💜
4 декабря 2025 г., 14:25
Иногда его фиолетовые волосы начинали сверкать, будто мимо пролетала фея и осыпала его голову пыльцой. А иногда, если Чимин был чем-то недоволен, то на концах прядей вспыхивали маленькие фиолетовые искры, а кончик его носа морщился. Ещё он безумно красиво растягивал пухлые губы в улыбке, оголяя передний, немного неровный зуб, но даже этот, казалось бы, недостаток, делал его особенно красивым для Юнги. Для него Чимин вообще был весь красивый.
Из раза в раз он не мог перестать смотреть. Вот Чимин дует губы, когда ему нужно поглубже ввести иглы в чужую кожу, а вот слегка морщится от запаха медицинских перчаток. Чуть тряхнув головой, откидывает с глаз волосы, жалуясь на то, что опять забыл их убрать в хвост. С каждым его движением длинные серёжки в ушах тихо звенят, стукаясь камнями и металлом друг о друга. В мире, где магия была чем-то обыденным, Чимин был самим её воплощением для него.
Он всегда выглядел настолько мягко, что хотелось забрать его к себе, чтобы устроиться вечером на диване и просто обнимать это плюшевое облако. Но Юнги было искренне жаль тех, кто обманывался внешним видом младшего. Чимин был магом высшей категории и, к тому же, имел своенравный характер, поэтому никому не позволял даже лишних взглядов в свою сторону. Никому, кроме Юнги.
Они познакомились год назад, когда он впервые пришёл в этот тату-салон, чтобы набить нужные руны для новых заклинаний, и в тот самый момент первого пересечения их взглядов между ними пробежала магия. И это не фикция. Сгустки чёрной и фиолетовой магии столкнулись и с тихим шипением рассыпались искрами. В тот момент стало понятно две вещи: у них случилась взаимная симпатия и они точно на разных уровнях мастерства. Второй пункт огорчал, ведь их правительством был установлен запрет на какие-либо романтические отношения между магами разных категорий.
И вот уже целый год Юнги день за днём обучался мастерству, чтобы однажды попытаться завоевать сердце своего мастера.
Тренироваться было не сложно, намного сложнее было расширять собственный резерв. У каждого мага он был свой и появлялся при рождении, как и магия внутри. Кого-то устраивал изначальный размер, и после окончания обучения они прекращали развивать его, довольствуясь бытовой магией и местом в низшей категории. А кто-то учился всю жизнь, расширяя свои границы и добиваясь среднего или же высшего уровня магии.
Юнги знал, что Чимин с детства обучался по усиленной программе благодаря своему отцу — ректору одного из магических университетов. Из-за этого во взрослом возрасте он смог отучиться на тату-мастера по рунам и открыть свой салон. А вот Юнги повезло меньше. Его родители были «противниками». Они считали, что лучше жить без магии, чем мучить свой организм, пытаясь впихнуть больше, чем «дала природа», и не хотели ничего слушать о том, что их наука уже давным-давно изучила резерв, вынеся вердикт, что границ тот не имеет.
Поэтому Юнги не мог ходить на дополнительные занятия и лишь за пару лет до своего совершеннолетия нашёл учителя, который согласился помочь ему. Он день и ночь занимался, скрывая это от семьи, и к двадцати годам смог сдать экзамен на среднюю категорию. В тот день от него отказались. Вся семья, кроме старшего брата, который давным-давно жил отдельно от них, и стоило Юнги ему позвонить, как он тут же приехал и забрал его к себе. С тех пор он ничего не слышал о своих родителях, лишь знал, что всем соседям они сказали, что двое их старших сыновей погибли в аварии.
Они отказались от них так просто, будто Юнги с Сокджином были им изначально не нужны. Но он не испытывал ничего, кроме облегчения, словно каменная груда свалилась с его плеч. Родители с самого детства никогда не давали ему любви или заботы, мама не пыталась создать для них с братом уют. «Сорняки», — так их называли все соседи. Они росли сами по себе.
К двадцати двум годам Юнги смог снять себе квартиру и съехать от брата, но всегда оставался в шаговой доступности от него. После того как Сокджин его забрал, они стали намного ближе. Наверное, их даже можно было назвать настоящей семьёй, которую они наконец-то смогли обрести в лице друг друга. С помощью своего парня брат помог Юнги устроиться на работу туда, куда он всегда мечтал — университет. Его знаний и навыков хватило, чтобы стать преподавателем магического боя.
И вот сейчас ему двадцать пять лет, и несмотря на свой возраст, он давно уже считается одним из лучших преподавателей в городе. У него есть своя квартира, и Юнги продолжает повышать свои навыки, чётко идя к цели — стать магом высшего уровня. Зачем ему это? Всё просто. Во-первых, он сможет лучше преподавать, ну, а во-вторых, сможет начать ухаживать за своим прекрасным магом.
Да, Юнги мог бы начать уже сейчас, но если вдруг магия Чимина вырвется наружу в момент ссоры (Юнги, конечно же, надеется, что ссор у них не будет) или же во время порыва страсти (а вот на это он очень сильно надеется), то фиолетовое пламя запросто может спалить его, ведь его запаса магии не хватит, чтобы блокировать. Именно поэтому и запрещали любые отношения между магами разных уровней, ибо исход всегда был предрешён — один на кладбище, второй в тюрьму.
Естественно, они с Чимином оба это прекрасно понимали, поэтому держали свои отношения в рамках друзей, не переступая черту. Хотя, если честно, обоим безумно хотелось. Младший на каждом сеансе ощущал маленькие чёрные искорки, бегающие по его рукам, а однажды, когда Юнги ненадолго потерял контроль над своей магией, небольшой её сгусток прилетел прямо в пухлые губы, впиваясь в их серединку и задерживаясь там на пару секунд. Чимин тогда ничего не сказал, незаметно собрав языком магический след.
Юнги понравился ему сразу. Весь в чёрном. Тёмные лисьи глаза, в которых тонешь именно так, как описывают в сопливых романах для школьниц, и мягкие на вид, розовые, целовательные губы. Впервые Чимин не смог сдержать магию и, любуясь смесью их выбросов, понял — он попал. Юнги тогда рассмеялся, заявив, что теперь обязан на нём жениться.
Чимин никогда ни в ком не нуждался. «Одиночка», — говорила мама. «Он странный», — тыкали пальцами в школе и университете, и лишь отец принимал его таким, какой он есть. А на остальных ему было плевать. Чимин действительно всегда был «на своей волне». Учился, подрабатывал, и его это устраивало. Пока однажды не появился Тэхён.
Он сидел на школьном дворе под деревом, в ушах наушники, а на коленях книга — новый учебник по магическому праву. Чимин проводил так каждую перемену, напитываясь новыми знаниями и голосом любимого исполнителя. И обычно его никто не трогал, до сегодняшнего дня.
— Привет! — на его бёдра, прямо на книжку, неожиданно приземлилась чья-то красная голова, владелец которой, нагло вытащив учебник, устроился поудобней. — Я Ким Тэхён, а ты?
— А я в шоке, ты какого хрена делаешь, Ким Тэхён? — кончики его волос зажглись, посылая маленькие искры в сторону нового знакомого.
— Ой, да ладно тебе, — парень закатил глаза, смеясь с щекотных прикосновений магии. — Сидишь вечно тут один, а я не люблю, когда кто-то грустит.
— С чего ты взял, что я грущу? — он вздохнул. — Отдай книгу.
— Назови своё имя.
— Тц, Пак Чимин, всё? — в протянутую руку тут же приземлился учебник. — Что-то ещё?
— Да, вообще-то я…
— Ох, прошу, извините его, — запыхавшийся маг возник перед Чимином и, схватив его нового знакомого за подмышки, поднял на ноги так, словно тот ничего не весил. — Он давно хотел с вами познакомиться, и вот, я оставил его буквально на пару минут. Ещё раз извините.
— Гук-и, не нужно извиняться, я ему понравился! — переведя взгляд на парня, Тэхён сощурился. — Так ведь?
