Белая Львица

Утром меня разбудил звук кипящего на углях чайника и запах жареного мяса. Наэма уже встала и готовила завтрак. Выглядела она довольной, хотя и немного уставшей. Я рассказала ей о сегодняшнем сне. Наэма внимательно выслушала меня и загадочно улыбнувшись сказала: -"Это не просто сон. Вот увидишь, скоро всё будет по-другому." Но что именно она имела в виду я так и не поняла. На все мои вопросы она просто улыбалась, переводя разговор в другое русло. Мне осталось только смириться и не приставать к ней с расспросами. Через некоторое время после завтрака швы на моём лице начали ныть, меня стало то знобить, то кидать в жар, наверное, у меня поднялась температура. Процесс заживления часто сопровождается чем ни будь подобным, поэтому я приняла противовоспалительное и легла отдыхать. Незаметно для себя я уснула и мне снова снились львы, только на этот раз они не охотились, а отдыхали в тени раскидистого дерева. Проснувшись днём я поняла, что мне не легче и снова легла спать. Ближе к вечеру я почувствовала себя лучше и даже смогла выпить чаю и немного перекусить, но через некоторое время меня опять стало не хорошо. Наэма сказала, что мне обязательно нужно сходить к шаману и попросив меня никуда не отлучаться вышла из хижины. Через некоторое время я снова уснула и мне снова снились львы. Проснулась я от того, что кто-то тряс меня за плечо. Открыв глаза, я увидела Наэму в сопровождении вчерашнего знахаря, который оказался по совместительству и шаманом. Шаман попросил меня подробно описать произошедшие вчера события, а именно как умер лев и что происходило далее. Я начала рассказывать, не упуская мельчайших подробностей, а Наэма была в роли переводчика. Выслушав мой рассказ, шаман сказал, что всё дело в том, что я смотрела в глаза льву в тот момент, когда его душа покидала тело, а значит душа льва не ушла, а вселилась в меня и теперь во мне борются две души, поэтому мне и плохо. Так же шаман сказал, что нужно им помочь соединиться, так как душу льва уже прогнать невозможно. И раз она избрала жилищем моё тело, сделать это нужно как можно скорей иначе я не смогу контролировать свою звериную сущность и со мной может произойти тоже, что и с Нгоньямой. На мой вопрос о том, кто этот Нгоньяма, шаман ответил, что это тот, кто не справился с духом зверя внутри себя и зверь избрал себе новое жилище. Мне показалось, что я догадываюсь о ком идёт речь, ведь когда лев умирал, мне казалось, что он хочет что-то сказать, но ведь звери на самом деле не разговаривают. Так лев выходит вовсе и не лев, но тогда это полный абсурд. Шаман встал и жестом велел мне следовать за ним. Мы вышли за территорию деревни и двинулись на восток. Примерно через полчаса пути мы достигли поляны, посредине которой росло большое дерево, под которым лежал огромный камень прямоугольной формы. Как я поняла, камень был такой формы изначально, так как нигде не было видно, чтобы его касалась рука каменотёса. Оставив меня под присмотром Наэмы, шаман ушёл. Я снова захотела спать. Не зная куда примоститься я легла прямо на землю возле большого камня.