Ты ляжешь вместе со мной?

Холод. В салоне холодно. И этот холод излучают не столько стены помещения, сколько глаза напротив. Сон Дже давно уже знает, точнее знал всегда, что его "друга" волнует лишь надоедливый Пак Хумин, то бишь Баку. Ему плевать на все, что он делал. Справлялся с новенькими, следил за отчетами, сроками и количествами прибыли, выполнял все его приказы, отчитывался перед полицией. Он делал все. Он был идеальным. Так почему же, блядь, он выбрал Баку?

Прибыль.

Ынчан, долбаный Ынчан. Как долго Сон Дже приходиться с ними возиться. Чхве Хё Ман не может справится с ответственностью и доверенностью Союза. Он уже который раз приходит с невыполненной нормой и стоит, как первоклассник, отчитывается. Сон Дже это уже порядком начало раздражать. – Сон Дже, прости, но графики начинают падать.. Не все могут позволить себе покупать новые телефоны после пропажи предыдущих!.. – делая глубокий вздох, парень представлял как сварачивает шею этому надоедливому подростку. Но увы и ах, он не сможет этого сделать, вопреки Бэк Джину, не положено по правилам. Пока что не положено. – Оправдываться будешь не передо мной, а перед На Бэк Джином, я лишь собираю прибыль, а недостачей теперь занимается он, – он лгал, но ему надоело из раза в раз слушать одни и те же слова. На протяжении уже полугода, каждый месяц он слышит одно и то же. "Прости, в следующий раз будет больше!", "Простите, много кто болеет, поэтому почти нет телефонов". И так по кругу. А ведь если его сейчас направить к Бэк Джину, то Гыма могут похвалить за сразу решаемые проблемы. Ынчан наконец-то исключат из списка, а конфликты начнут сами собой рассасываться. За пробелы получает сам парень, а тут сразу к главному. Удачи, Хё Ман. – Подожди, Сон Дже!! Я правда, правда исправлю все, через неделю выполню норму в двойне! – глаза Чхве обеспокоено бегают от лица парня, до его монитора. Зная, что они могут сделать с ним, каждый бы начал боятся за свою жизнь. Но Сон Дже его даже не слушает, а наоборот достает телефон. – Да, Бэк Джин, – отвечая на звонок, он полностью поворачивается на кресле и начинает вникать в слова собеседника по ту сторону телефона. – Сон Дже, что там с телефонами из Ынчана? – голос из трубки звучит слишком спокойно и отстраненно, словно человек находится под сильными успокоительными. Но он уже привык, чтобы пугаться. – Снова недостача, только хотел набрать тебе, как ты снова тут как тут, – слегка сумасшедшая, приторная улыбка расплывается на лице кудрявого. Теперь Хё Ман не его забота. – Вот как. Молодец, пересчитай телефоны, чтобы было хотя бы так, как он сказал и отдай телефон Чхве Хё Ману, – промычав что-то на последок Сон Дже протянул предмет связи, наблюдая за трясущимися руками и паникой в глазах ученика. Слишком труслив. Оставляя незаконченный раунд и недовольных сокомандников, брюнет тянется к пакетам и начинает выполнять приказ. Ровно 320, как и сказал Хё Ман, но нужно было 1000, весело же будет в салоне. В этот раз его похвалили, а это значит, что грязную работу придется выполнять не ему. Не смотря на всю маску и нахальный вид, внутри ему было действительно приятно, что за столь терпеливую работу – его наконец-то удостоили похвалы. Бэк Джин удостоил. Это было простое "молодец", но почему оно приносит столько неизвестного, но столь приятного тепла?

Новенькие.

