Часть 3
24 ноября 2025 г., 18:37
Она спустилась на первый этаж. Там были Торд и Том. Мэтт, как всегда, любовался собой в зеркале, а Любитель колы уехал к своей маме неподалёку, поэтому остановить этих двоих сейчас было некому.
Когда она приблизилась к гостиной, уже издалека доносились крики этой своеобразной парочки.
— ТЫ ЗАЧЕМ В ЧАЙ ВМЕСТО САХАРА ДОБАВИЛ СОЛЬ?! — орал Иегова на коммуниста.
— Это была всего лишь случайность, — ухмыльнулся рогатый.
— Случайность?! Ты так третий раз делаешь, коммунист ебучий! — прорычал черноглазик и резко пошёл наверх.
Полине стало интересно, что на самом деле чувствует Том. По профессии она была психологом и помогла уже многим людям. Её не отпускало ощущение, что за внешней агрессией скрывается что-то иное. Поэтому она направилась в комнату Иеговы.
Тихий стук в дверь. Том вздрогнул.
Наверное, опять этот ебака пришёл.
— Кто бы это ни был, но если это Торд — я его убью, — усталым голосом сказал он.
— Это не Торд, — мягко ответила Полина.
— Заходи… — хрипло произнёс наш алкоголик.
Когда Полина вошла в комнату, она увидела Тома — но не того самоуверенного Тома, к которому все привыкли.
Алкоголик сидел на краю дивана, опустив плечи. Слёзы капали на пол, образуя маленькую прозрачную лужицу.
Полина тихо подошла, села рядом и осторожно обняла его, стараясь передать тепло и поддержку.
— Что случилось? Может, я могу помочь? Я психолог по специальности… можешь мне выговориться. Я никому не расскажу, — мягко сказала она.
— Т‑ты точно не расскажешь?.. — всхлипывая, спросил черноглазик, сейчас похожий на маленького ребёнка.
— Да. Я обещаю, — уверенно сказала Полина. Она уже понимала, что сейчас польются слова, вперемешку со слезами.
— Я больше не могу это терпеть… — начал Том, всхлипывая.
— Сколько можно издеваться надо мной? Я сам уже не знаю… Но в чём-то я люблю его. Его рожки, его привычки, даже его взгляд… Я… я влюбился. Но не могу сказать ему напрямую… — выдохнул он и низко опустил голову, пряча глаза.
На секунду наступила тишина.
— Понимаю… — тихо сказала Полина. — У меня была похожая история. Я была влюблена, а он отверг меня… выбрал другую.
Том поднял взгляд, полный страха и облегчения одновременно.
— Т‑тебе уже легче? — спросила она.
— Намного… — всхлипнув, ответил Том и посмотрел на неё уже по‑другому — как на человека, который действительно хочет помочь.
Она выслушает. Поддержит. Поможет.
Не друг — золото, — думал он про себя, ощущая, что впервые за долгое время кто-то действительно понимает его.
— Спасибо, что выслушала… — тихо сказал Риджуэл, глядя на человека, которому не было безразлично его состояние.
И почти не заметно для самой Полины, Том снова обнял её — так сильно, что она чуть не задыхалась. Его руки сжали её плечи и спину, словно он хотел перенести всю свою боль и тревогу на кого-то, кто действительно понимал. Полина сначала слегка замерла, но потом расслабилась, чувствуя искренность этого жеста.
Я здесь… я слышу тебя… я не отпущу тебя одну, — промелькнула мысль Полины.
Она понимает… она реально рядом… — думал Том, постепенно ощущая облегчение, словно часть его тяжелого груза растворялась в этом крепком, почти отчаянном объятии.
Это было не просто объятие — это было молчаливое признание: «Спасибо, что ты здесь. Спасибо, что слышишь меня». И в этот момент никакие крики, недопонимания и прошлые обиды больше не имели значения. Существовали только они вдвоём, здесь и сейчас.
