Закон омерты

***

12 Июня. 2008г.       С самого детства в её душе теплилась вера в людей, в рассветное будущее, в безмятежность школьных дней и в сияющий путь к вершинам карьеры. Родиться волшебницей – не её выбор, но для семьи Грейнджеров появление Гермионы стало подобно чуду, долгожданному и трепетно лелеемому. Когда первые, ещё робкие искры магии начали пробиваться сквозь детскую кожу, родители застыли в ужасе. Гермиона же, словно пытаясь развеять их страхи, шептала себе, что в её необычном происхождении нет ничего пугающего. Магия, таинственная и манящая, подчинялась ей с лёгкостью, и она верила, до глубины души, что всё будет хорошо, пока безжалостная реальность не обрушилась на хрупкие стены её детских грёз.              Сейчас эта вера казалась горькой насмешкой. Гермиона Грейнджер. Умнейшая ведьма своего поколения, золотая девочка. От каждого такого ярлыка, от каждого взгляда, полного ожиданий, к горлу подступала едкая желчь. Хотелось смыть с себя всё это, выцарапать чужие ожидания со своего тела прямо с кожей, и наплевать на кровоточащие раны. Спасая чужие жизни, пытаясь сохранить собственную, сбегая и сражаясь, она лишилась не только самых близких людей, но и потеряла себя. Город медленно просыпался. Рим встречал новый день, словно ожившая фреска эпохи Возрождения, сотканная из золота и охры. Солнце, пробиваясь сквозь дымку утреннего тумана, рисовало на фасадах старинных зданий причудливые узоры, подчеркивая их величие и историю. Воздух, еще прохладный и свежий, благоухал кипарисами и влажной землей, предвещая жаркий, но прекрасный день...              Она, как никто другой, любила этот город. Изначально, когда ее душа жаждала тишины и покоя, спасения от неумолимого шума мегаполисов, сам Рим казался ей дерзкой, почти абсурдной идеей. Однако, впервые побывав здесь однажды, невозможно не влюбиться в эту чарующую атмосферу. Возможно, он и находился ужасно далеко от привычного образа жизни, её друзей и семьи, но это был настоящий город мечты. Обосновавшись в одном из тихих, утопающих в зелени районов, Гермиона быстро осознала, что городские квартиры – это не ее стихия. Ей нужен был собственный уголок, место, где она могла бы дышать полной грудью. Так появился небольшой коттедж на самой окраине, ставший ее личным убежищем. Нравилось работать на себя, делать всё для себя. Первый раз выйдя в магическую часть города, Гермиона испытала настоящий шок. Здесь, среди оживленных улиц и таинственных переулков, ее никто не узнавал. Никаких назойливых взглядов, никаких просьб об интервью или автографах, никакой пустой болтовни. Она была просто одной из многих, свободной от бремени славы.              Работа в министерстве всегда была её мечтой. В её жизни всегда был стимул работать на благо других. Изначально она погрузилась в мир магических существ, проведя там добрые три года, которые, однако, лишь укрепили ее в мысли: Лондонское Министерство – это давно прогнившая, застывшая система. Когда стены стали слишком сильно давить, она просто взяла и уволилась. Ушла, выслушав в свой адрес шквал упреков и недоумения. Родственники и друзья были в полном шоке, не в силах поверить, что Гермиона, их Гермиона, могла так поступить – бросить карьеру, мечту. Но она и не бросила, а лишь поменяла своё местоположение. Конечно, минусов тоже было много. Изначально Гермионе было очень непросто находиться без друзей рядом, а лишь обмениваться с ними письмами и общаться через каминную сеть. Но, имея некоторые привилегии как героиня войны, с перемещениями меж странами у неё проблем не было.              Этим утром погода была более чем благоприятная. Медленно потянувшись, она всё же открыла глаза. Единственное, что было слышно по утрам здесь — это пение птиц. Гермиона медленно потянулась, открывая глаза. Лучи солнца, пробиваясь сквозь легкие занавески, заставили ее недовольно поморщиться. Хотелось еще немного понежиться в объятиях сна, но плотный график, который она сама себе установила, не позволял такой роскоши. Гермиона взглянула на настенные часы. Было уже девять часов утра, а это значит, что больше задерживаться в кровати нельзя. Поднявшись, она поправила балдахин на своей кровати, одновременно заправляя кровать с помощью магии.              Весь ее дом был воплощением света и гармонии. Интерьер, выполненный из отбеленного дерева в лучших традициях итальянского стиля, утопал в зелени. Множество цветов и растений, расставленных на подоконниках и полках, создавали поистине живую, дышащую картину. Гермиона сама выбирала каждую деталь, каждый оттенок, споря с друзьями до хрипоты по поводу ремонта. Многое она делала самостоятельно, не прибегая к помощи магических рабочих. Пришлось освоить с десяток новых чар для ремонта и трансфигурации, но результат превзошел все ожидания, став ее личным шедевром.              