Голова пятнадцатилетнего подростка ударяется о бетонную стену, оставляя на том месте кровавый след. Красный капли стекают по стене, а за ними бегут яркие дорожки. Сон Дже пришел договариваться на счёт контракта со школой Мингэ, но представители и их "главный" решили, что смогут нагнуть их, его. Что смогут побить его и забрать себе этот бизнес. Но какое разочарование их ждало, когда Бэк Джин отправил на сделку Сон Дже, а не кого-то из шестёрок. И прямо сейчас это самое разочарование кроет их с головой. Глаза наполненные паникой, которые расширялись все больше и больше от вида спокойного лица парня, который без лишних слов сразу приступил к делу. Лица, искривившие в гримасы, полны ужаса и животного страха, при виде одноклассника и товарища с пробитой головой от одного удара об стену. И это ещё не началась бойня. Дрогнувшие плечи и руки уже буквально кричали о том, что они готовы сдаться, когда Сон Дже ответно кинулся на толпу малолеток. И одним ударов задел всех. Они все поняли, что идти против Союза – значит умереть. Их эмоции, тело, а самое главное глаза – все это даёт увидеть их понимание и осознание всей ситуации. – Так, вы меня уже порядком раздражаете, сосунки, – сделав глубокий вдох и поправив волосы, кудрявый натянул улыбку на лицо и достал из кармана телефон. – Теперь улыбаемся и машем в камеру в силу своих возможностей. Раз, два, три.. Отлично. Теперь на экране его смартфона появилась фотография побитых детей: у кого сломан нос, у кого-то пробита голова, у третьего руки в одну сторону смотрят, а тот снизу вообще кажется помер давно. Даже не рассматривая фото, глаза за стеклами очков закатываются, а язык сам непроизвольно цокает. Словно уже на автомате. – Я же сказал, улыбайтесь, так трудно? Ладно, все равно вы дальше к Бэк Джину пойдете, мне похуй, что будет дальше, – механическими, уже давно выученными движениями он отправляет несколько одинаковых фото и собеседник сразу появляется в сети. Но Гым лишь выключает смартфон, знает, какие сообщения получит. – Эй, ублюдки, думали сможете нагнуть меня раком? Меня? – смех психопата в очках раздался по всему закаулку, какой-то внутренний адреналин от минувшей драки все ещё сидит внутри. Он шепчет нахождения продолжать, убить недруга, не обращать внимания на пожилых людей, что кричат им из окон, добить жертву. Но все же здравый разум берет свое, когда чья-то большая рука опускается на плечо и одним рывком поднимает с корточек. На Бэк Джин. – Я с тобой потом поговорю, Сон Дже, – пальцы сжимают чужое плечо до показывающей боли, от которой бегут мурашки. Отрезвляет. Взгляд холодных и наполненных жестокостью взгляд окидывает его лицо и тело, сканируя на наличие ран. Они подходят друг другу, садист и мазохист. Жаль, что этого не видит сам садист. А может оно и к лучшему?

Полиция.

