пока Сонхва лежал на спине, обхватив альфу ногами, притягивая его еще ближе. - На что ты смотришь? – спросил он, повторяя вопрос, который ранее задал ему Ким. - Исключительно на тебя, – нежно ответил Хонджун, и его лицо озарила всепоглощающая радость. – Я люблю тебя. - Я тоже тебя люблю, – сказал Сонхва, и его глаза наполнились слезами из-за всплеска гормонов. Хонджун смахнул их поцелуем, а затем поцеловал и его пухлые щеки, длинную, красивую шею и болезненно чувствительные соски. И округлившийся животик, и каждую растяжку, и каждую часть тела омеги, которая налилась лишним жиром, чтобы поддерживать жизнь, которую он собирался подарить этому миру. Он находил всё это прекрасным. - Ким Хонджун. Если ты не трахнешь меня прямо сейчас… – упрекнул его Сонхва, который никогда не любил долгих прелюдий. - И что же ты сделаешь? – поддразнил своего омегу Хонджун, помогая ему перевернуться на живот и принять положение «предлежания», зная, что ему так удобнее, когда животик уже такой большой. - Не знаю. Я что-нибудь придумаю, — пробормотал Сонхва, уткнувшись лицом в подушку, пока Хонджун ласкал его полные ягодицы. - Обязательно сделай это, — усмехнулся Хонджун, прежде чем толкнуться внутрь. Они оба вздохнули, наслаждаясь знакомым ощущением. Альфа наклонился вперед, прижимаясь к спине омеги, и обхватил его живот обеими руками, после сразу же начиная двигаться. Комната наполнилась звуками их общих стонов и шлепков, пока Хонджун двигал бедрами так быстро, как только мог в такой позе. Сонхва был идеальным папой. Он заботился о своих щенках больше всего на свете. Он был таким нежным и терпеливым с ними, всегда умел держать их под контролем и чему-то их учить. Но больше всего на свете Хонджуну нравилось то, как этот сладкий ротик каждую ночь выдавал ругательства, пока он его брал, разбивая на части. Его омеге действительно доставалось всё и даже больше. Ему пришлось остановиться несколько раз, чтобы не кончить и не повязать омегу до того, как тот кончит. Каждый раз, когда он это делал, Хва издавал долгий, громкий скулеж, и Хонджун боялся, что это разбудит их щенков, даже не смотря на то, какую звукоизоляцию они установили в своей спальне. Наконец он почувствовал, как вагина Сонхва пульсирует и напрягается вокруг него. Альфа сжал его бедра и стал толкаться еще чуть глубже, преследуя собственный оргазм и слушая прекрасные стоны своего возлюбленного. Хонджун повязал омегу, пока Хва все еще кончал, и несдержанно застонал, чувствуя, как пульсирующая киска Сонхва сжимает его узел. Он скользнул одной рукой ниже и потер клитор омеги, ненадолго продлевая его оргазм, после чего они оба в изнеможении повалились на бок. Пока они восстанавливали дыхание, Хонджун прижал свою пару ближе к себе, держа при этом в своих объятиях весь мир. Он почувствовал, как один из его щенков толкнулся под его ладонью, и чуть не заплакал от того, насколько идеальной стала его жизнь.