Dispatch: Second Shift

— …и к другим новостям: продолжаются ремонтные работы по всему городу после нападения суперзлодеев из Красного Кольца под предводительством Эллиота Коннорса, печально известного как… Да-да, «печально известного». Как будто кто-то когда-то говорил про Полога: «О, да он в целом приятный парень, просто любит массовые разрушения». — …ряд страховых компаний заявили о подаче документов на банкротство, дата которых значится за день до атаки. Клиенты компаний остались без средств для восстановления. Делом занялась Прокуратура… Удобное совпадение. Настолько удобное, что впору выпускать рекламный ролик: «Страхуйся у нас – мы знаем будущее!» Хотя… возможно, они и правда знали. — По официальной информации СДС – филиал в Торренсе, пострадавший в результате нападения больше всего, полноценно заработает лишь через две недели, после завершения ремонтных работ. Представители СДС уверяют, что данное обстоятельство никак не повлияет на поддержание героями порядка на улицах Торренса – сотрудники компании и герои временно переведены в филиал в Карсон, откуда и будут выполнять свои обязанности… Вот так ловким словом ведущей хаос всей прошлой недели запихнули в один абзац. Конечно, нужно успеть до рекламного блока. О, да вот же он. И… это что, новое промо СДС с Феномачо? Серьёзно? Кто-то решил, что его лицо – это то, что людям нужно видеть утром. Ну… ладно. Делаю вдох. Выдох. Пытаюсь не думать о том, что было. Не получается – поэтому делаю второй вдох. Этот уже работает лучше. Открываю глаза, смотрю на часы. 7:00. Рано настолько, что даже Бекон ещё спит. Раньше он будил меня первый – мягко, но настойчиво, как налоговая. Выгулять, покормить… желательно одновременно. Медленно поднимаюсь из сукхасаны. Йога. Да. Всё ещё странно признавать, что я добровольно стал человеком, который делает йогу по утрам помимо обычной тренировки. Но после истории с Красным Кольцом стало ясно: тело ещё не простило мне… ну… всего. Кома после уничтожения брони Мехамена моего отца. Кома после взрыва прототипа Астрального Пульсатора. Пытки от Купе и Полога в Сардине. Битва со всем Красным Кольцом. Вот прям список, который хочется показывать терапевту. Если бы я к нему ходил. Но нет. Слишком много всего для парня без суперсил. Хотя иногда я думаю, что моя суперсила – это просто упорство идиота. Разминая шею, иду к балкону, открываю дверь. В комнату вползает свежий ноябрьский воздух. ЛА, конечно, не Чикаго. Тут ноябрь – это что-то вроде «слегка прохладный август» там. Сочно зеваю и направляюсь в душ, по пути отключая телефон. Я всё ещё пытаюсь наладить режим сна. Но всё нормально. Я справлюсь. После того как я так хорошо врезал Пологу… засыпать, надо признать, стало легче. Некоторым людям достаточно ромашкового чая. А я нашёл что покруче. Благо запомнил адрес тюрьмы, куда его забрали. При проблемах со сном знаю куда и к кому обращаться. Контрастный душ помог собраться… представил на секунду, как Инвизигал бы сейчас орала от холодной воды, проберись она за мной следом в ванну под невидимостью, но… здесь я был всё же один. Только я и моё отражение в зеркале, к которому я приблизился, сделав шаг из ванны. Гладкая поверхность отразила моё лицо и тело. Незримо, но что-то поменялось в этих глазах. Да, добавилось с десяток гематом на теле, но сейчас, видя себя в зеркале, понимаю, что встреча с Пологом лицом к кулаку улучшила не только мой сон. Чищу зубы. Осторожно. Дёсны после прошлой недели всё ещё ведут себя, как будто я их чем-то обидел. Пена для бритья, бритва, лёгкое движение – вот и всё, снова человек. Выхожу в зал, двигаясь сразу к своей новой кофемашинке. Да, кстати. Моя импульсивная покупка. Одна из тех, которую совершаешь, когда пытаешься что-то поменять вокруг, но, не зная с чего конкретно начать менять свою жизнь… покупаешь бытовую технику. Почему кофемашина? Без понятия. Настройка простейшая. Включаешь. Подставляешь стакан для сливной воды. Сливаешь грязь. Ставишь уже другой стакан. Выбираешь напиток. Просовываешь шланг в молоко, настраиваешь объём и нажимаешь кнопку. Одну. Вращающуюся. Даже ребёнок справится. Хотя ребёнку, наверное, не дали бы такую машину – он бы ещё начал думать, что жизнь может быть удобной. Теперь остаётся ждать, пока напиток