Ненадолго задержавшись в ванной, где аромат эфирных масел окутывал ее, Гермиона спустилась на кухню. Дом был двухэтажный, красиво оформленный щедрым количеством картин, в основном маггловских художников. В просторном пролёте над винтажной лестницей, выточенной из тёмного, почти чёрного мрамора, величественно висел "Девятый вал" Айвазовского, запечатлевший бушующее море. Среди других шедевров, украшавших стены, можно было разглядеть тонкие линии Рафаэля, сюрреалистические образы Сальвадора Дали и прекрасные работы Клода Моне. Никто этого не понимал, но ей так нравилось.              С завтраком Гермиона предпочитала не заморачиваться, обычно ограничивалась кофе и парой тостов. И, зная её привычный распорядок дня, завтрак в любом случае был не самой хорошей идеей. Она видела достаточно кровавых картин, чтобы всё съеденное запросилось обратно. Привычным, отточенным движением она принялась разбирать почту, которую её верная сова любезно оставляла на кухонном подоконнике. Вооружившись кружкой кофе, она села за стол и принялась за чтение.              — Письмо от Гарри... — Знакомый, чуть небрежный почерк привлёк её внимание. Решив, что это лишь очередное, пусть и приятное, подтверждение того, что у друзей всё в порядке, она отложила конверт на потом, оставив его на краю стола. Следующие два были счетами за дом, с довольно-таки не маленькой суммой. Благо, что она могла позволить себе оплату такого дома. Но было и кое-что ещё... Чёрный конверт, запечатанный с особой тщательностью, с печатью в виде львиной лапы с острыми, угрожающими когтями.              — О? Странно. Сегодня вас здесь быть не должно... — Пробормотала она, медленно разворачивая конверт, её пальцы осторожно скользили по плотной бумаге. Глаза пробегались по осторожным, но чётким строчкам, каждая буква которых была наполнена тревогой.              — Мисс Л., прощу прощения за беспокойство. У нас ч.п. Ждём Вас на месте как только Вы увидите это письмо. Дело крайне срочное. Есть жертвы среди наших.       

Л.Л.

      

      С тяжёлым, почти неслышным вздохом Гермиона отложила письмо, откинувшись на спинку стула. Усталость навалилась на неё, и она устало потерла переносицу, словно пытаясь прогнать головную боль. "Только этого ещё не хватало. Всё шло так хорошо, так спокойно, что я уже начала надеяться на скорый, заслуженный отдых." Мисс Л." — Именно так в семье обращались к ней. Группировка "Ломбарди" была основана самой Гермионой спустя два года после переезда в Италию. Конечно, ей не хотелось ходить по краю и заниматься преступной деятельностью, однако здесь, в магической части города, всё было куда хуже, чем в Лондоне. Жизнь здесь была куда опаснее и не предсказуемее. По инициалам, оставленным в конце письма, она безошибочно могла определить отправителя. Значит, дело и впрямь серьёзное.              — Значит, лишнего часа на чтение у меня не будет... — Она поднялась с места, направившись обратно наверх. Её рабочая одежда не была сильно вычурной, не смотря даже на её статус. Обычный чёрный костюм-тройка, бордовый галстук и красные туфли-лодочки. Предпочитая не оставлять отпечатки, на руки она натягивала белую пару перчаток. Но главным атрибутом её образа была маска. Золотая маска, искусно выполненная в форме морды львицы, сверкнула в её руке, отражая тусклый утренний свет. Она внимательно посмотрела на своё отражение. Когда ты глава семьи, самое главное — осторожность. Никто, кроме самых приближенных Гермионы, даже не знал как она выглядит.              Лёгким взмахом палочки она изменила свою внешность. Кудрявые каштановые волосы, обычно непослушные и непокорные, выпрямились, приобретая глубокий, почти чёрный оттенок. Её тёмно-карие глаза, обычно полные мудрости и решимости, теперь вспыхнули янтарным огнём, придавая взгляду хищную остроту. Натянув маску на лицо, она удовлетворённо себя оглядела. Из-за львиной маски были видны только её губы, и она, с привычной точностью, нанесла на них тёмный бордовый цвет своей любимой помады.              — Что ж, Мисс Ломбарди, да здравствует новый день. — Прошептала она, её голос звучал глухо под маской.              Тряхнув чёрной копной волос, она направилась к камину, где уже мерцало зелёное пламя. Сделав шаг вперёд, она растворилась в нём, словно призрак, оставляя за собой лишь лёгкий запах дыма и тишину. Впереди её ждал мир, полный опасностей и интриг, мир, где её имя внушало страх и уважение, мир, который она сама создала. И она была готова встретить его во всеоружии.