— Ну…
— У него такая магия классная, — ага, Чимина уже никто не слушал, — она фиолетовая и щекотная, представляешь?! Такие маленькие искорки! А ещё…
Что-то простонав себе под нос, «Гук-и» схватил Тэхёна в охапку и поцеловал, затыкая несопротивляющегося мага. И присутствие Чимина их вообще не смущало, видимо. Радуясь этому, он уже хотел потихоньку уйти, как вдруг его схватили за капюшон толстовки, нагло притягивая назад.
— Что?
— Ты мне правда понравился, и я хочу с тобой дружить, — парень надул губы, — ну пожалуйста, тебе сложно, что ли?
— Дружить? — Чимин смотрел на него, выгнув бровь. Поняв, что нормального ответа он от него не дождётся, маг перевёл взгляд на чёрную глыбу позади Кима. — Объяснишь?
— Я Чон Чонгук, парень этого ходячего недоразумения, — он поклонился. — Тэ действительно давно тебя заметил и постоянно хотел подойти познакомиться, но я не давал, так как знаю, что ты не особо любишь людей.
— Откуда знаешь?
— Мы с тобой на прошлом курсе вместе сидели на одном занятии, и ты сам мне об этом сказал, прося не влезать в твоё личное пространство, — Чонгук усмехнулся, глядя в расширившиеся глаза. — Именно поэтому я не пускал его к тебе. У Тэхёна… как помягче выразиться…
— Отсутствует понятие личного пространства, я это и так понял, — Чимин усмехнулся, смотря на надувшиеся губы Кима. — Ну что ж, если ты так хотел со мной познакомиться, то пошли, угостишь меня кофе, так уж и быть.
Он даже пискнуть не успел, как его сгребли в объятия, и (не говорите об этом никому) ему даже понравилось. Мало кто пытался с ним познакомиться, всех отпугивала его магия, но Тэхён, видимо, ей приглянулся.
С тех пор Чимин обрёл двух близких для себя людей (Чонгук, к его великому сожалению, шёл в комплекте).
И сейчас, спустя пять лет, в его жизни появился ещё один человек, понравившийся его магии. С Юнги было до странного комфортно. Маг его не боялся, не пытался как-то извернуться, чтобы показать себя в лучшем свете, и не давил. Он ведь прекрасно понимал, что тоже нравится Чимину, и мог бы попытаться уговорить его попробовать что-то сейчас, пока у них разные уровни магии, но Юнги лишь стал чаще приходить, принося его любимый карамельный раф, и просто улыбаться, желая хорошего дня.
Чимин знал, что Юнги стал заниматься усердней, беря всё большую нагрузку, и знал он об этом не от самого старшего — Чонгук работал в том же университете и довольно близко общался с магом. Ещё один плюсик в его копилку — Юнги не хвастался и не разбрасывался словами или пустыми обещаниями. Он просто молча делал всё, чтобы повысить свой уровень. Иногда Чимину казалось, что ещё чуть-чуть — и он станет председателем фан-клуба имени Мин Юнги, настолько ему нравился старший.
Отдельное место в его мыслях занимала белая кожа. Боги. Чимин молился, чтобы место на теле Юнги никогда не закончилось. Он обожал медленно протирать её, а затем как можно дольше делать тату. Ради старшего он даже научился делать руны меньшего размера так, чтобы не менять количество магии, вложенной в них. А ещё Чимин изучал всё новые и новые направления в магических тату, предлагая Юнги больше вариантов, лишь бы тот побыстрее достиг нужного уровня магии.
Сегодня у них был очередной сеанс. Маг сидел на кушетке, увлечённо печатая что-то в телефоне, пока Чимин, выводя узоры на его бедре, хмурился. Почему Юнги не смотрит на него и с кем вообще он там переписывается? Нет, он не ревновал. Ну… может, только если совсем чуть-чуть.
— Ай, Чимин-а, — Юнги поморщился, — за что?
— А? — подняв глаза, маг ошарашенно смотрел на старшего. — Что случилось? Больно?
— Ты зачем меня своей искоркой укусил, таффеит мой?
— Ой, — опустив взгляд, Чимин нахмурился, — я случайно. Прости, пожалуйста.
— Тебя что-то беспокоит? — дотронувшись до небольшой ладошки, Юнги мягко огладил её тыльную сторону сквозь перчатку. — Ты можешь мне рассказать.
— А с кем ты… там… блин… забудь, ладно?
— С кем я переписываюсь? — маг улыбнулся, смотря, как фиолетовые искры поползли по его руке, играясь с пальцами. — С начальником, отпрашивался на следующую неделю.
— Зачем? — он слегка вздрогнул, а шея покрылась мурашками от прикосновений чужой магии. Чёрные сгустки расползлись по его коже, сворачиваясь в комочек и укладываясь в ямку над ключицей.
— На экзамен поеду.
— Правда? — вскочив, Чимин ярко улыбнулся. — Не шутишь?
— Ну как я могу таким шутить, м? — как же Юнги хотелось прикоснуться к нему, но всё, чем они могли довольствоваться, это касаниями сквозь перчатки и магией, что слишком уж полюбила путешествовать по чужому телу. — Через пару дней поеду, буду пробовать.
— А… — он замялся, нервно теребя край футболки, — можно с тобой?
— Со мной? — маг кивнул. — Если хочешь, то конечно. Я буду только рад провести с тобой больше времени.
Чимин не смог бы объяснить, зачем ему ехать со старшим. Просто хотелось побыть побольше вместе и… он нервничал. От этого экзамена зависело слишком многое. С одной стороны, он был безоговорочно уверен в Юнги, но с другой… если маг не сможет сдать экзамен, то вторая попытка будет доступна лишь через три года. Уж что-что, а ждать Чимину хотелось меньше всего на свете. Они и так уже целый год просто смотрят друг на друга, а так хочется касаться, целовать, сжимать. Хотелось уже вступить в отношения и жить нормальной жизнью, а не вот это вот всё.