– Мы уже не первый раз ловим вас на том месте, Гым Сон Дже, что ты на этот раз делал? Господин Ли, сержант полиции, уже порядка десяти минут сидит перед парнем, но только сейчас начал разговор. Он знает, что они делают что-то незаконное, что сеят беспредел, но без доказательств он имею право только опросить его и оказать первую помощь. Которая Гыму будет как раз кстати. – Все как обычно, Сержант. Я забирал деньги у мелких, мы подрались, и я наступил на гвоздь, – скучающий взгляд из под очков скользит по всему пространству комнаты и останавливается на государственном служащем. Который, в свою очередь, хмурится и недовольно смотрит на собеседника. Ещё чуть-чуть и дыру прожжёт. – Сон Дже, я ведь поймаю тебя когда-нибудь. Тебя, Бэк Джина, Дон Ха и всех остальных ваших дружков, – полицейский сжимает переносицу пальцами и жмурит глаза. Время уже около пол 12, а они все ещё торчат здесь, снова. – Почему бы тебе просто не-.. – Ой-ей, время вышло! Простите, сэр, но мне нужно идти. Я, ведь, правильно помню, что каждый наш разговор длится 20 минут? – приторная улыбка на лице кудрявого выдает всю его нервозность и усталость. Ему тоже наскучало каждый месяц, минимум три раза, сидеть в этой камере перед сотрудником правоохранительных органов из-за недочётов мелких. Выбегая, насколько это позволяет ему нога, из кабинета допросов, Сон Дже спешит к выходу, чтобы покинуть это прогнившее место и пойти в ещё более прогнившее. Нога течет кровью и ноющая боль приносит лишь негодование и тихий мат, спускаться по лестницам становится проблемой, но Сон Дже умный и имеет две ноги. Прыгая со ступенек он думал о том, как побыстрее добраться до салона или дома. Уже там он без сил сможет упасть на диван и просто уснуть. Уснуть без мыслей о полиции, сбежавших мелких, Ши Ыне с Баку, теневом счёте и.. Бэк Джине. Бэк Джин как язвочка на небе, тронешь и все полетит к чертям. Он ни разу не написал с момента его поимки, ни разу не позвонил, да даже не прочитал его сообщения. Он снова выбрал Баку, даже, блядь, в той ситуации где Сон Дже почти ходить не может после выполнения его приказа. А этот не ставит его ни во что. – Да пошло оно все.. – попробовать наступить на эту ногу было провальной идеей, боль прошлась по всему телу, заставляя почти стонать. Где-то со стороны слышится свист и Гым готов уже орать на этого суицидника, но перед глазами появляется образ На Бэк Джина. Ха-ха, сука.. – Эй, что с тобой? – безпристрасное лицо парня не выражает ничего, в голосе слышна холодная сталь, а безупречный вид гласит о том, что его от слова "совсем" не волновал Гым и его отвратительное состояние. – Ко мне пришел? – в голове все смешалось в один большой узел от потока домыслов. А внутри все неприятно сжалось. Его хотелось убить и обнять одновременно, только с этим придурком у Сон Дже появляется это дикое желание. Желание быть настоящим. Желание жить. До салона идти было не так далеко, но в компании с Джином дорога кажется вечностью. Гнетущее молчание убивает, а напряжение лишь растет. Если бы не верность и привязанность кудрявого, то он бы уже послал Бэк Джина. – Тут тебе не нравится, – делая долгую затяжку, Сон Дже даже не поднимает на него глаза, но чувствует этот прожигающий и цепкий взгляд напротив. – Ты о чем? – слова звучат отстраненно, будто парень и правда не понимает о чем говорит собеседник. – Здесь грязно, а ты ведь такой чистоплотный, – сигаретный дым медленно расплывается по комнате, оставляя за собой лишь противный запах. – Приводите сюда неугодных, а потом избиваете до полусмерти. Сто пудова тут куча кровавых пятен. – Да и, пахнет тут ужасно. В глазах напротив виднеется лишь лёд и безраличие ко всему его неинтересуещему. Но ведь можно не пропускать мимо своих ушей хотя бы весь этот бред. Не как обычно, а хотя бы в этот раз. В последний раз. – Что ты сказал полиции? – удушающее сознание резко охватывает его в свои тиски. У Сон Дже складывается пазл, его последние части легли в картинку при услышанном вопросе. Он знает чем закончится весь этот диалог. – Что? – проблем со слухом у него никогда не было, но обида заставляет взглянуть на своего.. Товарища. Но товарищ ли он для него сейчас? – Наш теневой счёт, – меняя позу и морщась от тлеющей сигареты, Бэк Джин даже не придает значение разбитому голосу, что выдает все чувства оппонента. – Доступ только у нас двоих. Жуткая обида растекается по сердцу, заставляя его биться быстрее. Его не волнует ни его состояние, ни чувства, ни мысли. Его никогда не волновал Сон Дже, все, что он делал для него, теперь кажется бессмысленно потраченным временем. – Хах, – защитная реакция вырывается быстрее, чем осознает это. А мелкая, болезненная ухмылка растекается по лицу, ему нужно больше никотина. Как жаль, что это последняя сигарета. – Я ж говорю.. Я брал деньги у Ынчанывцев и мы подрались. Всё? Он умолчал о том, что ещё придумал историю того, как они поссорились и вообще не общаются. Делал все, чтобы обезопасить Бэк Джина, но видимо снова зря. Нужно было сдать ублюдка. – Ха.. Ты даже не спросил, как я или "Как дела?" – а ведь это так просто, сказать всего два слова. Глаза слегка намокают и он не может контролировать этот процесс. Слез не так много, чтобы они скатились по щекам, но достаточно, чтобы обжечь глаза. – Аа, ну да, а я все думал, чего ты хочешь.. То есть, если бы я мусорнулся, ты бы меня убил? А? В его глазах видная вся боль и разочарование, он думал, что больше никогда не сможет в ком-то разочароваться, но видимо ошибался. Вновь. Последующий ответ разбил его в хлам, заставляя отрезветь и принять ситуацию, как таковая требует. – Ну, и что? – что-то внутри упало и с громким стуком разбилось о каменный пол. Этот сучонок снял розовые очки с Сон Дже, которые, казалось бы, разбились ещё очень давно. Задолго до их встречи. – Конечно.. Мы друг друга стоим, но мы за одно, – последняя никотиновая трубочка заканчивается, долевая до фильтра, но Гым затягивается до конца всей последней дурью, что осталась в ней. Ставя на этом точку. – Я решил отдохнуть, впредь больше не играю в это. Не ищи меня. Точку невозврата. Затушив горевший фильтр, он поднимается и начинает хромать. Голос за спиной ещё что-то говорит, взгляд прожигает спину, но Бэк Джин остаётся на своем месте. Если бы Гым ему был нужен, если бы он ценил кудрявого, то уже бы сорвался. Уже подбежал бы к нему, сказал, что все слова ошибка, тупая ошибка, вылетевшая не подумав. Но он сидит. Сидит и даже не шевелиться до самого его ухода. Пусть теперь сам разгребать все то дерьмо, которое вешал на него. Пусть почувствует, что без Сон Дже его безупречная империя падает под гнетом того, кого он так долго боготворил и любил. Баку растопчет его, не оставив и следа. А Сон Дже.. Он лишь посмеётся, он уверен, что сядет рядом с побитым. Сядет, начнет смеяться и бросит в трудную минуту, как это делал тысячи раз Джин. Месть – блюдо, которое подаётся холодным. Эта фраза кажется ему актуальной и даже очень красивой в данный момент, пока он удаляется от салона и роняет слезы обиды и горечи. Совсем не догадываясь, что это была их последняя встреча. Последняя их встреча лицом к лицу.