наполнится. Главное – не забывать периодически сливать жидкость из поддона. Так было написано в инструкции. Которую я… да, я её прочитал. Было долго и скучно, но, подумал, «чёрт, почему бы и нет?». Всё ещё думаю есть ли в мире кто-то со способностью возвращать бесполезно потраченное время. Пока машина шумит, выдавая мне мой кофе, я полез за свежей рабочей одеждой. После прошлой адской недельки и чересчур спокойных выходных, за которые не происходило абсолютно ничего, мне хотелось поскорее попасть на работу. Многие бы назвали меня психом за то, что после чего-то подобного я так хочу туда попасть, но я чувствую себя сейчас как на горках. Стремительные и головокружительные виражи слишком внезапно сменились спокойным отрезком. Чувствуешь, что должно быть что-то ещё, но… это «что-то ещё» всё не приходит и не приходит и вот ты уже покидаешь своё место, и думаешь: «А может попробовать ещё раз?», но потом видишь всю эту километровую очередь и… о чём это я? … Неважно. Пока собирался, мой напиток был уже готов. На часах было 7:33 – предостаточно, чтобы приготовить себе полноценный завтрак. Глоток кофе для второго после душа заряда бодрости, и я настроен готовить хоть для Гордона Рамзи… не гребешки или ризотто, конечно, но мои сэндвич и яичница ему бы зашли. Стоило открыть холодильник и достать салями, как проснулся Бекон. Эта собака проигнорировала бы землетрясение, ураган и феерическую драку супергероев под окнами, но звук открывающейся пачки колбасы – это уже уровень угрозы «красный». Он подскочил, затопал лапами, посмотрел на меня своим «я маленький, но у меня есть права» взглядом и я вдруг вспомнил, как Полог взял его в заложники… почему-то сразу захотелось проверить его в тюрьме. Ну так, для профилактики моего здорового сна. За свою милоту и умение манипулировать, собака была награждена колбаской. Через каких-то 10 минут весь завтрак был готов. Мгновение и я уже сидел с тарелкой, листая то бесконечное количество рилсов, что Инвизигал прислала из больницы. Кажется, она нашла способ убить время, убить интернет и убить меня – количеством контента. Половину я даже не успел посмотреть. Ну и ладно. В другой раз, значит. Убрав за собой посуду, я засобирался на улицу, чтобы перед работой успеть хорошо выгулять Бекона и после отправиться к месту, откуда меня должен был забрать корпоративный транспорт. Да, на прошлой неделе пострадало не только здание. Машины сотрудников и героев, неудачно запаркованные рядом были буквально уничтожены… ответственной за, как минимум, одну из них была Блонди, но этот момент все дружно опустили… Так или иначе, на фоне всех этих событий, теперь каждое утро и вечер в течение следующих двух недель для тех, чей транспорт был уничтожен, будут колесить автобусы, делающие остановки на всём пути следования от филиала СДС в Торренсе до здания Диспетчерской Службы в Карсоне и обратно. Конечно, меня напрягло, что вчера Блонди Блейзер написала мне поздно вечером: «Желаю удачи в дороге до работы», но что меня может удивить после работы с Я-командой и встречей с Красным Кольцом во главе с Пологом в обычном автобусе? *** — Что за хрень тут происходит? — выдохнул я, потому что иначе это зрелище никак не комментировалось. Из окон самого обычного автобуса с лого СДС на меня одновременно уставились пять очень знакомых пар глаз. — Хо-хо! Роберт! — протянул Громила, широко улыбнувшись и величественно поправив усы. — Наконец-то спустился с небес, спящая красавица! Мы тебя тут двадцать минут караулим. Он сидел… на месте водителя. Не рядом. Не за водителем. На месте водителя. … Он вообще может водить? Громила тем временем театрально похлопал ладонью по рулю. Странно, но я знал, что он скажет ещё до того, как он это сказал. — Парень хотел уехать без тебя, — пожал он плечами. — А Инвизигал маякнула, что ты всё ещё дома. Так что… пришлось малость вмешаться. Откуда Кортни знает об этом? Ладно, пока неважно. Да и «Малость». На языке Громилы это обычно означало «он сделал что-то такое отчего у HR СДС случится нервный тик». Автобус внутри был девственно пуст. Ни одного постороннего героя, ни одного обычного сотрудника. Только команда «Я». Купе сидела в двух метрах от Громилы, чистила ножи – педантично, спокойно, чуть хмурясь. Призма – развалившись