• ────── ✾ ────── •
В принципе, Чимин не удивлён. Вот вообще. Более странно то, что Юнги тоже не удивлён. Сидит себе спокойненько, его ладошку через перчатку сжимает и думает о чём-то своём, играясь пальцами второй руки с фиолетовыми искрами. Тэхён и Чонгук увязались с ними, за компанию, так сказать. Хотя на кой чёрт им компания — Чимин так и не понял, зато уяснил ещё в студенческие времена, что если Ким что-то захотел, то не отговоришь и не переспоришь. Проще смириться. И, видимо, Юнги тоже это понял. Спустя пару часов, пока старший посапывал у него на коленях, мило морща нос, а Чимин давил в себе желание прижаться к милой кнопочке губами, Чонгук с Тэхёном вовсю спорили, оживлённо жестикулируя, из-за чего их магия разлеталась по машине, пародируя фейерверк. Красные и белые искры смешивались между собой, сияя в темноте и освещая потолок машины. — А ну цыц, — прошипел, словно кот, — не видите, что ли, что Юнги спит? — Прости, — раздался шёпот в два голоса. — Что не поделили-то? — Чимин улыбнулся, глядя на свои руки, по которым ползли разноцветные искры. Он давно уже привык к магии друзей, как и она к нему, но вот его искорки принимали только Юнги. Стоило ему появиться рядом, как маленькие фиолетовые вспышки тут же облепляли его руки, заползая под рукава извечных свитеров и толстовок. — Этот сумасшедший хочет экзамен Юнги-хёну помочь сдавать, — Чонгук яростно шептал, не отрываясь от дороги. — Нет, я не спорю, идея хорошая, но какого чёрта так неожиданно-то! — Ой, Гук-а, как будто ты Тэ не знаешь, — Чимин закатил глаза и усмехнулся, — захотел — значит поможет, чего орать-то? — Это у тебя хён готовился день и ночь, не скрывая от тебя этого, а этот молчал, как партизан. — Я хотел сюрприз сделать… — поникнув, Тэхён отвернулся к окну, всматриваясь в темноту и заламывая пальцы, что было верным признаком того, что он вот-вот расплачется. — Чёрт, — плавно съехав на обочину, Чонгук остановил машину и потянул парня на себя, — прости, что ругался. Просто в следующий раз предупреждай о таких серьёзных вещах, хорошо? — И эти двое слились в страстном поцелуе, — Чимин тихо рассмеялся. — Лишь бы дальше страсти не предались, — донеслось с его колен. — Тэ, и как скоро ты планировал мне об этом сказать? — Ну-у-у-у… завтра? — Боже, — хриплый смех раздался в тишине машины, — не сказать, что я удивлён, но спасибо. Ты меня очень выручишь. Словив взгляд Юнги, Чимин мягко улыбнулся. Он безусловно хотел бы сам помочь ему, но в случае чего даже прикоснуться нормально не сможет без страха того, что их магии соединятся. А с Тэхёном у них чувств друг к другу нет, да и уровень один, поэтому их магии спокойно взаимодействуют на начальном этапе, не прорываясь внутрь. Чимин помнил, что такое этот экзамен, и был уверен, что старший справится, но где-то глубоко внутри всё равно боялся. Много чего могло произойти. Начиная с травм и заканчивая потерей магии. Не так просто было его сдать. Многие уходили ни с чем, дожидаясь пересдачи, а кто-то прямо с экзамена отправлялся в больницу. Поэтому помощь Тэхёна Юнги действительно не помешает, хоть они с Чонгуком и были на среднем уровне, но не отличались знаниями от Чимина. Оба говорили, что не хотят сдавать экзамен, их и так всё устраивает. — Чимин-а, — бархатный голос вывел его из мыслей, — расскажи, что хоть за испытания-то будут? — Ты что, решился ему помогать, даже не зная, на что идёшь? — М, нет? — пожав плечами, Тэхён улыбнулся. — Ох, дурная ты голова, — Чимин рассмеялся, поглаживая Юнги, что так и остался лежать на его бёдрах, по волосам. — В общем, вас ждёт три этапа: первый — испытание магии иллюзий, второй — испытание контроля эмоций и третий — защитное испытание магии. — А попроще? — Сначала нужно будет создать что-то из магии и заставить его функционировать, далее проверка на уравновешенность: мага будут изводить, всячески мешать, выводить на эмоции, в общем, делать всё для того, чтобы он выплеснул энергию, а ему нужно контролировать свою магию и не дать ей вырваться, — он вздохнул. — Третье самое сложное: по сути, классический бой магией, но обычно он длится, пока один из магов не упадёт без сил либо пока не закончится время. — Вау, — Тэхён восхищённо замер, — а чем я смогу ему помочь там? — Ну, мы все можем находиться рядом, это не запрещается, если не против сам экзаменуемый, но ты сможешь непосредственно ему помогать. Например, добавить чуть своей магии, или же наоборот — забрать часть его, если это потребуется. Так же сможешь отвлекать противника, но обычно помощник отвлекает помощника, если таковой имеется, — посмотрев на друга, Чимин покачал головой. — Но, Тэ, ты должен понимать, что они сдают экзамен на высший уровень, и ты тоже можешь пострадать. — Ой, да ладно тебе, — надув губы, Тэхён замахал ладошкой, — ничего со мной не случится. — Ты просто пользуешься тем, что у Чонгука какой-то странный радар на тебя, и если тебе грозит хоть малейшая опасность — он сразу появляется. — Это называется любовь, Чимин-хён, — донеслось с водительского кресла. Улыбнувшись, он откинулся на сиденье и вновь вплёл пальцы в волосы старшего. Безумно хотелось прикоснуться без перчаток. Почувствовать гладкость бледной кожи и коснуться его губ. Если всё пройдёт хорошо, то им осталось немного потерпеть, и тогда… ох, Чимин знает, что не выпустит этого мага из постели очень долго.• ────── ✾ ────── •
На следующий день они вчетвером добрались до главного зала — места проведения экзамена. Он был расположен в современном здании, фасад которого был выполнен из стекла и закалённого металла с руническими гравировками, реагирующими на присутствие магии. Внутри было огромное пространство с высоким потолком. Стены зала покрыты магически усиленными материалами, способными выдержать любые всплески. По периметру размещены автоматизированные наблюдательные дроны и камеры, фиксирующие каждое движение экзаменующихся, а на специальных платформах — преподаватели с цифровыми дисплеями в руках. В центре зала — гибкая арена, трансформирующаяся под вид экзамена. На полу светящиеся линии, разделяющие зоны для индивидуальных заданий. По краям арены размещены точки первой помощи и скамьи для наблюдателей. А по углам установлены большие экраны, где транслируется каждый этап и результаты экзамена в реальном времени. Дождавшись, когда объявят начало первого этапа, Чимин, тихо шепнув на ухо пожелание удачи, отошёл в сторону, усаживаясь на скамейку. Было волнительно. Первый этап не представлял из себя ничего опасного, максимум, что могло произойти — опустошение резерва у кого-то из магов. Обычно пустыми становились те, кто не смог здраво оценить свои силы, ведь, по сути, иллюзию можно было создать и на среднем уровне, просто выходило что-то менее существенное. Он вздрогнул, неожиданно ощутив скачок магии на своей руке, и, опустив взгляд вниз, улыбнулся, сразу вскидывая голову и ища кого-то среди толпы. Маленькая жёлтая искра прыгала по его ладоням, выдавая присутствие самого дорогого человека. И вот, спустя пару мгновений, Чимин нашёл знакомые с детства родные глаза. Послав улыбку, он отвернулся, надеясь увидеться после окончания этого дня, и перевёл взгляд на Юнги: старший стоял с прямой спиной, внимательно вглядываясь в экзаменатора, что зачитывал правила и условия первого этапа. — … у этого этапа есть несколько ограничений: если вы создадите что-то, что не будет соответствовать заданию — экзамен не засчитывается. Если ваша иллюзия попытается причинить кому-то вред или вырвется из-под вашего контроля — результат тот же. Вы должны продержать её до тех пор, пока я не скажу, что этап пройден, — взяв паузу, мужчина заглянул в планшет. — Как вы знаете, каждый год мы просим создать разные