Бесконечная любовь

После их разговора в столовой Драко дни и ночи напролёт прокручивал в голове все моменты своей жизни, связанные с Поттером, и в каждом находил подтверждение своим неоднозначным чувствам к Гарри. Теперь Малфой переосмысливал каждый свой шаг, который, казалось, был пропитан лишь ненавистью к золотому мальчику, но на самом деле скрывал нечто большее. Сам того не осознавая, Драко тянулся к Поттеру. Делал он это, конечно, через бесконечные издевательства, но движим был отнюдь не ненавистью. А... любовью? Отвратительно. Малфой пытался не зацикливаться на этих мыслях, но получалось у него из рук вон плохо. Он забывал поесть, поздно ложился спать, стал невероятно раздражительным, что не осталось незамеченным не только для друзей, но и для студентов с других факультетов. Даже МакГонагалл сделала ему замечание. Но Драко было всё равно. Он лишь глубже погружался в свои мысли, не в силах найти успокоения. Он пытался читать и учиться больше обычного, чтобы выбросить Поттера из головы, но всё было бесполезно — скорее, даже становилось только хуже. Поттер с Роном готовились к матчу по квиддичу и поэтому реже появлялись на занятиях, зато с завидной регулярностью мелькали в столовой и во дворе. Теперь, когда Поттер постоянно был у него на виду, эмоции Драко выплёскивались наружу, и он начал срываться. Делал он это не при всех — в основном в своей комнате, но иногда его гнев доставался и друзьям, особенно Забини, который открыл ему глаза, — за что Драко был ему совершенно не благодарен. Блейза так и подмывало придушить. Друзья хоть и спрашивали, что с ним случилось и почему он так изменился, но обсуждать свои мысли о Гарри Драко не желал, пытаясь решить проблему самостоятельно, хотя и безуспешно. Забини догадывался о причине его гнева и даже пытался завести разговор, однако Драко тут же делал вид, что ему срочно нужно по делам, и сбегал. С одной стороны, ему и правда стоило бы всё с ними обсудить и попросить совета, но это казалось таким унизительным. Как за столько лет он сам не понял, что Поттер ему нравится? На первом курсе он точно испытывал к нему ненависть, или, скорее, обиду, но что изменилось потом? Драко не понимал. Будто кто-то стукнул его по голове и приказал влюбиться в Поттера, и он послушно влюбился. Причём сильно, даже с одержимостью. Мысли съедали его изнутри, и со временем стадия гнева начала притупляться. Драко стал значительно спокойнее и теперь пытался убедить себя, что Блейз ошибался и нёс полнейшую чушь, а он сам глубоко заблуждается, ведь чувствует к Поттеру не любовь, а лишь благодарность за спасение. И ничего больше. Если бы Поттер не спас его семью и его самого, Драко бы даже не вспоминал о нём — в этом он был абсолютно уверен. Ему точно не нравится Поттер. --- — J'aime Potter.— Драко и его друзья сидели в столовой и пытались позавтракать, как вдруг Малфой произнёс эту злосчастную фразу. — Quoi?! — Пэнси подавилась тостом и уставилась на Драко огромными глазами, будто перед ней сидел не Малфой, а настоящий орк. — Tu l'as enfin compris?! — Stop. T'as compris ? Donc tu n'es pas surprise? — Драко озадаченно уставился на подругу, а затем перевёл взгляд на остальных. Блейз и Нотт сидели совершенно спокойно, будто догадались о чувствах Драко ещё задолго до этого признания. — Vous vous foutez de moi? Donc vous étiez au courant de mes sentiments tout ce temps et vous avez rien dit?! Bande de connards! Малфой продолжал обвинять друзей в том, что они выставляли его полным идиотом, раз не рассказали ему о его же чувствах, которых он сам не понимал. А те лишь смеялись и подшучивали. Этот разговор так бы и остался между ними, если бы не Грейнджер, которая, к несчастью Драко, знала французский достаточно хорошо. Услышав это она повернулась и посмотрела на стол слизарена, с широко открытыми глазами, но быстро вернула себе серьезное выражение лица. Судя по выражению Малфоя он явно не шутил, ведь Драко сидел слегка красный, хотя если посмотреть, то уши у него пылали, видимо он делился со своими друзьями искренне. И пока Рон и Гарри не заметили, что Гермиона смотрит на чужой стол, она быстро отвернулась, явно задумавшись о дальнейших действиях. Она, конечно, могла рассказать все Гарри и оставить его думать, но раскрывать секрет Малфоя она не хотела. Да может Драко и раздражал ее с первого по восьмой курс, но она не хотела опускаться до такого уровня, чтобы рассказывать чужие секреты. Но и не рассказать она не могла, ведь этот секрет касался ее лучшего друга, которому бы явно стоило знать о таких подробностях. ---- Все же она решила не рассказывать Гарри напрямую о услышанном, а лишь слегка намекнуть, чтобы подтолкнуть Гарри к истине. Сама Гермиона не знала нравится ли Гарри его заклятый враг с первого курса, но иногда все же замечала странное поведение Гарри. Хотя до спасения его в Малфой-маноре этого и не было. Гарри никогда не пытался казаться хорошим перед кем то, а скорей наоборот, он не боялся сказать все что думает в лицо другому, даже если этот человек из учитель, и Гарри также не жалел своих кулаков и всегда был