поперёк двух сидений, ноги раскинуты в разные стороны перед собой – лениво листала ленту на телефоне, затягиваясь электронкой. — Йоу, наконец-то, — не поднимая глаз, бросила она. — Я уже думала, ты решил прогулять день. Водобой сидел ближе к середине, буквально плавясь на месте. Его костюм был даже влажнее чем обычно. — Ро-ро-ро… Роберт… мы уже… опоздали? — Лепетал он, даже не трудясь утирать пот со лба. — Н-нас у-у-уволят?.. Ну да, опоздание – его личный апокалипсис. Голем же… Голем занимал всю заднюю площадку. Не сидел – а именно застрял, как шкаф, который пытались затащить в квартиру не того размера. Позади автобуса была привязана совершенно пустая тележка – видимо, так собирались решить проблему транспортировки здоровяка сотрудники компании. Но, видимо, раз автобус был целиком и полностью занят членами его команды, он решил переместиться и теперь… застрял. — Мм. Ну… я вряд ли вылезу обратно, Роберт, — философски произнёс он. — Могу сегодня не выйти на смену? Я закатил глаза. — Серьёзно? — устало и совершенно беззлобно вылетело у меня изо рта. Всё могло быть хуже. Зашёл в автобус, держа Бекона на руках. — Почему тут только вы? И почему автобус без водителя? — Я ж говорю, — Громила щёлкнул пальцами, будто объяснил очевидное. — Парень хотел уехать без тебя. А мы не могли позволить нашему диспетчеру опоздать. Это было бы… непрофессионально. Из всех людей в мире именно он сейчас говорил о профессионализме. От этого захотелось присесть прямо здесь. — Ребят, — выдохнул я. — Автобусы ходят каждые двадцать минут. Даже если бы я опоздал на этот – я бы сел на следующий и – И тут по дороге мимо нас проехал точно такой же автобус СДС. Полный. Героями. Людьми. Адекватными людьми. С лицензированным водителем. Я замолчал. В воздухе повисло неловкое, густое, материальное молчание. Купе первой разорвала тишину. Она тяжело вздохнула, не поднимая глаз от ножа: — Я вам говорила. Водобой оживился и сразу попытался поддержать: — Я т-то-тоже… г-г… говорил… что… что… — Не, не слышала такого, — отмахнулась Призма, не отрываясь от телефона. — И вообще, мы спасли чёртовы задницы всего мира на прошлой неделе! За такое они могли бы прислать за нами что-то помимо сраного школьного автобуса. Ну хоть Голем хранил молчание… или он просто уснул… ага, так и есть. Громила задумчиво покачал головой, глядя на уехавший автобус: — Ну… бывает. — И хлопнул по рулю. — Ну что, команда? Поедем? Он выпрямился, поправил усы и попытался придать себе вид человека, знающего, что делает. Зря пытался. — Роберт, пристёгивайся. Папочка рулит. Этого допустить я не мог. — Заруливай обратно. Я поведу. Я не для того пережил прошлую неделю, чтобы умереть по пути на работу в школьном автобусе. — Оу-у… Громила явно расстроился, опустив голову. Похоже я разрушил чью-то детскую мечту. Ну и ладно. Я остановился прямо перед креслом водителя, терпеливо ожидая. Спустя пару секунд Громила всё же поднялся с места и проследовал на место рядом с Купе. Я уселся на тёплое место, положив собаку на колени. Рука потянулась к ключу зажигания. Поворот и мотор шумно завёлся. В чём-то согласен с Призмой. Автобус был староват. Я будто снова вернулся в школу. — Поехали, детишки. Мы не едем на страусиную ферму. Следующая остановка – работа. *** Это было… странно. Странно до уровня «мне стоит крутануть волчок, проверив не во сне ли я». Просто ехать по дороге. Просто следить за движением. Просто реагировать на светофоры, перекрёстки, знаки. Так может выглядеть работа? Не жизнь с исправившимися суперзлодеями на заднем сиденье. Без сверхурочных смен из-за разгула очередного психа с суперсилами, без работы с асоциальными личностями, без очередных решений по типу – принести работнице миллионера особый кофе или, ну, не знаю, спасти от обрушения мост полный гражданских. Просто Работа. Мысли эти особенно остро впиваются в голову на фоне того, что прямо сейчас я веду, по сути, угнанный автобус, а за моей спиной сидит команда «Я». Мои подопечные позади лениво переговаривались. Не шумели, не дрались, не пытались выбить двери – и слава богу. — Роб, ты водишь как бабуля, — подал голос Громила. — Ты совсем не сигналишь! — Сигналить не обязательно, — ответил я автоматически. — Обязательно, если хочешь уважения на