Дочь Келла тьмы

Темнота за стеной Тронного Зала была не просто отсутствием света. Она была физической субстанцией. Тяжелой, пахнущей затхлой водой и древней пылью. Мы шли по коридору, выдолбленному прямо в сердце астероида. Мара Сов шла впереди, её шаги были беззвучны. Я, Ворон и Титан (Страж) шли следом. Я включил фонарь на шлеме. Луч света выхватил из мрака статуи Техноведьм. Их лица были искажены, словно они кричали. — Не отставайте, — бросила Мара, не оборачиваясь. — Реальность здесь тонка. Один неверный шаг, и вы выпадете в Асцендентный план. Наконец мы вышли в огромный зал. В центре, подвешенный в воздухе магическими цепями, висел Он. Кристалл. Огромная глыба янтарного цвета, пульсирующая изнутри. Я знал этот кадр. Я видел его на YouTube, в трейлерах. Но масштаб... Кристалл был высотой с трехэтажный дом. А внутри... Ворон ахнул. Титан вскинул винтовку. Внутри кристалла была не человеческая фигура. Там было Чудовище. Шесть метров хитина, костяная корона, огромные, сложенные за спиной крылья моли. Саватун. Королева-Ведьма. Богиня Обмана. Она стояла (или висела?) внутри, словно муха в янтаре. Но её глаза... три горящих зеленых глаза... они были открыты. И они смотрели на нас. — Осирис... — прошептал Ворон. — Где он? — Я здесь, маленькая птичка, — голос раздался не из кристалла. Он прозвучал прямо у нас в головах. Это был голос Осириса. Но интонация... в ней был скрежет хитина и насмешка. — Или, вернее, я был им. Немного тесноват, признаю. Старые кости, артрит... но какой чудесный вид открывался из его глаз! — Ты... — Ворон шагнул вперед, его рука потянулась к револьверу. — Ты носила его как костюм! — Я спасла его, — голос изменился. Теперь это был женский, глубокий, вибрирующий голос Саватун. — И я спасла вас. Разве не я привела к вам Каятль? Разве не я научила вас использовать Сплайсеров? Вы должны благодарить меня. Мара Сов подняла руку, приказывая молчать. — Мы заключили сделку, — сказала Королева Пробудившихся. — Я изгоню её червя. Она вернет нам Озириса. Живым. Я стоял в стороне, чувствуя, как мой нейро-интерфейс сходит с ума. [Уровень угрозы: Ошибка вычисления] [Пси-воздействие: Критическое] Я подошел ближе к кристаллу. Я не хотел, но ноги сами несли меня. Я чувствовал странное притяжение. Саватун медленно повернула голову внутри своей тюрьмы. Её взгляд сфокусировался на мне. Мир вокруг исчез. Остались только я и Она. — А вот и ты, — прошелестела она в моем разуме. — Ирикс. Дочь Эрамис. Артист. Я попытался ответить, но язык прилип к небу. — Любопытно, — продолжала она. — Ты смотришь на меня, и в твоих глазах нет вопроса "Кто это?". В них есть узнавание. Ты знаешь мою историю. Ты знаешь мои слабости. Ты знаешь мое будущее. Она улыбнулась. Жвалы дрогнули. — Мы с тобой похожи, Артем. О, не вздрагивай. Имена имеют силу только если ты им позволяешь. Она назвала моё имя. Моё человеческое имя. То, которое я похоронил под тоннами льда Европы и песка Спутанных Берегов. — Ты тоже носишь маску, — шептала она. — Ты притворяешься Эликсни. Ты играешь роль механика. Но внутри ты — пришелец. Чужак в чужой истории. Как и я. — Чего ты хочешь? — мысленно прокричал я. — Я хочу, чтобы ты смотрела. Смотрела внимательно. Потому что только ты сможешь оценить красоту моего финального трюка. Не разочаруй меня, Артист. Наваждение спало. Я отшатнулся, врезавшись спиной в Титана. Он удержал меня, вопросительно наклонив шлем. — Я... мне нужно выйти, — прохрипел я. — Здесь... душно. Я выбежал из зала, чувствуя на спине взгляд трех зеленых глаз. Она играет со мной. Я для неё — не угроза. Я для неё — зритель в VIP-ложе, которому она подмигивает со сцены перед убийством. Интерлюдия III: Сэйнт-14 Ангар Башни был пуст, если не считать голубей. Сэйнт-14 сидел на ящике, глядя на свой шлем, лежащий на коленях. Его лицо, обычно скрытое за металлом, было мокрым от слез. Он жил с ней. Месяцы. Он делился с ней страхами. Он спал рядом. И всё это время это была Ведьма. Он чувствовал себя грязным. Использованным. — Сэйнт? Он поднял глаза. Ирикс. Та самая странная Эликсни. — Уйди, маленькая, — глухо сказал он. — Я могу... я не контролирую себя сейчас. Я хочу крушить. — Крушить — это просто, — она подошла и положила на ящик рядом с ним старый, побитый датапад. — Строить сложнее. — Что это? — Когда мы были в сети Вексов... я нашла кое-что. Фрагменты данных. Они были зашифрованы в коде Саватун, но она не смогла их стереть. Потому что это была не её память. Ирикс включила планшет. Появился текст. Хаотичный, рваный. «...она внутри... я кричу... Сэйнт, не слушай её... я вижу твой свет... он маяк... я держусь за него...» Сэйнт схватил планшет огромными руками. Он читал жадно, впиваясь в каждое слово. — Это... это он? — его голос дрожал. — Осирис боролся, Сэйнт, — тихо сказала Ирикс (я не сказала ему, что половину этих логов я "дописала" сама, основываясь на лоре, чтобы дать ему надежду. Ложь во спасение? Возможно. Но Саватун лгала ради зла. Я солгал ради любви). — Он все еще там. Он ждет тебя. Сэйнт прижал планшет к груди. Он закрыл глаза и глубоко вдохнул. — Спасибо, — выдохнул он. — Спасибо, дочь Эрамис. Ты вернула мне свет.