иллюзии. Сегодня ваша задача — создать животное или птицу. Неважно: реальное или фантастическое, — он улыбнулся. — Главное, чтобы я поверил в то, что оно сейчас стоит передо мной. У вас есть десять минут на подготовку, затем я по очереди подойду к каждому и оценю вашу магию. Время пошло. Чимин затаил дыхание. Создать иллюзию было не сложно, куда сложнее было удержать её, ведь зачастую иллюзии — это очень краткосрочная магия. А Юнги нужно было сохранять концентрацию на протяжении какого-то количества времени, не сбиваясь и не думая ни о чём другом. Рядом со старшим стоял Тэхён, пока Чонгук сидел с Чимином, не отрывая глаз от происходящего в центре зала. Около десяти магов выстроились в линию, и вокруг каждого летали разноцветные искры. Кто-то был один, а кто-то, как Юнги, в компании. Он вздрогнул, стоило маленькому комочку чёрной магии опуститься в его ладонь. Старший успокаивал его даже в такой момент, и Чимин безумно ценил это. Всегда, что бы ни случилось, Юнги думал в первую очередь о нём. Но сейчас это заставило лишь сильнее переживать, ведь он должен был сконцентрироваться на задании, а не на маге, сидящем позади него. Подняв взгляд на старшего, Чимин восхищённо выдохнул, услышав такой же звук рядом: Чонгук сидел, приоткрыв рот, неотрывно следя за происходящим. Тёмные сгустки магии окутали Юнги настолько, что его практически не было видно, и спустя пару мгновений перетекли вперёд, начав принимать форму. Искры сплетались между собой, подчиняясь его воле. Маг не двигался. Лишь смотрел на сгустки перед собой, управляя ими. Неожиданно послышался настолько громкий рёв, что все присутствующие вздрогнули, а по залу пронеслась волна паники. Найдя взглядом виновника, Чимин усмехнулся: кто-то не смог совладать со своей иллюзией и та накинулась на своего создателя. Вреда она не принесёт никакого, но вот экзамен он явно не сдаст. Такое случалось лишь тогда, когда маг не был един со своей магией, что, к сожалению, не было редкостью. — Надо быть полным идиотом, чтобы приехать сюда, не имея нормальных отношений со своим резервом, — Чонгук покачал головой. — Детский сад какой-то. Согласно хмыкнув, Чимин перевёл взгляд на Юнги и тут же повернулся к другу, что гордо улыбался, следя за своим парнем. Тэхён, видимо, почувствовал, что этот инцидент сбил старшего, и тут же окутал его своей магией, образуя красное защитное поле, через которое не пробивался ни один звук, тем самым позволяя магу восполнить свою концентрацию и сосредоточиться на выполнении задания. Экзаменатор был всё ближе, но из-за искр Тэхёна им не было видно, что же создал старший, но, стоило мужчине подойти и встать напротив Юнги, как магия рассеялась, позволяя всем в этом зале лицезреть иллюзию. Тут же послышались восхищённые возгласы, пока Чимин, гордо выпятив грудь, рассматривал птицу. Чёрный феникс, лениво взмахивая крыльями, двигался перед магами. Его перья были чернее ночного неба без звёзд, а на кромках мелькали фиолетовые отблески. Крылья феникса были огромны и широки. Глаза у птицы выделялись, они блестели серебром, словно в них скрывался лунный свет. Каждый его вздох сопровождался шлейфом мерцающего чёрного дыма, который постепенно растворялся в воздухе. Поскольку этот феникс — иллюзия, его тело иногда становилось полупрозрачным, будто состояло из кучек тёмного пепла. Довольно кивнув и отметив что-то в планшете, мужчина чуть поклонился и шагнул дальше, позволяя Чимину с Чонгуком спокойно выдохнуть, а на экране появиться надписи: Мин Юнги: первый этап пройден. Повернувшись к магам, старший подмигнул и, взмахнув рукой, заставил свою иллюзию шире распахнуть крылья и подняться выше, пока за ней тянулся длинный хвост из теней и магии, оставляя шлейф тёмно-фиолетовых искр. Взлетев под потолок и издав громкий крик, феникс рассыпался на множество чёрных сгустков, что тут же потянулись к Юнги, впитываясь в его руки. — Показушник, — Чонгук рассмеялся. — Ну что, можем выдохнуть? — Ещё два этапа, Гук-а, какое выдохнуть, — Чимин покачал головой, наблюдая, как два мага идут к ним. — Это было круто! — от Тэхёна исходила волна энтузиазма. — Вы видели, видели?! — Видели, конечно, — усадив парня к себе на колени, Чонгук медленно поглаживал его по спине, заземляя. — Поздравляю, Юнги-хён. — Спасибо, — улыбнувшись, тот сел рядом с Чимином. — Как тебе? — Это было очень красиво, Юнги-я, — младший дотронулся до его руки, наслаждаясь тем, как чёрные и фиолетовые искры смешивались между собой. — Я горжусь тобой, ты отлично справился. — Спасибо, но без Тэхёна так бы не получилось, — он усмехнулся, увидев вмиг появившуюся улыбку на чужом лице. — Он прилично помог, когда вмешался. А кто, кстати, рычал? Это же был рык? — Какой-то маг не справился с иллюзией, и она на него набросилась, — Чимин пожал плечами, — я так понимаю, его исключили. — Я знал, что подобное случается на экзамене среднего уровня, но не думал, что и на высшем такие есть, — Чонгук нахмурился, переводя взгляд вперёд. — Похоже, скоро второй этап. Вы готовы? Ничего не болит? Не устали? — Всё в порядке, — соскочив с его колен, Тэхён ярко улыбнулся, — не переживайте, мы справимся. Правда, Юнги-хён? — Конечно. — Надеюсь, что после этого этапа мы сможем поесть. — Тц, тебе лишь бы пожрать, — Чимин вздохнул, смотря в спины уходящих парней. — Должны. Перед третьим этапом перерыв около часа обычно. — Да я-то при чём! Я за Тэ с хёном переживаю, они и так вон силы тратят, а ещё ведь не ели ничего с утра. Так и знал, что надо было заставить их поесть в отеле. — Тут ты прав, ну ничего, этот этап закончится — и накормим их, не беспокойся. Он утешающе погладил Чонгука по плечу и перевёл взгляд на экзаменатора. Мужчина в тёмно-красном костюме стоял перед магами, а за ним было трое человек в мантиях. Чимин напрягся. Он прекрасно помнил, как сам проходил этот этап. Было тяжело. Сложно сдержаться, когда тебе показывают то, что ты никогда не хотел бы увидеть. Ему пытались внушить то, что его отец умер от руки своей бывшей жены, его матери. Иногда он до сих пор вспоминал, как по его щекам текли слёзы, пока он всеми силами пытался сдержать рвущуюся наружу магию. Чимин не хотел, чтобы Юнги испытывал подобное. — …мы проверим вашу силу самоконтроля. Вы должны помнить, что всё, что мы будем вам внушать, не более, чем иллюзия, — мужчина обвёл всех внимательным взглядом. — Этап будет пройден в том случае, если вы выдержите пять минут, при этом никак не будете использовать собственную магию. Так же уточню — ваши помощники не могут вмешиваться магически, — приподняв уголки губ в намёке на улыбку, он заглянул в планшет. — Сейчас вы должны дать моим коллегам доступ к вашим мыслям. Вас шестеро, соответственно на каждого мага двое экзаменуемых. Вопросы? — Можно ли использовать ментальный щит? — из строя вышла девушка, бесстрашно глядя в глаза экзаменатора. — Похвально, что у вас есть данный навык, но нет. Как я уже сказал, никакой магии. Любое нарушение этого правила будет караться исключением с экзамена, это ясно? — увидев кивок, он перевёл взгляд на остальных. — Поделитесь по двое. Начинаем через три минуты. Чимин сжался от страха, неотрывно наблюдая за старшим, что, стоя с Тэхёном, о чём-то переговаривался, спокойно играя с фиолетовым сгустком… стоп, фиолетовым? Округлив в шоке глаза, он присмотрелся, и да — его магия внаглую свернулась у Юнги в руке, пока тот нежно поглаживал её пальцами. Ещё чуть-чуть, и она уйдёт от Чимина к старшему, он уверен. Громкий сигнал о начале этапа заставил его с Чонгуком синхронно вздрогнуть и посмотреть друг на друга. — Нервничаешь? — Да, — сняв перчатку, Чимин вытер потную ладонь о джинсы, — я сам это проходил. Это безумно тяжело. — Ты не знаешь, что ему могут