дороге, — философски заметил он и поправил усы — Тот тип нас подрезал! Ага, и чувак попадает в номинацию на премию Дарвина за рискованный обгон автобуса, набитого бывшими злодеями… и Водобоем. Призма, сидящая на двух сиденьях сразу, недовольно буркала в свой телефон: — Интернет сдох. Сториз не грузятся. Здесь нет вай-фая? — Это обычный автобус. — Этот автобус радует меня всё больше и больше… — заключила она. Купе тихо шуршала точильным камнем о лезвие. Водобой сопел, фыркал и каждые две минуты спрашивал: — Роберт, мы… мы точно не опаздываем? — Нет. — А сейчас? — Нет. — А если… — Нет. Тем временем в голове у меня продолжала вертеться одна мысль: Смог бы я работать на нормальной работе? Менеджером. Офисным сотрудником. Кассиром. Кем угодно, где меня или в меня не кидают, не пытаются откусить кусок. Но думать долго мне не дали. Минут через пять мы уже подъезжали к первой остановке «моего» автобуса. Я остановился – по инструкции. Потому что так надо и было указано в карте маршрута прежнего водителя, которую я нашёл в бардачке. Открыл двери. Потому что так работает общественный транспорт. И в ответ получил коллективный взгляд сотрудников СДС, который можно было резюмировать одним лишь: «Нет». Они просто стояли на остановке, смотрели на автобус, потом на пассажиров в нём, потом снова на автобус – и делали вид, что им не на него. Хотя просто ждали более нормального. Менее… нашего. Не хватало только, чтобы они посвистывали, глядя в небо. Пожал плечами и тронулся дальше. После второй аналогичной ситуации я перестал пытаться быть образцовым водителем, закрыл двери и ехал без остановок до самого конца. — Легендарный рейс, — посмеиваясь заметил Громила. — Это экспресс, — буркнул я, глядя на дорогу. — СДС Экспресс. — Они таращились на нас будто мы приехали на чёрном минивэне с надписью «Бесплатные конфеты» — отметила Призма. И, что самое нелепое и болезненно правдивое – в их глазах это выглядело именно так. Пусть они и знали, что это не так. Мозгом. Но точно не сердцем. Репутацию трудно восстанавливать и очень легко потерять. Одного спасения всеобщих задниц недостаточно. Но ничего, в ребят я верю. Однажды за ними пойдут. Эта мысль задала мне нужный настрой и выветрила бесполезные вопросы и раздумья из головы. Остановившись прямо на парковке отделения СДС в Карсоне, я взглянул на место, куда буду приходить, как минимум, в течение следующих двух недель. — Приехали. Мне показалось, что Водобой телепортировался – так быстро он оказался у всё ещё закрытых дверей. Все остальные также повставали со своих мест. Но я не торопился. — Первое задание на сегодня, ребята – вытащить Голема. — Все обернулись на меня. — Я всё ещё помню, как Сонар оказался прикован в спортзале, хотя был нужен на смене. Купе улыбнулась, будто вспомнила одну из самых смешных шуток, что слышала когда-либо. — Постарайтесь достать его до выхода в линию. Но после тихо простонала, как будто я предложил ей вырезать кому-то аппендикс через глазницу… впрочем, не то, чтобы она не справилась с этим… — Я сегодня уже говорила, — пробурчала она, убирая ножи, — что мы зря помогли ему забраться внутрь. — Не ной, сучка, — потягиваясь, ответила Призма. — Это просто большой малыш. Возьмём за руки – и оп, готово. — Может просто выломаем дверь? — предложил Громила, разминая плечи. — Аккуратно. — Без «аккуратного» выламывания двери, — поднял я палец и этим же пальцем нажал на кнопку открытия дверей. — Я пойду вперёд. Предупрежу, что вы можете задержаться. *** Двери плавно разъехались в разные стороны, и я вошёл в фойе. Здесь было… мило? Также много окон и естественного света, как в Торренсе, та же стеклянная стена с видом на внутренний сад, но вместо привычных белых стен, здесь отделкой служили деревянные панели тёплых дубовых оттенков. Даже атмосферой филиал Карсона отличался. Воздух здесь был чуть спокойнее, чуть дружественнее. Это чувствовалось даже в том, как выглядели сотрудники. Конечно, большая их часть была одета как я – белые или светло голубые сорочки, брюки и аккуратные ботинки, но были и отличия. Кто-то мелькал в свитшотах и худи с лого компании, джинсах и удобной обуви. Одни лишь герои оставались неизменными. Само собой супергеройские костюмы везде остаются супергеройскими костюмами: яркие