Научи меня чувствовать

Приглушённый неоновый свет и заводная музыка. Лёгкий гул непринуждённых разговоров и громкий смех. Звон бокалов с шампанским и длинные тосты. В твою честь. Это был корпоратив по случаю твоего назначения на должность капитана нового элитного отряда по борьбе со Странниками: всего три года назад ты пришла в Ассоциацию рядовой Охотницей, но благодаря постоянному совершенствованию навыков, упорному труду и выдающимся боевым заслугам ты сумела быстро дорасти до роли лидера — и теперь бывшие коллеги стали твоими подчинёнными. — Попрошу внимания! — Тара постучала по стеклянному боку фужера маленькой ложечкой, привлекая к себе взгляды присутствующих. Как только голоса Охотников стихли, а диджей убавил громкость музыки, она вновь заговорила: — Всем нам известно, по какому торжественному поводу мы сегодня собрались… — Выцепив глазами твою фигуру в толпе, Тара игриво подмигнула, а остальные сослуживцы, повернувшись в твою сторону, поддерживающе зааплодировали, на несколько мгновений заполнив зал шумом восторженного гомона. Ты в ответ смущённо улыбалась и крутила головой, благодарно кивая тем, чей взор успевала поймать. Дождавшись тишины, Тара продолжила: — И согласно устоявшейся традиции, для нашего новоиспечённого капитана мы приготовили особенный подарок. Ты удивлённо моргнула: первой вечеринкой, посвящённой назначению нового командующего отряда, которую тебе довелось посетить, стала та, что была устроена в твою честь, так что ни о какой традиции, о которой говорила Тара, ты прежде не слышала. Поэтому новость о подготовленном коллегами подарке стала настоящим сюрпризом. Подруга тем временем уже успела подойти к тебе и, взяв за руку, повела в сторону голографической ширмы, которая при вашем приближении, под звонкое «вуаля» от Тары, рассыпалась на маленькие кубики сияющего золотом света, и, тая в воздухе, те открыли вид на то, чего ты никак не предполагала увидеть. Андроид. Ты и раньше поражалась техническим возможностям компании «Киберлайф» — монополиста в производстве андроидов, — позволяющим ей создавать машины невероятно похожими на реальных людей. Но эта модель… Едва ли отличалась от человека. Робот выглядел как молодой мужчина с необычайно привлекательной внешностью, одет был в строгий серый костюм из плотного текстиля, идеально сидящий на атлетического склада фигуре, с белоснежной рубашкой и чёрным галстуком, зафиксированным точно по центру грудной клетки кожаным ремешком. И лишь отличительные особенности униформы — мерцающие голубые элементы на груди и правом плече и впечатанная в ткань пиджака надпись XY613, — а также светящееся под прядкой тёмно-каштановых волос колечко диода, встроенного в висок, выдавало в парне андроида. С изумлением рассматривая его, ты даже не уследила, как возле тебя оказалась Симон. — Ну, — Охотница по-свойски положила руку тебе на плечо, — как тебе? — Я… — неуверенно начала ты. — Не знаю, что и сказать. — Оторвавшись наконец от разглядывания необычного подарка, ты обнаружила на лицах друзей озадаченность твоей реакцией, поэтому тут же поспешила пояснить: — В смысле, у меня ведь нет опыта обращения с андроидами. — Губы дрогнули в немного нервной полуулыбке. — Не знаю, сумею ли разобраться, что к чему… — Тебе не о чем переживать! — деловито заявил решивший подключиться к диалогу Ниро. — Управление интуитивно, кроме того, прилагается подробное руководство по эксплуатации. Это передовая модель, сконструированная по нашему спецзаказу: будет оказывать содействие как в бытовых вопросах, так и в делах в Ассоциации, которых у тебя теперь то-очно прибавится. — К тому же из него выйдет отличный собеседник! — поддержала хвалебные речи напарника Тара, светясь неподдельным восторгом, будто это ей преподнесли в дар идеального компаньона. — Точно. А ещё будет помогать снимать напряжение, — на лице Симон заиграла таинственная лукавая ухмылка. Щёки стоящей рядом Тары вдруг окрасились в пунцовый, а Ниро неловко покашлял в кулак, словно ему внезапно понадобилось прочистить горло. Повернувшись к Симон, ты вскинула брови в немом недоумении. Та наклонилась к твоему уху и так, чтобы никто не услышал, прошептала с нескрываемым