***

      Штаб-квартира встретила её напряжённой тишиной. Гермиона замерла у тяжёлых готических ворот, вглядываясь в сторону здания. Взгляд её скользил по его фасаду, обволакиваемого полупрозрачным мерцанием защитных чар. Они пульсировали, как дыхание, пропуская внутрь лишь тех, кто принадлежал этому маленькому миру. Сам штаб выглядел как коттедж в готическом стиле с церковной башней. Магглы обычно игнорировали его, принимая за обычную церковь благодаря чарам для отвода глаз. Витражные стёкла блестели в лучах солнца, и Гермиона всё же зашла на территорию. Под её ногами зашуршала гравийная дорожка, ведущая к главному входу. Вокруг расстилался ухоженный сад, наполненный ароматами цветов, а в центре, как символ вечности, бил фонтан. Слева, будто страж, возвышался старый тёмный дуб.               Она выкупила это здание, и изначально у неё были на него исключительно благие намерения. Сейчас же здесь проходили собрания, именно здесь строились все планы по управлению их филиалами, решались судьбы активов. Она распахнула входную дверь, отметив взглядом парочку участников одного из боевых отрядов. Возможно, произошло что-то с рейдом, если новички были здесь. Когда в зал заходила Грейнджер, разговоры сразу прекращались и присутствующие склонялись в поклонах. Она же в свою очередь выражала почтение семье лёгким кивком головы, и только после этого считалось, что можно возвращаться к теме обсуждения. В зале для совещаний сидело четверо. Маски Зайца, Волка, Филина и Медведя сидели за большим круглым столом, покрытым красной скатертью. Свет был приглушен, а кожаные кресла расставлены вокруг стола.              — Господа. — Обратилась она к двум последним. Те ответили наклонами головы в вежливом жесте. — Сегодня, я полагаю, мы обойдёмся и без вас.              Ей не нужно было повторять дважды. Мужчины, чьё лицо скрывалось за масками в этот раз темно-синего цвета, молча встали из-за стола и покинули помещение. В иерархии семьи Ломбарди золотой маской обладала только лишь Гермиона. Дальше были две серебряные — Маска Зайца, что являлась Консильери Мисс Грейнджер и маска Волка — младший Дон, или же её заместитель. Помимо трёх главных, синих сапфиров удостоены были генералы, отвечающие за боевые отряды и сеть торговли. В это число входили Филин, Медведь и Тигр, последний на сегодняшнем собрании отсутствовал. Младшие участники иерархии не удостаивались своим животным, и носили исключительно чёрные лакированные маски.              — Надеюсь, хотя бы у тебя получилось выспаться. — Девушка с белыми локонами, снимая маску Зайца, откинулась на кресле назад, выжидающе смотря на Гермиону.              — Моё утро могло бы быть намного лучше, если бы не ваше вмешательство, Луна. — Полумна скептически выгнула бровь, сверкая голубыми глазами в ответ на её колкость.              — О, если бы только это могло зависеть от нас...              Полумну Лавгуд, сколько Гермиона её знала, всегда считали странной, даже безумной. Когда она, случайно узнав о деятельности Грейнджер в Италии, ни капли не удивилась, Мисс Ломбарди решила взять её к себе под крыло. С того момента блондинка всегда была где-то рядом, маячила перед взором Грейнджер, и иногда выдавала такие идеи, что Гермиона поняла, что Луна никогда и не была "полоумной". Она была гением. С таким мышлением, что никому в действительности не было понятно, но со временем девушки начали работать сообща постоянно, совмещая острый ум Луны и рассудительность с опытом Гермионы. Именно после прихода в семью Полумны дела пошли в гору. Планы, которые Грейнджер откладывала в ящик "теоретически возможных", Луна организовывала за неё, доводя идею до идеала. Спустя долгое время, никто больше не мог представить клан без странной когтевранки, и за свою преданность, проверенную и доказанную временем, Гермиона наградила Полумну статусом Консильери. Человек, к которому Дон всегда мог обратиться, доверенное лицо, с которым можно было не соблюдать статус секретности и не прятать свою личность, был найден.              — Без разницы. Нимфа, отчёт. — Хмуро посмотрев на вторую оставшуюся в комнате женщину, она уже пыталась прикинуть всю серьёзность дела. Волосы второй сверкнули сначала красным, выражая её раздражение, но потом всё же вернули себе привычный фиолетовый цвет.              