цвета, нелепо практичные материалы и непрактичный декор, у кого-то голографические вставки, у кого-то маски с перьями, которые… ну, да, не скрывают лицо полностью, но выглядят красиво. В остальном же зал для посетителей был точной копией того, что был в Торренсе. Я подошёл к невысокой стойке регистрации, всё ещё держа Бекона на руках – тот уже пытался смотреть на все 360. Новое место, новые запахи – я понимал его интерес. Перед стойкой висела табличка: «Сотрудников переведённого филиала Торренса просим обратиться в регистратуру». Ну хоть кто-то здесь знал, что делать. Девушка за стойкой размеренно заполняла отчёт – неторопливо, уверенно, будто каждый пункт в нём имел свой ритм. Но стоило мне подойти ближе, её взгляд вспыхнул живым интересом. — Утречко! — сказала она с открытой, тёплой улыбкой, в которой не было ни грамма дежурности. — Чем могу помочь? Она выглядела… приятно спокойно. Светлая, почти фарфоровая кожа. Карие глаза – тёплые, мягкие, без корпоративного блеска «я улыбаюсь, потому что мне премию обещали». Каштановые волосы средней длины, причёска под боб. Вид её – аккуратный, явно не вымученный. Таких людей обычно назначают лицом компании – только у неё это, похоже, выходило само собой. — Доброе утро, — сказал я, чуть сбившись из-за её настроя. Я будто отвык общаться с нормальными людьми, ведь таких в моей жизни в последнее время не было… кроме Блонди, Чейза и Бекона… последний не человек, конечно, но всё же… это приятно освежает. — Я Роберт Робертсон, из филиала СДС в Торренсе. Диспетчеров и героев нашего филиала временно перевели… — Да-да, конечно, — перебила она мягко, но уверенно, будто действительно ждала именно меня. — Нам передали всю информацию, мистер Робертсон. Чувствуйте себя как дома, пока ваш филиал на ремонте. Сейчас найдём ваш пропуск. Она наклонилась вниз, под стойку и только в этот момент я увидел, что кресло, в котором она сидела оказалось инвалидной коляской. Мой мозг выстрелил очередью мыслей. Сама же девушка принялась искать пропуск, не видя моего задумчивого взгляда. Она просто перебирала ящики – одинаковые на первый взгляд, но, судя по движению её рук, она прекрасно ориентировалась среди всех этих аккуратно подписанных коробочек. Через пару секунд она вынырнула обратно с ещё более радостной улыбкой. — Вот, прошу. — Она придвинула пропуск ко мне. — Если потеряете – не страшно. Загляните, я всё восстановлю. Эта последняя фраза прозвучала не как дежурное «обращайтесь», а как готовность действительно помочь. И это меня… задело? Освежило? Что-то между. — Спасибо, — ответил я искренне. — Большое. — Кстати, — сказала она, указывая куда-то вверх лёгким кивком, — так как планировка всех филиалов СДС одинаковая, отдел диспетчерской у нас на том же этаже, что и в Торренсе. Вам будет легко найти. — Отлично, — кивнул я. — Ещё раз спасибо и хорошего вам дня. Я уже начал разворачиваться, когда позади тихо прозвучало: — Мистер Робертсон? Я остановился и повернулся обратно. Девушка слегка замялась, словно подбирая слова. — Мне… очень жаль, что ваш филиал так пострадал и что теперь вам приходится добираться дальше и, пускай и временно, привыкать к новому месту, — произнесла она мягко.  Она чуть отъехала со своего места в сторону, и я разглядел её инвалидную коляску внимательнее. Чёрная, функциональная, со «стиком» для управления. — Я… понимаю, каково это – когда всё привычное вдруг становится… непривычным, — добавила она тихо. В её голосе не было жалости, только сочувствие. — Но я надеюсь, что филиал в Карсоне вам понравится так же, как нравится мне. — Тут она наклонилась чуть дальше от спинки коляски и приложила ко рту ладонь, громко шепча. — Если что – могу потом показать, где стоит автомат с самыми вкусными сладостями. Она улыбнулась – не слишком широко, но тепло. Я почувствовал, что тоже улыбаюсь – почти автоматически. — Ловлю на слове, это было бы мило. И… просто Роберт – нормально. Она чуть вскинула подбородок, словно принимая это как небольшое соглашение между нами. — Люси, — представилась она. — Приятно с тобой познакомиться, Роберт. *** Видимо, бюджет на дубовые панели закончился в холле. Рабочие этажи выглядели точь-в-точь как в Торренсе: тот же гипсокартон, те же лампы. Люси, как ни странно, оказалась