внушить? — Чонгук заметно переживал, хоть и старался этого не показывать. — Всё, что угодно. Начиная от смерти близких и заканчивая какой-нибудь фобией. — И чем ему сможет помочь Тэхён? — Ну… Его прервал громкий вскрик. Та самая девушка стояла на коленях перед магом и держалась за голову двумя руками, не прекращая кричать. Её магия бешено вырывалась из рук, хаотично метаясь по помещению. В таком состоянии она могла нанести лишь вред окружающим, ведь девушка совершенно не контролировала её. Синий сгусток рванул в их сторону, шипя и переливаясь. Всё, что Чимин успел заметить — это испуганный взгляд Чонгука и напряжённые глаза Юнги, прежде чем лёгким взмахом руки словить комок искр и растворить его, впитывая часть чужой магии. Поднявшись, он стянул с себя вторую перчатку, и, вскинув обе руки вверх, выпустил из ладоней множество искр, что, метаясь по помещению, заглатывали необузданную магию, пока экзаменаторы пытались успокоить виновницу. Убедившись, что девушка больше не искрит, Чимин опустился на скамейку, флегматично возвращая перчатки на место и посылая улыбку Юнги, что с нескрываемым восхищением в глазах смотрел на него. — На чём мы остановились? — На том, что какого хрена я не знал, что ты так умеешь? — Чонгук ошарашенно смотрел на него. — Ты настолько сильный маг? — Так меня Юнги научил, — он улыбнулся, — он же преподаёт боевую магию, вот я и попросил у него парочку уроков, мало ли, что может произойти. — Ахереть, он тоже так умеет?! — Мгм, — Чимин кивнул. — Попроси, и тебя научит. — Как только вернёмся домой, возьму у него несколько уроков, — отвернувшись, Чон посмотрел на старшего. — Так чем Тэ сможет ему помочь, если нельзя магию использовать? — Банально, но поддержать. — Думаешь, они настолько близки? Логичней было бы тебя туда отправить, — стоило ему заметить, что Юнги с Тэхёном вышли к магу, Чонгук вмиг стал серьёзным: — Началось. — Логичней, но я всё ещё не могу нормально к нему прикасаться без страха спалить его нахер, — он быстро тараторил, — а Тэ эмпат, не забывай об этом. Сжав ладонями свои колени, Чимин неотрывно следил за происходящим. Юнги стоял к нему лицом, прикрыв глаза, пока маг напротив него держал его голову в руках, а мерцающие искры срывались с его ладоней, исчезая в голове старшего. Тэхён находился чуть позади него, спокойно, но внимательно следя за чужими действиями. Создавалось впечатление, что он был готов в любой момент кинуться и забрать Юнги из чужих рук. Неожиданно Тэхён резко нахмурился и сделал шаг вперёд, находя взглядом Чимина. Чёрные искры пытались пробиться, но Юнги не позволял. Сжав кулаки, он стоял неподвижно, но если приглядеться, то было заметно движение глаз под веками и прозрачные дорожки слёз, что стекали по щекам. Подойдя ближе к старшему, Тэхён обнял его со спины и, крепко зажмурившись, прижал к себе, шепча что-то на ухо. Некоторым была подвластна не только магия, которая текла в их венах с рождения, но и особые умения. Кто-то мог управлять чужими мыслями, кто-то занимался зельеварением, а Тэхёну досталась эмпатия. Он прекрасно считывал чужие эмоции, при этом ненавидел сдерживать свои. И вот сейчас он ясно чувствовал боль. Дикую, раздирающую. Словно внутри друга заперли огромного зверя, что пытался прорваться сквозь грудную клетку. Хотелось биться, метаться, сделать что угодно, лишь бы стало легче. Тэхён сжимал Юнги в своих руках, боясь открывать глаза, и не переставал шептать: «Это лишь иллюзия, на самом деле всё хорошо». В следующее мгновение наступила оглушающая пустота. Старший размяк в его руках, грозясь вот-вот рухнуть на колени. Тэхён никогда не ощущал такие эмоции. Смесь боли, пустоты и страха. Это пугало его. Он не мог представить, что происходит в голове у Юнги, пока на секунду не запнулся и не замолчал, слыша тихий шёпот: «Чимин. Чимин. Чимин». Старший шептал его имя без остановки, продолжая подавлять в себе магию. Тэхён чувствовал, как тяжело другу, но всё, что мог сделать, это лишь прижимать его к себе, молясь всем богам, чтобы время поскорее закончилось. Чонгук не заметил, как они с Чимином переплели руки, крепче сжимая их с каждой секундой. Обоим одинаково сильно хотелось броситься и забрать парней, но нельзя. Он перевёл взгляд на часы — осталась минута. Было видно, что Тэхёна трясло. Со стороны они с Юнги выглядели, как двое одержимых. Шептали что-то себе под нос без остановки, пока вокруг то и дело вспыхивали красные и чёрные искры магии. Старший выглядел, откровенно говоря, не очень: волосы на лбу слиплись от пота, по щекам текли слёзы, а губы были искусаны в кровь. Стоило прозвучать сигналу, а экзаменатору кивнуть и отойти, как они одновременно кинулись вперёд. Подбежав, Чонгук пытался разомкнуть руки Тэхёна, что продолжали с силой прижимать мага к себе, пока Чимин, положа ладони на мокрые щёки, просил Юнги открыть глаза. — Милый, посмотри на меня, — он пытался достучаться до старшего, — ну же, не расстраивай свой таффеит. Фиолетовые искры сбегали из-под его перчаток на Юнги, прыгая по бледной коже и словно пытаясь достать любимую тёмную магию, пока Чимин всеми силами сдерживал в себе панику. Неожиданно тело в его руках покачнулось, и Юнги резко открыл глаза, громко выдыхая. — Чимин-а, — его голос хрипел, а сам он выглядел так, словно вот-вот рухнет без сил. — Тэ! — услышав крик, Тэхён раскрыл глаза и посмотрел на них, осоловело моргая. — Закончилось? — Чонгук кивнул. — Хён сдал? — снова кивок. — Это был ад. Нам лучше сесть. У меня сил нет. Дойдя до скамейки, они аккуратно усадили Юнги с Тэхёном на неё. Оба сидели и смотрели в пустоту, медленно дыша и не шевелясь. Сев прямо на пол, Чимин подогнул ноги под себя и осторожно дотронулся до чужих колен. — Как вы? — он переводил взгляд с одного на другого. — Я не знаю, что ему показали, но это было ужасно, — Тэхён более осмысленно посмотрел на Чимина. — Он, не останавливаясь, повторял твоё имя. Сначала адская боль, потом пустота, а затем страх. Было очень плохо. В какой-то момент я подумал, что мы не справимся… — Но вы справились, — Чонгук нежно гладил его ладони. — Вы смогли выстоять. А сейчас вам нужно прийти в себя и поесть, мы вас отведём. — Милый, — Чимин не прекращал попыток достучаться до старшего, — поговори со мной. Я не знаю, что тебе показали, но я рядом с тобой, я здесь, слышишь? — он наблюдал, как его магия вновь оказалась на Юнги, пролезая через ворот и обвиваясь вокруг шеи, и на мгновение испугался, но после выдохнул, замечая чёрные сгустки, что медленно, но вылезали наружу, сплетаясь с его искрами. — Тебя убили на моих глазах, — Юнги поднял взгляд, сталкиваясь им с Чимином, — а я не смог помочь. Мог лишь стоять и смотреть, словно моё тело не принадлежит мне, — старший тяжело вздохнул. — А потом мне показали жизнь без тебя, и я… — Эй-эй, я здесь, дыши, милый, — сжав трясущиеся руки сильнее, он притянул Юнги ближе к себе, заглядывая ему в глаза. — Я в порядке, жив и нахожусь перед тобой. Это было испытание, и ты его прошёл, слышишь? — тот кивнул. — Твой таффеит навсегда твой, я тебе обещаю. — Мой таффеит навсегда мой. — Да, — улыбнувшись, Чимин поднялся и потянул на себя мага, — обопрись на меня и пошли, вам действительно нужно поесть, — услышав протестующее мычание, он выгнул бровь. — Если понадобится, я тебя с ложечки кормить буду, но всё равно заставлю съесть хоть что-то. Они буквально дотащили уставших магов на себе до столовой и, усадив их за стол, отправились за едой, по пути обсуждая, что лучше взять. — Хён, — дождавшись, пока Юнги повернёт голову, Тэхён продолжил: — Как ты? — Херово, — он невесело хмыкнул, — но нужно как-то прийти в себя, третий этап ещё впереди. — Перенести нельзя? — Не-а, либо сдаёшь, либо через три года