Дочь Келла тьмы

Если Стражи — это стихийное бедствие, ураган, то Вексы — это рак. Медленный, неотвратимый, превращающий всё живое в математику. Нас отправили к порталу. Задача: прикрытие сборщиков. Праксису нужна была "радиолярная жидкость" — молоко Вексов. Для его экспериментов. Мы летели на скифах над белыми реками радиолярии. — Красиво, — вырвалось у меня. Это была правда. Яркий, неоново-белый свет жидкости контрастировал с черным камнем и синим льдом. Как художник, я оценил палитру. Как бывший игрок, я знал: наступишь туда — и тебя дезинтегрирует за секунды. Мы высадились у входа в Нексус. — Развернуть насосы! — скомандовал Капитан. Дреги засуетились, подключая шланги. Я стоял в стороне, сжимая в руках старенький шоковый пистолет, и проверял сенсоры Кляксы. Мой дрон висел над плечом, нервно дергаясь из стороны в сторону. — Контакт! — заорал один из Вандалов. Воздух затрещал. С характерным звуком деформации реальности появились они. Гоблины. Бронзовые, сутулые, с горящими красными глазами. — Огонь! Началась перестрелка. Падшие стреляли плазмой, Вексы отвечали солнечными лучами. В игре Вексы тупые. Они просто идут на тебя. В жизни... это страшно. Они не знают страха. Ты отстреливаешь Гоблину голову, а он не падает. Он просто переходит в режим "берсерка", закрывая уязвимое место, и бежит на тебя быстрее. — Минотавр! — крикнул кто-то. Из портала вышла громадина. Пустотный щит, телепортация. Он мгновенно сократил дистанцию и размазал двух Дрегов ударом руки. Наш отряд запаниковал. Капитан пытался отступить, но Хобгоблины на возвышенностях отсекали пути снайперским огнем. Я сидел за укрытием (каменный блок Вексов), и мой интерфейс орал красным. Мы трупы. Если Минотавр подойдет, он нас сомнет. — Думай, Ирикс, думай! — я ударил себя по шлему. Как работают Вексы? Они реагируют на угрозу. Они просчитывают траектории. — Клякса! — я схватил дрона. — Протокол "Приманка". Максимальная яркость. Маршрут: спираль вокруг головы Минотавра. Я ввел команды через интерфейс. — Лети, родной! Клякса взмыл вверх. Я включил на нем все светодиоды, которые припаял, и даже стробоскоп. Он стал похож на маленькую диско-сферу. Минотавр замер. Его единственный глаз сфокусировался на хаотично движущейся, яркой цели, которая издавала высокочастотный писк (я добавил звук "ультразвуковой визг"). Это сломало его алгоритм приоритетов. Шэнк был слишком близко, слишком быстр и "нелогичен". Минотавр начал махать руками, пытаясь сбить назойливую муху, повернувшись к нам спиной. Его щит на секунду мигнул. — Стреляйте в ядро! — заорал я не своим голосом, перекрывая шум боя. — Спина! Бейте в спину! Капитан не стал спорить. Он и двое выживших Вандалов дали залп из всего, что было. Взрыв ядра Минотавра был ослепительным. Робота разорвало изнутри потоком Пустоты. Вексы отступили (вернее, их симуляция решила, что затраты энергии превышают потенциальную выгоду, и они просто исчезли). Тишина. Только гул портала и шипение насосов. Капитан подошел ко мне. Он посмотрел на меня, потом на Кляксу, который вернулся и гордо сел мне на плечо, дымясь перегретым двигателем. — Ты... — Капитан щелкнул жвалами. — Ты Сплайсер? (Техносимбиот). — Вроде того, — выдохнул я, пытаясь унять дрожь в руках. — Хороший трюк, "дочь". Мы запомним. В тот день я понял: в этом мире уважают не звание, а полезность. Я выжил не потому, что стрелял метко, а потому, что знал механику "агро". Шепот Келла XI: Цена прогресса В кабинете Праксиса пахло озоном и жженой медью. Технократ держал пробирку с молоком Вексов. Жидкость светилась, отбрасывая бледные тени на его маску. — Потрясающе, — проскрежетал он. — Вексы превращают материю в данные. А Тьма превращает волю в материю. Если мы совместим это... Эрамис стояла у окна, скрестив руки. Ей было противно находиться здесь. — Это яд, Праксис, — сказала она. — Мы пьем яд, чтобы согреться. — Но он работает! — Праксис возбужденно махнул колбой. — Устройства подавления Света почти готовы. Когда Страж придет, он обнаружит, что его Призрак бесполезен. Мы срежем его связь со Скитальцем, как пуповину. Эрамис посмотрела на свою руку. Стазис медленно полз выше, к локтю. Она чувствовала, как кристаллы заменяют нервы. — Главное, чтобы мы сами не стали машинами, — тихо произнесла она. — Как Атракс. — Атракс достигла совершенства! — возразил Праксис. — Бессмертие, Келл. Разве не этого мы хотели? Вернуть Риис, который будет стоять вечно? Эрамис не ответила. Она хотела Риис, где дует теплый ветер и дети играют в траве. А получала Риис из холодного металла и радиоактивного молока. — Делай что нужно, — бросила она, выходя. — Но если твои игрушки подведут нас перед Волком... я лично скормлю тебя Вексам.