права. Поднимаюсь на этаж выше и ловлю себя на том, что мозг всё ещё пытается сделать вид, что мы «просто в Торренсе». А потом взгляд цепляется за какой-нибудь горшок с растением, которого там точно не было, и магия пропадает. И самое забавное – я даже не знаю, чего ожидал. Был и такой вариант, что вот зайду, и они такие: «О, ребят, мы специально скопировали всё, чтобы вы не нервничали». Хотя, если честно, было бы куда криповее, появись тут точные копии всего: те же самые картины в тех же местах или те же пластиковые кусты рядом с туалетами. Вот тогда я бы напрягся. А так – просто ощущение, что ты в магазине, который пытается выглядеть как другой магазин. Коридор вскоре вывел меня к лифту, который поднял меня до нужного этажа. Выходя, протискиваясь через супергероев и людей, пришедших на работу, я проследовал за одним из потоков в сторону диспетчерской. Уже был готов дойти вместе с ними до места работы, но, проходя мимо одного из кабинетов, услышал громкие голоса, один из которых был мне хорошо знаком. — … Блонд Блейзер, вся эта история с исправившимися злодеями – чушь и вы знаете это. — Незнакомый мужской, строгий, взрослый голос. — Люди не меняются. Вы можете выдать им лицензии на полёт, обучить их стандартам работы героев, даже изменить их образ в медиа, но суть останется неизменной – и происшествие сегодня лишь подтверждает это. От этой вашей Я-команды стоит избавиться, пока ещё больше людей не пострадало. Ничего не могу с собой поделать – речь явно шла о моей команде. Прошёл ближе и опёрся у стены. — Арбитр, послушайте… — голос Блейзер звучал ровно так, как я привык: спокойный, мягкий, будто она пытается одновременно улыбнуться и удержать человека от того, чтобы сделать очередную хрень. — Я знаю, как это выглядит. Точнее… да, они выглядят и ведут себя порой как ходячее бедствие, я не спорю. Пауза, вздох. Не вижу её лица, но уже чувствую, как она потирает переносицу. — Но они не плохие, правда. Они просто… всё ещё учатся осознанности, ответственности, но они стараются. Реально стараются. На прошлой неделе они буквально спасли нас всех. И только одному богу известно, что бы произошло, получи Полог силу, к которой так стремился. Вторая пауза. Арбитр там наверняка смотрит на неё, как будто она предложила обнять грабителя, своровавшего его собаку. — Я не буду увольнять их только потому, что они напортачили, выгнав водителя и забрав автобус. По крайней мере не выслушав их сторону, это было бы… ну, неправильно. И это точно не сделает их лучше. Это не сделает лучше и нас. Мы уже проходили через это. Они часть команды. Они тоже герои. Просто… в своём стиле. И это не повод их списывать. Не сегодня. В кабинете повисло молчание. Даже коридор опустел от людей. Я смотрел прямо перед собой, но мыслями был где-то далеко. Я-команда сначала научилась заботиться и нести ответственность за своих – это уже большой прогресс. Следующий шаг – брать ответственность за поступки, которые влияют на других людей… пусть те люди им самим и не рады. Пожалуй, этот урок будет сложнее всего. — Да будет так. — В конце концов ответил Арбитр, начальник филиала СДС Карсона, как гласила табличка на двери, у которой я сейчас стоял. — Разберитесь с проблемой и примите меры. Пока вы находитесь в стенах нашего филиала, всё, что делают ваши герои, отражается и на нашей репутации… и для начала научите своих людей не подслушивать. Я не успел моргнуть и глазом, как иллюзия развеялась. Твёрдая поверхность за моей спиной никуда не исчезла – я всё так же опирался на неё, – но вот визуально стена изменилась. Оказалось, всё это время я стоял, прижавшись спиной к стеклу, отделявшему коридор от кабинета. Иллюзия непрозрачной стены растворилась, оставив меня у всех на виду, как рыбу в аквариуме. И как только не отличил бетон от стекла? Магия, не иначе. Шокировано оглядываюсь через плечо и вижу кабинет как на ладони. Выражение глаз Блейзер так и кричало: «Ты серьёзно?», а рука на лице дополняла картину. Второй герой, Арбитр, парень в чёрном костюме, плаще и непрозрачном стеклянном сферическом шлеме, всё это время стоял лицом к коридору. Он изначально видел меня. Каждую секунду моего подслушивания. Его рука, затянутая в бронированную перчатку, была сжата, и от неё исходили затухающие