ехидством: — Помимо всех прочих прелестей, этот красавчик обладает полным функционалом «Трейси». «Трейси». Продвинутые модели андроидов, оснащённые функциональными гениталиями, — эксклюзив, выпущенный «Киберлайф» специально для ограниченного круга секс-клубов. Ты совсем недавно читала о них в интернет-статье с провокационным заголовком: «Доказано: в сексе андроиды лучше людей!» Вот тебе и «спецзаказ». — Не знаю, чем вы думали, когда составляли спецификацию, — прошипела ты, легонько пихнув Симон локтем в бок, — но вот это явно лишнее. — Ещё спасибо скажешь, — не теряя былого задора, парировала сероглазая Охотница. — В общем-то, — подал голос Ниро, обращая на себя ваше внимание, — он полностью готов к работе. Осталась лишь одна маленькая деталь… Он сделал несколько шагов и, остановившись рядом с андроидом, достаточно громко сказал: — XY613, запиши своё имя. Ты заметила, как внезапно в выражении лица андроида что-то переменилось: словно его взгляд, хоть и по-прежнему направленный куда-то сквозь вас, стал чуть более сосредоточенным. Ниро коротко махнул рукой в его сторону, смотря на тебя и как бы говоря этим жестом: «Прошу». Ты вновь внимательно всмотрелась в без преувеличения безупречные черты лица, размышляя, как бы хотела назвать своего нового помощника. Было в них что-то особенное: не просто безгранично притягательное, но и… яркое, тёплое, точно солнечные лучи знойным летом, дарящее безграничное умиротворение. Подходящее имя возникло на языке само собой. — Калеб. На пару секунд его диод, излучающий лазурный свет, замигал, а затем андроид произнёс свои первые слова: — Моё имя Калеб. Дыхание замерло вопреки твоей воле: его тембр оказался удивительно живым — не слишком низким, но с приятной бархатистой хрипотцой, от которой по коже побежали мелкие мурашки. Ты сглотнула застывшую в горле вязкость, стараясь взять себя в руки. Это же просто набор звуков. Синтезированный. Всего лишь часть программного обеспечения. Но, чёрт, если б ты не знала точно, кто перед тобой, то поклялась бы, что слышишь человека. С потрясающим голосом… Калеб едва заметно пошевелился — плечи будто расслабились, подбородок чуть опустился, — а проницательный взор необычных глаз цвета переливающихся аметистов и потемневшей меди медленно скользнул вниз. Прямо на тебя. Стоило вашим взглядам встретиться, уголки его губ приподнялись в мягкой — обворожительной — улыбке. — Поздравляю с назначением, капитан. — И искренность, с которой он сказал это, словно действительно был бесконечно рад за тебя, поразила до глубины души. Нечто странное вспыхнуло у самой диафрагмы — разлилось лёгким жаром где-то под рёбрами, постепенно перетекая в сознание тягучей поволокой и нарушая привычный порядок мыслей. Сердце пропустило удар, а после взяло слишком быстрый, трепещущий темп, будто стремилось угнаться за эмоцией, которой тебе было сложно дать чёткое определение. Той, что ты совершенно точно не ожидала испытать в отношении машины. — Спасибо, — проронила ты так робко, что едва услышала сама себя. «Что со мной происходит?» Едва ты успела задать себе мысленный вопрос, Тара удовлетворённо хлопнула в ладоши, будто напоминая о присутствии не только своём, но и целой толпы коллег за вашими спинами. — Между прочим, капитан, вечеринка в твою честь ещё не закончилась, — озорливо сообщила подруга. — Так что идём развлекаться! Взяв под локоть, она потянула тебя не то к длинному фуршетному столу, уставленному всевозможными закусками, не то на оживившийся танцпол. Бегло взглянув на Калеба напоследок, ты покорно последовала за Тарой. Вовлечённая в атмосферу всеобщего веселья, ты даже не заметила, что весь остаток вечера андроид, застывший в заданной стандартным протоколом позе, наблюдал за тобой, не отрывая бионических глаз. Следующим утром ты проснулась куда позже обычного, с неприятным гудением в висках и пересохшим горлом: кажется, последние три или четыре бокала вчера явно были лишними. Благо коллеги, предусмотрев вероятные последствия, организовали корпоратив в вечер пятницы, так что сегодня ты спокойно могла валяться в постели хоть до самого обеда. Едва ты сумела разлепить тяжёлые веки, в дверь твоей спальни