на пересдачу. — Чимин тебя заживо сожрёт, если ему ещё три года нужно будет ждать, — Тэхён еле слышно рассмеялся. — Я уйду, если не смогу сдать. — Как это уйдёшь? — Молча, — убедившись, что Чимин с Чонгуком всё ещё выбирают еду, Юнги наклонился ближе к магу. — Зачем мне обрекать его на долгое ожидание? Он и так уже год меня ждёт. Но сам он от меня не откажется, поэтому проще будет, если я просто исчезну. — Проще кому? — на его плечи неожиданно опустились руки, заставляя вздрогнуть. — Ещё раз посмеешь решить подобные вещи за меня, и я сделаю тебе очень плохо, ты меня понял? — Понял, — громко сглотнув, Юнги запрокинул голову назад, утыкаясь макушкой в мягкий живот, — таффеит мой, не злись. — Пф, не злись, — закатив глаза, Чимин опустился на стул рядом, поставив поднос с едой на стол, и принялся расставлять тарелки. — Несёшь ерунду какую-то. Нацелься на то, чтобы сдать. Ты уже больше половины сделал, остался последний рывок. — Ты прав, — прислонившись лбом к чужому плечу, он прикрыл глаза, — прости меня, мой хороший. — Кстати, давно хотел спросить, — громко воскликнул Тэхён, вскидывая руку в сторону Чимина, — хён, почему ты называешь его таффеит? — Серьёзно? — выгнув бровь, маг посмотрел на друга и хмыкнул. — Юнги-я так называет меня полгода точно, а ты спрашиваешь только сейчас? — Ну… да? — Вот, — сняв перчатку, Чимин протянул руку в его сторону, указывая на кольцо на мизинце, — видишь? — Вижу, — Тэхён поднял на него вопросительный взгляд, — и до этого видел. Красивое кольцо. Но я же о другом спрашивал… — Этот фиолетовый камень и есть таффеит, — Юнги улыбнулся, — я раньше увлекался коллекционированием различных камней и минералов, а когда впервые увидел Чимина, то вспомнился именно этот. — То есть ты, по сути, называешь его камушком, и он до сих пор ничем тебя не долбанул? — Это один из самых дорогих камней во всём мире, Тэхён-а, — он сощурился, — и звучит довольно мило и необычно. Мне нравится. — Смотрите! — прервав их разговор, Чонгук показывал пальцем за их спины на экран, надпись на котором гласила: Мин Юнги: второй этап пройден. — Их осталось четверо, — Чимин задумчиво постучал пальцем по губам, — значит, два раунда третьего этапа будет. Что ж, пораньше закончим и поедем домой. Громкий звук сигнала об окончании перерыва заставил их поторопиться. Вернувшись в зал, Чимин с Чонгуком заняли свои места, глядя на магов, вновь выстроившихся в одну линию. — Итак, это последний, третий этап. Всё, что вам нужно сделать, это заставить вашего противника сдаться, — мужчина медленно двигался вдоль экзаменуемых. — Но если вдруг сдаваться из вас двоих никто не захочет, то в таком случае исход буду определять я. Касаемо правил: нельзя использовать ничего, кроме магии. Никаких калечащих и тем более смертельных выплесков, это ясно? — услышав согласие, он продолжил: — Ваши помощники могут биться с вами рядом, это не запрещено. Но если я увижу хоть одно нарушение от кого-то из вас — вылетите с экзамена, — остановившись, экзаменатор внимательно посмотрел на них. — На сам бой даётся десять минут, на подготовку у вас пять минут. Время пошло. Разделив магов на пары, мужчина отошёл в сторону, о чём-то тихо переговариваясь с коллегами, пока Чонгук с Чимином нервно ёрзали на скамейке, пытаясь успокоиться. Бояться, по сути, было нечего: во всех углах помещения стояли сильные маги, которые, в случае чего, быстро прекратили бы бой, а в самой дальней части зала была команда медиков, готовых в любой момент оказать помощь. Но, в любом случае, никто не знал, чем закончится этот этап. Приглядевшись, Чимин увидел напротив Юнги парня с ярко-зелёными волосами, на его руках виднелись глубокие шрамы, а на шее было вытатуировано несколько рун. Маг был примерно одного возраста со старшим, но Чимин очень сильно надеялся, что слабее. Размяв руки, Юнги резкими движениями скинул с себя кофту, оставаясь в чёрной майке, вынуждая Чимина распахнуть рот. Да, он не раз видел его без каких-то частей одежды, но сейчас всё казалось в разы чувствительней. На светлой коже располагались руны, которые Чимин умело сплёл в красивые узоры так, что распознать, где какая руна, было невозможно, что давало Юнги немалое преимущество перед другими магами. Чернильные линии с рук поднимались вверх, захватывая острые ключицы и шею, обвиваясь вокруг неё. Это выглядело потрясающе красиво. Раздался громкий сигнал, отвлёкший Чимина от разглядывания, и на табло появилась надпись: «Мин Юнги против Кан Джихуна». — Да какого чёрта он первый-то, — Чимин на ощупь нашёл руку друга и сжал, — я сейчас с ума сойду. — Ты когда нервничаешь, твоя магия кусаться начинает, если хёна рядом нет, айщ, — Чонгук поморщился. — Хорошо, что первый. Десять минут, и всё закончится. — Как будто ты не нервничаешь, — он закатил глаза. — Всё, начинается. В центре зала, под цепкими взглядами экзаменаторов, два молодых мага стоят друг напротив друга. Оба оценивают противника. Взгляд, едва заметное движение пальцев — и вибрация в воздухе начинает набирать обороты, а искры появляются из ладоней, обволакивая своего хозяина. Сигнал. Первыми разлетаются искры зелёного цвета, маг слева взмахивает рукой, и в его ладони вспыхивает огненный зелёный шар, стремительно летящий в сторону соперника. Но Юнги успевает вытянуть вверх руку — и перед ним появляется полупрозрачная чёрная стена, с громким треском поглощающая пламя, словно остужая его. Не теряя ни мгновения, Юнги взмахивает пальцами, и по арене расстилается чёрный плотный сгусток: он захватывает ноги противника, утягивая его вниз. Однако маг лишь усмехается и отступает назад, отталкивая чёрные искры своими. Джихун пытается вновь атаковать, но Юнги блокирует выпад, поглощая его магию. Выдохшись, они чуть отходят, давая друг другу время на передышку. Тэхён стоит в стороне, не решаясь нападать. Они со старшим договорились: если у противника будет помощник, то Ким атакует, если нет, то нет. Юнги был слишком правильным, чтобы биться вдвоём против одного. Поэтому Тэхён лишь наблюдает со стороны, готовясь помочь в случае чего. Оба не спешат подходить ближе. Джихун растворяется в клубах порождённого им зелёного дыма, пока Юнги окутывает себя зеркальными иллюзиями, чтобы запутать его. Воздух тяжелеет от напряжения, зал словно замер. Казалось, никто даже не дышал. Чимин всеми силами пытался успокоить быстро бьющееся сердце. Он хорошо понимал, что то, что делают эти двое, слишком сильно истощает их резерв, и сейчас счёт шёл не на минуты, а на то, у кого раньше закончатся силы. Он знал, что у Юнги очень хороший запас магии, но он был не бесконечным, как и у всех, и никто, кроме самого мага, не чувствовал, сколько в нём осталось. Бой тем временем переходит на новый уровень. Юнги выпускает еле заметные силовые нити, плетя их из своей магии и скрывая между камнями площадки. Второй маг, не теряя бдительности, пытается расставить вокруг себя щиты, чтобы отразить внезапную атаку, чуть опуская завесу из тумана. Но ловкость побеждает: Юнги, скрывавшийся за зеркальными миражами, замечает просчёт в действиях Джихуна — тот слишком увлёкся созданием очередного клуба дыма, измельчая в него искры, позабыв про оборону сзади. Быстрый жест, концентрированная вспышка магии — и призрачные цепи опутывают руки и ноги Джихуна, неумолимо сковывая движения. Чимин понимает, что Юнги держится из последних сил. Он связывает противника чёрными полупрозрачными цепями, что начинают мерцать — резерв заканчивается. Но Джихун не хочет сдаваться, он пытается вывернуться, но старший слишком ловко удерживает его руки — ему не пошевельнуться. Звучит сигнал, и в этот миг экзаменатор поднимает ладонь. Магия гаснет, словно её и не было. Стоит чёрным цепям