После окончания войны Тонкс была настолько разбита смертью своего мужа, что месяцами не выходила на связь ни с кем из родственников и друзей, уделяя время исключительно своему сыну. Однажды для дела Гермионе понадобился метаморф, и, хоть звать Нимфадору и было рискованно, она пошла на это. Когда комната погрузилась в напряжённое молчание, Грейнджер уже потянулась к своей палочке, собираясь стереть Тонкс воспоминания о случайной встрече, как вдруг та ответила согласием. Конечно, это было удивительно. Присутствие метаморфа сильно повысило авторитет семьи, а исключительные боевые навыки и хладнокровность Нимфадоры сыграли на руку всему Риму.              — Торговый отряд, отправленный на заключение сделки о перевозе ингредиентов заграницу, был атакован этим утром в 7 часов. На место сразу же отправили наших сотрудников, однако кто-то заранее послал жалобу в Министерство. Мы считаем, что это, как и нападение, было спланировано, но не можем сказать, кем именно. Бойцы, которых перехватили министерские шайки, убили себя в соответствии с протоколом, однако мы не досчитались ещё одного сотрудника. Есть все основания полагать, что именно он сработал как вражеский информатор и предал нас. Тигр в ярости, но сути это не меняет. Нам нужно понять, как они узнали. — Потянувшись через стол, Тонкс вручила Гермионе увесистую папку. Открыв её, девушка пробежалась глазами по фотографиям с места стычки, досье убитых и так же отметила про себя личность пропавшего.              — Камеры? Свидетели? — Информации, что уже находилась в папке, было недостаточно для каких-либо предположений, всё, что могло быть полезно, очевидно, осталось на месте. — Это не похоже на обычную утечку информации. Слишком чисто, слишком точно. Кто-то изнутри.              — Ни-че-го. Полный ноль. Всё было очень качественно подчищено, я сама лично уже проверяла точку. Даже остаточные следы магии в комплекте с отслеживающими чарами никуда нас не привели. Работали профессионалы, сомнений быть не может.              — Ты поехала на точку спустя такое маленькое количество времени после нападения? Тебя могли заметить, ты могла попасть в западню, они могли оставить шпионов и я готова назвать ещё десяток причин, по которым твоя выходка могла сыграть против нас. О чём ты думала?! — Её взгляд потемнел, и Гермиона кинула папку обратно на стол, от чего девушки за ним вздрогнули.              — Гермиона, успокойся. Возможно, Тонкс и поступила по-своему, но не стоит делать поспешных выводов. — Луна, подняв руки в примирительном жесте, кинула обеспокоенный взгляд на Нимфадору, страшась гнева своего босса.              — Поспешных выводов? — Голос стал угрожающим, словно пропитался сталью. — Вы хоть понимаете, насколько ценный ресурс мы потеряли? У нас уйдут месяцы, если не больше, чтобы отыскать новую партию ингредиентов, и у нас нет никакой гарантии на то, что нападения не случится во второй раз. При всём этом, у нас нет зацепок, по которым мы могли бы понять, кто из кланов точит на нас зуб. И ты говоришь мне успокоиться, Луна?! — Гермиона хлопнула ладонью по столу, после чего с раздражением откинулась на кресло, закрыв лицо руками. Она сняла свою маску, положив её на стол, и вернула свою внешность к обычному виду.              — Я понимаю свою ошибку и готова понести за неё любое наказание. Мне жаль, что так вышло, следовало точнее контролировать поставки. — Нимфадора встала из-за стола, подходя к Гермионе и вставая на одно колено. В семье, не зависимо от уровня лояльности Дона, все были равны перед своими оплошностями. Грейнджер сверлила её недовольным взглядом, но в конце концов лениво махнула рукой.              — Будем работать с чем есть. Нимфадора, у тебя есть два дня на то, чтобы найти мне планы того, что сейчас происходит в других семьях. Всё, что может нам понадобиться, найди и принеси мне. Возможно, придётся по кирпичикам прокладывать себе дорогу, но в этих тварей я вгрызусь зубами. В любом случае, до того момента как мы соберём новую партию товара, у нас есть достаточно времени на поиски.              — Так точно, Дон Ломбарди. Прикажете что-то ещё? — Скорость, с которой Полумна и Нимфадора могли переходить с неофициального стиля общения к рабочему, радовала её. Было приятно, когда есть на кого положиться.              — Пока что это всё. Мне нужно знать ещё что-либо?              — В казино Майкла проблемы. Убийство в туалете, и никакого внятного мотива. Он запросил аудиенцию. Это уже третий случай за последние пару недель. — Полумна задумчиво уставилась в окно, словно о чем-то усердно размышляя. — Если нападение на контрабанду и убийства в казино как-то связаны, то наши проблемы куда более серьёзные, чем мы предполагали.              — Поняла. Вы свободны на сегодня, дамы. Позовите мне Майкла, и, Луна, мне нужен полный бумажный отчёт по сегодняшнему дню. — Когда девушки, попрощавшись, покинули кабинет, у неё было не больше чем пару минут на сборы. Пришлось опять изменить внешность, и в скором времени в кабинет вошёл мужчина.              Майкл, он же человек в маске Тигра, вошёл, чеканя шаг сапогами. Замер в дверях, поклонился и, получив кивок, уселся напротив Гермионы. Как один из приближенных, он имел право на неформальное общение, хотя и редко им злоупотреблял. В основном он отвечал за финансы семьи. Держал казино и следил за расходами. Все темные делишки с деньгами шли через него, что сильно упрощало жизнь Грейнджер. В остальном это был мужчина среднего возраста с тёмными каштановыми волосами, которые он собирал в хвост на затылке и зелёными глазами. Под цвет своей маски он предпочитал носить тёмно-синие костюмы, воротники которых были расшиты драгоценными камнями.              — Мисс Ломбарди. Рад Вас видеть. — Его голос был бархатным, действительно похожим на мурчание тигра, с высоким тембром.              — Майкл. Не видела тебя сегодня на собрании, когда заходила. Я так полагаю, это из-за ситуации в казино?              — О, меня всегда поражала Ваша наблюдательность, моя Госпожа...              — Не трать моё время на пустую лесть. Кратко и по делу. — Обаяние Тигра, известного сердцееда, её совершенно не трогало. Поняв, что Львица не настроена на любезности, он сразу посерьезнел.              — Ситуация выходит из-под контроля. Некоторые из наших спонсоров грозятся отойти от дел, если мы не решим вопрос с убийствами. Я понятия не имею, каким образом это происходит. Тонкс рассказывала про сегодняшнее утро. Самое интересное в том, что, судя по моей информации, Вы тоже должны были присутствовать при перевозке?              — Изначально — да. Я должна была контролировать всё только на финальном этапе. Ты предполагаешь, что целью была я?              — Да, это именно то о чем я хочу сказать. Слухи разлетаются мгновенно, и несколько дней назад кто-то начал болтать о том, что вы собираетесь отмечать удачную перевозку в нашем казино. Причиной смерти стало отравление, но отравлены были почти все напитки в нашем баре. Благо, что мы быстро это заметили и обошлось лишь одной жертвой. Если совместить два этих факта, то их цель это именно Вы. Что-то в плане пошло не так, и Вы не появились на точке, из-за чего всё и сорвалось, однако отменять план с отравлением на тот момент было уже поздно. — Он закончил говорить и расслабленно вздохнул. Будто эта ужасная ситуация его нисколько не удивила. Впрочем, в мафии к сюрпризам быстро привыкаешь.              — А что персонал? Официанты, администратор, бармен, и чем вообще занималась охрана?              — Бармен действовал под империусом, это выявили наши эксперты. Его воспоминания уже подчистили на тот момент, как мы за него взялись. Подозрительных личностей не заметили. Они не оставляют следов, Мисс Ломбарди, и это самая главная проблема.              Кабинет погрузился в напряжённое молчание на несколько минут, этого времени ей хватило для того, чтобы переварить всё услышанное. Покушение на главу семьи никогда не было неожиданностью. Жизнь Гермионы, как ни крути, всегда оплачивалась кровью и висела на волоске. Но больше всего в этой истории её опустошала потеря потенциальных союзников и исчезновение спонсоров, которые, она была уверена, бежали из заведений, где пахло смертью, с горящими пятками.              — Я поняла. Подготовьте всё к моему приходу, буду у вас после обеда. И, надеюсь, ты понимаешь, что никому об этом болтать не надо. — Не дожидаясь ответа, она повелительным кивком отпустила Майкла, и тот, выронив на прощание клятву все организовать, исчез за дверью.              Оставшись одна, Гермиона позволила себе слабость, уронив голову на стол и издав тихий стон отчаяния. Не подняла головы, даже когда в кабинет вернулась Полумна. Блондинка, без лишних слов, положила руку ей на плечо в безмолвной поддержке. Лишь когда Гермиона решила, что пора прекратить себя жалеть, она заметила перед собой пакет с сэндвичами и стакан горячего кофе. С благодарностью взглянув на подругу, она жадно принялась за еду.              — Тонкс уехала на встречу с Восточным кланом, возможно, они что-то знают. Майкл сказал, что ты поедешь к ним. Знаю, что меня никто не спрашивал, но ты большой молодец. Не волнуйся, Герми, мы всё решим.              — Я знаю, знаю... Просто я так много делаю в последнее время, и этого всегда оказывается недостаточно. Возможно, мне стоит стать строже?              — Вспомни, зачем на самом деле всё это нужно. — И Полумна была права, используя эту фразу. Изначально Гермиона создала семью, считая что они смогут бороться с коррупцией внутри министерства Италии, однако это оказалось гораздо сложнее, чем на первый взгляд. Здесь, в отличие от Лондона, она была буквально никем. Поэтому Гермиона по частям начала всё менять. По-своему. Сначала на деньги, полученные с не совсем легального бизнеса, она начала делать анонимные пожертвования. С помощью сотрудничества с редакциями, в газеты начали просачиваться статьи, ставящие под вопрос нынешнюю политику. Ингредиенты, что они нелегально перевозили за границу, на самом деле являлись редкими компонентами, С помощью которых можно было готовить сложные, но очень эффективные зелья. Торговля ими была запрещена, так как Министерство хотело забрать всё себе и, если кто-либо об этом узнавал, они задирали чуть ли не тройную цену. Гермиона была против этого. Даже являясь главой преступной группировки, практически все её действия были направлены на борьбу с несправедливостью, а так же на устранение кланов, которые вели свои дела более грязно. Неудивительно, что среди таких кланов появились те, что были против её активных действий, но к этому моменту авторитет клана Ломбарди укрепился настолько сильно, что никто не рисковал идти против Гермионы.

***

      Он шёл по узкой улице, путая свои следы. Липкий страх сковывал его, заставляя то и дело оглядываться. Пухлый старик лет шестидесяти, с трудом переставляя ноги, ковылял по закоулкам города, то и дело стирая платком пот, выступивший на лбу от спешки. Внезапный хруст ветки за спиной заставил его вздрогнуть и обернуться. Пусто. Шаг ускорился, перешёл в неуклюжий бег, но тень преследователя настигала его слишком стремительно. И вот, чья-то ледяная ладонь опустилась на плечо.              — Куда так торопишься, Джонни? — Голос, хоть и был изменён чарами, всё ещё оставался женским. Фигура сделала шаг вперёд, но лица до сих пор было не разглядеть. Чёрный плащ развевался на ветру, и мужчина резко обернулся, словно ужаленный.              — Я... Я не тот, кто Вам нужен! Вы взяли не того!              — О-о? Да неужели? — Злобно блеснул металл, и за одну секунду девушка приставила к чужой шее нож с фиолетовой рукояткой.              — М-меня зовут вовсе не Джонни! Я Эдвард, Эдвард! Клянусь! — Его голос дрожал, и любой другой на её месте легко бы повёлся на это представление. Дёрнув того за воротник, она обнажила шею старика, на которой чёрными чернилами был набит сложный символ в виде цветка сакуры. Клеймо Восточного клана.              — Итак. Насколько я помню, у нас был уговор. Ты готов выполнить свою часть сделки? — Угрожающе царапнув лезвием тонкую кожу, она выжидающе склонила голову набок.              — В-вы не понимаете! Они уб-бьют меня, если узнают, что я предал их! — В глазах плескался такой густой, животный ужас, что на миг закралось сомнение. Но цель… цель оправдывает всё.              — О, ты прав. Они могут убить тебя, если узнают про наш маленький секрет. А могу убить тебя и я, при чем прямо сейчас, если ты откажешься дать мне то, что я прошу. Я не люблю грязные методы, Джонни, но выбор за тобой. — В подтверждение своим словам, она грациозно провернула нож в руке, демонстрируя смертоносную уверенность. Лицо старика налилось мертвенной бледностью. Минута тягостной тишины, и дрожащая рука потянулась в карман, извлекая папку с документами.              — Здесь всё, что Вам нужно... Прошу, пощадите, у меня ведь семья, дети... Вы же молодая, должны понимать, какое это счастье...! — Казалось, будто он пытался зацепиться хотя бы за что-то, чтобы продлить свою жалкую жизнь на пару мгновений дольше.              — Можешь же, когда захочешь. О, и напоследок хочу прояснить, что я ни черта не знаю о тебе на самом деле. Стоило лишь надавить на твои слабые места, и ты сразу сломался. Настоящий позор для своей семьи. — Глядя, как от удивления его глаза открываются всё шире, она медленно наставила на него свою палочку, на которой уже зажглась зелёная искра. На лице девушки расплылась гадкая усмешка.              — Не может быть! И... И потом, на моем месте любой бы сделал всё, для того чтобы выжить! Как бы поступили Вы, попав в такую ситуацию?! — Он попятился назад, сорвавшись на крик. Это было плохо. Нельзя привлекать свидетелей.              — Я бы умерла. — Было последним, что он услышал перед своей смертью.       