ритмично постучали — ты даже не успела среагировать, как та медленно открылась и в комнату вошёл Калеб. — Доброе утро, мисс, — сказал он с учтивой улыбкой. Сморгнув остатки сонливости, ты тут же приподняла корпус и с непривычки, что к тебе в спальню вдруг ворвался пусть и андроид, но всё же какой-никакой мужчина, натянула одеяло до самой шеи. Калеб тем временем, не демонстрируя и тени замешательства — что, впрочем, и полагается машинам, — подошёл к окну, раздвинул длинные шторы, впуская яркий солнечный свет, от которого тебе невольно пришлось сощуриться, и снова заговорил: — Время десять часов сорок восемь минут. Погода ясная, тринадцать градусов Цельсия, ветер юго-западный скоростью три метра в секунду, влажность сорок шесть процентов, вероятность осадков минимальная. Его голос звучал чётко, но при этом размеренно, плавно, точно ласковая мелодия. Такая, с какой хотелось бы начинать каждое утро… Андроид сделал ещё несколько шагов, но теперь уже ближе к кровати — остановившись подле неё, он слегка наклонился и протянул тебе высокий стакан, наполненный водой. — Я решил, что это будет кстати. Ты медленно расслабила пальцы, которыми ранее вцепилась в ткань одеяла, позволив ему немного сползти, и, не скрывая благодарности во взгляде, немного неловко приняла предложенную воду. — С-спасибо, Калеб. Смотря за тем, как ты, делая жадные глотки, утоляла жажду, он спросил: — Что желаете на завтрак? Ты отняла бокал от губ лишь тогда, когда в нём не осталось ни единой капли жидкости, и, поразмыслив пару мгновений, дала свой ответ: — На твоё усмотрение. В безмятежном выражении его лица на секунду мелькнуло лёгкое удивление — это могло бы остаться незамеченным, если бы не выдало короткое мигание диода, — а затем он снова улыбнулся и кивнул. — Как скажете, мисс. Калеб вытянул к тебе раскрытую ладонь — ты сперва растерянно моргнула, а после, сообразив, вернула ему пустой стакан. Андроид покинул комнату, направившись, по-видимому, на кухню, чтобы заняться готовкой, а ты, посидев ещё немного в тёплых объятиях одеяла, всё-таки выбралась из постели, сунула ступни в мягкие домашние тапочки и, широко зевая, неспешно побрела в сторону ванной. Стоя под горячими струями, льющимися из тропического душа, и тщательно втирая в кожу головы шампунь, чтобы смыть остатки лака для волос, ты обдумывала новый порядок вещей: теперь в доме вас будет двое, и к присутствию Калеба ещё предстоит приспособиться. Правда, предчувствие подсказывало, что после многих месяцев, проведённых в одиночестве, к его учтивости и заботе будет нетрудно привыкнуть. Чего нельзя было сказать о возникающем при общении с ним странном трепете, что приятно согревал сердце… Ты тряхнула головой, сбрасывая с мокрых прядей капли густой пены, а из мыслей — внезапно нахлынувшее наваждение. Всё это глупости. Предназначение Калеба — помогать по дому и исполнять роль ассистента, если работы на новой должности будет слишком много. А его необыкновенная красота, чарующий голос и исключительная чуткость — лишь результат упорных трудов инженеров «Киберлайф». И всё это не возымело бы на тебя такого эффекта, если бы не саднящая где-то глубоко в душе тоска по ощущению тех самых пресловутых бабочек в животе: твои последние отношения закончились довольно давно, и если раньше это совершенно не заботило, то в последнее время ты стала всё чаще замечать, что, какой бы самодостаточной и независимой ты ни была, тебе ужасно не хватает своего человека рядом. Однако Калеб — машина, которой ты дала это имя — здесь точно не за этим. И чем быстрее ты сумеешь адаптироваться к нему и перестанешь реагировать на него так, как делаешь это сейчас, тем лучше. После того, как высушила волосы, ты по привычке едва не вышла из ванной в одном полотенце, но в последний момент отдёрнула кисть от дверной ручки — нашла взглядом оставленный на стиральной машине шёлковый домашний комплект, переоделась, и только после этого смогла пойти на кухню. От витающего в воздухе аромата свежеприготовленного завтрака у тебя едва не потекли слюнки. На обеденном столе ждал украшенный зеленью омлет с томатами и моцареллой, два идеально поджаренных тоста с румяной корочкой, намазанные