исчезнуть, как Джихун валится на пол, тяжело дыша и пытаясь отползти в сторону, пока Юнги, опадая на колени, пытается прийти в себя. Ему сложно дышать, а сил нет ни на что. К нему тут же подбегает Тэхён, успев вовремя словить и аккуратно опустить на пол. Чимин вскакивает со скамейки и бросается в центр зала, со всего маху приземляясь на колени около старшего, но даже не морщится от боли. Юнги плохо выглядит: кожа стала бледнее обычного, лицо покрывают мелкие капли пота, а руки заметно трясутся. — Милый, — Чимин шепчет, склонившись над ним, — ты меня слышишь? Ему не отвечают. Паника сжимает горло невидимой рукой, и он оборачивается, смотря на Чонгука, в руках которого находится Тэхён, пытающийся стереть слёзы с покрасневших щёк. Вокруг собираются люди, но всё его внимание сосредотачивается на Юнги, что так и не шевелится, лишь еле заметные движения груди успокаивают, позволяя понять — он жив. — Я надеюсь, хуже не станет… Наклонившись и взяв голову старшего в свои руки, Чимин прижимается к тонким губам своими, медленно выдыхая горячий воздух. Время замирает. Тэхён смотрит на них широко раскрытыми глазами, как и, пожалуй, все в этом зале. Фиолетовые искры буквально впитываются в тело Юнги, пока маг целует его, роняя слёзы на бледные щёки. Магия Чимина напитывает старшего, проникая в его ладони и шею. Она окутывает их, закрывая от остальных. И вот, спустя пару мгновений, к фиолетовым искрам присоединяются чёрные, вплетаясь и создавая необычный узор, а Юнги, наконец-то очнувшись, прижимает младшего ближе, отвечая на поцелуй. Он слегка прикусывает пухлую губу и ныряет языком в распахнувшийся рот, вылизывая его изнутри, тихо урча от удовольствия. Их языки сплетаются, а чёрные искры оплетают хрупкое тело, не позволяя отстраниться. Они словно забывают обо всём, полностью отдавшись друг другу. Чимин не сдерживается и тихо стонет в чужой рот, и это отрезвляет их. Оторвавшись от припухших губ, он прислоняется к влажному лбу, прикрывая глаза. — Я так испугался… — Таффеит мой, я бы не смог тебя оставить, — оставив маленький чмок в серединке пухлых губ, Юнги поднимается, утягивая мага за собой. — Ты дал мне достаточно магии, я в порядке. — То есть… мы можем? Чимин со смесью страха и радости смотрит на старшего, медленно стягивая с рук надоевшие перчатки, и, получив кивок, боязно протягивает ладонь к его лицу, внимательно следя за своими искрами. Взяв маленькую ладошку в свою, Юнги прислоняет её к своей щеке, наслаждаясь мягкостью чужой кожи. Боже, как долго он хотел нормально прикоснуться к Чимину, почувствовать его тепло, и вот, наконец, он может спокойно это сделать, не боясь последствий. — Мин-и, выпускай нас, а то там Тэхён с Чонгуком с ума сойдут, — Юнги улыбается, глядя на мага, закатившего глаза. Нехотя взмахнув рукой, Чимин убирает завесу, тут же натыкаясь на обеспокоенные взгляды друзей. — Без паники, я жив. — Хён! — они сгребают его в объятия, не обращая внимания на чужое кряхтение. — Как ты? Всё целое? Ничего не болит? — Нормально, да и нет, — Юнги тихо смеётся, — я в порядке, правда. — А… вы… ну… — Что? — заметив, куда был направлен взгляд Чонгука, Чимин улыбнулся, приподнимая их замок из рук. — Да, мы наконец-то можем не бояться и… — он запнулся, услышав за спиной знакомое мягкое покашливание. — Отец! — бросившись в родные объятия, Чимин тихонько запищал, когда его чуть приподняли, отрывая от пола. — Ягодка моя, как же мы давно не виделись. — Это ты вечно в делах, — он не мог перестать улыбаться. — Ты же знаешь, работа… — … занимает большую часть твоей жизни, — Чимин тихо рассмеялся, — знаю, пап. — Познакомишь меня со своим… — мужчина на секунду замялся, переводя взгляд на мага, что стоял рядом с его сыном, — парнем? — Ох! Конечно. Папа, это Мин Юнги — человек, которого я люблю, хён, это мой папа — Пак Хёнсу. — Мне очень приятно познакомиться с вами, — низко поклонившись, Юнги улыбнулся. — Мне тоже очень приятно, — мужчина отразил его улыбку. — Давно вы вместе? — Примерно полгода, мы ждали, когда хён сдаст экзамен, — Чимин вздрогнул и почувствовал табун мурашек, пробегающих по позвоночнику, стоило лишь старшему обнять его за талию, мягко прижимая к себе, — он же сдал? — Посмотри, — передав сыну планшет, Хёнсу с радостью в глазах смотрел на него, пока на губах Чимина расползалась счастливая улыбка. — Хён, — подняв планшет, он показал его старшему. Надпись гласила: Мин Юнги: третий этап пройден. Присваивается высший уровень. — Ты показал отличные результаты. Я рад, что мой сын выбрал себе достойного партнёра. — Спасибо, — вновь поклонившись, Юнги посмотрел на Чимина, — останемся или поедем? — Поедем, я безумно хочу домой, — он посмотрел на родителя, — а ты приезжай ко мне, хоть пообщаемся и познакомитесь с хёном по-хорошему. — У меня отпуск через пару недель, так что ждите, обязательно приеду, — обняв сына, мужчина пожал руку Юнги. — Хорошей дороги и береги его, он у меня один. — Не переживайте, у меня тоже.• ────── ✾ ────── •
Открыв глаза, он первым делом пытался понять, где находится, ведь потолок спальни был ему не знаком, как и сама комната, в которой он проснулся. Все мышцы ныли и безумно хотелось пить. Повернувшись на бок, Юнги увидел несколько фиолетовых искр, что метались по соседней подушке, играясь со сгустком его магии. «Точно, Чимин!» — пронеслось в его голове. Вчера они вернулись в город слишком поздно, и младший наотрез отказался его куда-либо отпускать, уговаривая остаться у него. Ну и кто Мин Юнги такой, чтобы отказывать своему таффеиту? Поднявшись, он тихо крадётся на кухню и, приоткрыв дверь, замирает в проходе. Чимин волшебный. Юнги всегда так считал и, видимо, будет считать всю свою жизнь. Маг стоит у плиты, помешивая что-то аппетитно шкворчащее в сковороде. На нём светлая оверсайз футболка, вырез которой чуть съехал, открывая вид на медовую шею, к которой безумно хочется прижаться губами и, возможно, чуть прикусить, оставив свой след. А ещё хочется сгрести его в объятия и прижать к себе… Стоп, он же может всё это сделать. Подойдя ближе, Юнги притягивает младшего к себе, нежно целуя в основание шеи. — Я соскучился, — он бурчит во вкуснопахнущую кожу, не желая отрываться от неё. — Ты бросил меня одного в постели, что за моветон, Пак Чимин? — Я ушёл буквально минут двадцать назад, хён, — тихо рассмеявшись, Чимин выключает плиту и разворачивается в родных руках, оставляя нежный поцелуй на кончике носа. — Предлагаю поесть и вернуться в кровать, тебе нужно восстанавливать силы. — Я не хочу тебя отпускать, — Юнги принимается покрывать манящую шею поцелуями, — ты слишком прекрасен в моих руках. Я так долго мечтал о том, что смогу вот так к тебе прикасаться, таффеит мой, что сейчас я просто не в силах отказать себе в этом. — Хён, — он выгибается в сильных руках, подставляя шею под горячие сухие губы, — идём в спальню, прошу… — Мин-и, я не то… — А я то, — Чимин хватает его за руку и тащит в сторону комнаты, — мы слишком долго ждали, хён. Зайдя в спальню, он подводит старшего к кровати и, резко дёрнув за руку, роняет на себя, тут же закидывая ладони на шею и впиваясь в тонкие губы поцелуем. Быстро переняв инициативу, Юнги добавляет язык, сплетая две мышцы вместе, пока горячие ладони оглаживают нежное тело под ним, сжимая бока и оставляя следы от пальцев. — Мин-и, — оторвавшись от любимых губ, он смотрит в поплывшие глаза, — ты уверен? — Хён, я никогда и ни в чём не был ещё так уверен. Я хочу тебя, а ты хочешь меня, что прекрасно ощущает моё бедро. В чём проблема? — приподнимаясь, Чимин стягивает с себя футболку, оставаясь в нижнем белье, и останавливается, смотря на Юнги: бледная кожа в свете их магии мерцает, а чёрные татуировки рун обвивают каждую мышцу