фиолетовые всполохи. Образ и его имя сошлись в моей голове. Легендарный герой со способностью создания иллюзий, неотличимых от реальности – Арбитр. Он просто позволил мне дослушать. — Эм… доброе утро? — это всё, что мне оставалось сделать. Улыбаемся и машем, парни, улыбаемся и машем. *** Долгого разговора с самим Арбитром у меня не было. Я просто извинился за себя, Блонди за меня, а усталый вид самого начальника филиала СДС в Карсоне, садящегося за свой стол с небрежным взмахом, сообщил нам, что тема закрыта. И это, пожалуй, было лучше всего, потому как я уже просто горел от стыда, что произвёл такое первое впечатления на супергероя его калибра. Блонди, выходя из кабинета, закрыла за собой дверь и с тяжёлым вздохом двинулась дальше, и я вместе с ней. Обходя нас, к своим рабочим местам спешили работники. Мы недолго шли в тишине – лишь столько, сколько нужно было самой Блейзер, чтобы привести в порядок мысли. — Лучше бы я просто заказала каждому такси… — сокрушалась она, останавливаясь посреди коридора, с обеих сторон которого вместо бетонных стен были окна во весь рост с видом на парковку и внутренний сад здания. — Нет, — опроверг её желание предаваться самобичеванию я, — тогда бы они просто захотели заехать за мной или, не знаю, устроили гонки на такси кто раньше доберётся до работы. Это могла быть любая другая проблема, в которую они бы вляпались и досталось нам всем. Блонди слабо улыбнулась, наконец разворачиваясь ко мне лицом. Как и всегда – внимательным и надёжным. Каштановые волосы, без единого следа её прежних золотых локонов, качнулись от этого движения. — Ты прав… хотя я не ожидала, что ты в чём-то возьмёшь с них пример. Зачем подслушиваешь? — Она перешла прямо к фактам, от которых кольнуло сердце и, может быть, лицо покраснело. Это было глупо. Не то чтобы она сердилась на это. По тону и жестам, скорее просто решила меня поддеть. — Да, прости за это, — не стал оправдываться я, — не мог пройти мимо, когда услышал в одном предложении «Я-команда» и «избавиться». Парень исключительно прямолинеен. — Действительно. — скрестила она руки на груди. — После старта проекта «Феникс» многие филиалы были не в восторге, но Арбитр выступил громче всех. В конце концов руководство пошло ему навстречу, беря во внимание его опыт, авторитет и силу. В филиале СДС в Карсоне так и не сформировали команду исправившихся суперзлодеев. — И, по иронии, нас временно переместили именно сюда, — теперь настал мой черёд усмехнуться, — парень, наверное, думает, кому он в прошлой жизни какое такое плохое зло сделал, что заслужил такую карму. Блонди устало засмеялась. — Карму? Возможно. Интересное ты сравнение выбрал. — Ничего не могу с этим поделать. Побочное действие от занятий йогой. Тут уже Блейзер пришлось посмотреть на меня с другой стороны. — Ты и йога? — она явно не верила своим ушам. — С каких пор? — Всего как несколько дней. На следующее утро после битвы. Проснулся очень рано и не знал, чем заняться. Тренироваться как обычно было нельзя, надо подождать хотя бы несколько дней – дать ранам время. Оставалось либо лежать без дела как Бекон… — упомянутый оживился, услышав своё имя и потянулся, чтобы лизнуть мой подбородок, — либо придумать что-то ещё. — Это в твоём стиле. — Покачивая головой, Блейзер с улыбкой приблизилась ко мне, начав гладить собаку. Бекон разомлел на моих руках ещё больше от всего этого внимания. — Расскажешь, что было с утра? — История стара как мир: водитель автобуса хотел ехать дальше, но Громила решил, что так я опоздаю и хотел ехать только тогда, когда я буду в транспорте. Не уточнял, что было потом, но по итогу на месте я обнаружил Громилу за сиденьем водителя, безразличных к происходящему Купе и Призму, трясущегося от страха быть уволенным за опоздание Водобоем и застрявшим в автобусе Големом. Я видел по лицу Блейзер, что она не понимала, как реагировать. Радоваться, что члены команды Я переживают за своего диспетчера? Вновь приложить к лицу ладонь от их тупости? Или рассмеяться с долей психоза от того, что это лишь первый их день в другом филиале, как команда Я уже во что-то вляпалась? Всё вместе, наверное. — Погоди, Голем застрял? Где он сейчас? — осенило её. — Лучше один раз увидеть, чем услышать. Я мотнул головой в