«Тот, кто писал из тени»

Феликс не знал, почему это происходит именно с ним. Почему человек, который был источником боли… теперь пытается стать щитом. Он всё ещё не мог доверять. Но впервые за долгое время — его не преследовали одиночество и страх. На этот раз рядом был кто-то, кому, казалось, было не всё равно. После инцидента в библиотеке слухи разлетелись по школе быстрее ветра. — Видели? Хёнджин заступился за этого парня… — Он что, свихнулся? — Улетел с трона, похоже! Каждое слово било по нервам Феликса. Он боялся, что всё вернётся… или станет только хуже. А хуже действительно стало. К концу недели их вызвал заместитель директора — известный своей жёсткостью и нелюбовью к тем, кто «портит имидж школы». Хёнджин сидел напротив стола, напряжённый, но не дрожащий. Феликс рядом — и сердце его колотилось так, что он едва мог дышать. — Ли Феликс, — голос администрации резал воздух холодом, — на тебя поступила жалоба о провокациях и агрессивном поведении в школе. Феликс не поверил своим ушам: — Чего?! — По словам некоторых учащихся, ты стал причиной конфликта в библиотеке. Хёнджин резко поднялся: — Это ложь. Они напали на него. Я сам их прогнал! — Сядь, Хван Хёнджин, — прозвучал приказ. — На тебя тоже жалоб хватает. Ты подрываешь дисциплину. Всё началось именно после того, как ты… внезапно изменил своё отношение к данному ученику. Замдиректора посмотрел прямо на Феликса, будто изучая редкую ошибку в системе. — Ли Феликс, у тебя нет друзей. Ты одинокий, странный. И теперь ты втянул в свои проблемы лучшего ученика школы. Тебе стоит задуматься над своим поведением. Феликсу показалось, что воздух исчез. Что слова превращаются в стены. Что он снова виноват лишь в том, что существует. — Нет, — глухо выдохнул Хёнджин. — Не он. Я. Замдиректор поднял на него глаза: — Интересно. Продолжай. Хёнджин сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки. — Всё это… всё, что я делал раньше… не по доброй воле. Я должен был быть лучшим. Иначе — конец моей спортивной карьере, моей стипендии, моему будущему. Мне говорили: никаких «неудачников» рядом. — И кто тебе это говорил? — жёстко спросил чиновник. В глазах Хёнджина мелькнула тень страха: — Ваш сын. Тишина ударила громом. Замдиректор замер. А затем губы его дрогнули — не от удивления, а от ярости. — Вон, — процедил он. — Оба. И чтобы я вас больше не видел вместе вне занятий. Но они повиновались. Хотя уже понимали: война только началась. На улице Феликс вдохнул воздух, будто впервые за день. — Ты был… безумцем, — прошептал он. — Может, — Хёнджин слегка улыбнулся. — Но я устал прятаться. Феликс отвёл взгляд: — И что теперь? — Теперь я буду рядом, что бы ни было. Но их уже видели. Уже снимали на камеры. Уже готовили новую волну злости. Феликс понимал: на этот раз от него не отстанут. И пострадает не только он. Вечером Хёнджин написал: *hwanghj:* Пожалуйста, выйди ко входу в парк. Мне нужно кое-что показать. Феликс долго колебался. Но вышел. Ветер был прохладный. Фонари мягко освещали дорожку. И Хёнджин стоял там — с листами бумаги в руках. — Что это? — спросил Феликс. — Доказательства, — серьёзно сказал Хёнджин. — Переписки, свидетельства других детей… Всё, что я собирал несколько месяцев. Феликс удивлённо моргнул: — Зачем? Хёнджин выдохнул. — Чтобы быть честным. Перед собой. Перед тобой. Я пытался бороться с этим задолго до того, как узнал тебя ближе. Он протянул бумагу: — В школе есть система. Она