Дочь Келла тьмы

Корабль вернулся. Левиафан. Пожиратель Миров. Золотой дворец Императора Калуса. Он просто появился на орбите Луны, затмив звезды. Но он больше не сиял золотом. Он был мертв. Огни погасли, двигатели молчали. А обшивка... она была покрыта чем-то, что выглядело как плесень, видимая даже с поверхности Луны. Я стоял в командном центре ШЛЕМ (H.E.L.M.), глядя на голограмму гиганта. Рядом были Завала, Каятль и Эрис Морн. — Он не отвечает на вызовы, — прорычала Каятль. — Мой отец... или то, что от него осталось... молчит. — Он не молчит, — тихо сказала Эрис, сжимая свой магический шар. — Он кричит. Но не голосом. Он кричит воспоминаниями. Нас отправили на разведку. Операция «Сдерживание». Я, Ворон и Страж-Титан (Маркус). Мы высадились в Королевских Садах (Castellum). В прошлом (в рейдах, которые я смотрел на YouTube) это место было роскошным. Золото, пурпурные знамена, солнце. Теперь это был склеп. Воздух был густым, влажным и сладковатым. Спор Эгрегора — грибка Тьмы — летали повсюду, как пепел. — Клякса, анализ атмосферы, — прошептал я, включая фонарь на шлеме. [Споры Эгрегора: 80%] [Пси-активность: КРИТИЧЕСКАЯ] [Рекомендация: Не думать о плохом.] — Отличный совет для инженера, — буркнул я. Мы шли по заросшим коридорам. Грибок пульсировал. Он реагировал на наше присутствие. Вдруг мой интерфейс моргнул. Глитч. Звук трескающегося льда. Я замер. Прямо передо мной, посреди коридора, стояла фигура. Высокая. Четыре руки. Синий плащ. Эрамис. Она стояла ко мне спиной. — Мама? — вырвалось у меня. Я знал, что Эрамис заморожена на Европе. Я знал, что это галлюцинация. Но сердце пропустило удар. Она медленно повернулась. Её лицо было не лицом живого Эликсни. Это была ледяная маска. Глаза были пустыми черными дырами. И изо рта не шел пар. Она не атаковала. Она просто смотрела. И в этом взгляде было всё: моё предательство, её падение, мой страх, что я не смог её спасти. — Ты наслаждаешься теплом? — прозвучал её голос у меня в голове. — Пока я горю от холода? Я попятился. — Уйди. Ты не настоящая. Это споры. Эрамис сделала шаг. Лед под её ногами захрустел. — Ты такая же, как я, Ирикс. Ты думаешь, что строишь будущее, но ты строишь только гробы. — Ирикс! — Маркус тряхнул меня за плечо. Видение рассыпалось в красный туман. Эрамис исчезла. Вместо неё стоял обычный Кошмар-Фантом, которого Маркус тут же пристрелил. Я тяжело дышал. Мой пульс зашкаливал. Ворон посмотрел на меня с пониманием. Он видел Ульдрена за каждым углом. Завала видел свою жену. — Ты в порядке? — спросил Ворон. — Нет, — честно ответил я, поправляя винтовку. — Этот корабль... он копается в мозгах. Он достает то, что мы спрятали глубже всего. — Это защитный механизм, — сказала Эрис по связи. — Калус хочет, чтобы мы ушли. Не поддавайтесь. Установите маяки сдерживания. Мы пошли дальше, вглубь гниющего золотого брюха. И я чувствовал, что ледяной взгляд моей "матери" сверлит мне спину. Интерлюдия I: Калус [Ядро Левиафана] Он больше не был плотью. Его тело, раздувшееся и больное, было лишь якорем. Его разум растекся по кораблю, сливаясь с Эгрегором. Калус был везде. Он был в стенах. В трубах. В каждом споре. — Свидетель... — его мысли гудели инфразвуком. — Видишь ли ты мой дар? Он чувствовал маленьких муравьев, бегающих внутри него. Стражи. Его дочь. И эта странная Эликсни, которая пахла машинным маслом и страхом. — Они сопротивляются, — Калус издал ментальный смешок, от которого задрожали переборки корабля. — Они цепляются за свои маленькие трагедии. Они не понимают, что боль — это лишь куколка, из которой вылупляется величие. Он сосредоточил внимание на Пирамиде Луны. Она звала его. — Я иду, — прошептал он. — Я стану твоим Голосом. Я стану твоим Послушником. И я выпью эту вселенную до дна.