***

Записка в руках давно помялась и теперь напоминает какую-то салфетку, но никак не прощальное письмо. Его алтарь выглядит безупречно, как когда-то выглядел он. Без единой царапины, потемнения и пылинки. В точности поддать своему хозяину, лежащему в гробу. Гым Сон Дже даже не знает, что именно он чувствует. Разделяет ли он чужую скорбь по убитому, или же ему хочется впасть в истериию, а может он прямо сейчас найдется в смехе психопата и сотрудники вызовут полицию. Все может быть. Но одно он знает наверняка: стоять около его могилы, когда хотел мести и крови теперь невыносимо. Особенно, после записки. Особенно, когда во второй руке находится пистолет. Этот пистолет они когда вдвоем отобрали у полиции, ещё в самом начале их деятельности. Когда оба были глупы и необразованы. Он бы все отдал, чтобы вернутся на эти несколько лет назад. Вроде бы не так много, но сколько крошечного и до жути горячего чувства приносят тогдашние воспоминания. Сон Дже снимает очки и тушит о ботинок сигарету, как его ещё не развернули на самом входе, когда он поджёг её — он не знает, но он не сделал ни единой затяжки. Ему нужен был дым. Последнее, что теперь ему напоминает о На Бэк Джине — табачный дым и эта чертова записка. Оба фактора были в последнюю их встречу. Оставляя очки с фильтром около фотографии, он роняет одну единственную слезы, которая за секунду превращается в алую кровь. Брызги не задели фотографию, бесконечное количество цветов и.. Записку.

«Сон Дже, ты все таки был лучшем, что могло произойти со мной в этой жизни. Прости за это убоюдочное отношение к тебе, я знал, что умру. Но один вопрос у меня к тебе был и будет всегда. Ты ляжешь вместе со мной?»

«Я лягу вместе с тобой»