яблочным джемом, и чашка зелёного чая. А чуть поодаль, сложив руки за спиной, стоял Калеб. — Приятного аппетита, мисс, — пожелал он любезно. — Спасибо, — ты улыбнулась в ответ, присаживаясь на стул. Взяв в руку вилку, ты отделила от омлета небольшой кусочек, положила его в рот — и обомлела. Сразу заметив, что ты вдруг перестала жевать, андроид подошёл чуть ближе. — Что-то не так? — спросил он. В его интонации были отчётливо слышны нотки беспокойства, а диод сменил цвет с привычного синего на жёлтый и замерцал. — Если вам не нравится вкус, я приготовлю что-нибудь другое… — Калеб, — перебила его ты, отчего андроид тут же замер, словно испугался собственного имени. — Это… самый вкусный омлет, который я ела за всю свою жизнь. С полсекунды он осознавал твои слова, а затем, распрямив спину, обронил слишком уж по-человечески стеснённый смешок и опустил глаза в пол, будто бы… застенчиво? — Я выбрал самый оптимальный рецепт по питательной ценности и вкусовым качествам, исходя из имеющегося набора продуктов. Рад, что смог угодить вам. Заставив себя не придавать большого значения его реакции на твою похвалу, ты вернулась к еде. Покончив с омлетом, потянулась за тостом — откусив щедрую часть хрустящего хлеба, запила его глотком чая. Жасминовый. Керамическая чашка приземлилась обратно на блюдце с громким бряцанием. Ты резко повернула голову в сторону большого голографического экрана, куда выводилось время, информация о погоде и новости текущего дня, и, увидев, который час, громко выругалась: — Чёрт! Наспех дожевав свой тост, ты выскочила из-за стола и побежала в гардеробную. Калеб, с недоумением на лице, которого ты, полностью погружённая в сборы, уже не видела, проследовал за тобой, но тактично остался в коридоре, и именно оттуда осторожно спросил: — У вас были какие-то планы? — Я совсем забыла, что договорилась встретиться с другом, — отозвалась ты, торопливо застёгивая перед ростовым зеркалом непослушные пуговицы на твидовой юбке. А уже натягивая через голову пуловер из светлого кашемира, добавила: — Если не поспешу, точно опоздаю. Потратив ещё около пяти минут на консилер, тушь для ресниц и увлажняющую помаду, ты забросила необходимые мелочи в маленькую сумочку на золотой цепочке и, даже не погасив в гардеробной свет, ринулась ко входной двери. Каким-то чудом тебе удалось застегнуть молнии на высоких сапогах, не оставив при опасных рывках за фурнитуру затяжек на тонких капроновых колготках. Ты накинула на плечи лёгкий тренч, поправила волосы, ещё раз проверив свой внешний вид в зеркале, схватила с тумбы ключи от машины и уже собиралась было уйти, но вместо этого сперва обернулась через плечо и встретила взгляд по-прежнему стоящего посреди коридора Калеба. И, боги, он был похож на несчастного щенка, которого собирались оставить одного в пустой квартире. — Извини, что не доела завтрак, — не выдержав, сказала ты первое, что пришло в голову. И тут же пожалела: почему тебе должно быть совестно за усилия андроида, которому они ничего не стоят? Продолжишь в том же духе — и точно не научишься воспринимать его, как должно. — Кхм, ну, в общем, вернусь вечером. Нечто подобное ведь должны говорить машинам их владельцы?.. Намеренно не дав Калебу возможности ответить, ты быстро вышла из апартаментов и закрыла за собой дверь. В разгар погожего субботнего дня даже небольшая кофейня, спрятанная в лабиринте неприметных улочек, кипела жизнью. Все столики были заняты, а бариста только и успевали выдавать заказы навынос. Помещение было наполнено мерным гулом: почти не стихающим шумом кофемашины, голосами посетителей, что-то обсуждающих, еле уловимым шуршанием пластиковых крышечек и картонных стаканчиков, мягким звяканьем изящных маленьких ложек о края чашек… И если кого-то вся эта суета раздражала, то тебя подобного рода «белый шум», наоборот, даже в какой-то мере успокаивал. — Андроид? — отняв от губ чашку, наполненную американо со страшным количеством сахара, переспросил Зейн, когда ты рассказала ему о подарке, приподнесённом коллегами. — Интересный выбор… И как впечатления? — Пока трудно сказать, — ответила ты неопределённо и сделала глоток любимого латте, посыпанного