на руке, заставляя его нервно сглотнуть. Слишком красиво. Слишком горячо. — Ты же понимаешь… у меня больше года никого не было и… — Милый, — взяв родное лицо в ладони, Чимин улыбается, — у меня тоже очень давно никого не было, и это первый, но не последний наш секс, поэтому не переживай, ладно? Кивнув, Юнги вновь опускается к медовой коже, оставляя следы от укусов. Он словно хочет пометить его везде. Попробовать каждый сантиметр этого тела. Спустившись ниже, он накрывает губами сосок, принимаясь играть пальцами со вторым. Он сжимает, кусает, облизывает и дует, заставляя мурашки ползти по груди от контраста температуры. Не может вдоволь насладиться вкусом этой кожи, пока сверху доносятся громкие стоны. Чимин вплетает пальцы в тёмные волосы и прижимает его голову ближе к своей груди, словно сам не хочет отпускать. Хочет чувствовать этого мага рядом. Их магия сплетается между собой. Казалось, каждая часть их тела светится, выпуская всё новые и новые искры. Воздух накаляется, а вокруг них сгущается завеса, переливаясь из фиолетового в чёрный и обратно. Словно появляется новая вселенная, где только они вдвоём. Юнги сползает на пол, стягивая чужие боксеры и упиваясь гладкостью длинных ног. Не удержавшись, он прижимается губами к косточке, прокладывая себе путь выше. Добравшись до внутренней стороны бёдер, оставляет несколько укусов, после зализывая их языком. Поцеловав бархатную головку, Юнги ненадолго задерживает губы на гладковыбритом лобке, наслаждаясь терпким запахом чужого возбуждения. Чимин под ним мечется на простыне. Рёбра виднеются сквозь мерцающую кожу. Его выгибает на кровати, а магия вторит ему, облепляя старшего и словно подталкивая ближе. Было слишком хорошо, слишком правильно. Именно так, как должно было быть. Подтянув Юнги наверх, он улыбается, заглядывая в любимые опьянённые глаза. — Я готовился, а-ах! — стон вырывается из груди, стоит старшему толкнуться в его возбуждение своим, — просто найди смазку и войди уже в меня, хён. — Слушаюсь и повинуюсь, мой таффеит. Отстранившись, Юнги снимает с себя пижамные штаны, швыряя их куда-то за пределы кровати, и, порыскав под подушкой, находит бутылёк смазки, вновь опускаясь на хрупкое тело. Найдя любимые пухлые губы, он впивается в них поцелуем, ловя тихий стон от соприкосновения их обнажённой кожи. Искры вокруг начинают сиять ярче, сплетаясь в различные узоры. Магия дышит вокруг них, вторя эмоциям магов. Чимин вздрагивает, когда чувствует горячий член, что опускается на его бедро. Он столько времени мечтал вот так прикасаться к старшему, что сейчас все мысли разом исчезают, оставляя лишь желание. Хочется навсегда остаться в этих руках. Громкий стон разрезает тишину в спальне. Юнги медленно входит, прижимая хрупкое тело ближе к себе за талию, практически сразу ощущая ноги на своей пояснице. Чимин выгибается до хруста в спине, пока фиолетовые искры начинают бешено пульсировать, окрашивая стены своим сиянием. Он прижимается к старшему всем телом, желая чувствовать больше, ближе, горячее. Движения ускоряются, Юнги хрипло рычит от узости. Внутри тепло и влажно. Тугие мышцы практически засасывают его, не желая отпускать. Но торопиться не хочется, хочется подольше побыть вот так. Одним целым. Юнги вновь находит губами испещрённую его следами шею, прижимаясь к ней в кусачем поцелуе. Он явно стал зависим от этого вкуса. Чимин был сладко-терпким, именно таким, как нравилось старшему. Чёрные искры нежно оплетают гладкие ноги, пока магия Чимина оставляет на Юнги небольшие следы, заставляя того чуть порыкивать в медовую шею. Происходящее можно назвать безумством, но это их личное безумство, только для двоих. Откидывая голову назад, Чимин громко стонет. Юнги задевает его простату при каждом толчке, входя всё глубже, сильнее, словно пытается навсегда отпечатать себя в младшем. Слышны лишь шлепки их влажных тел, хриплые стоны и громкие выкрики. Закатив глаза, Чимин чувствует огонь возбуждения внизу живота, что пылает, разнося удовольствие по венам. Юнги двигается слишком правильно, задевая все нужные точки. Большие ладони везде. Они оглаживают его, сжимают и прижимают к горячему телу. — Только с тобой может быть так правильно, — Чимин шепчет в припухшие губы, ловя губами стоны, — я люблю тебя, хён. — Мой таффеит, я люблю тебя больше жизни. Прижавшись к любимым губам, Юнги ускоряется. Толчки становятся хаотичными, а младший всё громче стонет в его руках. Он чувствует, как ребристые стенки начинают пульсировать, и, протиснув между ними руку, сжимает потёкший член, тут же ловя губами звонкий стон. Чимин закатывает глаза и вжимается в старшего сильнее. Перед глазами мерцают блики, а всё тело словно окутывает огромная волна наслаждения. Кажется, его трясёт, пока он изливается в чужую ладонь, продолжая принимать в себя крупный член. Низ живота сковывает, а мышцы горят, пока Юнги замедляется. Их магия сходит с ума, принимая неведомые формы, то сияя ярче, то практически исчезая. Войдя до громкого шлепка, он опускается на младшего и прижимается к пухлым губам, чувствуя, как горячая сперма выходит из него, заполняя Чимина изнутри. Юнги громко выдыхает, утыкаясь во влажную шею, и замирает, чувствуя маленькие ладошки в своих волосах. — Это было… — Божественно, да, — Чимин усмехается. — Теперь я тебя точно никуда не отпущу. — То есть до этого хотел? — бубнит, не отрываясь от его шеи. — Никогда, я слишком сильно влип в тебя. — Как и я в тебя, мой таффеит. Они лежат, слипшись в один комок, пока магия окутывает их, сияя и освещая обнажённые тела на кровати.• ────── ✾ ────── •
Спустя три месяца — …нужно будет зайти в магазин, Тэхён попросил взять пару бутылочек вина, — Чимин внимательно следил за иглами, что входили в светлую кожу, оставляя чернила внутри. — Тогда нам с Гуком и Джуном возьмём виски, м? — Думаешь, у них дома его нет? — Да мы в тот раз всё выпили, — Юнги хрипло рассмеялся, — да и нас трое будет, нам одной не хватит. — Хорошо, — младший кивнул, — я сейчас закончу, соберусь и пойдём. — Эм, таффеит мой… — Меня пугает такой твой тон, ты что-то натворил? — Чимин тут же выключил тату-машинку, а кончики его волос засияли. — Милый? — Послушай меня, пожалуйста, и не перебивай, — увидев кивок, Юнги продолжил: — Я знаю, что заставил тебя долго ждать, но спасибо тебе, что выбрал меня и прошёл этот путь вместе со мной. Мне безумно помогла твоя поддержка и помогает до сих пор, — он вздохнул. — Ты именно тот человек, которого я хочу видеть рядом с собой до конца жизни, и когда мы съехались, я лишь убедился в этом окончательно, — облизав сухие губы, маг улыбнулся. — Я помню, что когда-то ты просил меня не устраивать пафосное предложение руки и сердца, — достав из кармана коробочку с кольцом, Юнги заглянул в увлажнившиеся глаза. — Я купил его месяц назад и ждал подходящий момент, но… я больше не хочу, мы и так потратили слишком много времени. Пак Чимин, ты станешь моим мужем? — Чёрт, — кинувшись с объятием на старшего, он крепко зажмурил глаза, — Мин Юнги, незаконно говорить такие вещи! — Ответь мне, пока я с ума не сошёл. — Конечно, я согласен! Другого ответа и быть не может! Отстранившись, Чимин широко распахнул глаза, глядя на кольцо: оно было сделано из светлого металла, который красиво блестел от света их искр. В центре кольца находился редкий драгоценный камень — таффеит нежного сиреневого цвета. Достав кольцо из коробочки, Юнги чуть дрожащей рукой надел его на пухлый пальчик, оставляя там же поцелуй. — Я обещаю сделать тебя счастливым, мой таффеит. — Ты уже… уже сделал… Чимин прижался к любимым губам, вовлекая мага в поцелуй, пока вокруг них сияли искры двух цветов, сплетаясь друг с другом и создавая поистине волшебную картину.