сломана. И я помогал ей работать. Но теперь — нет. Феликс внимательно посмотрел в его глаза. И сказал честно: — Это… страшно. — Знаю. — И всё равно хочешь? — Да. Пауза. Тёплая. Понимающая. Феликс впервые позволил себе тонкую улыбку: — Тогда я… с тобой. Хёнджин опустил голову на секунду, будто пытаясь скрыть слишком сильные эмоции. — Скажи это ещё раз. Феликс вдохнул: — Я с тобой. И в этот момент между ними что-то перестроилось. Не дружба. Не просто союз против школы. Связь. Та, что рождается из правды. Но система не сдавалась. Всё ухудшилось очень быстро. На следующий день в школе на стенах появились грязные плакаты: «Феликс и Хёнджин — пара неудачников», «Король упал из-за крысы», и самое обидное — «NightOwl спасает кого-то? Смешно.» Феликс узнал свой никнейм. Значит… кто-то взломал их переписку. Кто-то знал правду. Кто-то хотел уничтожить обоих. Феликсу стало страшно за Хёнджина. Потому что в него били сильнее. — Ты можешь… оставить меня, — тихо сказал Феликс после уроков. — Так будет безопаснее. — Нет, — Хёнджин ответил без колебаний. — Если я уйду, всё снова станет ложью. А я больше не хочу жить ложью. Феликс резко почувствовал тепло в груди. Тёплую, светлую, опасную надежду. Они нашли помощников — нескольких ребят, которым тоже досталось от «королевской» системы. Они дали показания. Собрали новые доказательства. И однажды вечером, когда школа готовилась к ежегодному церемониальному концерту — всё случилось. Замдиректора вызвали «на разговор» в городской отдел образования. Его сына временно отстранили. А слухи вдруг сменились уважением и шёпотом: — Это правда Хёнджин сделал? — Он… защитил слабых? — Может, он и не такой плохой… Перемена началась. После концерта, когда люди уже расходились, Хёнджин нашёл Феликса за кулисами — тот держал в руках бас-гитару и настраивал струны. — Я слышал твою музыку, — сказал он. — Помнишь? — Да, — улыбнулся Феликс. — Можешь сыграть… для меня? — Только если ты пообещаешь не считать себя королём, — хитро сказал Феликс. Хёнджин негромко хохотнул: — Хорошо. Буду просто Хёнджином. Тем, кто слушает тебя. Феликс кивнул и начал играть. Музыка была мягкой, а внутри — громкой. Она говорила всё, что он не смел сказать словами: Спасибо, что ты остался. Спасибо, что перестал быть тем, кого я боялся. Спасибо, что стал тем, кому я могу поверить. Когда мелодия закончилась, наступила тишина. — Феликс… — начал Хёнджин осторожно. — Ты ведь… ненавидел меня. — Да, — честно ответил Феликс. — И ненавижу иногда до сих пор. — Понимаю. — Но… — взгляд Феликса стал мягче. — Есть кое-что сильнее этой ненависти. — Что? — шёпотом. Феликс сглотнул и выдохнул: — Мне важен ты. Настоящий ты. А не тот, кого из тебя сделали. Хёнджин закрывал глаза на миг, будто боялся, что этот момент исчезнет, если он моргнёт. — Мне тоже важен ты, — тихо, искренне. — Ты стал тем, ради кого я наконец… выбрал себя. Феликс почувствовал тепло в груди — не обжигающее, а поддерживающее. — Мы… справились? — спросил он. — Не всё сразу, — ответил Хёнджин. — Но вместе — точно справимся. Феликс кивнул и впервые за долгое время почувствовал себя спокойно. В безопасности. На своём месте. И пусть их ждут новые трудности… на этот раз они встречают их вместе. Люди в школе будут ещё долго спорить, что именно произошло. Как король школы перестал быть королём — и стал кем-то настоящим. Но сама школа навсегда запомнит: Того, кто писал из тени. И того, кто услышал. КОНЕЦ