сторону парковки. В центре неё всё ещё стоял автобус, вокруг которого собирались герои и сотрудники, наблюдающие за тем, как Водобой, забравшись на крышу автобуса, почти безостановочно льёт водой на частично торчащего из автобуса Голема, пока того тянут за руки Громила с одной стороны и Призма с Купе с другой. В этот момент все надежды Блейзер на то, что «Ну хоть остальные-то дни в другом филиале пройдут спокойно» умерли в муках. — Я соберу всех во время перерыва. Расскажу про ситуацию и дам понять, что филиал в Карсоне не тот, что был в Торренсе. Подам это так, чтобы они поняли. Её нужно было успокоить. Видит бог, ей это нужно, пока она не начала угрожающе светить глазами без всяких суперсил. Или пока не нашла Мистера Виски ради двойной порции кофе с виски… без самого кофе. Блейзер только выдохнула, кивнула устало и, придерживая пальцами висок, отвернулась от окна. Пошла дальше по коридору, не сказав ни слова. И это было пугающе непривычно – Блейзер молчит. Она молчала весь путь до диспетчерской, пока наконец не заговорила на ходу: — Дай знать, когда соберёшь всех в конференц-зале. Мне выделили кабинет недалеко от него. До тех пор я буду там. Сказала – и тут же продолжила путь, будто уносила вместе с собой остатки уверенности в сегодняшнем дне. — Окей. Я… — Бекон в этот момент лизнул меня в щёку, подтверждая свою поддержку, — мы будем тут. — Ну что, малыш, — поднял я пёселью морду до уровня своих глаз, — поработаем? Бекон тихонько тявкнул, что можно было прочитать как: «Ну а что нам остаётся?» Я оглянулся на диспетчерскую – и понял, что, кажется, планировщик пространства хардкорный фанат тетриса. Не того, весёлого, а того, где фигурки падают раз в секунду и нет места даже для ошибки. Карсонский филиал, в отличие от торренсского, был заметно теснее. И, конечно, именно сюда нас решили временно переселить. Потому что почему бы и нет. Прощай личное пространство, здравствуй плечо соседа, которое теперь фактически часть твоего рабочего места. Столы расставили так плотно, что, если бы кто-то чихнул цепная реакция опрокинутых кружек произошла бы мгновенно. Ряды тянулись по два стола в ширину и по десять в длину, и таких рядов было аж четыре. Филиал Карсона явно был рассчитан на людей компактных, не склонных активно жестикулировать и не имеющих потребности дышать полной грудью. И всё же, что удивительно, недовольных лиц была всего пара. При таком количестве людей это можно было считать победой. Или массовым отрицанием реальности. На столах ровными рядами стояли древние компьютеры, на которых, казалось, должен был запускаться только «Сапёр» и отчёты за 2003 год, но, вместо этого, исправно функционировала вся супергеройская диспетчерская сеть. К незанятым мониторам были прилеплены жёлтые стикеры с именами сотрудников, чтобы никто не потерялся. До начала смены оставалось минут пять. Вполне достаточно, чтобы найти своё место и хотя бы попытаться создать иллюзию собранности. Пробегая глазами по рядам, заметил свою бумажку со своими фамилией и именем. Почерк был аккуратным. Протиснулся между стульями – будто преодолевал полосу препятствий – и опустился в кресло. Рядом, у ножки стола поставил Бекона. Тот быстро нашёл удобное место для того, чтобы прилечь. Передо мной сидела незнакомая девушка из карсонского филиала. Судя по тому, как она буквально гипнотизировала монитор, проверяя каналы связи, дисциплина у неё была на уровне «если что-то не работает – оно заработает, потому что я сказала». Слева и справа тоже сидели местные. Похоже, HR решил максимально смешать нас с карсонцами – чтобы быстрее привыкли, смешались, адаптировались, стали частью одного коллектива. Простая логика, но, честно говоря, рабочая. Чем меньше у людей возможности кучковаться «по своим», тем меньше шанс случайно устроить территориальную войну. В толпе я заметил Галена. Мы были слишком далеко друг от друга, чтобы сказать что-то вслух, поэтому просто обменялись короткими кивками. Его сопровождался улыбкой. И вот я сидел за своим новым столом, окружённый чужими людьми, с Беконом у ног, в тесноте, духоте и лёгком организационном хаосе – и думал, что это ещё только утро. Запускаю комп, надеваю наушники и заполняю отчёт о начале смены. Предчувствие шептало: это день будет долгим.