готов дать отпор обидчику, даже иногда перебарщивая. Особенно если вспоминать ту драку с Малфоем. Об этом Гермиона узнала совершенно случайно, просто случайно подслушала плаксу Миртл, когда была в туалете. Гермиона была шокирована, но решила не рассказывать Гарри о том, что все знает и давать какие то нравоучения, да и Малфой заслужил такое отношение к себе. Когда же ее друг спас Малфоя в выручай комнате, а потом ещё и на суде, то в ней начали закрадываться какие то подозрения. Все это Поттер делал исключительно на эмоциях, а потом не просил ничего взамен и даже не упоминал об этом при Драко, будто его действия ничего не значили. Для Грейнджер до сих пор действия Гарри были загадкой. В голову ей приходили самые разные варианты, например, по ее мнению Гарри сделал это из-за его режима спасателя, но помогать Малфою? Гарри не был таким уж добряком, да и режима спасателя у него никогда не было. Главный его режим - режим выживания. Также Гермиона думала, что Гарри это сделал, чтобы унизить Драко и показать, где его место, но и этот вариант быстро отпал, ведь Гарри даже даже вскользь не упоминал о случившимся. Так и перекрутив у себя в голове все варианты, Гермиона решила оставить это, в конце концов решения Гарри - это его решения, которые он не обязан объяснять. Но вот после слов Драко она вновь вспомнила об этом. Что если Гарри два раза спас Малфоя, потому что он ему нравился? Звучало как полнейшая чушь, но имела место быть. Сам по себе Гарри редко увлекался кем то, возможно, ему нравилась Джинни, но лишь мимолетно, ведь спустя некоторое время Гарри перестал обращать на нее свое внимания, хотя Джинни попыток не оставляла до сих пор, все пытаясь понравится Поттеру. Также ему нравилась какая-то девушка с бала, но и про нее Гарри забыл достаточно быстро. Зато Драко постоянно вертелся рядом и вызывал слишком бурные эмоции у Гарри. Даже слишком бурные. Чтобы подтвердить свои догадки она и решила начинать почаще упоминать Драко в разговоре и обращать внимание Поттера на него. Гарри обращал внимание на слова Гермионы, и при упоминании Малфоя всегда искал его глазами, но начинал быстро переводить темы, будто пытался что-то от нее скрыть. Гермиона не хотела давить на друга и выпытывать у него информацию. Если бы Гарри было нужно, он сказал бы сам. Но она решила в последний раз упомянуть Малфоя и оставить эту тему для самостоятельных размышлений Гарри. — Рон сказал, что Малфой недавно подошёл к тебе во дворе и начал тебя в чём-то обвинять. Что произошло? — Гермиона старалась придать своему лицу самое обыденное выражение, будто ничего особенного не происходит. — Да Малфой, как всегда, решил, что он тут самая главная звезда, и отчитывал меня за то, что я, якобы, обращаю на него слишком много внимания. — Гарри усмехнулся и бросил взгляд на стол Слизерина. — А разве это неправда? — Гермиона улыбнулась и быстро собрала вещи, чтобы уйти в библиотеку готовиться к завтрашнему тесту. — Так, я пошла. Хорошо провести время вам с Роном! Гарри не успел и слова сказать, как Гермиона уже скрылась в неизвестном направлении, а он остался сидеть один, всё ещё обдумывая её слова. --- Теперь Гарри был точно уверен: ему не кажется, что он стал слишком часто думать о Малфое. Теперь это заметила ещё и его лучшая подруга, да и сам Драко. Из-за ежедневных тренировок Поттер почти перестал думать о Малфое, но теперь ему снова пришлось осмысливать весь спектр своих чувств к Драко, и это его изрядно раздражало. Врагами они уже вроде бы не были, но и друзьями их назвать было сложно. Больше подходило слово «знакомые», однако и просто знакомыми их отношения не ограничивались. Раньше бы его это вовсе не беспокоило — ему было абсолютно всё равно на Малфоя, — но сейчас в душе будто что-то перевернулось, и он стал смотреть на Драко совсем по-другому. Гарри никогда особо не увлекался кем-то в романтическом плане. Его голова была занята не любовными чувствами, а желанием спасти друзей и выжить самому. Зато теперь от поклонниц не было отбоя. Каждый день ему приходило хотя бы одно письмо с признанием от девушек с разных факультетов, но Гарри предпочитал не отвечать и сразу их выбрасывал. Так бы всё и продолжалось, если бы однажды он не поймал себя на мысли, что очень хотел бы получить такое письмо от Драко Малфоя. Именно в этот момент Гарри перестал себя понимать и одновременно понял всё. Осознание того, почему он постоянно следит за Малфоем и почему спас его дважды, пришло мгновенно, сразу после этой мысли. Ему просто нравился Драко. И всё. Как ни странно, с этой мыслью он смирился удивительно быстро, будто всегда это знал. Он не пытался отрицать её или убеждать себя в ошибке, а просто принял эти чувства и оставил своё сердце в покое. Хотя он и не знал, что с ними делать. Признаваться было слишком рискованно — он был уверен, что его отвергнут сразу. А просто смириться и ждать, пока чувства угаснут, он не хотел. Сейчас меньше всего ему хотелось отпускать свою первую за долгие годы настоящую влюблённость — даже если она была в его бывшего врага, да ещё и бывшего Пожирателя смерти.