корицей. — Но, как минимум, он приготовил прекрасный завтрак. — Немного удивительно, конечно, что твои коллеги остановились именно на мужской внешности, — произнёс Зейн с привычным скептицизмом и неосознанным движением поправил очки. — Мне кажется, к машине, имеющей вид девушки, тебе было бы проще привыкнуть. Резко вспомнив о вчерашнем деликатном диалоге с Симон и сопоставив его с рассуждениями друга, ты едва не поперхнулась кофе. — Всё нормально? — в голосе Зейна появилось лёгкое волнение. — Порядок, — просипела ты сдавленно. А затем, быстро собравшись, натянула на лицо маску уверенности: — Не важно, как он выглядит, это всего-навсего андроид. Я справлюсь. Едва ли Зейн поверил в твои заверения, ясно чувствуя: ты что-то не договариваешь. Однако виду не подал. Кроме того, ты уже спешила сменить тему: — Как идут дела в больнице? Остановив машину на парковке рядом с жилым комплексом и заглушив двигатель, ты ещё какое-то время провела в салоне, не решаясь выйти. Твоя последняя резкость в адрес Калеба всё никак не покидала мыслей, вынуждая испытывать… угрызения совести? Ты сложила руки на руль и уткнулась в них лбом. Уму непостижимо: тебе стыдно возвращаться в собственную квартиру из-за того, что несколькими часами ранее ты как-то не очень-то вежливо попрощалась с андроидом, которого используешь меньше суток. И что самое нелепое — это было сделано ровно с противоположной целью. Ты надеялась, что подобная линия поведения поможет тебе абстрагироваться от его появления в твоей жизни, однако только усугубила ситуацию, самолично заставив себя думать о нём весь чёртов день. Хватит. Больше никаких планов и тактик — пусть всё идёт своим чередом. Пускай теперь с присутствием Калеба, но рано или поздно всё вернётся на круги своя. А от всех этих абсурдных попыток дистанцироваться от него будет только хуже. Глубоко вздохнув, приводя в порядок самообладание, ты подхватила с пассажирского сиденья сумочку, выбралась из автомобиля и направилась наконец домой. Изменения в облике своего жилища ты начала замечать, едва переступив порог. Брошенная на придверном коврике обувь была возвращена на обувницу. Вся мелочь, валявшаяся прежде неприглядным хаосом на стоящем в прихожей комоде, была убрана в верхний ящик — ты заглянула туда, чтобы убедиться в догадке, — в котором, к слову, тоже теперь царил образцовый порядок, а пыль на поверхности тумбы, дожидавшаяся воскресной уборки, была вытерта. Точно так же, как и на висящем рядом зеркале. Проходя дальше, ты с немым довольством продолжала рассматривать знакомую мебель, предметы интерьера и собственные вещи с такой внимательностью, будто видела их впервые. Всё сияло первозданной чистотой. А паркет, по которому ты ступала, и вовсе блестел в свете коридорных светильников так, словно его натёрли воском. На подходе к кухне ты почувствовала изумительный запах жареного мяса и яркого букета специй, а зайдя, как и предполагала, застала там Калеба, стоящего за кухонным островом. Он заметил твоё присутствие мгновенно, стоило только твоей фигуре показаться из-за высокой раздвижной двери из матового стекла. — С возвращением, мисс, — сказал он воодушевлённо, подняв на тебя глаза. — Ужин почти готов. — Этой новости ты несколько удивилась, ведь, если не изменяла память, в холодильнике на момент твоего ухода практически ничего не было. Словно прочитав твои мысли, андроид продолжил с пояснением: — Я взял на себя смелость самостоятельно купить продукты… Это приемлемо? — уточнил с лёгкой озабоченностью. — Да, всё в порядке. Заинтригованная, ты подошла ближе и заглянула в окошко духового шкафа, где горел тёплый жёлтый свет, желая разузнать, что же так вкусно пахнет. Однако попытка не увенчалась успехом: форма для запекания была накрыта фольгой. Тогда ты решила обратиться к Калебу. — А что в духовке? — Свиные рёбрышки в глазури. Твои глаза засветились от восторга. — Серьёзно? — возбуждённо воскликнула ты. — Я их обожаю. Как ты узнал? Продолжая методично нарезать свежие овощи для салата на идеально ровные части, он ответил всё с той же мягкой улыбкой в уголках губ: — Поскольку мне был предоставлен доступ к вашим счетам, я проанализировал историю транзакций