***

      Вихрь аппарации выкинул их на одной из самых людных улиц магического Рима. Для Гермионы посещение этого места было уже далеко не первым. Каждое казино, принадлежавшее Майклу, было по-своему очаровательно, но именно это заведение она любила больше всего. Интерьер кричал о роскоши: алый бархат, чёрный лак и золото в каждой детали. Игровые столы и сверкающие автоматы застыли в безмолвии, словно ожидая возвращения своих завсегдатаев. Однако сейчас внутри не было ни души. Некогда великое место, выкачивающее деньги из любителей азартных игр и пьянчуг, сейчас пустовало. Очевидно, что пришлось закрыть заведение на некоторое время, пока внутри работает Клан.              — Альберт? — Обратилась она, не оборачиваясь, к мужчине, стоящим за её спиной.              — Да, Мисс? — Спокойно спросил он, буравя начальницу взглядом в спину. Альберт был высок, с острыми чертами лица и чёрными, словно смоль, кудрявыми волосами. Выдыхая сигаретный дым, он выкинул окурок в ближайший мусорный бак.              — Что скажешь? Мне действительно нужно задавать тебе вопросы, или ты начнёшь сам? — По напряжённым плечам Гермионы было видно, что её терпение вот-вот лопнет. Она скользила взглядом по затихшим залам, пытаясь уловить хоть какую-то зацепку в этой тягостной тишине.              — Магического проникновения не зафиксировано. Убийца либо был своим, либо состоял в числе спонсоров. Мои люди работают и с теми, и с другими, но отчётов пока нет. К сожалению, у нас нет легилимента, способного проникнуть в их сознание без риска. Сыворотка правды была бы идеальным решением, но её придётся ждать. Мы не можем держать их всех под колпаком бесконечно, это вызовет ненужный ажиотаж.              — Что с трупом? — Она окинула взглядом закрытую дверь, опечатанную защитной лентой.              — Могу избавить вас от этого зрелища, если пожелаете, — Альберт запнулся, встретившись с её скептическим взглядом. Лёд голубых глаз столкнулся с теплом карих, и он неловко замолчал. — Обычный труп. Жертва – простой любитель острых ощущений с лёгким криминальным прошлым.              Движением, полным нетерпения, Гермиона распахнула дверь. В нос ударил тошнотворный запах смерти, заставивший её поморщиться. Подняв руку, она жестом приказала охране оставаться снаружи, и дверь за ней бесшумно закрылась. Оставшись наедине с мёртвым, она не ощутила ни малейшего трепета. Далеко не первый и не последний труп в её жизни. Вглядываясь в искажённое лицо, она не обнаружила ни малейшего намека на знакомство. Голова запрокинута, рот полон пеной – явные признаки отравления. Кровь, сочившаяся из ушей, говорила о чём-то необычном. Ей претило прикасаться к телу, но визуальный осмотр не давал ничего. Она обыскала карманы пиджака, но они были пусты. Карманы джинсов также не содержали ничего полезного. Ни бумажника, ни кошелька – ничего, что могло бы пролить свет на произошедшее. Если что-то и было, то её люди уже позаботились об этом. Разочарованно вздохнув, она уже собиралась подняться, но взгляд зацепился за странную деталь. Запонки на рукавах пиджака были почти вырваны, словно в последней агонии он отчаянно цеплялся за них. С трудом перевернув массивное тело, Гермиона стащила с него пиджак. Вывернув рукав, она обнаружила потайной карман, искусно спрятанный внутри подкладки. Он был создан не магией, что объясняло, почему его не обнаружили сканирующие заклинания. Внутри лежал лишь обрывок бумаги. Развернув его, Гермиона увидела лишь половину рисунка. На первый взгляд линии складывались в абстрактный узор, но присмотревшись, она увидела очертания дерева без листьев. Она не помнила ни одного места или организации, где бы использовался подобный символ.              — Альберт. — Позвала девушка, и через мгновение к ней присоединился брюнет. — Я нашла это у него в рукаве. Видел где-нибудь похожий символ?              Его брови нахмуривались всё сильнее, пока он вглядывался в изображение перед собой. В итоге мужчина лишь отрицательно покачал головой.              — Боюсь, что не видел ничего подобного раньше. Отправить его на проверку к нашим? Возможно, есть шанс восстановить изображение полностью.              — Да, пожалуй. Спасибо, Альберт. Если здесь больше ничего, то все свободны. — Она вежливо кивнула сотрудникам у входа и покинула помещение. Проводив начальницу до границы аппарации и убедившись, что ей ничего не угрожает, мужчина вернулся к своим делам.