и обратил внимание на то, что вы много раз заказывали доставку еды из одного конкретного ресторана китайской кухни. — Точным движением ножа Калеб смахнул с разделочной доски нарезанный крупными кубиками огурец в глубокую миску из полированного дерева к другим ингредиентам и взялся за нарезку красного лука. — А просмотрев содержание заказов, выяснил, что чаще всего вы отдавали предпочтение именно глазированным свиным рёбрышкам. — Да-а, в «Поднебесной» они великолепные, — протянула ты, вспоминая пряный вкус. — Но почему ты решил сам их приготовить? Мог ведь просто заказать. — Дело в том, что по пути в гипермаркет я заглянул в ближайший ресторан этой сети. — Отправив в миску небольшое количество луковых полуколец, Калеб наклонился, чтобы убрать использованные нож и доску в посудомоечную машину. — И просканировав блюда, которые выносили посетителям, обнаружил в их составе искусственные усилители вкуса. — Ничего себе. — Встав рядом с андроидом, ты оперлась бёдрами о стенку острова, сложила на груди руки и с изумлением усмехнулась. — Ты провёл настоящее расследование. — Забота о вашем здоровье — одна из главных моих задач. Калеб повернул к тебе голову — и от светящейся в глубине его взгляда нежности тебя бросило в дрожь. Сердце болезненно толкнулось в рёбра, будто собственное тело пыталось напомнить: то, что ты видишь, не может быть настоящим. Машины не задерживают полный заинтересованности взор на лице человека, будто хотят увидеть реакцию на собственные слова, не улыбаются дольше, чем диктуют алгоритмы социального взаимодействия, не вкладывают в простую фразу неожиданную теплоту, от которой внутри всё переворачивается. Машины не испытывают эмоций. Это попросту невозможно. Но Калеб… всё в его поведении доказывало обратное. Или заставляло хотеть верить в обратное. Ты с трудом отвела взгляд, чтобы прервать эту странную волнительную паузу и позволить себе вдохнуть чуть глубже. — Я… — обронила ты несмело. — Пойду пока переоденусь. Андроид ответил лаконичным «хорошо» и, как ни в чём не бывало, потянулся за стеклянной бутылкой с оливковым маслом, чтобы заправить салат. Когда ты вернулась из гардеробной — тебя почти не удивило, что и там была проведена тщательная уборка, — где облачилась в домашнее, ужин уже был подан. Стол выглядел так, будто его накрывали для гостей: посуда была начищена до блеска, блюда — сервированы прямо как в дорогом ресторане. Присев на галантно отодвинутый Калебом стул и ответив на пожелание приятного аппетита, ты, охваченная предвкушением, решила начать с рёбрышек. И, о небеса, они оказались просто волшебными: мясо было таким нежным, что буквально таяло во рту, а вкус, насыщенный, но в то же время сбалансированный, превзошёл все ожидания. Блюдо, приготовленное Калебом, не шло ни в какое сравнение с тем, что подавали в месте, которое ты считала одним из лучших в городе. — Вам нравится, мисс? — спросил он, стоя, как и утром, у противоположного конца стола. — Это потрясающе, — выдохнула ты, не желая скрывать искреннего восхищения. Андроид чуть опустил подбородок, принимая похвалу. — Мне очень приятно это слышать. «До чего же он удивительный… Может, я и вправду теряю рассудок?» — Калеб, — спустя несколько мгновений молчаливых раздумий, позвала ты. И поймав его внимание, добавила: — Присядь со мной… Пока ты продолжала ужинать и ещё долгое время после, вплоть до момента твоего отхода ко сну, вы разговаривали. Калеб много спрашивал: о твоём прошлом, о работе, о бытовых привычках и предпочтениях, о том, чем ты увлекаешься и как любишь проводить свободное время. Твоим порой продолжительным ответам, иногда и вовсе напоминающим целые рассказы, он внимал с предельной сосредоточенностью и вовлечённостью, точно взаправду хотел узнать тебя ближе, а не просто фиксировал новые данные. И в какой-то момент ты поймала себя на мысли, что тебя уже давно никто не слушал так. Уже глубокой ночью, лёжа в постели, ты тихо выдохнула, осознав: несмотря на все твои опасения, вы всё равно сблизились. Быстрее, чем тебе казалось разумным. Но впервые за день это перестало тебя пугать. Наоборот — ощущалось правильным, естественным, словно именно так всё и должно быть.