***

             День выдался изматывающим. Гермиона буквально тонула в океане списков и отчётов, но Полумна, словно лучик света, вовремя пришла на помощь. Лишь к закату им удалось одолеть эту бесконечную кипу бумаг, которую хотелось предать огню. В остальном, дела шли неплохо. Несмотря на ощутимые потери в торговле и временное закрытие казино, у семьи оставались внушительные средства. Финансовые затруднения возникали редко, но сама перспектива потери материальной стабильности пугала. Она внесла заметку "найти нового спонсора" в свой ежедневник, оберегаемый сложными защитными чарами. Кроме неё, никто не мог его открыть. Размышляя о потенциальных инвесторах, она не смогла выделить никого конкретного, по крайней мере, в Италии. Похоже, настало время расширить горизонты и искать поддержку за границей.              Она вернулась домой около восьми часов вечера. Дом Гермионы был единственным местом, где ей не нужно быть идеальным лидером. За ажурными золотыми воротами взгляду открывался безупречный коттедж из светлого кирпича, украшенный резными деревянными элементами. Она мечтала, чтобы дом был выдержан в истинно итальянском стиле, но при этом гармонировал с окружающей архитектурой. Вокруг коттеджа раскинулся просторный сад, в котором цветы и горшки располагались с особой тщательностью. Фасад дома частично увивали изумрудные заросли живой изгороди, а лианы, словно живые кружева, кокетливо обвивали входную дверь и ниспадали с крыши.              Переодевшись в чёрный шёлковый халат и снимая с себя заклинания, она довольно потянулась перед зеркалом в ванной. Уже мысленно погружаясь в ароматную горячую ванну, предвкушая часы блаженного отдыха, она услышала сигнал защитного барьера, извещающий о незваном госте. С тихим раздраженным вздохом она затянула халат потуже и покинула ванную. Тонкс терпеливо дожидалась ее, сидя на диване в гостиной.              — Нимфадора? Что-то случилось? — Она подошла к подруге, сразу же замечая, какой она выглядела напряжённой. Брови были нахмурены, взгляд смотрел в пол. Вздрогнув от голоса, девушка повернулась в сторону Гермиона.              — Извини, что не предупредила о своём приходе, Гермиона. Я знаю, что твой рабочий день уже закончен. Но у нас, мягко говоря, ситуация.              — А если не "мягко говоря"? — Вопросительно подняв бровь, выдохнула она вопрос.              — Нам полный пиздец. Если брать в расчёт от 1 до 10, то на 11. Едет проверка.              — Проверка? — Удивлённо переспросила Грейнджер, присаживаясь около Тонкс на диван. — Какая ещё проверка?              — Из Лондона, Гермиона. Они посылают сюда своих сотрудников, якобы по программе обмена, и они будут работать по делам мафии.              — Вот дерьмо. Известно, когда это будет? Насколько я знаю, у нас всё надёжно прикрыто.              — Уже завтра вечером... — Ответила она, расстроенно закусив губу. Сотрудники Лондонского министерства славились высоким уровнем профессиональности. Проверки от итальянских коллег давно не вызывали у них беспокойства, но британские инспекторы всегда были серьезной проблемой. Гермиона знала это еще со времен работы в отделе магических существ. И сейчас у них катастрофически мало времени, чтобы отвести от себя подозрения, которые неизбежно возникнут, если авроры решат покопаться в их личных делах.